Светлячки в небе

Прошлое

      Калли нередко выходила в мир людей, чтобы перед коронацией почувствовать себя вновь живой и прежней. Это было понятным, потому что преобразования были необратимыми. Принять сущность странников на физическом и мысленном уровне было разными понятиями. И в этих выходах Калли познакомилась с молодой красивой ведьмой. Селестия Клара де`Кьера.       Молодая ведьма встретилась ей случайно в лесу недалеко от гор. Внешний вид Калли вызвал недоумение и любопытство у Селестии. С этого и началась их дружба в несколько лет. Их тайные встречи происходили регулярно в горах. Они вместе практиковались в колдовстве, устраивали шуточные дуэли, исследовали пещеры в старых горах. Они стали близки не только по взглядам, стали сёстрами по духу.       Калли неохотно отвечала на вопросы о Крае. Она многого не понимала, её ещё учили понимать новый для неё мир. Селестия с детским восторгом реагировала на каждый ответ и говорила, что хотела бы посетить Край Странников и своими глазами увидеть коронацию принцессы. Калли же отвечала, что это невозможно из-за сложностей в культуре эндеров и смертных.       Иногда были тёплые вечера, когда подруги шили платье для коронации Калли. Чёрный атлас необычайно красиво переливался в закатных лучах. Чтобы придать платью особенную красоту, Селестия принесла из своего дома драгоценные камни, которыми ведьма обшила корсет принцессы. Такими темпами наряд для коронации был готов за пару недель. Калли не знала, как отблагодарить Селестию за такую помощь. В подарок ей принцесса вручила небольшую шкатулку с зеркалом.       После тренировочного боя обе девушки упали на мягкую траву, пока над ними в небе плыли густые пушистые облака. На лицах обеих были умиротворённые улыбки, которые не сходили во время разговора. Внезапно Селестия заговорила о том, что хочет покинуть свою родину Кьеру. Калли приняла сидячее положение и посмотрела на подругу.       — А как же твои родители? — приподняв брови, спросила принцесса.       — Солнце отец мой, а Луна стала матерью. Других родителей мне и не нужно, — с холодностью произнесла Селестия, поднимаясь на ноги.       Калли заметила в тот же день, что её подруга стала отдаляться в эмоциональном плане. Отвечала холоднее, говорила меньше. На попытки извинений Селестия говорила, что дело было не в вопросе, что Калли спрашивала о семье. Она списывала всё на странное предчувствие, что касалось её дома.       В следующие дни Селестия появлялась всё реже и реже. В последнюю встречу молодая ведьма показала принцессе Кьеру. Прошло больше месяца, как Селестия пропала из гор. Ещё через пару дней коронованная Калли узнала, что родина сильных ведьм и родина Селестии была уничтожена, всех ведьм, что находились там, перебили.

Настоящее

      Калли вышла за пределы города Альянса. Переговоры и подписание договора о союзе прошло спокойно и быстро. Энди и его приближённые точно знали своё дело, действовали в интересах безопасности людского мира. Королева за пару часов изучила столицу и поняла, что с её людской жизни мало что поменялось в архитектуре и устройстве городов. Да и столица ни капли не изменилась с её детства.       Люди с осторожностью реагировали на присутствие представителей Трёх Корон в своём городе. Эндеры, скелеты представляли опасность для них, их внешний вид пугал обычных смертных, которые никогда не видели никаких мобов. Они расходились в стороны, шептались при виде королевы. Калли не разговаривала с ними, не смотрела в их стороны.       Королева остановилась на смотровой площадке недалеко от дворца Альянса. Людская королевская семья, что властвовала в этих землях, заботились о народе хорошо, думали о безопасности. Высокие толстые защитные стены, везде были стражники. Излишняя строгость, но отчётливый порядок. Это нравилось королеве, но она не могла выкинуть из головы обсуждение в Альянсе.       