Ловушка любви под сиянием звёзд

Я понимала, что я веду себя как маленькая. На самом деле она не обязана ко мне относиться по-особенному, да и ничего по сути плохого она не сказала, но комментарии коллег меня провоцировали на обличение самых неприятных эмоций. Я старалась вовсе не попадаться ей на глаза, а если уж было необходимо с ней пересекаться, то делала это максимально быстро. Так, на следующий день я зашла в кабинет и кинула ведомость на стол, едва кивнув ей. Из кабинета я вышла быстрее сквозного ветра, удостоившись недоуменного взгляда со стороны Алёны Тимофеевны. В другой день мне нужно было донести ещё листы по малоимущим детям. Её тогда окружило большое количество учителей. Видимо, моё недовольное лицо выделялось из толпы. С нервным смешком Алёна Тимофеевна попросила её подождать, если я хочу с ней поговорить или оставить документы под дверью. Разговаривать с ней не хотелось. Я оставила документы и ушла. В этот же день одна из самых взрослых преподавательниц предложила съездить с моими детьми в картинную галерею. Мы договорились, что будем совместно контролировать посещение нескольких классов. - Я напишу Алёне Тимофеевне, - проговорила она, и я кивнула. Общаться с Алёной совсем не хотелось. Но идти для объяснения некоторых тонкостей, детей пришлось снимать с уроков, нужно было вдвоём. Эвелина Максимовна – женщина очень взрослая. Историк с большим стажем работы. Она была очень уважаемым преподавателем. Конечно же, Алёна с большим почтением приняла её, едва ли взглянув в мою сторону. Я же в свою очередь старалась смотреть куда угодно, но не на завуча. - Вы по поводу похода? – спросила Алёна Тимофеевна, обращаясь к Эвелине Максимовне. – Вы так интересно выразились в вашем сообщении… «Данный альянс с Валентиной Петровной был вызван…» Почему альянс? - Ну а как иначе нам можно назвать эту кампанию? – тягуче и медленно проговорила Эвелина Максимовна. – Впрочем, я не только по этой причине хотела бы с вами поговорить. У меня есть мальчик, в одном из классов, он совершенно не умеет себя вести. Он сказал, что моё мнение относительно его поведения – для него ничего не значит, и он будет вести себя так, как считает нужным. Разве это правильно, Алёна Тимофеевна? Мы одновременно с Алёной помотали головами, устремив свой взор в окно. - Конечно, нет, - проговорила Алёна. – Мы вызовем этого мальчика для разговора. Что-то ещё? - Да… У нас получается некая накладка по урокам… Мммм…. – Эвелина Максимовна в силу своего возраста и характера не могла быстро формулировать мысли. Алёна с почти осязаемой мольбой взглянула в мою сторону. Я вздохнула и произнесла: - Мы освобождаем 9 Б, В и Г для того, чтобы отправиться в картинную галерею, но у нас возникают сложности в предметами физики у разных классов. Физику ведут разные педагоги и, видимо, им нужно будет дать задания детям. Также у них пропадёт математика. Это целых три предмета. Мы просим у вас разрешение на это. Алёна задумчиво посмотрела на календарь. - А в связи с чем были выбраны именно эти классы? - У нас в этих классах в это время уроки. Поход в картинную галерею занимает больше времени, чем длится урок. - Что ж… Вполне логично, - проговорила Алёна, внимательно всматриваясь в моё лицо. – Вам, можно сказать, повезло… Преподаватель по математике ушла на больничный, по физике тоже. Я хмыкнула. Болезнь назвать везением может только Алёна. Кажется, она уловила моё настроение, потому что тоже усмехнулась. - Конечно, везением это назвать нельзя, но в вашем случае… - как будто прочитала мои мысли она. – Вам осталось только договориться с одним из преподавателей по поводу домашних заданий. А ещё вам нужно заполнить документы в связи с вашей деятельностью на работе. Она подошла с документами сначала ко мне и начала объяснять всё необходимо по индивидуальному планированию. Уточняла некоторые тонкости, я старалась быть максимально сосредоточенной и не обращать внимание на склонившуюся надо мной женщину. Лишь один раз я подняла взгляд на неё, когда она мне что-то объясняла, удостоившись от неё нервного