Heart temperature

У Тэхёна крыша начинает ехать от частого употребления в разговорах «движок», «тормоза» и «скорость». Он любит машины, любит гонки и парк «Восток», где когда-то проводил большую часть своей жизни, но до невозможного устаёт слушать о тачках. Хосок выпендривается, красуется перед Юнги, который на его легкое хвастовство только глаза закатывает. Друг на Тэхёна поглядывает, стреляя тяжёлым взглядом, потому что Ким дурак, каких ещё поискать. Говорит одно, а делает другое. Тэхён оправдываться не обязан, почему сидит на коленях у Чонгука, когда кричит на каждом углу о том, какой он ужасный человек. Стоило бы сказать Юнги, что многое изменилось после одного коктейля, но как-то не до этого. Тэхён больше переживает за взаимоотношения Хосока и Мина, чем свои. У него-то как раз-таки всё более менее никак, чем неразбериха. Хочется просто приятно отдохнуть в клубе и не волноваться за недосказанность. Чонгук смеётся в шею омеги, обнимая левой рукой, другая в бинте после потасовки в парке. Так и не понял для чего заступался за Тэхёна, что держал тогда в руке катану. Омега и без помощи Чона мог любого разорвать, но у альфы какая-то галочка на этого парня, которого до мокрых штанов хочется, а нельзя. У Кима принципы и вера в то, что он асексуален. — Пиздёж, — заключает Хосок. Тэхён потерял суть разговора, то от взгляда друга прятался, то от прикосновений Чонгука, что будоражили его нутро. Не каждый день удаётся сдерживаться, чтобы альфу не убить. Потому что Джей тот ещё гавнюк. Спит и видит, как в трусы Киму залезет. Как-то сейчас Тэхён и не против. У него война с Чонгуком месяцы длится, а в эту ночь они смогли усмирить свой огонь. Они не враги, но и не друзья. Альфа уверен, если потрахаются, то тогда сам омега перестанет вечно катить на него бочку. Тэхён тут один вечно недоволен тем, что Чонгук говорит и делает. А сам течёт по нему в последнее время и это смахивает на сюжет американской подростковой комедии. Омега поплыл от альфы и выпитого. — Я за три еле проезжаю, — ставит пустой стакан на стол Хосок. — Как-то засекал. — По прямой можно триста набрать, — умничает Юнги, вспоминая дороги заброшенного парка. — Скидывать когда? — усмехается Чонгук. — Можно за меньшее время, — лижет сладкие от коктейля губы Ким. — Полторы минуты. — Невозможно за полторы минуты проехать всю трассу, — спорит Чонгук, стеклянными глазами от выпитого, смотря на Тэхёна. — Я могу проехать, — отвечает омега, переполненный энтузиазмом. — Спорим? — Проедешь за минуту, я тебе отсосу, — расплывается в улыбке альфа, — и признаю тебя лучшим гонщиком «Востока». — Поехали. Спорить с Чонгуком нельзя, чревато не просто последствиями. А, когда альфа добивает тем, что может получить Тэхён, выиграв, у омеги внизу живота тянуть начинает. Его не интересует язык Чона так, как сам факт победы. Альфа уже много сделал для того, чтобы Тэхён смог держать ровно руль, поэтому доказать этому выскочке, что Ким способен на большее, важнее. Он поднимается с колен Чонгука, друзья не могут их остановить. Юнги хватает омегу за руку, пытается вразумить. Они пьяные и решительные, — уже не видят тормозов. Хосоку интересно, чем это всё закончится, он Мина от Тэхёна отрывает, не обещает, что те не разобьются. Рено омеги стояло рядом с клубом, он сел за руль, только после увидев, что Чонгук прихватил с собой бутылку виски и улыбнулся. Они не так давно вернулись с «Востока» и собрались пить до утра, больше не садясь за руль. Тэхёну не страшно кататься выпившим, номера его машины знает