Звук свободы.

      Три дня пролетели, как одно тревожное дыхание, и сердце матери Тэхена сжималось от страха. Каждая секунда без вестей была невыносимой пыткой. Она бессильно входила и выходила из пустой комнаты сына, обыскивая её взглядом, словно искала ответы среди игрушек и наклеек на стенах. – Где ты, мой мальчик? – стонала она, сжимая фотографию с его улыбкой в руках. Глаза женщины блестели от слёз, дыхание перехватывало от давления отчаяния. Отец Тэхена не отрывался от телефона, бесконечно набирая номер полиции. Чувство беспомощности, которое их переполняло, было настолько тяжелым, что даже разговоры с полицейскими не приносили успокоения. – Мы занимаемся этим делом, – произнес бесстрастный голос, и это звучало как фраза из неприятного сна. – Не переживайте, мы… – Как вы можете спокойно говорить это? – прервал его отец, гневно хлопнув рукой по столу. – Моему ребенку всего четырнадцать лет! У вас есть обязательства! Несмотря на обещания, дни шли, а новостей не было. Каждый обрывок разговоров друзей, каждое шёптанье соседей лишь усиливали тревогу. – Нужно поднять тревогу в интернете, – предлагала одна из друзей матери. – Может, кто-то что-то видел… – Мы уже пробовали, – ответила мать, её голос звучал глухо. – Кажется, никто не слышит нас. Теперь все их надежды возлагались на молитвы, но даже в этом ощутимом покое любое движение подавало пульсацию страха. Каждый скрип двери, каждый треск ветра на улице напоминали о том, что родительское сердце, полное любви, сковано беспокойством и непониманием.

***

      Ночь окутала Токио, как густой бархат, сквозь который пробивались лишь редкие огоньки уличных фонарей. Мягкий свет отражался в лужах, оставшихся после недавнего дождя, и расплывался, создавая обманчивую игру света и тени. В этот час город погружался в тишину, но в кабинете детектива Чон Чонгука шел свой собственный бурный спектакль. Кабинет был наполнен ароматом крепкого чая и табака, когда в дверь вошёл его помощник, Пак Чимин. Невысокий, с выразительными глазами, он выглядел встревоженным. Чонгук, погруженный в чтение отчета, поднял взгляд и заметил, как у Чимина дрожат руки. – Чонгук, – начал Чимин, его голос был тихим и полным бесконечной тревоги. – Ты слышал последние новости? Чонгук, всегда строгий и сосредоточенный, нахмурил брови. Он знал, что тон Чимина предвещал что-то серьёзное. Сложив руки на столе, он жестом призвал оставить формальности. – Говори, что случилось, – произнес он, стремясь удержать эмоции под контролем. Чимин сделал глубокий вдох и продолжил: – В Корее пропали четырнадцать детей. Три дня назад. И… – он замедлил речь, энергии в его голосе не добавилось, – сегодня утром на море засекли огромный грузовой корабль. Чонгук почувствовал, как в груди застрял холодный комок. Этот момент словно замедлился, и вместо успокоения он ощутил, как внутри него нарастает ярость. Он не мог поверить, что такое могло произойти даже в их стране, где каждое мгновение охранялось вниманием многих. – Почему мы не слышали об этом раньше? – спросил Чонгук, поднимая голос. Его эмоции начали выходить на поверхность, перерастая в злость. – Я не знаю… – Чимин потёр плечо, как-то неуверенно, искренне огорченный. – Никто не обращал на грузовой корабль особого внимания до появления новостей. Но теперь поднимается тревога. Слова Чимина повисли в воздухе, как тяжелые облака готовые обрушиться ливнем. Чонгук встал, меряя шагами небольшую комнату. Каждый его шаг отражал растущее чувство ответственности за тех, кто пропал. Он всегда чувствовал, что должен защищать, заботиться о других, и сейчас ему это особенно остро давалось. – Это недопустимо, – произнес он, пронзая взглядом окно, за которым кружились огни города. – Четырнадцать детей! Их жизни прямо сейчас под угрозой, и если мы не можем ничего с этим сделать… Чимин тихо его прервал: – Но есть шанс, что на этом корабле есть сообщения о пропавших детях. Мы должны сразу же отправляться на исследование! Каждый его слог пробуждал в Чонгуке тонкие нити надежды. Он прекратил свои метания, развернулся к Чимину и сжался в кулак. – Мы немедленно выезжаем, – распорядился он, указывая на шкаф, где лежали их инструменты. Чимин собрался с мыслями, и его видно было, как он обдумывал следующие шаги. – Надо подготовить команду, – добавил он, стараясь контролировать собственные эмоции. Они работали слаженно, как часы, и вскоре в комнате уже слышалось бормотание о планах. Чонгук зажег огни в кабинете, и они осветили место, где царила напряженность и изоляция. Стены, казалось, давили своими белыми