Эй, Учиха!

      — Эй, Учиха!       Саске невольно остановился, услышав знакомый голос. В иной ситуации, если бы голос принадлежал любому другому человеку в этом мире, он бы не удостоил этого жалкого идиота своим вниманием. Но этот голос – исключение. Это — исключительный идиот, мимо которого Саске Учиха не смог бы просто пройти при всем желании. Даже если бы такое желание и было.       Парень сжал кулаки, стараясь выглядеть максимально незаинтересованным. Обычно это у него получалось отлично. Так вышло, что еще в младшей школе он был невероятно популярен среди влюбленных девочек и желающих подмазаться к выходцу из очень богатой и известной семьи мальчиков. Учиха никогда не был в подобном заинтересован.       Единственным же одноклассником, вызвавшим у него интерес, стал Наруто Узумаки, вечно шумный блондинистый придурок, который, в отличие от всех остальных, высказывал в адрес Саске раздражение. Он плохо учился, хулиганил, бунтарил и нарушал правила. Он знал, что его из-за этого на дух не переносят, но все равно довольно улыбался, радуясь тому, что привлек внимание.       Он завидовал Саске, с которым все хотели дружить, потому как с самим Наруто, невоспитанным нищим сиротой, дружить не хотел никто.       И вот они уже в старшей школе. Учиха — одиночка, которому никто не нужен, самодостаточный, придирчивый и неохотно идущий на контакты, необщительный и вечно хмурый, да настолько, что его, наконец, оставили в покое многочисленные поклонники. А Узумаки — душа любой компании, всегда окруженный друзьями вроде Шикамару, Кибы или Чоджи, веселый и озорной, любимец учителей, не самый лучший ученик, но замечательный парень, который всегда и выслушает, и поддержит, и выручит.       Полная противоположность Саске.       Вполне логично, что Саске и Наруто не ладили. Узумаки постоянно пытался вывести Учиху на эмоции, вечно выскакивал на пути, словно черт из табакерки, пытался привлечь внимание разными способами, а Саске, словно неприступная крепость, отвечал колкостями и раззадоривал блондина сильнее, показывая, что Наруто ему надоел, но не делая ровным счетом ничего для того, чтобы Узумаки на самом деле от него отстал.       Саске не хотел, чтобы этот человек от него отставал. Странно, но несмотря на полную противоположность характеров, день проходил впустую, если в нем не было Наруто. По этой причине Учиха перестал любить выходные, которые проходили вне школы, в которые в его поле зрения не попадал этот придурок.       — Чего тебе?       Он обернулся и наткнулся взглядом на того самого блондина. Наруто привычно стоял с друзьями — Шикамару Нарой и Кибой Инузука. Второй тут же хихикнул, а вот Нара прикрыл глаза пальцами, одним жестом говоря, как же ему уже надоели эти терки между другом и Учихой. Он, в отличие от остальных, всегда был здравомыслящим и к Саске относился подчеркнуто нейтрально, а вот Наруто он старался опекать и наставлять на путь истинный, как действительно хороший друг.       В школьном дворе было многолюдно. Стайка девушек рядом тут же зашушукалась, а стоявшая поодаль Сакура уже помчалась к Наруто, чтобы высказать ему, какой он невоспитанный задира и как он вообще смеет что-то говорить Саске. Порой эта девушка весьма раздражала своей напускной правильностью и обожанием в глазах. Учихе она не нравилась никогда, но нотки негатива появились по другой причине — она нравилась Наруто. По крайней мере, нравилась в младшей школе. Узумаки бегал за ней хвостиком и пытался пригласить на свидание, но девушка его гордо отвергала, утверждая, что любит только Саске.       Саске же потирал пальцами виски, потому что, подумать только, ему был интересен лишь Наруто. Шли годы, Узумаки перестал подкатывать к Сакуре, но девушка не перестала пытаться привлечь внимание Учихи, и порой она бывала чрезмерно навязчива. Вот и сейчас она ждала у парадных дверей, зная, что Саске идет в кампус, зная его распорядок дня, стремясь уже в который раз пригласить его на школьные танцы.       — Я тут подумал, — Узумаки повел головой, изображая активную мозговую деятельность, — а ты случайно не педик?       Киба тут же мерзко захихикал, Шикамару пробормотал что-то себе под нос, а все окружавшие их ученики навострили уши. Саске же сперва нахмурился, а потом фыркнул. Ну да, если парень ухоженный и красивый — обязательно педик. Примерно на таком уровне и должен был размышлять Наруто, идиот каких поискать. Милый, искренний, добрый, но все еще идиот.       Краем зрения Учиха уловил взгляды других людей и осознал, что так же размышляла половина присутствующих. Логично, ведь у первого красавчика школы в лице Саске никогда не было девушки, не было даже намека на заинтересованность в них. Сакура была уже слишком близко: еще пара секунд — и начнутся ее крики. Сперва она наедет на Узумаки, потом обернется к Учихе и снова начнет смущенно стрелять глазками. Как же бесит.       Как вообще Саске мог дать понять ей, что все это бессмысленно?       — И как ты до такого додумался?       — Да как-то само собой.       