obedient doggie

входная дверь хлопает, хенджин нервно кидает на тумбочку ключи от машины и, вытерев подошву обуви о коврик, идет по коридору. — сынмин?!–голос звучит немного раздраженно, он устал за сложный рабочий день. из одной из комнат медленно движется парень, который сразу замечает, что его бойфренд не в духе. — что ты так плетешься,–он быстро сокращает расстояние.–разве ты не рад видеть хозяина, м?–он кусает изящную шею парня.–будь умничкой, принеси мне свой ошейник, можешь выбрать любой, который больше понравится, и сделай это, как хороший песик,–он руками скользит по бедрам, прикрытым лишь длинным подолом белой футболки.–и надень хвостик. сынмин кивает и убегает в спальню, а хван идет в гостиную, где наливает себе в бокал красного вина, он из кармана штанов достает пультик и пачку сигарет, складывая на стеклянный столик возле темного кожаного кресла, в которое он присаживается и ждет, пока ким придет, что, впринципе, происходит очень скоро. младший на коленях, с черным кожаным ошейником в зубах, ползет к нему, из-под футболки торчит серый собачий хвост. он добирается до хвана и отдает ошейник. — хороший мальчик,–старший гладит его по голове, как собачку, хорошо выполнившую заданную ей команду. на шее сынмина быстро появляется черное кожаное плетение, которое плотно облегает шею, оставляя после красные полосы на коже, на ошейнике висит маленький брелок с высеченным на нем именем «минни». хенджин нажимает на кнопочки на пультике, который всегда носит в кармане, увеличивая цифру с нуля до пяти. младший дергается и носом тычется в черную обувь хвана. — сегодня мой песик поработает ротиком, хорошо?–он спрашивает, хотя ответ все равно будет такой, какой захочет он сам.–иди сюда–хенджин хлопает себе по бедру, но сынмин понимает, что это явно не приглашение присесть на коленки, поэтому, усаживаясь на полу меж его ног, покорно ждет следующих приказов.–ты можешь расстегнуть молнию на моих брюках, но помни, что ты можешь использовать только свои зубки. ким кивает и пытается зацепить язычок молнии, чтобы потянуть его вниз. это получается лишь с четвертой попытки, он чувствует, как рука поглаживает его волосы, о ногу трется мягкая шерстка, влажный нос возится прямо по голому бедру сынмина. старший берет со стола мягкую игрушку, показывая своему питомцу, а потом откидывая в другой угол комнаты, собачка бежит за ней, начиная грызть. — кками нам будет мешать,–младший даже начинает завидовать собачке, которая играет с игрушкой.–минни, лежать.–ким ложится прямо на полу.–на спинку, я хочу видеть твое прекрасное тело.–сынмин переворачивается, задирает чуть-чуть футболку, которая открывает вид на плоский живот, параллельно с этим вибратор в нем начинает работать с еще большей мощностью.–голос,–парень, до этого сдерживающий свое удовольствие, стонет, он может видеть, как хенджин достает свой набухший член и то, как он медленно движет по нему рукой, смотря на то, как сынмин извивается от ощущения вибрации внутри. он наклоняется к младшему, гладит по напрягшимся мышцам живота.–хороший песик. хван отпивает из бокала, который крутил меж пальцев, размешивая темное содержимое. пальцем он манит сынмина к себе, тот покорно поднимается и тянется навстречу сухим пухлым губам, на которых ощущается терпкость дорогого вина долгой выдержки. хенджин целует с напором и, когда сынминовы губы приветливо раскрываются, он передает жидкость, наполняя поцелуй пряностью. — такой милый,–хван фальшиво мило улыбается, но меняется в лице, когда отдает следующий приказ.–погавкай для меня, минни.–младший теряется на секунду, потому что это кажется слишком низким, но выполняет команду, потому что он–песик хенджина, которого хорошо воспитали и научили слушаться хозяина.