красками, но сейчас они были не важны. В глазах Чонгука загорелся огонь — тот, что мог свернуть горы. Он встретил взгляд Чимина, и они оба поняли, что это не только ради детей — это касалось их, это должно было быть сделать ради каждого, кто однажды мог потеряться. Когда они вышли из кабинета, улицы Токио встретили их холодным дыханием ночи. Путь к порту был освещен желтыми фонарями, и каждую секунду зрачки заливаются тревогой и решимостью. Каждый шаг давался с усилием, но они знали: им нельзя останавливаться. Подойдя к порту, Чонгук остановился на мгновение, вдыхая воздух, насыщенный солёной свежестью. Но мгновенный прилив одурманивающего аромата тут же сменило чувство злости; он знал, что где-то там, на горизонте, среди колеблющихся волн, скрывался их враг. – Эй, Чонгук, – коснулся Чимин его плеча. – Ты в порядке? Чонгук кивнул, хотя внутри него разгоралась буря. Он чувствовал, как несправедливость терзает его душу. Эти дети были ничем не виноваты, а их жизни как шелуха, легко увлекаемая сильным ветром. – Мы должны действовать быстро, – произнес он с решимостью, не в силах скрыть гнев. – Каждая потерянная минута может стать роковой. И так они двинулись, в поисках ответов, в надежде встретить их на следующем перекрестке. Буря разразилась в его сердце, и он понимал, что эта ночь только начиналась. Вопросы без ответов заслоняли их путь, но прежде всего в нем была сила — желание сражаться, желание вернуть тех, кто пропал.

*

      Рёв моторов нескольких внедорожников разорвал утреннюю тишину. Колонна, состоящая из пяти бронированных машин, стремительно приближалась к грузовому кораблю, словно стая голодных волков к загнанному оленю. Солнце, только что показавшееся из-за горизонта, освещало блестящие бока машин, отражаясь в их затемнённых стёклах. Внутри каждого внедорожника находились опытные бойцы спецназа, готовые к любым непредвиденным ситуациям. Возглавляли отряд Чонгук и Чимин – два лучших специалиста группы, известные своей беспощадностью и профессионализмом. Машины остановились на небольшом расстоянии от корабля. Двигатели заглохли, оставив после себя лишь тишину и шум прибоя. Из внедорожников выскочили бойцы, их движения были быстрыми и чётко скоординированными. Они быстро окружили корабль, распределившись по периметру, готовые к любому развитию событий. Чонгук и Чимин подошли к трапу, их лица были сосредоточены и серьёзны. – Группа "соколы", доложите о готовности! – резко прокричал Чонгук, его голос рассекал утренний воздух. – Готовы, командир! – раздался хором ответ из раций. Чонгук кивнул Чимину, и они начали подъём по ржавому трапу. Каждый шаг отдавался металлическим скрипом, словно протест старого корабля против вторжения. Воздух был сырым и пропитан запахом солёной воды и ржавчины. На палубе царила тишина, нарушаемая лишь шумом волн и криками чаек. Они тщательно осмотрели каждую часть корабля, заглядывая в каюты, трюмы и все возможные укрытия. Бойцы работали быстро и эффективно, проверяя каждый уголок. Они искали любые следы нахождения детей или тех, кто их похитил, но ничего не нашли. Палуба была пуста, как и все помещения корабля. – Никого, командир! – доложил один из бойцов, проверив последний трюм. Чонгук и Чимин обменялись взглядами. Их лица выражали удивление и недоумение. Они были уверены, что дети находятся на этом корабле, но реальность оказалась совершенно другой. – Проверьте ещё раз все контейнеры! – скомандовал Чонгук, не теряя надежды. Бойцы снова проверили все контейнеры, осторожно открывая их и осматривая внутри. Они искали любые следы нахождения детей, но все контейнеры были пусты. – Командир, все контейнеры пусты! – доложил один из бойцов. Тишина опустилась на палубу, ещё более тяжелая и напряженная, чем раньше. Чонгук и Чимин стояли молча, вглядываясь в бескрайний горизонт. Они не могли поверить в то, что происходит. Их информация оказалась неверной. Дети не были на этом корабле. – Что-то здесь не так, Чимин, – прошептал Чонгук, его голос был спокоен, но в нём чувствовалась скрытая тревога. – Согласен, – ответил Чимин, его лицо было серьёзным и сосредоточенным. – Нам нужно проверить все возможные варианты. Возможно, они уже уехали. Или… Чимин замолчал, не договаривая фразу. Они оба понимали, что вариантов может быть много, и не все из них хорошие. Они ошиблись, и теперь им придётся найти детей другим способом. – Свяжитесь с базой, Пак, – сказал Чонгук, его голос был тверд и решителен. – Нам нужна поддержка. И нам нужно найти этих ублюдков. Чимин достал рацию и связался с базой, докладывая о ситуации. Они ошиблись, но их работа ещё не закончена. Они обязаны найти детей, какими бы ни были препятствия. Их миссия – спасение детей, и они сделают всё возможное, чтобы выполнить её. Они снова погрузились в работу, понимая, что их ошибка может стоить детям жизни. Теперь они должны быть ещё более внимательны и осторожны. Их поиск продолжается. Чонгук поехал в свой офис, его разрывало изнутри, он давно связался с Корейской полицией, они ему ничего дельного не сказали. – Ублюдки продажные. – процедил он сквозь стиснутые зубы. – Я помогу вам, малыши, найду каждого и верну в семью. – с уверенностью произнёс альфа.

