лучше, чем сигареты

Прошло около недели, как девушки начали встречаться. Часто сидели дома у Буровой и переписывались. Каникулы давали так много возможностей побыть вместе, даже ночевать могли все это время, но Женя яро настаивала на том, что ночевать она будет тут только иногда, а не днями на пролёт. Конечно, она бы хотела всегда быть рядом с Сеней, но буквально поселиться у нее было как-то неудобно. Сеня понимала эту стеснительность, и настаивать не стала. Сегодня должна была придти теть Света, так что Женя ушла утром. - - Завтра придёшь? - Конечно, - Женя обвила руками шею светловолосой. Та чиркнула носом щеку девушки, как пёсик. - Ладно, я пошла. Облака застелили небо и город казался серым. Погода на улице стала чуть теплее, но вместе с этим дороги и тропинки покрылись льдом, что на каждом шагу стараешься не упасть. Женя шла домой в приподнятом настроении, хоть и знала, что сегодня отец дома. Зайдя в квартиру, она, на удивление, не почувствовала запах алкашни, а услышала только работающий телевизор. Удивительно, ведь отец его никогда не смотрел, просто уходил в гараж если становилось скучно. - Что ты делаешь? - с опаской спросила девушка, пройдя в зал. - Телек смотрю, сядь рядом, - отец посмотрел на дочь и в его глазах виднелась холодная ненависть, которая начинала разжигаться. Но Женя все равно покорно села. - Вот, тебя жду. Представляешь, в магазин ходил, встретил Пашку Гноева. Женя оцепенела. Она поняла, что разговор ни к чему хорошему не приведет. Вскочила, чтобы побежать в комнату за битой, но отец грубо схватил ее за запястье. На лице красовалась ядовитая улыбка. - Он мне много интересного рассказал. Говорит, подружку нашла себе. Целуетесь по подворотням, - рука сжалась сильнее, Жене становилось больно, а глаза наполнились слезами ужаса. Она понимала, что это клевета, и Паша просто не мог их видеть, но отец ей никогда не поверит. "Мужик мужика лучше понимает и хуйни не скажет" - как он сам и говорил. Мужчина резко схватил дочь за волосы и потащил к телевизору. Та вскрикнула, впиваясь короткими ногтями в его руки. - Я тебя научу правильному поведению, - шипел он в ухо. На экране мелькали какие-то картинки. Кажется, на них целовались или обнимались парень с девушкой, но за пеленой слез Женя плохо видела. Она лишь хрипела, заикаясь: "Он наврал, не было такого! Он всё врет! Перестань!". - Смотри! Смотри, я сказал! Он встряхнул голову девушки за волосы. Женя всхлипнула, прикусывая губу, стараясь смотреть на экран. - Перестань меня позорить, сука фриканутая! Чтобы я больше такого не слышал от других людей! - он истошно орал, а Женя лишь судорожно кивала. Он снова дёрнул ее за волосы. - Ты меня поняла!? - Да... - голос пропал, вышел хрип. Он кинул ее на пол и напоследок добавил: - А это, посиди посмотри, потому что если я услышу хоть еще раз про тебя и твою подружку, вам не жить. Обеим. Только сейчас Женя осознала, как я ей страшно. Если все время до отношений с Сеней, она полностью плевала на мнение отца. Про то, как он может ее побить она вообще не думала. Теперь она в ужасе. Ведь теперь она волнуется не только за себя, но и за Бурову. Входная дверь хлопнула, а Женя наконец могла расплакаться, комкая волосы на голове и валяясь на полу. Как бы не хотелось ей кричать всему миру о том, что она встречается с лучшей девушкой на планете - она должна молчать. Чтобы даже мысли лишней ни у кого не возникло. *** Ночь прошла беспокойно. Отец так и не вернулся, а Женю мучали кошмары. Пару раз она выныривала из снов, где Сеню бьют, унижают и даже хуже. Холодный пот пропитал футболку и постельное белье. Проснувшись в 3 часа ночи в третий раз она уже уснуть не смогла. Хотелось со всех ног побежать к Буровой, но вспомнив слова отца, она старалась прогнать эти мысли. Отец может придти под утро, лучше выпить снотворное и все таки лечь обратно в кровать, а не стоять на балконе и курить, вглядываясь в пейзаж ночного города и думая, что за домами горит окошко с тусклым светом, где сейчас, возможно, также курит Сеня. "Наверное, она тоже не спит..." *** Сеня волновалась. Пиздец как. Уйдя домой, Женя долго ей не писала и только после множества сообщений от Буровой, она ответила короткое "все в порядке, я просто уснула". Будь это обычная Женя, она бы рассказала хоть о чем-то или просто скинула фото чего угодно. Но было лишь одно ее короткое сообщение и тишина. Бурова хотела уже пойти к девушке домой, но боялась столкнуться там с ее отцом. Наслышана о его поступках и доброжелательностью он не славился. Да и вообще, славился хоть как-то он только среди своих друзей-алкашей. Светловолосая была уверена, что причина такого странного поведения Жени был ее отец. Но девушка уже однажды предупреждала Сеню, чтобы та не шла к ней домой без разрешения. "Мне придти?" "Не нужно" - и весёлый смайлик, который часто использовала Голубева. "Точно? Что-то случилось?" - брови Сени хмурились, а ногти нервно стучали по задней крышке телефона. "Все хорошо, просто спать очень хочу" - Сене мало верилось, но донимать она не