–какой молодец, уже не терпится побывать в твоем прекрасном ротике. он обводит контур губ сынмина, давит на подбородок, чтобы тот открыл рот. ким смотрит блестящими глазками на хенджина. на языке ощущается излишняя влага и тепло, хванова слюна стекает по розовому блестящему язычку младшего, капли собираются на кончике, готовые упасть на пол, но хенджин не дает этому случится, ловит их и обратно сынмину в рот пихает. проникает пальцами, улыбается тому, как на глазах младшего собираются слезки. ким чувсвует себя немного униженным. влажные пальцы покидают горячий рот, растягивая за собой длинною ниточку слюны. несильно бьет ладонью по щеке, но так, что красный след все равно остается. — ты прекрасный, когда плачешь, минни. мой член уже изнывает без твоего ловкого язычка.–он за волосы притягивает его к члену.–давай, песик, начинай. сынмин вылизывает член, которым не перестает восхищаться, он аккуратный и с красивой головкой, которую он ловко заводит за щеку, пускает слюни и стонет от того, как та приятно лежит на языке. он с хлюпающими звуками движется туда-сюда, поднимает на хвана взгляд, смотрит снизу вверх, что заставляет старшего сжать его волосы в кулаке сильнее и шептать какие-то пошлые фразочки. — такой послушный для хозяина,–он направляет голову в медленном такте, отпивая из блестящего бокала вино. брюки намокают в некоторых местах, от слюны, стекающей вниз. движения становятся резче, а рука все дольше не отпускает и удерживает у основания, так, что нос сынмина упирается в гладковыбритый лобок, но он хорошо умеет подавлять рвотный рефлекс, даже если головка сильно толкается в стенку горла. когда его отпускают он утыкается в штанину, целует член у основания, но его тянут за ошейник, туго затянутый на шее. — ты такой умничка,–он улыбается.–ты заслуживаешь награду, да? сынмин лишь кивает часто и тянется за заслуженным поцелуем, чувствуя увеличение силы вибратора. хван никогда не целует его долго, лишь пару секунд, что больше похоже на детские чмоки. волосы поглаживают и, когда старший вновь отстраняется, ким возвращается к своему занятию, потому что хенджина нельзя злить излишней медлительностью. хван начинает более активные движения, сильнее давит на голову младшего, резче двигается и поддается навстречу. он удерживает голову сынмина, не позволяя отодвинуться, тот краснеет из-за нехватки воздуха, давится, потому что член толкается в заднюю стенку горла слишком сильно. руки сами упираются в крепкие бедра хвана, будто пытаясь оттолкнуть. хватка неожиданно пропадает и младший обессиленно падает, стараясь отдышаться, лбом упирается в холодный паркет, руки трясутся. хенджин закуривает сигарету из пачки с дорогим названием, он ногой раздраженно стучит, смотря, как сынмин ничтожно растекся по полу. — иди сюда,–едко, как дым, которые он пропускает меж губ.–ты еще не закончил. ким кивает слабо, хенджин уничтожает в нем все. хитрый взгляд бегает по лицу заплаканного младшего, хвану нравятся его слезы, он растирает влагу по лицу. — ты такая шлюшка, минни, да?–большим пальцем он давит на опухшие губы, пояснять не нужно, сынмин сам понимает, начинает сразу работать языком, но длится это недолго, потому что его резко хватают за волосы и утыкают лицом в член.–тебе пора продолжить, я все еще не кончил. покорно, как настоящий песик, сынмин начинает вновь опускаться ртом вниз по длине. он чувствует, как острый носок лакированного ботинка давит на его член, спрятанный под длинной белой футболкой, это как зеленый свет светофора, он начинает двигать тазом, тереться о ногу. хван вплетает свои пальцы в волосы младшего, сам задает темп на резкий и грубый, навстречу рту движется. он опрокидывает голову на спинку кресла, глаза закатывает и стонет хрипло и протяжно, в свободной руке он все еще держит тлеющую сигарету. от слишком сильного напора ким случайно задевает член зубами. — ты напрашиваешься на наказание?–хван пристально смотрит в глаза, пока тушит окурок о дно стеклянной пепельницы, младший мотает головой.–почему же ты решил выпустить зубки? — я случайно, хозяин.–сынмин виновато опускает голову. — ты такой жалкий, что даже не можешь быть аккуратным?