Flashback. Это было много лет назад, когда Чонгуку едва исполнилось восемь. Он помнил, как весело проводил время с братом, когда тот возвращался из школы. Они вместе играли в футбол на улице, смеялись и мечтали о будущем. Но в тот день всё изменилось. – Чонгук, я скоро вернусь! – сказал его брат, улыбаясь, когда уходил на встречу с друзьями. Это были последние слова, которые он услышал от него. Чонгук сидел в своем углу комнаты, играя с игрушками, когда его мать вошла, её лицо было бледным, а глаза полны слёз. – Мам, что случилось? – спросил он, не понимая, что происходит. – Они похитили твоего брата, – произнесла она, её голос дрожал от страха и отчаяния. В тот момент мир Чонгука рухнул. Он не мог понять, что значит «похитили». Он смотрел на мать, её слёзы были для него как нож, разрывающий его сердце на куски. Он чувствовал, как внутри него нарастает ужасная пустота. – Где он? – закричал он, не в силах сдержать слёз. – Где мой брат?! Мать лишь покачала головой, не в силах ответить. Чонгук не понимал, почему взрослые не могут сделать ничего. Он был слишком мал, чтобы осознать, что мир полон злых людей — торговцев детьми, которые готовы на всё ради денег. С тех пор каждый день был для него пыткой. Он ждал новостей о брате, надеялся увидеть его улыбку снова. Но дни превращались в недели, а недели — в месяцы. С каждым новым днём его страх и обида только росли. – Почему они забрали его? – шептал он себе каждую ночь перед сном. – Почему именно его? Он часто представлял себе те страшные моменты: как его брат пытается выбраться из рук похитителей, как он кричит о помощи. Чонгук не мог вынести этих мыслей — они разрывали его изнутри. Однажды он услышал разговор взрослых в соседней комнате. Их голоса были полны гнева и отчаяния. – Эти торговцы детьми… Они не остановятся! Они забирают наших детей! – кричала женщина. – Мы должны что-то сделать! – ответил мужчина. – Не можем просто сидеть и ждать! Чонгук почувствовал, как в его сердце зажглась искра надежды. Он решил, что не будет просто сидеть и ждать. Он дал себе обещание: он станет детективом и найдет своего брата. Он будет бороться со злом и накажет всех плохих людей. С того момента его жизнь изменилась. Каждый день после школы он изучал книги о детективной работе и криминалистике. Он мечтал о том дне, когда сможет найти своего брата и вернуть его домой. – Я найду тебя, брат! – шептал он каждый вечер перед сном. – Я сделаю всё возможное! Но с каждым годом надежда становилась всё более призрачной. Чонгук чувствовал себя одиноким и беззащитным в этом жестоком мире. Он наблюдал за своими сверстниками, которые смеялись и играли, и завидовал им. У него не было такой жизни — у него была только злость и обида. Однажды он встретил старшего детектива в местном участке полиции. Это был человек с суровым лицом и проницательными глазами. – Ты что-то ищешь? – спросил детектив, заметив настойчивый взгляд Чонгука. – Я хочу стать детективом! – ответил Чонгук с решимостью в голосе. – Я хочу поймать плохих людей! Детектив посмотрел на него с удивлением. – Это опасная дорога для такого юного человека. Ты уверен? – Я уверен! – закричал Чонгук. – Я должен это сделать! Я должен найти своего брата! В глазах детектива мелькнула искра понимания. Он кивнул. – Хорошо. Если ты действительно этого хочешь, я могу помочь тебе научиться. Чонгук почувствовал прилив надежды — это был первый шаг к тому, чтобы стать тем, кем он всегда мечтал быть. Его сердце наполнилось решимостью: он будет бороться со злом и никогда не сдастся. С тех пор каждую ночь он тренировался: изучал методы расследования, собирал информацию о торговцах детьми и мечтал о том дне, когда сможет отомстить за своего брата. Каждый шаг приближал его к цели. Вспоминая тот страшный день, Чонгук понимал одно: он никогда не забудет обиду и страх. Эти чувства стали частью его сущности — они вдохновляли его двигаться вперёд и не останавливаться на пути к справедливости.