вся полиция, как и чонгуковы. Их ни за что не остановят, дабы избежать проблем. Их устроит не Ким, а его отец. — Готов, семпай? — пристёгивается омега, пока Чон этот момент игнорирует. — Заводи мотор, — пьёт с горла альфа. — Посмотрим, чего ты стоишь. Тэхён мнёт руль и выезжает на оживлённую дорогу Токио. Машина красной стрелой, благодаря подсветке, улетает прямо, подрезая другие автомобили. Ночью любителей гонок становится больше. В парке точно людей стало больше, главное снова не нажить себе проблем. Тэхён только проедет чёртову трассу за минуту или чуть больше, а там можно и продолжать праздник. — Люблю быть с тобой в замкнутом пространстве, — включает музыку Чонгук, какое-то инди. — Да? Чаще всего это на руку только тебе. — На руку, — смеётся альфа, — твою руку. — Ты слишком пошлый. — Я — секс символ парка. — Секс? Я бы поспорил. Хёнджин больше на него походит, а ты символ… ну, не знаю. ЗППП? — Чонгук кладёт ладонь на бедро омеги, сжимая и тем самым, закрывая ему рот. Они в тишине доезжают до парка. Стритрейсеры так же тусуются, как и часами ранее, когда Чонгук и Тэхён покинули парк. Они ждут, пока очередная гонка закончится в машине. К ним подходит друг альфы, — Хёнджин, приобнимая омегу, которого успел склеить на ночь. Домой не торопился, выпивал и отрывался этой ночью, как и прошлой. Чонгук перебросился с альфой парой фраз, пока Тэхён залипал в телефоне. — Выйди из BlaBlaCar, — хихикает Чон, повернув голову к омеге. — Я уже приготовился, — свой мобильный достаёт, чтобы с точностью до секунды узнать о том, как быстро Тэхён сможет пройти трассу. Финиширует несколько спорткаров, Ким готовится выезжать, ему старт не нужен, как и соперники. После алкоголя состояние стало расшатанным и Тэхён не был уверен в том, что сможет набрать максимальную скорость. У него предел не такой большой, а дорогу он знает, как себя. Омеге бы добавить уверенности и руки Чонгука подальше спрятать, чтобы не отвлекал. Ким подъехал к старту, рыча движком, в воздухе уже пахло жжёной резиной, но больше всего Тэхён терял разум из-за аромата чёрного чая, то бишь Чонгука. Он не помогал словами поддержки, а усугубляя только. Назад повернуть к клубу Ким уже не мог. Только после того, как проедет местность. Чонгук стал вести отсчёт от трёх, а омега готовиться, игнорировать прикосновение к своей ноге. Альфе бы и здоровую руку покалечить, а потом целовать шрамы. В салоне пахнет лишь Чоном, его запах для Тэхёна, — афродизиак, а голос — начало. Ким давит на педаль газа, улетая вперёд. Обороты увеличиваются, краем глаза омега следит за цифрами на дисплее телефона Чонгука, а не теми, что перед ним мигают. За рено тянется едва видимый клуб дорожной пыли, а местность за окнами становится чёрной. Не светят фонари парка, лишь фары рено дают возможность рассмотреть хоть что-то. На спидометре две сотни, — Тэхён по каким-то причинам не боится слететь с трассы. Когда он рядом с Чонгуком, всё вокруг не имеет смысла. Альфа выпивает, теряет бутылку где-то на полу, у Кима нет настроения ругать его за то, что Чон разлил алкоголь в салоне. Потому что после, Джей кладёт голову на плечо Тэхёна, мочку уха покусывая. Это трасса номер «боль». Омега гонит любовь подальше, затыкает в себе влюблённого в этого альфу человечка. У них ненависть взаимная, а не любовь. Или любовь-ненависть? Тэхён пытается Чонгука приручить, альфа его на член насадить. У них ничего не выходит. Ни нормальных отношений, как друзья, ни неприязни. Ким горит от касаний Чонгука, а тот специально распаляет. Он