стала. Лишь отправила сообщение и отложила телефон: "Спи тогда❤️‍🩹" *** Утреннее небо вновь застилали хмурые облака. Город казался еще более серым, чем вчера. Женю мучила мигрень, а опухшие глаза пульсировали. Она потянулась к телефону, посмотрела на время - полдвенадцатого, а под циферблатом сообщения от двух людей: отец и Сеня. К раннему утру, Голубевой все же удалось уснуть, хоть и с большим трудом. Сны больше не снились, а если и снились, темноволосая их не помнит. Слишком уж много их было. "Я уехал на дачу к Михалычу" - написал отец еще в семь утра. - "Не забывай про мои слова". Как уж тут забыть. Кажется, теперь его горящие от злости глаза и ядовитые слова останутся в памяти Жени надолго, да и спустя время не уйдут. Останутся где-то на подкорке, и периодически будут кровоточить и зудеть, как язва. "Доброе утро" - следующие сообщения уже от Буровой. - "Еще спишь? Как себя чувствуешь?" Хуево. Она бы хотела придти к девушке домой, но страх не отступает. Паша живет в доме напротив Сененого. Если он заметит Голубеву рядом с домом Буровой, то он обязательно доложит отцу как только тот приедет. Кажется, единственное спокойное место для Голубевой теперь утеряно, но главное - ей нужно срочно рассказать девушке о вчерашнем и о том, как сильно сама светловолосая может пострадать от поступков Жениного горе-отца. Хоть он и был на вид глупым жирным мудаком, в драку, на трезвую, не лез, умел давить издалека, своими способами. Их предугадать почти невозможно. "Давай встретимся на заброшке около парка" - до сих пор дрожащими пальцами написала темноволосая. - " Пятиэтажка. К тебе не смогу придти, нужно срочно поговорить" Отправив, Женя ждала ответ, но Сеня так ничего и не печатала. Зеленый статус "в сети" висел под ником Сени, показывая, что та о чем то думает. Долго думает. Около двух минут, но для Голубевой будто целая вечность. Наконец на экране высветилось новое сообщение. "Сейчас сможешь?" "Да" *** Женя нервно срывала отмершую кожу с пальцев, сидя на крыше старого заброшенного здания. Удивительно, что крышу не занесло снегом за декабрь. Пятиэтажку начинали строить еще лет 10 назад, но строительство так и не было закончено, остались только этажи, лестницы и пустые квадраты для окон, а на крыше целый склад всяких деревяшек, битого стекла и мусора. Местные подростки обжили это место в доль и поперек - повсюду граффити. Вот, написано: "Панки хой, горшок живой", а рядом "молодость не пропьешь". "Ну что за ересь?" - подумалось Жене, хотя она и сама когда-то оставляла здесь свои надписи. По тонкому слою снега послышались шаги и Женя вскочила с места. На крышу торопливо поднялась Сеня, оглядывая все вокруг. Наконец, заметив девушку, она поздоровалась. Тихо, в недоумении и на легком нервяке. А у темноволосой сердце сжалось. Ей казалось, что она выплакала все, что есть еще прошлой ночью, но, увидев девушку, которая так близка ее сердцу, она почувствовала, как глаза сами наполнились влагой. Когда Сеня начала подходить ближе, Женя чуть не снесла ее с ног своими крепкими объятьями. А Бурова так ничего и не понимала. Она также крепко обняла девушку в ответ, покачиваясь и пытаясь успокоить. - Значит, что-то все таки случилось... Женя лишь еще крепче сжала девушку, пытаясь не заплакать. Внутри бушевали такие эмоции, что если Голубева выпустит их наружу, Сеня наверняка очень испугается. Может даже уйдёт. Но Сеня отодвинула от себя девушку, взяла ее лицо в свои руки и большими погладила красные от холода щеки. Женя все же осмелилась начать объяснения, одолевая ком в горле. - Гноев виделся с моим отцом... - и она рассказала историю полностью. Ее голос временами подрагивал либо от злости, либо от страха. А Бурова лишь непрерывно слушала, только сверкая печальными глазами на темноволосую. Когда та закончила рассказ, Сеня еще бегала своими глазами по чужим, пытаясь найти еще что-то. Но глаза Жени не выражали чего-то особенного, она лишь ждала, что скажет светловолосая. Та, тяжело вздохнув, упала головой на плечо Жени ничего не говоря. Обвила ее талию руками и думала-думала-думала. - Значит, теперь нам придется прятаться по заброшкам и кустам, - тычась носом в шею, улыбнулась Сеня. Она не хотела сейчас нагнетать, искать решение, потому что сейчас лучше от этого не будет. Да и точного решения пока нет. Нужно подстроиться под такие перемены, пока не выпадет подходящий случай, чтобы все исправить. Женя тоже слабо улыбнулась, когда девушка ласково чмокнула ее в щеку. - Может покурим? - предложила Бурова. Перед пятиэтажкой начинался небольшой лесок, ведущий в парк, здание окружали высокие дома, за ними - трубы местного завода. Погода ужасная, пейзаж ужасный, только человек рядом с Женей казался ярким лучиком света. Словно услышав мысли Голубевой, тучи проплыли, открывая вид на тусклое солнце. Немного, только краешек лучей виднелся за бледными облаками, но настроение стало немного лучше. Хотя, может это не из-за солнца, а из-за девушки рядом. Рано или поздно, у них все будет хорошо. Главное не потерять друг друга.