End flashback.

      Чонгук сидел за своим столом, заваленным бумагами, которые разлетались по всему кабинету, словно ветер унес их в разные стороны. Его взгляд метался между документами, но он не мог сосредоточиться на них. Внутри него бушевала буря эмоций — гнев, отчаяние и безысходность. Он чувствовал себя как в клетке, запертой в собственных переживаниях и страхах. Каждый листок бумаги был свидетельством его борьбы. На них были записаны имена и истории похищенных детей, их мечты и надежды, которые были безжалостно разрушены. Чонгук не мог избавиться от мысли, что он не делает достаточно. Эти дети, такие же, как он когда-то, нуждались в помощи, а он сидел здесь, окруженный бумагами и записями, не в силах изменить их судьбу. Он знал, что время работает против него — каждый миг мог стать решающим для кого-то из них. В его груди нарастала ярость. Чонгук сжимал кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Он ненавидел свою беспомощность, ненавидел тех, кто забирал детей из их домов. Эта ненависть разъедала его изнутри, как кислота, оставляя после себя только пустоту и боль. Он мечтал о том, чтобы быть там, где его могли бы услышать — на передовой борьбы с преступностью. Но вместо этого он сидел за столом, погруженный в свои мысли, и не знал, как сделать следующий шаг. Чонгук взглянул на фотографии детей, прикрепленные к стене. Их улыбающиеся лица смотрели на него с надеждой, и это только усиливало его чувство вины. Он чувствовал себя предателем — предателем их надежд. Каждый раз, когда он видел их глаза, полные доверия и невинности, его сердце разрывалось на части. Он знал, что должен был что-то сделать, но не знал как. Словно в ответ на его внутреннюю борьбу, в комнате воцарилась тишина. Тишина была оглушающей — она давила на него, заставляя чувствовать себя еще более одиноким. Чонгук закрыл глаза и попытался представить себе мир, где дети не страдают от рук злых людей. Мир, где он мог бы спасти каждого из них. Но эта картина всегда оставалась недостижимой мечтой. Он снова открыл глаза и посмотрел на беспорядок вокруг себя. Бумаги были разбросаны по всему столу, словно его мысли — хаотичные и непослушные. Он вздохнул и провел рукой по лицу, чувствуя усталость и истощение. Каждый день был борьбой; борьбой с самим собой и с системой, которая казалась такой бездушной и медленной. Чон понимал: чтобы помочь всем этим детям, ему нужно было найти силы продолжать. Но иногда ему казалось, что его усилия тщетны. Каждый новый случай похищения только добавлял тяжести в его сердце. Он чувствовал себя как солдат на поле боя без оружия — беспомощным и уязвимым. В этот момент он осознал: несмотря на всю свою злость и отчаяние, он не может сдаться. Его чувства были слишком сильными; они должны были стать движущей силой. Чонгук поднялся с кресла и начал собирать бумаги с пола. Он знал, что должен продолжать бороться — ради тех детей, которые не могут защитить себя. Каждый шаг вперед был шагом к справедливости, а каждая слеза — напоминанием о том, почему он начал эту борьбу. Его сердце наполнилось решимостью. Он снова сел за стол и начал писать — записывая идеи и планы действий. В этот момент он понял: даже если мир кажется жестоким и несправедливым, он не будет одним из тех, кто просто наблюдает. Он станет голосом тех детей, которых никто не слышит.