смешка. Интересно, почему она тогда нервничала? Понимала, что не права? Впрочем, что-то меня сподвигло изменить к ней отношение: толи её как будто извиняющийся взгляд, толи нервный смех, толи я по ней соскучилась. Кстати, жизнь била ключом и порой по голове. Алёнка в день, когда мы отправились в картинную галерею, поехала в Элисту. Видимо, взяла тур выходного дня. С кем она ездила – остаётся загадкой. Однако точно не одна, потому что её кто-то фотографировал. Женя меня дразнила, говорила, что сто процентов она была с каким-то мужчиной. Впрочем, такая женщина вряд ли осталась бы без внимания. Ревновала ли я? Возможно. Хотела ли я её ревновать? Абсолютно точно – нет. На фотографии с Элисты я поставила реакции. На них Алёна не отреагировала. Кстати, занавески дети в кабинете поменяли. Я даже сделала историю в соцсети, чтобы Алёнка это увидела. Она историю посмотрела, а затем сделала вид, что в первый раз видит поменянные занавески, акцентировав внимание на том, какие дети молодцы. Уборка в кабинетах проходила ужасно. Замученные дети отскребали жвачки с парт, намывали столы. Мне пришлось отвечать сразу за три кабинета. Так уж получилось. Но я была бы не против, если бы мне за это доплачивали. Алёна появилась под конец уборки. Начала проверять кабинеты на чистоту. Я ей чуть ли не ковровую дорожку постелила до учительской. Она придирчивым взглядом осмотрела кабинет: - А что здесь изменилось? Моему возмущению не было предела: - Дети помыли раковину, все полки протёрли, подоконники, соскоблили оставшиеся за партами жвачки, протёрли документы, положив их стопочками, помыли стены, где дотягивались, отскоблили от пола жвачки, стерли пыль со стульев, полили цветы. Она внимательно оглядела помещение и её взор наткнулся на новую микроволновку в преподавательской. - А это у вас откуда? - Эм… Наш преподаватель, Велимир Егорович, принёс. Сказал, пусть будет. - Хм… Мне тоже нужна микроволновка, - она усмехнулась, глядя мне в глаза. – Впрочем, ладно. Я задумчиво посмотрела на женщину. К чему это было сказано? Спустя буквально 15 минут я уже встречала её на другом этаже. - Опять ты? – посмеялась она. Ну прям дико смешно. - Опять я. Она внимательно оглядела кабинет, давая указание детям что-то подправить. - Ну совершенно другой вид! Совершенно! Так-то лучше, Валентина Петровна. А теперь посчитайте, пожалуйста, столы и стулья здесь. Кабинет вообще-то за вами закреплен. - А где я могу… - У Милены Степановны, у кого же ещё. Я побежала за документом к заму Алёны Тимофеевны, а затем начала пересчитывать все необходимые предметы. Не хватало 6 стульев. Я вновь побежала к Алёне. - Что делать? – спросила я её. - Пиши по факту, - голубые глаза внимательно изучали моё лицо. – Там уже Татьяна Евгеньевна, или Милена Степановна, или я… Разберёмся. Как оказалось, пока я бегала, Алёна ещё раз зашла в кабинет. Там уже меня поджидала Женя. - А Валентина Петровна…. - Сама не знаю, где она, - ответила Женя с умешкой. - Ну конечно… - раздражённо проговорила Алёна. – Оставила кабинет открытым и упорхнула. Алёнка заботливо перенесла цветы в дальний угол, отметив, что они выцвели на солнце, подобрала пару бумажек, которые не заметили дети и сказала передать Жене, что кабинет она приняла. Я же в это время наводила марафет в другом кабинете. Меня принимала Татьяна Евгеньевна, и это было похоже на ад. Потому что этот кабинет мы выскоблили весь, но её вечно что-то не устраивало. Благо, моя нервная система относительно стабильная. После такой уборки хотелось одного – выпить кружечку пива. И я, вместе с Женей, отправилась в торговый центр для того, чтобы реализовать свои мечты. - Как думаешь, куда ей нужна микроволновка? – спросила я. - Может, к ней в кабинет. - Или домой… А может, купить ей её? - Ты сейчас серьёзно? – поржала Женя. - Ну а что нет? Ну она об этом не узнает. Скажу, что друзья купили для себя… А потом им другую подарили. - Ты больная. - Не без этого, конечно. За разговорами мы дошли до торгового центра, где я с удовольствием пригубила пива. - Как думаешь, может, реально… Валь, ну