Все знали о том, что Шинай и порт были захвачены Херобрином, его полчища зомби и огромная армия скрывались в самых неожиданных местах людского мира. Им требовался только сигнал, чтобы они начали свои действия. Такая армия полностью подчинялась только одному, не нуждалась в пище и отдыхе. Зомби были прекрасным оружием в этой войне. Даже демоны иногда давали слабину, пока живые мертвецы продолжали свои атаки.       Зная то, что Херобрин с ведьмами находится в крепости Шинай, Калли переместилась в горы рядом с местностью. Она появилась в одной из верхних пещер, откуда было видно крепость и прилегающие территории. Королева признавала то, что её враг тактически устроился в крепости, захватив все прилегающие территории вокруг. Рудники и реки, сами леса и гора также принадлежали ему.       В несколько телепортов Калли оказалась рядом с поваленными деревьями. Иссохшие, слегка прогнившие. В рубцах от оружия. Это говорило о том, что эти деревья пострадали не так давно. Скорее всего, в день, когда Херобрин захватил Шинай. Королева неспешно начала идти в сторону крепости, прислушиваясь к окружению. При всём желании, она могла бы и в одиночку уничтожить крепость, если бы не наличие там дюжины ведьм. Недалеко от основной тропы раздался шум хруста снега и будто разбитого стекла.       Калли приблизилась. Молодая ведьма, поправляя шубку, испытывала какие-то зелья, выливая их на снег и записывая какие-то реакции угольными карандашами по страницам. На её поясе висела Книга Теней. Много цветных склянок стояли под деревом, где скелеты расчистили снег. На дереве сидел оцелот. Королева не чувствовала угрозы от двух скелетов, они не обладали магией. А вот молодая ведьма являлась таковой.       Калли чувствовала, насколько сильно Эва подавляла свою собственную силу. Эта энергия была велика, но находилась в сильном ограничении. Королева долго наблюдала за ведьмой, пытаясь понять, что скрывается за спокойным внешним видом. Это было каким-то неясным стремлением к поддержанию этого самого спокойствия.       — Кто ты? — внезапно заговорила молодая ведьма.       — Как ты меня заметила? — покидая своё укрытие, спросила Калли. — Впрочем, это не имеет значения. Пока я не хочу тебя убивать, ведьма.       — Я с трудом в это верю, — Эва жестом остановила скелетов.       — Кьера. Ты ведь хочешь знать, где это, я права?— Калли расправила плечи. — Если ты уйдёшь от Херобрина, я покажу тебе точное местоположение и сохраню твою жизнь.       Когда в глазах Эваноры появился искренний блеск надежды, Калли посчитала, что смогла уловить ту самую нить души, чтобы держать ведьму за шею. Перед хозяйкой выпрыгнул Лакки, который был крупнее своих сородичей в своём возрасте. Подпитанный магией, он не собирался подпустить женщину. Калли лишь усмехнулась, скрепив пальцы перед собой.       Но девушка подавила надежду, её глаза стали холоднее, чем сам лёд. Королева Края не понимала, где совершила ошибку, почему реакция стала иной. Эванора расправила воротник шубки, стряхнула небольшую снежную пыль с рукавов. Встав прямо и отдав команду питомцу отойти, ведьма выдохнула:       — К вашему сожалению, это не в моих интересах.       После этих слов Калли не смогла прочитать девушку. Королева заметила, что её собеседница сомкнула указательный и большой пальцы левой руки. Трюк ведьмы Терри, которым она закрывала свою энергию от остальных. Эванора, как полагала женщина, выучила это специально. Любимицу Херобрина явно обучали молодую главу ковна полезностям. И блокировку энергии девушка выучила намеренно.       Калли усмехнулась, вспоминая несколько своих стычек с Херобрином. Она знала его как самодовольного и подлого человека, который не то, что шёл, нёсся на своём пути к власти, сносил головы каждого. Его влияние было огромным на Эванору, потому что он держал её у себя под боком. Так бы поступила и сама Калли, заполучив ценную Книгу Теней.       — Разве ты не хотела бы узнать своих родителей? — поджав губу и приподняв голову, спросила королева.       — Солнце мне отец, а Луна - мать. Других родителей я не знала, — мертвенно-спокойным голосом ответила Эва.       В этой холодности речи и пустом взгляде Калли увидела Селестию из своих воспоминаний. Внешне пусть они были похожи, но энергией совершенно разные. Селестия зависела от эмоций, действовала стихийно, вела себя эгоистично, но всегда думала об обществе вокруг себя. Эванора же полагалась на разум, по крайней мере, такое впечатление создавалось, сдерживала свою силу и шла по головам для достижения не только своих целей, но и целей окружающих.       Калли узнала в этом ведьм, захваченных Херобрином. Ингрим, что была известна алой ведьмой из-за своего кровавого пути, влияла на Эву больше остальных. История огненной ведьмы была печальна тем, что её постоянно выгоняли из всех ковнов. Невероятная сила, находящая под полным контролем, представляла угрозу для глав ковна. Они неоднократно пытались убить Ингрим, но она была сильнее, поэтому избавлялась от угрозы первой. Спустя долгие скитания Ингрим пришла в далёкий ковен отшельников, где глава была готова отдать своё место алой ведьме. К тому моменту Херобрин захватил её разум.       Второй являлась Терри. Она была лично знакома с Рапто. Большую часть своих сил она получила от того, что попала в Край. Ей предлагали стать такой же странницей, как и жители того мира. Но она сбежала оттуда, когда появился новый человек. С новыми способностями её не приняли в родном ковне, поэтому Терри начала странствовать. Находя применение своей магии, она получила признание в землях ведьм. Этим самым привлекла внимание Херобрина к себе.       — Я вижу, что Вы не просто кукла в чьих-то руках. Но Вы совершаете ту же ошибку, которую сделала принцесса Мариан. Вы видите во мне угрозу с детским лицом. Но я не ребёнок.       — Это не твои слова, ведьма из Кьеры. Тебя так Херобрин выдрессировал?       — Ваши слова никак меня не заденут. Можете говорить то, что я под чарами и прочее. Но я на стороне Херобрина по своей воле, и я не пойду против господина, — твёрдо и легко отвечала Эванора.       Её спокойствие внушало уважение. Она не терпела унижения, чётко выставляла свою границу, не позволяя переступить её. И Калли не так уж и сильно пыталась принизить собеседницу. Это было странным проявлением уважения не к личности молодой главы клана, но к её силе и возможностям её сдерживания. Королева бы с удовольствием побеседовала или понаблюдала за тренировками ведьмы. Как то было во времена дружбы с Селестией.       Калли желала бы продолжить свою речь, но переместилась на несколько метров в сторону от дерева. В снег по траектории её перемещения приземлилось три огненных шара, что сразу же исчезли. В воздухе возник сперва чёрный скелет, на котором возникла мантия. Появление Табуса было предсказуемым. Пока королева и ведьма говорили, Тильд отправился в Шинай за подмогой. Идрис обладал магией иллюзий и создал копию своего товарища.       Табус медленно опустился на землю, взмахом кисти расчистив себе путь. Он расправил плечи и пустым взглядом уставился на королеву. Иссушитель показал ладонь Эве, чтобы она не вмешивалась. После его внимание вновь вернулось к королеве, которая не скрывала своего презрения к появившиеся персоне. Лично они не были знакомы, но наслышаны о поведении и поступках друг друга.       — Приветствую Вас, Ваше Величество, — Табус поклонился Калли и выпрямился. — Какое бы уважение я не испытывал к Вашей персоне, вынужден буду применить силу, — разведя руками в сторону, иссушитель намеривался использовать заклинание, — если Вы немедленно не отступите.       Королева не ответила на поклон, не считая нужным проявлять такие любезности к собственному врагу. То, что он своей спиной закрывал ведьму, говорило уже о том, что ему не плевать на неё. Табус, как и полагалось верному псу Херобрина, не стоял в стороне. Господин приказывал охранять, псы исполняли.       