***

      Тёмный подвал, в котором прятались дети, казался бесконечным. Стены были сырыми и холодными, а потолок низким, заставляя их чувствовать себя запертыми в клетке. В воздухе витал запах плесени и страха. Дети сидели на грязном бетонном полу, прижавшись друг к другу, их одежда была порвана и испачкана. Каждый из них был изможден голодом, а в глазах читался ужас. Среди них был Тэхен — мальчик с короткими темными волосами и большими, полными страха глазами. Он смотрел на своих друзей, которые сидели рядом: Сонхва с заплаканным лицом, девочка по имени Мина с трясущимися руками и ещё несколько детей, которые, казалось, потеряли всякую надежду. Каждый из них понимал, что они находятся в ловушке, и никто не знал, что с ними будет дальше. – Почему они нас не отпускают? – тихо спросил один из мальчиков, его голос дрожал от страха. – Не знаю… – ответил Тэхен, стараясь говорить уверенно, хотя внутри него всё сжималось от ужаса. – Может, они просто хотят нас напугать. – страх уже овладел ими. Взрослые мужчины, которые стояли вокруг, были настоящими монстрами. Их лица были грубыми и шрамированными, а глаза холодными, как сталь. Они смотрели на детей так, будто те были лишь игрушками, которые можно сломать в любой момент. – Смотрите на них! – произнес один из мужчин с ухмылкой. – Они такие слабые. Дети замерли, когда один из мужчин подошел ближе к Тэхену. Он был высоким и мускулистым, с тёмными волосами и жестким выражением лица. На его руках были татуировки, а в глазах — что-то такое, что заставляло сердце Тэхена биться быстрее от страха. – Ты, мальчик! – произнес мужчина низким голосом. – Пора идти со мной. Тэхен почувствовал, как его сердце упало в пятки. Он посмотрел на своих друзей и увидел в их глазах ужас и беспомощность. – Нет! – закричал Сонхва, его голос пронзил тишину подвала. Он схватил Тэхена за руку так сильно, что пальцы побелели. – Не уходи! Пожалуйста! – Сонхва… – прошептал Тэхен, его голос дрожал от страха. – Я не могу… – Ты не можешь их слушать! – продолжал кричать Сонхва, его лицо исказилось от отчаяния. – Они могут сделать с тобой что угодно! Тэхен почувствовал, как слёзы наворачиваются на глаза. Он не хотел оставлять друга одного в этом ужасном месте. Но мужчина уже потянул его за собой. – Отпусти его! – закричала Мина, её голос звучал так же истерично. – Не забирай его! Но мужчина лишь усмехнулся в ответ. – Хватит ныть! Этот мальчик теперь мой. Сонхва бросился вперед, пытаясь остановить их, но другой мужчина перехватил его и удержал на месте. Его глаза горели ненавистью и страхом. – Не забирайте его! – снова закричал Сонхва, его голос звучал так, словно он был готов разорваться от страха. Тэхен почувствовал, как его сердце разрывается на части. Он обернулся к другу и увидел в его глазах ужас и отчаяние. Это было похоже на нож в сердце. – Я вернусь! – крикнул Тэхен, хотя сам не верил в свои слова. Он чувствовал себя предателем, покидая своего друга в таком страшном месте. Мужчина потянул Тэхена к выходу, и он почувствовал холодный воздух подвала за своей спиной. Каждый шаг давался ему с трудом — он не хотел уходить, но понимал, что ничего не может изменить. Сонхва стоял на месте, его глаза полны слез. Он видел, как Тэхен уходит, и это ощущение было хуже любого физического страдания. Он чувствовал себя беззащитным и беспомощным. – Не оставляй меня! – снова закричал Сонхва, но его слова были лишь эхо в мрачном подвале. Тэхен исчез за дверью, оставив за собой только тишину и страх. Внутри него бушевала буря эмоций — гнев на мужчин, страх за себя и своих друзей и глубокая печаль от того, что он оставил Сонхву одного. В темноте подвала дети продолжали всхлипывать и плакать, а вокруг них все еще стояли те страшные мужчины — охотники за душами невинных детей. Пока Тэхена уводили прочь, его мысли метались между страхом и надеждой. Он пытался представить себе мир вне этого подвала — мир без страха и боли. Но каждый раз, когда он закрывал глаза, перед ним вставали образы тех страшных мужчин с их холодными взглядами. – Ты будешь хорошо себя вести? – спросил мужчина с ухмылкой. Его голос был низким и угрожающим. Тэхен не ответил. Он просто смотрел вниз на свои грязные ноги и пытался подавить слезы. Ему было страшно не только за себя — он боялся за Сонхву и остальных детей. – Если ты будешь хорошим мальчиком, то все будет хорошо, – произнес мужчина с издевкой. – А если нет… Он не закончил фразу, но Тэхен понял: это угроза. Когда они вышли на улицу, холодный ветер ударил ему в лицо. Он