Стена воспоминаний

      Проснувшись утром в понедельник, Гермиона поняла, что согласиться на предложение Тео было ошибкой. Слишком долго она собирала себя по кускам, чтобы теперь позволить чему-то нарушить её хрупкое равновесие. После утренней прогулки с мистером Дарси в саду, Гермиона выбрала один из своих любимых нарядов — классическое платье глубокого синего оттенка, — и отправилась в Министерство. Она решила пойти пешком, несмотря на то, что это занимало больше времени. Этот путь стал для неё чем-то вроде эшафота — привычного ритуала, который одновременно причинял боль и напоминал о том, что жизнь продолжается. По дороге её взгляд цеплялся за, казалось бы, обыденные вещи, которые она когда-то не замечала. Родители провожали детей в школу, поправляя на них шарфы и давая напутственные слова. Пожилая пара сидела на лавке в парке, обмениваясь теплом и тихими разговорами. Группа студентов спешила на первую пару, оживлённо обсуждая что-то и смеясь. Гермиона на мгновение замедлила шаг, чтобы впитать этот момент. Она фыркнула, осознавая, как её эмоции начали вырываться наружу. Быстро заперев их обратно глубоко в себе, она подняла подбородок и сделала вид, что ничего не произошло. Её ноги в удобных туфлях уверенно шагали по тротуару. Последние жёлто-коричневые листья, одиноко лежащие на земле, словно напоминали о прощании с осенью. Где-то впереди пахло свежим хлебом из пекарни, и этот аромат словно вытаскивал из глубин памяти обрывки детских воспоминаний, которые она тут же прогоняла. Люди вокруг были так обычны, так естественны. Они болтали, смеялись, торопились или просто наслаждались утром. Гермиона знала, что многие из них не задумываются о том, как хрупка и ценна эта кажущаяся нормальность. Её сердце сжалось от мысли, что ей никогда не удавалось быть частью этой простой жизни. Она была героиней, бойцом, частью чего-то большего, но в глубине души иногда мечтала о том, чтобы просто сидеть на лавке с книгой или пить кофе без мыслей о делах и ответственности. Быстро пробегая мимо коллег, она направилась к лифтам. Сердце немного учащённо билось от предстоящей встречи с Ноттом, но она знала: этот слизеринский хитрец наверняка уже приготовил для неё кофе. — Моя драгоценная подруга! — раздался знакомый голос. Тео, как всегда, выглядел идеально даже в обычный рабочий день. Гермиона мысленно отметила, что слизеринцы, видимо, рождаются с врождённой склонностью к лоску. — Тео, не сейчас, — отрезала она, быстро шагая к столу. — Гарри срочно меня вызвал. Она развернулась и едва не врезалась в Поттера, который, как назло, стоял с растерянным видом. — Гарри! Что за срочность? Пройдём в твой кабинет, — произнесла она, даже не дожидаясь ответа, и буквально затолкала друга внутрь, игнорируя ехидный смех Нотта за спиной. — Миона, что случилось? — Гарри выглядел обеспокоенным, боевые рефлексы сразу включились. Война не прошла бесследно. Хотя они давно уже не подростки, Поттер оставался почти таким же, как в юности: лохматые волосы, круглые очки, только теперь плечи стали шире, а фигура приобрела уверенность человека, занимающего место главного аврора. Но сейчас, глядя на него, Гермиона заметила, как он напрягся, будто готов отбить внезапное нападение. Она совсем не хотела ставить его в такое положение, и ей стало стыдно, что её слова могли заставить Гарри нервничать. — Ничего