знает, что делать. Не в его интересах, чтобы омега выиграл, но всё же. — Нужно было ставить прямой массаж, — тяжело дышит Чонгук. — Трахнемся после того, как ты проедешь финиш? — Отсоси, дикарь, — снижает скорость Тэхён, входя в дрифт. — Да, я помню, — отстраняется Чонгук, находя полупустую бутылку виски, и снова набрасывается на неё. Рено плавно скользит по асфальту, Тэхён тоже хочет играть. Пользуясь тем, что их слегка бросает в бок, он запускает руку в волосы альфы, оттягивая назад. По подбородку Чона течёт алкоголь, омега быстро слизывает каплю, облизнув кадык, и возвращает внимание дороге. — Выруби ближний свет, — у альфы крепко стоит и этой ночью, ему кажется, удержаться он не сможет. Глаза закрывает, представляя, как засаживает невинному ангелочку Ким Тэхёну по самые яйца. На самом деле они так пьяны, что не думают о последствиях своих слов и прикосновений. — Полегче на виражах. — От твоих комментариев я лучше не проеду. — Просто советы, — улыбается Чонгук, сдерживая возбуждение рукой. — Сейчас отъебнёт кронштейн! — но альфа удерживает телефон Тэхёна в подставке. — Будь аккуратнее. Ой, забыл, что ты не профессионал. — Семпай, — злобно тянет Ким, — у меня в багажнике катана. — Помню, — скалится Чонгук. — И всё же, аккуратнее, меня не губи, я ещё молодой, пожить хочется. Тэхён не слушается, оставляя крутые повороты позади, и гонит, стрелка убегает за двести пятьдесят. Он забыл о том, что едет на время, успел расслабиться, не позволяя этого сделать Чонгуку. Альфа очень возбужден, пахнуть ярче начинает, словно течная омега. Ким хочет коснуться его губ своими, слизать пот с кожи. Он рисует мысленно на стёклах запотевших его имя. Кровь поджигает искрами в глазах, в Чонгука бросает. Альфа концентрируется на цифрах, если Тэхён поднажмёт, то сможет выиграть. Чонгук не верит, вроде омега разморён возбуждением и алкоголем, а с другой стороны гонит, как не в себе, больше не смотрит на Чона. Ким отличный гонщик, он был лучшим здесь до того, как альфа прилетел в Токио с друзьями, и остался таковым. Не смотря на то, что Джей чемпион формулы. Ему комфортное в болиде, но альфе удаётся и на обычной тачке побеждать. Тэхён вызывает восторг и недоумение. Желание. Чонгук шикает от боли в перебинтованной руке, удерживая телефон с трудом, второй снова к парню тянется. Ким все поползновения к себе пресекает. Ему осталось немного до финиша. — Вернёмся в клуб, заберу свою тачку и можем ко мне рвануть, — предлагает Чон, ему не отвечают. — Я же не усну, представляя, как ты будешь дома играться с собой. — Переживёшь, — минует последний поворот омега, он собирается выехать из парка через другую дорогу. — Готовься остановить время. — Оно рядом с тобой всегда останавливается, — пытается флиртовать Чонгук, на трезвую голову у него это лучше получается. В голове так же считает секунды, глядя в мобильный. Этого не может быть. Никто не проезжает такую извилистую дорогу за минуту. 00:58:07 — Да ну нет! — хлопает пьяными глазами альфа, блокируя телефон. Тэхён едет дальше, покидая парк, чтобы снова вернуться на магистраль. — Ладно, ты лучший гонщик на «Востоке», я признаю. — Думал, словами подавишься, — смеётся омега, забывая о второй части спора, но помнит Чонгук. Альфа откидывает кресло омеги резко, не дав ему ничего понять, и потянулся к его ширинке. — Эй, остановись! — Я обещал. Стесняешься? Дрочить мне под кокаином ты не стеснялся, — в его наглую морду бы с кулака ударить, но Тэхён не может остановить рено, он посередине дороги, вокруг машин