–он хлопает по щеке младшего.–смотри мне в глаза, когда я с тобой разговариваю.–ким поднимает взгляд, губу прикусывает, а хван грубо тянет за ошейник, прекрасно зная, что ограничивает парню кислород.–я надеюсь такого больше не повторится.–он приближает свое лицо. — н-нет, хозяин,–хрипит, хенджин выпускает кожаное плетение из рук, позволяя сынмину перевести дыхание. — тогда продолжай и лучше прячь свои зубки, сомневаюсь, что ты хочешь быть наказанным. сынмин вновь заглатывает член, стараясь еще аккуратнее работать. он активно двигает головой, без рук, потому что хенджин научил делать это так. вновь начинает тереться о его ботинок, чувствуя, как приближается оргазм, но без разрешения он не может кончить, потому что он–хорошая собачка. он выпускает член изо рта: — можно мне кончить? — но тогда тебе придется убираться, ты знаешь, моя обувь должнать быть чистой,–сынмин издает непонятный звук и кивает головой.–ты даже скулишь, как песик, можешь кончить.–лишь после одобрительной команды он может что-то сделать. ким делает последние пару толчков и из члена вырывается струйка спермы, которая пачкает футболку, пол и кожаные ботинки. он отползает, тело трясется, что не ускользает от старшего, вибратор все еще работает. — дрожишь, как озябший щенок. сынмин наклоняется к обуви, слизывает белесые капли, морщится от вкуса кожи и жидкости, но ловким языком полностью отчищает ботинок от беспорядка, который он устроил. когда кожа вновь блестит черным, он поднимается обратно, трясущимися ладошками опирается о крепкие бедра, запускает член сначала за щеку, слюна, скапливающаяся во рту, начинает стекать по длине. он чувствует, как член начинает пульсировать сильнее, а головка вздувается еще больше. хван опять запускает руки в темные волосы и толкается в последний раз, так, что головка упирает в заднюю стенку раздраженного горла, а вязкая соленая субстанция стреляет прямо в глотку и стекает вниз, сынмин захлебывается, старается глотать, но что-то все равно вытекает с уголков губ, стекая по подбородку вместе со слюной. старший заканчивает и закрывает глаза, он отпускает кима, тот кашляет. — ты такой грязный, тебе стоит умыться, и можешь вытащить хвост,–он грубым жестом руки отгоняет его, и тот, поднявшись на ноги, скрывается за дверным проемом. в ванной сынмин стирает со своего лица грязь, смывает слезы с покрасневших щек, сзади обнимают руки, в загривок горячо дышат и целуют. хенджин меняется, как по щелчку пальцев. — прости, я, кажется, переборщил,–он покрывает россыпью поцелуев хрупкие все еще дрожащие плечи. — нет, все в п-порядке,–язык чуть-чуть заплетается, а голос совсем тихий и хриплый. — врешь,– он через зеркало смотрит сынмину прямо в глаза.–почему ты не остановил меня, ты же знаешь, что я не хочу причинять тебе боль и дискомфорт, если этого не желаешь ты. сынминни, я действительно сегодня был слишком грубым и–целует в чувствительное место под ушком, расстегивая ошеник и откладывая.–готов загладить вину. — все хорошо,–младший поворачивается лицом к парню.–мне нравится,–обнимает в ответ.–когда ты такой, мне нравится быть твоим песиком. — пойдем, я уложу тебя спать,–он подхватывает худощавое тело на руки.–мне еще нужно поработать, сегодня был действительно сложный день, все документы спутали, убил бы, но ты как всегда мне помог, малыш. — ты же полежишь со мной?–сынмин цепляется ручками за офисную рубашку старшего и смотрит щенячьими глазками, которым нельзя отказать. — конечно. сынмин спит мило, он иногда дергается во сне, сопит смешно и причмокивает губами, как ребенок. хенджин смотрит на него, улыбается, закутывает повыше одеялом и целует темную макушку. он выключает свет перед тем, как покинуть комнату и благодарит маму сынмина за то, что родила такого прекрасного сына, за которого хван готов каждому вспороть глотку. подхватив кками на руки, чтобы собачка не мешала его парню спать, он уходит работать над злосчастными бумагами.