страх и сомнения

сяо больно. сяо плохо. сяо тошно. сяо одиноко. казуха сидит пред ним, нелепо мямлит о чем-то своем, надеясь, что тот послушает его хоть раз. сяо не слушает. сяо давно уже где-то у себя в голове. молчит. и даже сосредоточиться просто послушать не может. казуха, вроде, говорит, что он рядом. казуха, вроде, говорит, что сяо не нужно скрываться. казуха, вроде, говорит, что ему не страшно. казуха, вроде, пытается поддержать. смысла нет и не будет. сердце твердит, что вот он, твой шанс, почувствуй жизнь, а не существуй. а мозг напоминает, пинает, ударяет, орет, что казуха — смертный. умрет через лет тридцать, а сяо даже не почувствует. сяо хочет, как маленький ребенок, забыть обо всем. довериться мимолётному желанию сердца, что так стучит и бьётся. но что-то всегда останавливает. что-то всегда напоминает прошлое, заставляя сдерживаться. сяо, однажды, съел своего друга. сяо, однажды, убил своего друга. сяо, однажды, остался один. и все еще. и не видно особо, что сяо как-то этому противостоит. казуха — луч солнца среди тьмы. казуха правда старается, пытается, хочет, желает, но сяо — вечная тьма. и с каким бы желанием казуха не тянул руки, их видно не будет, потеряются, сдадутся. казуха вновь говорит эти три слова. сяо снова делает вид, что не слышит.

— будь одиноким со мной.

у сяо, кажется, руки трясутся. у сяо, кажется, в голове все остановилось. у сяо, кажется, начинают течь слезы. сяо, кажется, разок послушает сердце.