закрыл глаза от яркого света и попытался сосредоточиться на том, что происходит вокруг. Вокруг него стояли другие мужчины с жестокими лицами — они переговаривались между собой о чем-то важном. Тэхен чувствовал себя как в кошмаре. Ему хотелось вернуться обратно в подвал к своим друзьям — туда, где было хоть немного безопаснее. – Иди сюда! – приказал мужчина, толкнув Тэхена в спину. Тэхен пошел за ним по узкой аллее между старых зданий. Стены были обшарпаны и грязны; повсюду валялись мусор и обломки. Он чувствовал себя потерянным и одиноким среди этого мрачного пейзажа. – Ты будешь делать то, что мы скажем. – произнес мужчина с ухмылкой. – Что они собираются с ним делать? – Я не хочу! – вырвалось у него на языке. Мужчина обернулся и посмотрел на него с презрением. – Ты не выбираешь! Ты теперь наш! Тэхен почувствовал, как внутри него вскипает гнев. Но он знал: протестовать бесполезно. Он просто должен выжить — выжить ради себя и ради Сонхвы. Время тянулось медленно, как будто каждый миг растягивался до предела. Тэхен стоял посреди холода, его сердце колотилось от страха. Он не знал, что будет дальше, но предчувствие беды не покидало его. Внезапно раздался звук мотора, который нарастал, приближаясь к ним. Автомобиль остановился рядом и из него вышел мужчина — лет сорока, с грубым лицом и странной улыбкой, которая казалась насмешливой. Его одежда была темной и поношенной, а на руках — татуировки, которые выглядели угрожающе. Он шагал уверенно, будто знал, что именно он здесь главный. Мужчина подошел ближе, у Тэ от страха ноги начали трястись. Он остановился перед одним из альф — мужчин, которые контролировали их. Тэхен заметил, как альфа склонил голову в знак уважения. – Это тот самый Ким, о котором я говорил, – произнес, указывая на мальчика. – Теперь он принадлежит тебе. Тэхен почувствовал, как холодный пот выступил на лбу. Он не понимал, что это значит. Принадлежать? Кому-то? Зачем? Его сердце забилось быстрее от ужаса. – Иди к нему! – приказал альфа, его голос был жестким и безжалостным. – Нет! – закричал Тэхен, стараясь подавить панический страх. – Я не хочу! Но тот лишь усмехнулся. – Ты не можешь выбирать. Это теперь твоя судьба. – Пожалуйста… – начал он, но слова застряли в горле. Мужчина шагнул вперед и посмотрел прямо в глаза Тэхену. Его взгляд был холодным и проницательным, как будто он мог видеть все его страхи и сомнения. – Ты будешь мне полезен, мальчик, – произнес он с ухмылкой, которая заставила Тэхена содрогнуться. – Я вижу в тебе потенциал. – Я не хочу быть полезным! – закричал Тэхен, его голос дрожал от отчаяния. – Я хочу вернуться к своим друзьям! Незнакомец лишь рассмеялся, и этот смех звучал так же жестоко, как его взгляд. – Ты не понимаешь, мальчик. Ты теперь часть этого мира. И у тебя нет выбора. Тэхен почувствовал, как внутри него разгорается гнев. Он не хотел принимать эту судьбу! Он не хотел быть игрушкой в руках этого ужасного человека! Но страх сковывал его движения; он понимал, что противостоять этому монстру может быть опасно. – Пожалуйста… – снова прошептал Тэ, но он уже не слушал. Незнакомец повернулся к стоящим рядом альфам и произнес: – Забирай остальных. Они будут ждать своей очереди. Тэхен вздрогнул от этих слов. Он понимал: это значит, что его друзья тоже окажутся в руках этих людей. Страх охватил его с новой силой. – Нет! – закричал он снова, но его голос был полон отчаяния. – Не трогайте их! Мужчина обернулся к нему с ухмылкой. – Ты слишком много говоришь для мальчика, который только что потерял свободу. Тэхен почувствовал, как слёзы наворачиваются на глаза. Он не хотел уходить от своих друзей; он не хотел оставлять их одних в этом ужасном подвале с этими монстрами. – Пожалуйста… – произнес он снова, но теперь его голос звучал тихо и безнадежно. Тот шагнул ближе и наклонился к нему. – Ты будешь делать то, что я скажу. Иначе ты пожалеешь об этом. Тэхен почувствовал холодный страх пробирающийся по его телу. Он понимал: у него нет выбора. Он должен был идти за этим ужасным мужчиной и надеяться на то, что сможет найти способ спасти себя и своих друзей. Сердце стучало в груди так сильно, что казалось вот-вот вырвется наружу. Он сделал шаг вперед к незнакомцу и почувствовал, как его друзья остаются позади. Внутри него бушевала буря эмоций: гнев на мужчин, страх за себя и своих друзей и глубокая печаль от того, что он оставляет их одних в этом страшном месте. Так он пошел в неизвестность, оставляя позади своих друзей и всё то, что когда-то было ему дорого.