страшного. Объясню в среду за обедом. Всё в силе? — Да, Джинни уже ждёт тебя, несмотря на то, что сегодня понедельник. — Отлично. А сейчас мне нужно, чтобы ты мне подыграл и завалил меня работой. — Какой работой? Ты же закончила расследование на прошлой неделе. — Бумажной, физической — неважно. У тебя наверняка есть рапорты, которые ты не написал. Дай мне их. — Это секретная документация, и ты никогда таким не занималась, — начал он, но тут же осёкся под её взглядом. — Гарри Поттер, — строго произнесла она. — Я всё наше обучение в Хогвартсе писала за тебя эссе. Так что давай сюда бумаги и не устраивай сцен. — Как скажешь, Миона, но ты меня пугаешь, — вздохнул он, передавая ей внушительную стопку папок. Гермиона, победно улыбнувшись, вышла из кабинета и, проходя мимо Тео, с размаху отстукала его плечо кипой бумаг. Тот только усмехнулся, облокотившись на соседний стол. Работы оказалось гораздо больше, чем она ожидала. Поттер, как всегда, терпеть не мог бюрократической волокиты, и последний рапорт, судя по датам, был подписан три месяца назад. Гермиона мысленно упрекала себя: где её гриффиндорская отвага? Почему она не могла просто сказать правду лучшему другу? Когда время приблизилось к обеду, в дверном проёме появилась голова Тео. Он подмигнул ей, и она, осознав, что деваться некуда, схватила сумочку и направилась с ним в кафе. — Как работа? — спросил он с ухмылкой, когда они уселись за их любимый столик. — Ужас. Так много всего, — призналась Гермиона. — Твой бы ум на факультет Слизерина в моё время. Но тебя бы туда никогда не приняли — ты слишком плохая лгунья. Гермиона залилась лёгким румянцем, чувствуя себя ребёнком, которого поймали за кражей сладкого. — Прости, Тео. Я просто сомневаюсь. Думаю, отказаться. Тео, заказав «как всегда», не сводил с неё глаз. — Хорошо. Я передам Малфою, — спокойно ответил он. — Что? Просто «хорошо»? Никаких уговоров? — удивилась Гермиона. — Ну, я обычно не принуждаю красивых девушек к чему-либо. Они сами не против… развлечься, — ответил он, подняв брови. — Ой, перестань, я серьёзно, — фыркнула она. — Я тоже. Но если хочешь, я могу рассказать о работе, чтобы ты знала, от чего отказываешься. Гермиона бросила на него гневный взгляд, но в итоге кивнула. — В общем, как ты знаешь, мой друг, небезызвестный Драко Малфой, попал в сложную ситуацию. Аврорат только начал расследование, но там явная тёмная магия. Ему нужен кто-то, кто сможет пролить свет на происходящее, закрыть рты журналистам на пресс-конференциях, убедить инвесторов, что это недоразумение, и в довесок усовершенствовать защитные заклинания компании. Тео выдержал паузу, наблюдая за её реакцией. — Но раз ты не хочешь, я скажу ему, чтобы искал другую самую умную ведьму столетия. Гермиона задумалась, сжимая в руке салфетку. — Ладно я слышу как пыхтит твой мозг, уточню. Малфой уже не тот заносчивый ублюдок, каким был. С тобой он будет учтив, — добавил Тео. — Если он когда-нибудь расскажет, зачем создал эту компанию, думаю, тебе понравится его история. Но пересказывать её не буду. Он наклонился ближе. — И хоть он мой друг, скажу следующее: он тебе нужен не меньше, чем ты ему. Но не показывай этого. Поставь свои условия. Надери ему задницу, если потребуется. Девушка прищурилась. — Ладно. Передай, что я встречусь с ним. Но ничего не обещаю. — Вот это моя Гермиона! — радостно воскликнул Тео.

