О безумцах и больницах

Больница - далеко не то место, которое нравилось Учихе Саске. Вообще-то он сейчас должен быть с родителями в Египте, но жизнь решила так, что он проведёт ближайшую неделю в больнице. И даже не в частной клинике – не так давно отец сообщил обоим сыновьям, что больше он не будет покрывать их лечение в дорогих клиниках, и что в случае ЧП он максимум пришлёт денег на еду. Разумеется, никто не собирался откладывать поездку, только потому, что у Саске аппендицит. И вот уже третий день он мариновался в больничных стенах. Ему уже разрешали вставать, но далеко уйти бы не получилось. Даже спуститься на первый этаж покурить на крыльце было невыполнимой задачей. В палате было жарко, и сильно пахло спиртом. Соседи — двое мужчин пожилого возраста — изредка подавали признаки жизни, стоная или переворачиваясь с боку на бок. Вечерело. Отвратительный вкус анестезии наконец-то выветрился изо рта спустя два дня полоскания рта. Есть какую-либо пищу не хотелось, и врачи не настаивали, за что Учиха был им благодарен. Итачи мельком заглянул, чтобы принести две бутылки воды и халат, и больше не приходил. Наверное поехал с родителями вместо него, Саске, или снова упахивается на работе как проклятый. Третьего не дано. Скрип старого, как сам мир, окна вывел его из раздумий. На подоконнике сидела, свесив ноги со второго этажа, темная фигура с копной ярких даже в темноте жёлтых волос. Саске застонал, накрывая лицо руками. Этот придурок действительно пришёл к нему в больницу через окно? — Почему не в часы посещения?! Почему обязательно через окно и по темноте, а Наруто? — зашипел Саске, приподнимаясь и падая обратно на подушку. Желание вдарить самодовольному придурку поутихло после острого укола боли в бочину. Подниматься расхотелось совсем. Соседи спали, слегка попердывая во сне, и Саске решил забить на все, чуть пододвигая штору, чтобы Узумаки не было видно с коридора. Просто лежать и смотреть в потолок было скучно, так что от общения, пусть даже с этим идиотом, он не откажется. — И чего ты пришёл? — Жрать захотел — лаконично пробормотала штора, сверкнув четырьмя яркими, белыми клыками. — Ну и в гости наведаться, конечно. — Опять психов будешь пугать в неврологическом? Добэ... — Да нету там психов, говорю я тебе! И нельзя мне туда, инсульт ещё стукнет кого, или парализует при виде меня прекрасного. Да и жрать там нечего, одни старички. Вы, молодёжь, в больницы приезжаете разве только с аппендицитом, или с сердечными проблемами, если очень в жизни не повезло. Саске снова не секунду задумался, а сколько же ему лет, этому не-мертвому, если он так бесцеремонно относится к «молодежи». В общем-то Учихе было насрать, если бы только этот кровосос отстал уже от него. Кровосос, к его огорчению, сверкал клыками и заискивающе поглядывал голубыми глазами. — Давай заключим союз. На время твоего пребывания в больнице — внезапно затараторил блондин, отводя глаза от распластавшегося на кровати Саске. — Ты даёшь мне кровь, а я даю тебе лучшее обезболивающее, лучший наркотик, без риска зависимости. Учиха хмыкнул. Предложение было заманчивым — вот только подвох был. Зависимость была – не физическая, не та, от которой появляется ломка, а моральная, та, от которой сходишь с ума от тоски. Но наступала она только спустя годы, так что волноваться причин не было. Долго думать не пришлось. — Нет. — штора недовольно колыхнулась, глаза сверкнули красной искоркой и погасли. — Мне не нужны твои подачки. Если голоден – ешь, если хочешь пустить мне по вене свою отраву — пожалуйста, но союз я заключать с тобой не буду. — Умный парень, смышленный — пробормотала штора. В коридоре мелькнул силует медсестры и пропал, выключив последнюю лампочку. Единственным светом в комнате был свет уличного фонаря. Наруто осторожно выскользнул из-за шторы и перебежками двинулся к двери. Убедившись, что снаружи тихо, он прикрыл её, оставляя едва заметную щель, чтобы в случае чего шаги снаружи было слышно сразу. Не то что бы ему это нужно, но просто осторожности ради. Саске даже голову не повернул в его сторону - слишком утомительно. Каждая клеточка тела болела, и сил даже думать о самодовольном ублюдке, который снова переместился на подоконник, не было. Жара в палате душила, а воздух с улицы проникал тонкими струйками, благодаря все тому же засранцу. Учиха застонал, выдергивая из-под головы подушку и роняя её себе на лицо. Даже от этого простого действия от шва по всему телу прострелило болью. Руки тряслись, мышцы в шее протестовали против смены положения. Подушка теперь не только грела, но и душила. На мгновение Саске подумал, что это наверное лучшее решение – просто вот так удавиться подушкой среди ночи и больше не страдать. Но разумеется, его планы нарушил вездесущий Наруто, который поднял с его лица подушку и переложил себе на подоконник, устраиваясь