(Billie Eilish – Wildflower. Настоятельно рекомендую включить.)

Тем временем в подвале царила гнетущая атмосфера, наполненная страхом и отчаянием. Сонхва сидел на холодном бетонном полу, его сердце колотилось от ужаса. Вокруг него собрались дети, их лица были бледными, а глаза полны слёз. Каждый из них ощущал, как страх сжимает грудь, словно невидимые руки. – Почему нас здесь держат? – прошептала Мина, её голос дрожал, как будто она могла в любой момент разрыдаться. Сонхва, сидящий рядом с ней, лишь покачал головой, не в силах найти ответ. Внезапно двери подвала распахнулись, и в проеме появилась тень. Один из мужчин, высокий и мускулистый, с грубым лицом и жестким взглядом, шагнул внутрь. Дети замерли, их сердца забились быстрее. – Лия! – проговорил он, обращаясь к девочке с длинными волосами, которая сидела в углу. Её лицо побледнело, когда она поняла, что именно её зовут. – Нет! – закричал Сонхва, но его голос был заглушен страхом остальных детей. Мужчина подошел к Лие и схватил её за руку. Она взглянула на своих друзей с ужасом, её глаза полны слёз. – Пожалуйста, не берите её! – воскликнула Мина, её голос был полон отчаяния. Лия посмотрела на них, её губы дрожали. – Я не хочу уходить… – прошептала она, но мужчина лишь усмехнулся. – Ты не можешь выбирать. Иди со мной! – произнес он холодно, не оставляя ей шансов на сопротивление. Сонхва почувствовал, как внутри него разгорается гнев. Он не мог позволить этому случиться! Но страх сковывал его движения. Лия смотрела на них с растерянностью и страхом, её глаза искали поддержки. – Я вернусь! – крикнула она, прежде чем мужчина потянул её за собой в темный коридор. Страх охватил Сон с новой силой. Он понимал: они могут потерять Лию навсегда. Внутри него бушевала буря эмоций — гнев на этого человека и безысходность ситуации. Он обернулся к своим друзьям; их лица были полны страха и беспомощности. – Мы должны что-то сделать! – произнес он решительно, хотя понимал, что шансы на успех малы. Но в этот момент дверь за ними захлопнулась с оглушительным звуком, оставив их одних в мрачном подвале. Остальные мужчины вернулись в подвал и встали рядом с ними, чтобы они ничего не могли сделать. Лия сидела на стуле в маленькой, плохо освещенной комнате. Стены были обшарпаны, а воздух напоминал затхлую пыль. Мужчина, высокий и угрожающе выглядящий, стоял напротив неё, его глаза сверкали в полумраке. – Ты думаешь, что можешь сбежать? – произнес он с насмешкой, приближаясь к ней. Его голос был низким и хриплым, как шёпот ветра в пустыне. Лия сжала руки в кулаки, её сердце бешено колотилось в груди. Она ощущала, как холодный пот выступает на лбу. – Я не собираюсь никуда уходить, – произнесла она, стараясь сделать голос уверенным, но слова звучали слабо. Мужчина наклонился ближе, его лицо оказалось в нескольких сантиметрах от её. Лия увидела каждую морщинку на его лбу и каждую тень на скулах. – Ты не понимаешь, что происходит, девочка? – сказал он, его губы изогнулись в зловещей улыбке. – Здесь ты под моим контролем. Ты будешь делать то, что я скажу. Лия закрыла глаза на мгновение, пытаясь подавить страх, который заползал в её душу. Она вспомнила своих друзей, их лица полны тревоги и беспомощности. – Я не боюсь тебя! – выкрикнула она, хотя внутри неё всё сжималось от ужаса. Мужчина рассмеялся, его смех был полон презрения. – Не боишься? – повторил он, обводя взглядом комнату. – Ты даже не представляешь, что я могу сделать. Её