Сейчас Сакура снова заткнет Наруто, а Саске уйдет, гордо подняв голову. Обычно все так и заканчивалось. Учихе это уже надоело. Внезапно взявшая непонятно откуда решимость охватила все тело, так что парень, не думая, сорвался с места и настиг Узумаки в четыре быстрых шага. Никто этого не ожидал, даже сам Саске. Его рука уверенно вцепилась в ворот бесформенной оранжевой кофты Наруто. Даже одежда этого придурка делала его таким непохожим на Учиху. Ведь Узумаки — яркий, но такой недотепа при этом, чего не скажешь об одетом всегда стильно и с иголочки Саске. И если красота Учихи была исключительно внешней, изящной и подчеркнутой, то красота Наруто касалась его целиком и полностью, начиная с невероятных голубых глаз и заканчивая порой безумными, но всегда благородными поступками. Он был совершенно прекрасен, и именно это не позволяло Саске наладить с ним, наконец, нормальные отношения. Ведь если всех остальных он считал недостойными своего внимания, то Наруто, напротив, был кем-то столь особенным, что уже сам Учиха считал себя недостойным.       Узумаки распахнул глаза, явно убежденный в том, что Саске ударит его по лицу за столь длинный язык. В последний раз они дрались еще в детстве. Однако Учиха действовал иначе. Сжав рукой ткань кофты сильнее, он решительно прижал Наруто к себе, словно вовсе забыв о том, что они находятся в школьном дворе, что вокруг море любопытных глаз. Разве такая мелочь могла иметь значение? А укорить себя за необдуманный поступок он еще успеет, как-нибудь потом.       Саске приходилось целоваться лишь два раза в своей жизни, и оба раза — подумать только! — с Наруто. И это тоже было в детстве, какая-то необъяснимая случайность, не иначе, но спустя много лет Учиха всерьез думал, что их, возможно, просто всегда как "магнитами тянуло" друг к другу. Во всяком случае, его самого точно тянуло.       Третий поцелуй случайным не был. Саске уверенно накрыл чужие губы, не теряя времени, опасаясь, что может передумать или испугаться, толкнулся языком вперед, ощутив вкус Наруто — что-то пряное, словно лапша со специями. Приятно. Чарующе. И, что поразительно, Наруто приоткрыл губы, позволив сделать этот поцелуй глубоким и взрослым. Настоящим.       Должно быть, кровь стала бежать по жилам быстрее, или же кругом было столь тихо, что Саске услышал, как она циркулирует в организме. Он перестал понимать, сколько вообще прошло времени и что там творится кругом, потому как сосредоточился на ощущении тепла. Наруто был словно эдакое миниатюрное солнышко — такой же яркий и теплый. От соприкосновений с его кожей по телу пробежало легкое возбуждение, которое по-хорошему стоило бы скрыть.       Он сам разорвал поцелуй и уставился на Наруто. Блондин машинально распахнул свои невозможно прекрасные голубые глаза, одним взглядом задавая сразу кучу немых вопросов, ответов на которые у Учихи не было. А разразившийся кругом шум заставил окончательно вернуться в реальность. Что он вообще наделал?       — Это что было?!       Киба аж весь покраснел, непонятно, правда, от чего именно. Шикамару просто нахмурился, а в паре метров от них застыла пораженная Сакура. Стоило как можно скорее перевести все в шутку. Выждав пару секунд, Учиха, все так же смотря на Наруто, сказал:       — Если хочешь пригласить меня на свидание, Узумаки, так и скажи.       Он отстранился от парня и, отвернувшись, шагнул в сторону, держа спину ровно, а голову поднятой, никак не давая понять, что он смущен. Вот же безумец, надо же было сотворить подобное. Теперь надо бежать, пока Наруто не пришел в себя.       — Саске-кун…       Учиха не стал смотреть на Сакуру. Его губы горели от поцелуя, тело было напряжено, как натянутая тетива лука, мысли в голове путались. Он почти достиг парадных дверей кампуса, как вдруг услышал за спиной громогласное:       — А ну стоять!       Что ж, Узумаки очухался раньше, чем ожидалось. Учиха выдохнул, гордость не позволила ему сбежать. Едва он вновь обернулся, мчавшийся к нему со всех ног Наруто, запыхаясь, настиг его и схватил за рукав черной ветровки. Теперь уже Саске ожидал, что его ударят или хотя бы накричат за странную выходку.       — Что еще?       Сохранить выдержку удалось, спасибо отцовскому твердому воспитанию. Узумаки быстро отдышался       — Завтра в пять.       Учиха нахмурился.       — Чего?       А Наруто сжал его рукав сильнее, выдавая нервозность.       — Свидание, черт тебя возьми, — рыкнул он. — Завтра в пять вечера. Я знаю, где ты живешь, зайду за тобой в пять, и только попробуй передумать — поколочу и утащу силой!       Он отвел взгляд и весь зарделся, став красным, как помидор, а Учиха осознал нечто очень важное, то, что прежде ускользало от его внимания.       — Ладно, — выдохнул он.       Узумаки отпустил его и спешно ретировался. Бедняга, его воспитывал не Фугаку, он не умел скрывать свои эмоции. А Саске, все еще растерянный, ощущающий тепло от чужого прикосновения, на ватных ногах двинулся в кампус. Сердце стучало как бешеное. Какие же, оказывается, они оба идиоты. Но зато влюбленные идиоты.