честно говоря… Я тоже такая же больная. Я бы это сделала. - Ну всё, - я с улыбкой потянулась к телефону. – Сейчас уточню у неё куда нужно. - В тебе говорит пиво? - Кто знает… Я быстро набрала сообщение Алёне Тимофеевне: «А вы микроволновка куда нужна? В школу или домой? А то в теории можно найти». - Ну всё, теперь телефон можно выкинуть, - поделилась я с Женей информацией. - Держи в курсе, - покрутила у виска Женя. Оповещение пришло спустя 15 минут. «Что значит в теории?» - Лаврентьева переходила сразу к сути, и я мысленно пожалела о том, что написала. «Ну у знакомых есть лишний вроде, вот и интересуюсь», - написала я в ответ. - Так, мне срочно надо поискать микрволновку на Вайлдберрис. - Ты больная, - поржала Женя в то время, как я уже залезла в поисковик. Кстати, она стоил меньше, чем я думала. «Ну что ж… Идём до конца». - Подожди, - сказала Женя. – А если она откажется от твоей помощи? Всё-таки ты подчинённая, вдруг ей это вообще не нужно. - Оставлю микроволновку отцу. Ему она тоже нужна, - потягивая пиво, проговорила я, а затем задумалась: - Что я делаю? Вместо того, чтобы купить отцу нормальную микроволновку, я решила купить её Алёнке. У неё достаточно средств, чтобы себя обеспечить, я думаю. - Ну… Любовь зла… - со знанием дела сказала Женя. «Лишний за деньги», - написала мне Алёна. Неужели ты думаешь, что я с тебя возьму деньги? Наивная. «Могу договориться не за деньги», - ответила я, заказывая микроволновку. «Позже обсудим», - написала она. - Ну всё… Теперь жди. - Да уж. - А может, она вообще к разговору не вернётся. - Может. Микроволновку прислали довольно быстро. Алисия помогла донести её до отца. На мои попытки помочь ей, она с детским максимализмом сказала: «Я сама». А вообще всё то время, что у меня был холод в отношениях с Алёнкой, я, как оказалось, непроизвольно его транслировала и на остальных. Так, Алисия мне предъявила за это. - Я не понимаю, почему вы так со мной себя ведёте? – сказала она, выходя из центра по воспитательной работы школы. Девочка меня увидела, когда я в очередной момент заморачивалась из-за поведения начальницы. - Как веду? – спросила я.  - Так! Вы стали холодно со мной общаться! Портите всё настроение. Я округлила глаза. - Извини, я не хотела тебя обидеть, просто бесилась из-за Алёнки, видимо. - А что она? - Да ничего. Собственно как и всегда. Я ей микроволновку купила. - Вы ей… что? - Ну там долгая история. Поможешь до отца донести? - Вы ещё спрашиваете! Так, собственно, Алисия и узнала о моей спонтанной покупке. Надо сказать, она была в шоке. Алёна меня не вызывала к себе, и я уже решила, что она отказалась от моей помощи, но получила сообщение в один из дней: «Зайдите ко мне в кабинет». Мысленно я готовилась к разговору, не зная, что ожидать и повторяла как мантру придуманную историю получения электрического прибора. - Заходи, Валечка, - улыбнулась Алёна. Я осторожно зашла, и она улыбнулась. - Я хотела поинтересоваться… Собственно… Что за история с микроволновкой? - Эм… Ну у друзей. Новоселье было. Они купили, а потом им лучше подарили, в итоге она дома у них, бесхозная. - Я поняла. А что по деньгам? - Бесплатно. - Валя, нет. - Да. - Нет. Я просто хотела, чтобы у вас в учительской стояла микроволновка. Мои брови взметнулись вверх. Так у нас же есть. - Преподаватель может уволиться в любой момент, а у вас будет прибор на века. Я со скептицизмом посмотрела на неё. Она могла бы и выкупить холодильник при желании у преподавателя, да и сказала она до этого, что нужен он ей. Видимо, Алёна, как всегда, пытается выкрутиться из ситуации, чтобы принять мою помощь и не принять одновременно. Хитро. Как всегда. - Хорошо. Ну максимум тысячи 2. У нас с друзьями такие отношения… Они мне его бесплатно отдают. «Валь, ты лох», - отметила я мысленно. - Хорошо, сфотографируешь тогда. Скажешь, когда сможешь привезти. - Без проблем, - хмыкнула я. На том и разошлись. Женя потом долго ржала и говорила: «О, ты оказала спонсорскую помощь всей школе». «Заткнись», - жестко отвечала я на её подколы. Микроволновку мы доставили. Алёна