сердце забилось ещё быстрее. Лия открыла глаза и встретила его взгляд. В них читался холодный расчет. Мужчина начал стягивать с себя верхнюю одежду, постепенно переходил на низ. – Ты ведь знаешь, что никто не придёт за тобой? – произнес он тихо, почти нежно. – Ты одна. И я могу сделать так, чтобы ты исчезла навсегда. Страх заполнил её глаза, и она почувствовала, как слёзы подступают к глазам. – Пожалуйста… – прошептала она, но мужчина лишь усмехнулся. – Пожалуйста? Это не то слово, которое ты должна использовать здесь, Лия. Теперь ты только моя. Лия почувствовала, как её мир рушится. Она была одна, заперта в этой комнате с чудовищем, и страх поглощал её целиком. Альфа подошел к ней и схватив за руку кинул на старую кровать, которая стояла посередине комнаты. – Время повеселиться, моя маленькая девочка. – прошептал на ухо и начал стягивать платье с нее. Сонхва сидящий на полу очень боялся за Лию и оказалось не зря. Спустя минуту из комнаты начали доноситься крики девочки и было слышно, как кровать бешено бьется об стенку. – Нет! Что он с ней делает?! – крикнул маленький альфа. Один из мужчин усмехнулся и подошел к нему. – Наслаждается вкусом нетронутого цветка. – противный голос эхом отдался в голове. Сонхва далеко не был ребенком, он догадывался, что означают слова этого подонка и стоны того ублюдка в соседней комнате. Ему стало настолько не хорошо, что маленький альфа потерял сознание. Один из подонков подошел к альфе и начал пытаться его привести в себя. Сонхва медленно приходил в себя. Его веки тяжело открывались, и он пытался сосредоточиться на окружающем мире. Вокруг стоял запах чего-то знакомого, но в то же время пугающего. Он почувствовал, как кто-то нежно поддерживает его голову, и это принесло ему немного облегчения. – Сонхва, ты в порядке? – тихо спросил один из мальчиков, его голос дрожал от волнения. Сонхва попытался ответить, но слова застряли в горле. Вместо этого он просто кивнул, стараясь не показывать свою слабость. Его сердце колотилось, и он чувствовал, как страх проникает в каждую клеточку его тела. Другие дети, стоявшие вокруг, обменивались тревожными взглядами. Их лица были бледными, а глаза полны беспокойства. Каждый из них переживал за своего друга, но никто не знал, что делать. – Надо вызвать помощь! – воскликнула одна из девочек, её голос дрожал. – Он не должен был так упасть! В этот момент из соседней комнаты раздался звук открывающейся двери. На пороге появился альфа, который увел Лию. Его лицо светилось удовлетворением, он медленно застегивал ремень джинсов, а ухмылка на губах выдавала его самодовольство. – Ну что, как дела? – произнес он с ухмылкой, словно наслаждаясь ситуацией. В воздухе повисло напряжение. Все взгляды обратились к альфе, и в их глазах читалось недовольство и страх. – Ты! – выкрикнул один из мальчиков, сжав кулаки. – Что ты сделал с Лией? Альфа только усмехнулся и шагнул ближе. – Джей, разберись с трупом в комнате. – бросил он напарнику и ушел на улицу. Дети замерли. Эмоции накалялись. Вокруг началась суета. Из комнаты вывели неподвижное тело Лии. Хван Лия – шестнадцать лет, дата смерти 05.09.2019. Никого из детей не подпустили к телу, они лишь смотрели издалека и рыдали. Они чувствовали себя беспомощными и напуганными. – Ведите себя хорошо, если не хотите окончить также. – сказал один из альф и посмеялся. Сонхва вытер слезы и сел на пол поджав колени к груди. Он знал, что им не выбраться, но молился о помощи.