бесчисленное количество и очень пьяный Чонгук, которого уже ничего не остановит. Он расстёгивает брюки Кима, заползая рукой в бельё. — У меня такого ещё не было, но думаю, это приятный опыт. Может, ты станешь добрее. — Семп… блять, — омега скорость снижает. Нахрен всё это, он позволяет Чонгуку всё. Альфа на пробу несколько раз проводит рукой вверх-вниз, собирая смазку с аккуратного члена. Ему до дури приятно знать, что у Тэхёна стоит только на него. Чон грязный извращенец, — так думать омега не перестанет. И будь у него возможность, он бы сам доставил альфе удовольствие. Может, хорошо, что они в машине, а не в квартире у Чонгука, где могли бы зайти дальше. Тэхён его хочет, но оттягивает максимально. Они не пара и никогда ею не были. Ким недолюбливает альфу с начала лета, когда тот приехал в его парк и стал вести себя, по-свински. Ничего не поменялось, но Тэхён показал, кто здесь главный. А сейчас этот символ секса, как себя назвал Чон, ртом насаживается на омежий член. Омега откинулся назад, запустив одну руку в длинные волосы Чонгука, он в этот же момент проклял всё. На светофоре красный, рядом машина брата, — Сокджина. Он тоже заметил Тэхёна, опустил стекло. — Почему не дома? — вымотанный рабочим днём, спросил старший Ким, пока Чонгук забирал омегу в другие дали, своим блядским языком и губами. Соответствующих звуков не было слышно из-за музыки, но Тэхён не был в этом уверен. — Отец, не звонил? — Я уже еду, — пискнул он, плюя на красный свет, вырываясь далеко и сворачивая в сторону клуба. Если бы Сокджин увидел его в таком виде, — это ничего, но вопросы бы появились. А Тэхёну стыдно будет, но сейчас приятно. Он кусает свои губы, давит на затылок Чонгука, как никогда ощущая своё превосходство над ним. Омеге нравится видеть его таким, — подчиняющимся. Тэхён тянет его наверх к себе, Чон тут же член в кольце пальцев сжимает и отвечает Киму на смазанный поцелуй, пока омега изливается в его кулак. Им нельзя вместе пить, иначе вражда на спад идёт и случается такой балаган. Альфа чмокает, снова к члену омеги опускается, с головки слизывает сперму, — Ким готов по-новой кончить, уже на это красивое лицо. Это лучшая ночь в его жизни. Вечер гадкий, но ночь... Посреди ночи Тэхён выстанывает его имя на скорости сотни. Нет, это Чонгук приручил его. Он шепчет: «Не прячь свои настоящие желания». Наполняет омегу собой, чтобы тот испил до дна его. В нём таится то, чего альфа действительно хочет. Чону знакома эта любовь. Не может Чонгук просто так оставить его, хочет терзать тело, пока не наступит утро. А Тэхён просто получает то, что принадлежит ему. Он гладит орган альфы, норовящий джинсы порвать, через ткань грубую. — Ты получишь своё, — с придыханием и тормозит у клуба. Альфа поднимает голову, Тэхён в новый поцелуй его забирает, стараясь горящие языки пламени, разбивающие его холодные волны ненависти к Чонгуку, потушить. Они его омывают, словно ураган. Ким сам же альфу очаровывает, гипнотизирует. Чувствует власть. — Я уже получил, — еле шевелит языком Чонгук. Омега вытирается салфетками и выходит из машины, ему нужен кислорода глоток, в котором примеси запаха Чона не будет. Передозировка чая и туберозы. Причина смерти: Чон Чонгук. — Поехали ко мне. — На утро мы не вспомним об этом, — облизывает свои губы Ким. — Это же хорошо. — Если догонишь меня, то я поеду, — возвращается в салон рено Тэхён, сразу отъезжая. Чонгук садится в свой синий теч, понимая, что никогда не сможет забыть вкус омеги, как и догнать его, сколько бы не выжимал из тачки.