вызвала меня к себе и попыталась вручить деньги, я резво убежала от неё на другой край стола. Она недовольно поджала губы: - Принципиальная? - Да. - Хорошо, я буду действовать по-другому. Я прищурила глаза, она холодно взглянула на меня. Не женщина, а загадка. В этот день у меня болела голова, и она заботливо налила мне воды, чтобы я запила таблетку. Милая Алёнка – это хорошо. Со стульями, кстати, мы разобрались. Алёна написала мне сообщение, чтобы я спустила сломанные под лестницу. «Мы их больше не увидим?» «Вопрос очень интересный, - ответила она. – Отправлю их на переплавку. Не знаю, выживут ли они после этого». К сообщению прилагался смайлик с широкой улыбкой. «Если что, обращайтесь ко мне. Я всегда вам помогу», - ответила я ей. «Безусловно. Куда же мы без вас», - написала она, а я ей отправила смеющийся смайлик. Буквально за день перед проверкой я заходила к ней с вопросами по постановке. - Ты знаешь, я так переживаю, - поделилась она. – Мне выпишут акт, если что-то не так. Она схватилась за голову и посмотрела на меня тяжёлым взглядом. - Голова кругом. - Я могу чем-то помочь? - Ты и так достаточно помогаешь, - улыбнулась она. – Напомни мне про свои репетиции и скажи, когда тебя надо отпускать с уроков. Милена Степановна сделает замены. - Хорошо. - У тебя всё в порядке? - Пойдёт. Всё решаемо, - я улыбнулась одними губами. - Радует. Проверка прошла успешно. Алёна Тимофеевна объявила благодарность за помощь Милене Степановне. Я написала в личные сообщения поздравления обеим женщинам. Обе были рады и сказали «спасибо». Впереди нас ожидал день рождения школы, на который мы должны были подготовить большое количество мероприятий. Я должна была с ребятами сделать полосу препятствий. Когда мы пришли на место, то парт и стульев не доставало. И меня это вогнало в шок. - Что делать?! Мы не сможем это всё реализовать! – паниковал Саша. - Я умываю руки, - вынес вердикт Паша. - Почему женщина я, а паникёры вы? – спросила я их злобно. На улице стояла весенняя погода. Тематика нашего мероприятия была «Пляжная вечеринка». Слава богу, что дети поняли руководство нормально и решили не надевать купальники и плавки. На вечеринку пришли все: учителя, дети, завучи и директор. Опозориться с конкурсом не хотелось. Позавидовав в который раз Жене, которая решила не делать такую сложность как «полоса препятствий», я решила найти недостающие парты и дала указание закрепить верёвки. Стресса добавляло и то, что по странному стечению обстоятельств Алёна выбрала наблюдательный пункт как раз напротив нашего конкурса и теперь неотрывно следила за тем, как мои ребята работают. Кстати, выглядела она потрясающе. Зелёное платье с красивыми тропическими цветами, шикарная укладка и солнечные очки. Женщина с большой буквы. Я с досадой посмотрела в её сторону. Рядом стояла Милена Степановна и тоже следила за тем, что мы пытаемся выстроить из столов и стульев. «Будет ужасно, если мы облажаемся», - подумала я. Мы смогли сделать всё необходимое, и к нам потихоньку начали подходить люди с целью пройти конкурсы. Мои «обязательные» дети решили разбрестись в разные стороны, чтобы поучаствовать в конкурсах, остались только самые преданные, чувствовала себя привязанной к месту. Впрочем, Алёна Тимофеевна тоже не стремилась уходить со своего места. Ко мне подошла Алисия и шепнула на ухо: - Вы заметили, что Алёна Тимофеевна уже час не сходит с места? Только и делает, что стоит здесь. - Заметила, - с досадой ответила я. – К ней уже и директор подходила и другие завучи. - Интересно, почему, - усмехнулась Алисия. - Тень, удобно. - Я её, кстати, спросила, почему она здесь стоит. Она ответила, что наблюдает… Тогда я сказала, что здесь только вы, и она начала смеяться. Интересная женщина. - Здесь не только я. - Но стоит она фактически напротив вас. Я взглянула на Алёну, она что-то говорила в этот момент Жене, которая подошла к ней с каким-то вопросом. Почему я была такой трусихой и не могла к ней подойти? Солнце нещадно припекало, и я решила снять рубашку и осталась в топике. Наверное, это