Учитель, мне так страшно, что на самом деле это всё сон.

Ах, как же прекрасен его Чу Ваньнин. Эти глаза формы персика, тёмные волосы, изящные брови, словно нарисованные кистью. В нём было прекрасно всё, каждый дюйм его тела. Эти чарующие изгибы... Образ возлюбленного навсегда запечатлелся в его памяти. До сих пор не верится, что это всё взаправду, что они действительно пережили этот кошмар. Разве такой грязный как он достоин своего учителя? – Ши Мэй? – Окликнул того Чу Ваньнин. – Всё хорошо? Ши Мэй вырвался из раздумий. Немного смущённо почесав нос, тот пробормотал что-то похожее на "да". Чу Ваньнин едва заметно нахмурился. В последнее время его Ши Мэй часто витал в облаках. Возможно, что на него так повлияли недавние события. Чу Ваньнин очень переживал за него, хоть и пытался не показывать этого. Как-то раз он даже предложил Ши Мэю сходить к Цзян Си, но тот отказался под нелепым предлогом. Чу Ваньнин боялся, что ментальное здоровье возлюбленного сильно пострадало, но каждый раз, когда тот заводил об этом разговор Ши Мэй мастерски переводил тему. Чу Ваньнин обеспокоенно заглянул в лицо возлюбленного. – Точно? – Да, учитель. – Со вздохом сказал Ши Мэй. – Пока вы рядом я всегда буду в порядке. – В последнее время ты постоянно витаешь в облаках. Я беспокоюсь за тебя. – Просто я не могу поверить, что всё это взаправду, что учитель действительно принял меня, несмотря на все те ужасы, которые я сотворил. Учитель, мне так страшно, что на самом деле это всё сон. Пожалуйста, скажите, что я не сплю. Чу Ваньнин увидел, как на белой ткани начали расцветать золотые лепестки слёз. Они так красиво блестели на солнце, но видеть их было слишком больно. Внезапно Ши Мэй почувствовал крепкие и тёплые объятия, а также до боли знакомый аромат яблони. Далее его легонько щёлкнули по лбу. – Разве этот учитель мог бы оставить тебя погибать? Глупенький, думаешь, что во сне может быть так больно? – Чу Ваньнин легонько коснулся губами ткани, которая закрывала глаза его ученика. – Ши Мэй, я здесь, и это не сон. Ши Мэй нежно и очень осторожно поцеловал Ваньнина, так невинно, но чувственно. Им пришлось пережить страдания и лишения, радости и печали, непонимание, осуждение, ненависть, смерть, невообразимую боль и бескрайнее одиночество. Но они справились. Они пережили это. Теперь ничто и никто не сможет разлучить их. Теперь они смогут наслаждаться спокойной и размеренной жизнью, а также бесконечной нежностью и любовью. Наконец-то они счастливы, несмотря ни на что.