Эванора отошла на пару шагов назад, отдавая ситуацию в руки иссушителя. У того не было половины эмоций, он мог спокойно реагировать на абсолютно любую ситуацию, а потому её помощь не требовалась. Невмешательство - лучший расклад событий. Калли цыкнула на такой жест ведьмы. Сперва королева нашла забавным поведение Эваноры, её яркую искру в глаза, но появление Табуса убрало ту самую искру. Вместе с ней пропал и интерес Калли к молодой ведьме. Поэтому она вернула взгляд на иссушителя:       — У тебя ничего не выйдет, колдун. Завладеть Кьерой тебе не суждено.       — У меня такой цели не было. А вот у Короля Костей была. И мы оба знаем, что он так и не нашёл Сердца Кьеры.       В глазах Эваноры королева прочитала недоумение и много вопросов. Иссушитель коротко кивнул, что означало его готовность на всё ответить. Калли хмыкнула, не доверяла колдуну. Тот, кто раньше никогда не преклонялся ни перед единым господином, стал служить Херобрину, потому что признал его силу. Так просто не могло быть.       Эванора покорно опустила голову. Такое действие Калли посчитала странным. Видимо, молодая ведьма в силу своего возраста подчинялась старшему, тот был первым приближённым Херобрина. Несмотря на имеющуюся власть у Эваноры, она принимала свою неопытность, но подражала поведению окружения. Тех, кого считала авторитетом. Херобрин, Табус, Ингрим, остальные ведьмы в меньшей мере. И только потом она сама.       — Твоя мать гордится тобой, ведьма, — собираясь уходить, бросила Калли.       — Она мертва. Вы не можете знать, что она чувствовала бы ко мне сейчас, — но королева не оглянулась на слова Эваноры.       Совершив пару шагов, женщина испарилась. Табус приказал Идрису и Тильду собрать все вещи молодой ведьмы, а сам вместе с ней отправился в крепость. За весь путь иссушитель не проронил ни единого слова, чтобы не привлечь лишнего внимания. Скелет в мантии провёл девушку через центральную дверь, поднялся вместе с ней в библиотеку. Херобрин был занят своими делами, чтобы заметить исчезновение или появление кого-то в крепости.       Тяжёлые двери закрылись следом за иссушителем. Табус вернулся к переписи и переводу текстов. Эва сняла шубу, отдала её Идрису и попросила накормить Лакки. Тильд принёс ужин ведьме, а та села за один из учебных столов. Во время трапезы девушка делилась результатами своих испытаний зелий. Табус нехотя прокомментировал всё сказанное.       Он испытывал к ней своеобразную привязанность, которую нельзя было назвать любым классическим видом. Ученик и наставник, отец и дочь, кошка и собака. Испытывая ответственность, неприязнь и любопытство к ведьме, Табус часто держал себя в рамках. Эва в ответ же всё время пыталась понять его, изучить и получить признание.       Иссушитель опустил перо в банку с чернилами. Он снял капюшон, открывая свой угольный череп. Колдун опустил плечи, склонил голову над столом. Винил себя в ошибке, что позволил кому-то подобраться так близко к обители. Если бы об этом узнал господин, Табус бы не смог избежать наказания. Просить Эванору о помощи с объяснениями не было смысла, втянул бы в личные разборки и получил бы больше проблем. Потому что Херобрин слишком дорожил своей ведьмой.       — Ты поступила мудро, что заговорила первой, когда обнаружила королеву, — начал иссушитель, подняв взгляд на девушку.       — Она словно и не скрывалась, — Эва отложила столовые приборы. — Что такое Сердце Кьеры?       — Когда будем там, всё и узнаешь. Не заговори об этом перед господином.       — Поняла. Но вопросов много. И мне нужны ответы. Сейчас.       Табус кивнул, зажигая оставшиеся свечи в вокруг них. После приёма пищи Эва похвала Идриса и попросила унести поднос с посудой. К хозяйке вернулся Лакки и лёг в ногах девушки. Сытый и спокойный хищник стал засыпать под разговор между Эванорой и Табусом.