слегка не по-учительски. Топик постаралась спустить пониже, а юбку поднять повыше, чтобы живот не было сильно видно. Мне показалось, как будто Алёна в этот момент начала смотреть в нашу сторону более внимательно. Сделает замечание? Обошлось. Она решила не подходить к нам. Дети бесились рядом, играли в водные пистолеты. Потом к нам подошла унылая Виолетта, которой праздник явно не зашёл. Я обрызгала её из водного пистолета. Мы начали как угорелые носиться по траве. Кажется, это немного её расшевелило. Алисия вновь подошла ко мне: - Лаврентьева сегодня в ударе. - В плане? - Я сказала ей, чтобы она приняла участие в конкурсах. Например, у вас, Валентина Петровна. - А она что? - Сказала, что не в том возрасте, чтобы проходить полосу препятствия. Я сказала ей, что вы ей можете дать шоколадку, на что она сказала, что сама может купить шоколадку Вам. Не благодарите. Я закатила глаза. - Больше не говори обо мне ей. - Как получится. А ещё ей понравилось, как выглядела в платье Евгения Тимофеевна. Она была в шоке, что у неё есть платья. Прошла, как будто бы, вечность, когда ко мне подбежала Женя. - Пошли играть в лимбо! - А дети? - Брось детей! Она схватила меня за руку, и мы побежали в сторону. Напротив меня материализовалась Алёна Тимофеевна. - Валентина Петровна, я думаю, что пора собираться… - Прямо сейчас? - Ну… Вы бегите, куда бежали, но не забудьте вернуться. - Спасибо. Лимбо – это явно моя игра. Женя явно забыла, что с моим ростом играть в лимбо самое то. - Так не честно! – возмущалась она. – Мне приходится так наклоняться, а тебе чуть голову в сторону! - Ты знала, на что шла, - развела руками я в стороны. С лимбо мы покончили быстро, как вы понимаете. И я вернулась обратно, сворачивая наш замечательный конкурс. Алёна Тимофеевна давала указания, куда необходимо что убрать. «И этот стол тоже с ребятами захватите», - указала она мне рукой. На нашем мероприятии было порядка 10 конкурсов от разных классов, но почему-то Алёнка решила проследить именно за моим классом. Кивнув на прощание Алёне и Милене, я забрала с детьми стол, проконтролировала, чтобы они донесли всё туда, куда необходимо. На одном из столов я нашла серёжку. Внимательно рассмотрела, выглядела как бижутерия. В тот момент пока я смотрела на эту бижутерию, увидела Алёну. Она шла на выход из школы. - Всё отнесли, Валентина Петровна? Да, в кабинет. Правда там указали не тот, про который вы говорили. - Ну… Возможно вахтёры на месте лучше знают. Я смотрела на неё и думала: «Господи, подойди, пожалуйста, ко мне ближе». И она будто услышала меня и подошла. - Всё хорошо? Дети довольны? Вы их распустили? - Да… Всё хорошо… Правда… - Что? – она подошла ещё ближе. Я посмотрела на её губы, потому что не видела совершенно за очками её глаз. - Я нашла серёжку. Чья – не знаю. - Где? Я показала в руках бижутерию. Она сняла очки и внимательно начала её рассматривать. - Хм… Ну это не золото. Не думаю, что будут искать, - она сверкнула своими голубыми глазами и надела очки опять. – Но вы можете выложить информацию в группе. Может, хозяйка и найдётся… - Может… - Или в учительской оставите… Или оставлю… Мы замолчали, смотря друг на друга. «Прикоснись ко мне», - подумала я, и она слегка приобняла меня за плечи. Я почувствовала, как живот туго скрутило. - Не переживай. Значит, человеку она не сильно нужна… - Да… Мы вновь посмотрели друг на друга, а затем обе увидели приближающуюся к нам Галину Федоровну. Алёна кивнула мне, опуская руку, и направилась в сторону выхода. Я посмотрела ей вслед. Галина Фёдоровна в свойственной ей манере начала говорить: - Ох, Валентина Петровна, вот у нас сегодня с вами задача была! Мы же рядом фактически находились. Такое пристальное внимание к нашим конкурсам от Алёны Тимофеевны. Аж неловко даже стало. Боялась я лично, что что-то не то сделаем… Ох.. - Вы не переживайте, мы хорошо все справились, - рассеянно проговорила я. – Вы большая молодец. - Правда? Алёна Тимофеевна довольна? – радостно воскликнула Галина Фёдоровна. - Похоже на то, - сказала я, пытаясь не думать о женщине.