Устройство организации

"- Слушайте все! Вкушаете внимательно!" - Верховный Лидер расхаживал между рядами своих подопечных, звонко отбивая ритм своими ботинками "- Сегодня вы вступили в ряды будущих королев мира, в ряды великого D. I. C. E.. И пусть мы против законов, они нам просто необходимы, чтобы поддерживать нашу внутреннюю структуру. Поэтому мы создали свои законы, лучше чем в Конституции, и сейчас вы должны их внимательно выслушать! Всем понятно?" "- ДА, БОСС!" Лидер запрыгнул на стол, шагая уже по нему. "- Правило первое. Не кричать ни единого слова, когда Лидер организации или его заместитель толкают речь" Те, кто это делал потупили глаза, надеясь, что их не запомнят. Зализанный мужчина, предпенсионного возраста высокомерно на них посмотрел, как бы говоря "А я вот не стал". "- Правило два. Каждые выходные вы приносите Верховному Лидера пиццу. Вместе у вас всех выходит сто десять коробок. За два дня выходит двести двадцать. Учтите, я это внимательно пересчитаю и если будет не хватать хоть одной, я прочитаю журнал начальника склада, которому вы всё будете сдавать, и вычислю этого негодяя, не пожелавшего ублажить начальника, с позором его изгоню. А на вопрос "Зачем вам столько пиццы?", что прямо написан у вас на лицах, отвечу сейчас: Мы будем питаться этим неделю на перерыве с чаем. Так надо и это не обсуждается!" - рука величественно махнула в сторону, позволяя увидеть слегка отличающуюся чёрную подшивку плаща, судя по всему также бывшую тёплой. Юнцы восхитились и захотели повторить также, более старшие просто поняли, что выбрали правильного руководителя и их ждёт если не обеспеченный остаток дней, но радость от удачного место бесплатной работы. Ведь человек не мог сделать этот жесть с пустого места. Он явно делал много великого, пусть его правило сейчас с этим не вязалось. Убедившись, что он ещё в центре внимания притихшего зала, Кокичи Ома продолжил вещать: "- Я знаю, что вы все хотите богатства, а кто-то ставит это превыше благополучия нашей страны, для которой, как я напомню, мы все здесь собрались. Но как бы противно мне не было ваше желание, я могу понять его и потому продумал прекрасную схему для местных профсоюзов, в скором времени захваченных нами. Поэтому правило три. Шестьдесят процентов заработка от них идёт к вам, сорок отправляется в карман вашего дорогого начальника. И только попробуйте мне не молиться!" Он ещё не договорился последнюю фразу, когда грянул гром аплодисменты. Люди на полном серьёзно готовы были восхвалять этого человека, веря, что он способен сделать всем лучше. "- Правило четыре!" - все замолчали, ожидая новых, невообразимых составляющих благ "- Наша организация правит несколькими заведениями, но мы не афишируем это и делаем тайно, чтобы возникнуть эффектно, уже набравшись мощи, для предотвращения сокрущения врагами. Поэтому четвёртое правило: никому не сообщать где вы служите, чем занимаетесь, с кем говорите, где пропадаете, когда не бываете дома. Рассказывали всё семье, не имея секретов? Забудьте! Любой, кто расскажет будет сурово наказан. И речь сейчас идёт даже не о физическом воздействии. А о лишений жизни. И не думаете, что я понесу за это годы в тюрьме. Мне спокойно сойдёт это с рук и стечёт в желудок со стенок огромной, доброй души. А в желудке спокойно растворится в желудочном соке, переварится и никогда меня не побеспокоит" Под конец взгляд стал настолько строгим, что все безоговорочно почувствовали себя связанными нерушимыми узами жизненной клятва. "- Вы сожалеете, что вступили сюда?" Босс видел насквозь их душ, вызывая передёргивания тел и сожаления, что они выбрали это путь. Но соглашений не было. Все смирились, что было поздно. Лицо главаря и действующих подчинённых уже засветились, а значит выхода нет. Только служить как планировалось, с надеждой в сердце на продолжение привычной жизни. Хотя уже ничего не будет как прежде, по всей видимости. "- Правило пять" - продолжил Омы, видя, что он всех запугал "- Вы будете любимы и восхвалены мной только если усердно будете выполнять свою работу. А бездельников я здесь не держу. Правило шесть. Вы не лезете в жизнь своего начальника, иначе останетесь без ежедневного чая. Правила семь.." Слушатели удивились. Наказание было чересчур пустяковым для имиджа того жестокого человека, который он себе успел создать. "- Может всё не так плохо?" "- МОЛЧАТЬ! А теперь запомните главное" - и как же страшна была его фигура на центре стола "- Я здесь босс, бог и король. Я не боюсь ничего в этой жизни и никому не подчиняюсь. Поэтому вы не найдёте на меня управу, если вам вдруг что-то не понравится. Я не имею слабых мест" "- Ома-кун, хватит опаздывать к ужину и пропускать завтрак" Лидер сник всем телом, а народ повернулся к выходу служебного помещения, откуда шёл голос. "- Ты опять на столе? Ома-кун, ну, сколько мне нужно учить тебя манеров, чтобы бы их усвоил?" - быстрыми шагами синеволосый парень приближался к кажется пристыдившемуся "- А ну, молниеносно слез и пошёл со мной домой! Буду тебя откармливать тебя как младенца с твоей любимой, серебряной ложечки, раз ты не в состоянии поесть сам" "- Ну, Сахорочек" - униженного мужчину тянули за пёстрый рукав, стягивая на пол. "- Никаких "сахорочек"! Быстро ужинать я сказал! И не приписывай себе лишней власти. Без отрицаний! Я слышал последние пару фраз, когда мчался сюда. Говоришь ты слишком громко, слышно на весь коридор" Всемогущего босса закинули на плечо, не слушая его возмущений, понесли к выходу. Поражённые слуги молчали, а через пару секунд после ухода юнош один из сидящих за столом действующих работников легко рассмеялся: "- А теперь я расскажу вам правду весёлой работы с Кокичи Омой и вмешательством антивесёлого рационалиста Шуичи Сайхары" Перестав бояться за свою жизнь, расслабленные новобранцы наклонились к рассказчику, заинтриговавшись.