поудобнее и закинув ноги на край оконной рамы. Он возмущения Учиха даже дар речи потерял. — Что сегодня нового расскажешь? — поинтересовался блондин, глядя на него со своей вечной улыбкой. — Сакура-чан снова приходила ругаться? Ах да, Сакура. Саске и не знал, кто из этих двоих был более надоедливым: ночной охотник или вечно недовольная санитарка, которая охала и ахала над ним, как над маленьким ребёнком. Наруто хотя бы его не жалел, но и не глумился над ним. Для него ничего не изменилось, кроме места встречи: раньше он запрыгивал на подоконник комнаты Саске по ночам, а теперь – на подоконник больничной палаты. — Сакура приходила... Орала на медсестру, что та заставляет меня вставать, хотя рано... Медсестра орала на неё, что она вообще ничего не знает и должна молчать в тряпочку. Саске закашлялся, хватаясь за повязку. Мерзкий привкус анестезии першил в горле, отходил с мокротой. Наруто протянул ему одну из салфеток с тумбочки. — Орали тут полчаса, спать не давали. Потом хирург пришёл и сказал отстать от меня, но чтобы завтра точно встал. Нахрена тебе вообще это знать, добэ? Наруто хмыкнул, отворачиваясь. Щелкнула зажигалка, и от окна едва ощутимо потянуло дымом. Саске скрипнул зубами. Собственное желание закурить, похороненное под сотней слоев боли, проснулось с новой силой. — Гад ты кровососущий... — М? — Я даже до туалета едва доползаю, а ты тут куришь при мне. — Хочешь? — Чтобы тут пожарка заорала? Нет, спасибо. Это ты практически на улице, а я так далеко не вытянусь. Даже сесть не смогу сейчас, если честно, заебали меня сегодня. Завтра может спуститься попытаюсь. — Как хочешь. Наруто затушил сигарету, решив, видимо, всё-таки не мучать его, несчастного и больного, запахом сигарет. Голубые глаза потихоньку начинали наливаться красным. Пора. Саске со вздохом освободил руку от простыней, вытягивая её, затем замер. Немигающий взгляд был направлен на жилку, бьющуюся в его шее. Сердце рефлекторно застучало сильнее, как будто говоря «да, вот сюда бей!». Одним слитным движением блондин припал к его шее, откидывая голову и обнажая вену. Клыки впились острой болью, которая тут же сменилась удовольствием от эндорфинов, которые вампир в него вкачивал. Пропала боль затекших мышц. Пропала пульсирующая боль на месте операции. Пропала темная комната, храп и пердеж соседей, остались только он и Наруто. Мгновение — и это закончилось, блондин отодвинулся, оставляя на месте прокола чистую кожу и легкое покалывающее ощущение. Боли не было вообще, никакой. — Эй, если будешь так соблазняюще на меня смотреть, то я не удержусь и поцелую тебя, Белоснежка. — Если будешь так шутить, то я однажды тебя нагну, добэ. Наруто лишь хмыкнул, кидая в него подушкой. Саске рефлекторно поймал её, и секундой спустя Наруто уже нависал над ним, расставил руки по обе стороны головы. Учиха дернулся, но поздно – теперь единственной преградой между ними была подушка. Тёплое дыхание – совсем не похожее на дыхание мертвеца – коснулось его щеки. — Я предупреждал тебя, Белоснежка — шёпот пробирал до костей и посылал мороз по коже не смотря на жару в комнате. Губы коснулись щеки, слегка задели ухо, снова спустились к пульсирующей венке на шее. — Ты ведь сам хочешь этого. Или боишься? Саске и сам не знал. Мурашки на коже могли быть как реакцией страха, так и желания. В голове звенела полная пустота. Саске заторможенно кивнул. Теплые губы накрыли его, в податливый рот скользнул чужой язык. Саске отвечал лениво, словно находясь в ином измерении. Комната плыла, и только черты вампира оставались четкими. Руки сами собой вплелись в чужие непослушный волосы, не позволяя оторваться просто так. — Эй, полегче, ковбой, задохнешься. Хватит с тебя. — голубые глаза сверкнули озорным блеском, а чужая фигура снова была вне зоны досягаемости. — Завтра будешь почти как новенький. Не знаю, правда, как ты это врачам объяснишь, но ладно, хрен с тобой. Спокойной ночи, Белоснежка. Саске чертыхнулся про себя. Ну и что это было? Сон, навеянный лекарствами и вампирскими штучками бред больной фантазии? Или он действительно только что целовался с вампиром, ночным охотником, кровососом? Если бы Итачи знал, то он бы наверное умер со смеху. «Ещё один Учиха пал перед чарами потустороннего. Пора бы уже ввести новую традицию, или что?» Семья бы назвала их безумцами – связь Итачи с перевертышем стала скандалом, когда он рассказал родителям, но они в итоге со скрипом приняли Конан. Но связь Саске с вампиром, да еще и с парнем... Ему совершенно точно достанется от Фугаку. Их назовут безумцами – но Саске уже наплевать. Они просто не знают, какого это - настолько в ком-то раствориться. Наруто раздражающий, надоедливый и шумный – полный его противовес. Их пара – это просто ещё одна маленькая невероятнось, которая не должна была случиться. Но ведь они случаются каждый день.