***

      Вечер девушка провела на диване, укрывшись пледом, с любимой книгой в одной руке и бокалом вина в другой. Но даже захватывающие диалоги главных героев не могли отвлечь её от мыслей о Драко Малфое. Она помнила его насмешки, его холодное «поганая грязнокровка». Но Гермиона никогда не была поверхностной. Она любила всматриваться в суть — как в книгах, так и в людях. Лёжа в гостиной, она пыталась найти в себе затаённые обиды на Малфоя, но… не смогла. Всё это осталось в прошлом, которое уже не имело власти над ней. Мысли о предложении Нотта вертелись в голове, как надоедливый патронус. Это был шанс. Возможность построить своё имя, свои достижения, не связанные с Гарри, Роном или прошлой войной. Её всегда ценили за ум, но таких людей становилось всё меньше, и это её угнетало. Надоело быть полезной для всех, кроме себя. — На своих условиях, — пробормотала она, отхлебнув вино. Если она примет это предложение, то как профессионал своего дела. Никто не посмеет усомниться в её квалификации.

***

      В среду Гермиона отправилась на обед к Поттерам. Пока Джинни суетилась на кухне, Гермиона ворковала над маленьким Альбусом, который с интересом рассматривал гору игрушек, принесённых тётей Гермионой. — Ты его балуешь, — смеясь заметила Джинни, возвращаясь с кухни с миской салата. — Альбус потом тебя не отпустит. — Ну что поделать, — ответила она с улыбкой. — Тётя Гермиона должна восполнить своё отсутствие. Джинни оказалась потрясающей хозяйкой: с лёгкостью и уверенностью она приготовила обед из пяти блюд и добавила к этому нежный десерт, аромат которого наполнил весь дом. Гермиона с улыбкой наблюдала, как подруга управлялась на кухне, разливая суп и раскладывая блюда по тарелкам. Маленький Альбус, их сын, мирно сидел в своём стульчике для кормления, играл с ложкой и время от времени заливался смехом, поднимая настроение всем. Гермиона чувствовала себя почти так же, как раньше: уютно, словно она вернулась в круг семьи. Гарри, всё такой же, но теперь с уверенностью, которую придавала ему роль отца, рассказывал о своей работе в Аврорате. Джинни с лёгкой улыбкой время от времени вставляла комментарии, бросая быстрые взгляды на сына. Пока Гермиона была в отъезде, Поттеры писали ей письма. Они были полны тепла и заботы, словно пытались напомнить ей, что, где бы она ни находилась, она всегда останется частью их жизни. Гарри часто рассказывал, как сын начал ползать, пытался произнести свои первые слова или как однажды ухватился за его очки и не хотел отпускать. Джинни писала более подробно, описывая, как изменилась их жизнь после рождения малыша. Её строки всегда были проникнуты теплотой: о том, как Гарри читает Альбусу сказки перед сном, как они впервые гуляли всей семьёй в парке, и даже о том, как сын, смеясь, перевернул миску с кашей прямо на маму. Девушка с теплотой вспоминала, как эти письма поддерживали её, помогали чувствовать, что, несмотря на расстояние, связь не утрачена. Теперь, сидя за их столом, она чувствовала себя одновременно уютно и немного чужой. Их жизнь шла своим путём, наполненная радостями семейной рутины, а она… она словно стояла на обочине, наблюдая за ними. — Ну рассказывай, что у тебя случилось? Гарри мне все уши прожужжал о том, как ты влетела к нему в кабинет, как бешеная фурия, — сказала Джинни, усаживаясь за стол. — Джинни! — возмутился Гарри, поправляя очки. — На самом деле ничего такого, — начала Гермиона, чувствуя себя слегка неловко. — Я ещё ничего не решила… — Только не говори, что ты опять собираешься исчезнуть на пару лет, — притворно запричитала подруга. — Нет-нет, всё не так. Просто… Тео предложил мне перейти работать к Малфою. У него сейчас трудности из-за последнего дела. Ему нужен специалист по защите от тёмных искусств. Гарри нахмурился, но промолчал, и Гермиона продолжила: — И когда я влетела к тебе в кабинет, я… немного пряталась от Нотта. — Я так и знал, что этот змей что-то замышляет! — воскликнул Гарри. — Уже ворует моих сотрудников. — Подожди, милый, — остановила его Джинни. — Так что ты думаешь? — Пока всё очень туманно. Мы ещё не обсудили детали, — призналась Гермиона. Гарри откинулся на спинку стула, сложив руки на груди. — Я, конечно, не буду рад, если ты уйдёшь, но это отличная возможность. Компания Малфоя до недавнего инцидента была одной из самых быстрорастущих в Англии. Любой из Министерства мечтал бы там работать. Гермиона удивлённо посмотрела на него: — Есть ещё что-то, о чём я не знаю? Может, пока меня не было, галеоны стали бумажными или драконы теперь не летают? — Просто оцени всё трезво и принимай решение сама, — ответил Гарри. — О, ты будешь работать с самым завидным холостяком Лондона! — вмешалась Джинни. — Я недавно видела его колдографию в журнале. С хорька он превратился в статного и красивого мужчину. Была бы я маглом, то воскликнула бы: «Это магия!» — Джинни! — одновременно воскликнули Гермиона и Гарри. — Что? Это правда, — невинно пожала плечами Джинни, пряча улыбку. Остаток вечера прошёл в тёплой атмосфере. Они вспоминали школьные годы, шутки Фреда и Джорджа, и рассказывали истории о маленьком Альбусе, который, видимо, собирался стать будущим разрушителем родительского дома.