Во все цвета

Не самые радужные перспективы альбома толкали Вадима Рудольфовича на поступки решительные и даже, можно сказать, окологероические - ухитрившись связаться не с кем-нибудь там, а с режиссёром Виктором Конисевичем, отец-основатель окончательно утвердился в мысли о том, что упускать возможность ни в коем случае нельзя, раз уж с ними, даже находящимися в своеобразной опале мира продаж, согласились иметь дело. Впереди оставалось самое проблематичное - главная сложность вставала на пути незамедлительно и непосредственно. Песню "Два корабля" исполнял Глеб - и Глеб при свойственной ему проницательности почуял беду, едва перешагнув порог квартиры брата. -Тебе точно что-то от меня надо,- явно утвердил, а не спросил младший Самойлов, тут же беря на руки своего рыжего любимца и занимая в углу дивана оборонительную позицию. -Да почему сразу надо,- неубедительно попробовал было возразить Вадим, садясь неподалёку - Глеб только хмыкнул. -Потому что ты так смотришь только когда собираешься просить о какой-нибудь очередной гадости. Что в этот раз? Во взгляде Вадима появилась нехорошая задумчивость - Глеб насторожился, почёсывая за ушком рыжей группе поддержки, мурлычащей на коленях. -Ну,- наконец соизволил молвить старший Самойлов, заранее призывая всю свою уравновешенность на последующий диалог - в глазах младшего всё более интенсивно нарастало подозрение. -В виду того, что альбом пошёл достаточно затруднительно, и вообще нас уже только что не хоронят, есть резон напомнить о себе - один из способов это хотя бы новый клип. -Не-не-не,- взвился Глеб с такой решимостью, что котёнок шарахнулся с дивана. -Даже слово это не надо при мне произносить, мне хватило. -Глеб,- воззвал к некоей абстрактной совести Вадим, с укоризной находя взгляд брата. -Предложения от Конисевича на дороге не валяются - давай ты хоть раз с кем-нибудь о чём-нибудь договоришься и тогда уже будешь выделываться. Это не самое простое занятие. -Сниматься в клипах тоже не самое простое занятие,- скептически заметил Глеб, в чьей памяти ещё был жив "Опиум", понемногу начиная ёрзать на диване. -И на какую же песню? -"Два корабля". -Даааа?- окончательно включил режим пожарной сирены Глеб, по такому случаю даже вскакивая с дивана и приподнимая брови. -В самом деле? Интересно, это ты специально выбираешь для такого приятного занятия песни, которые пою я - а чего ж не "Легион"? Ты же вон в своё время проявил свой актёрский талант в "Нисхождении" - неужели не понравилось? И потом если уж так, то я хочу на "Ураган". -Отключай давай уже свои хотелки,- начал раздражаться Вадим, вставая следом и доставая сигареты - впрочем, то, что легко не будет, было очевидно ещё в самом начале. Запасы терпения ещё имелись. -Хочу то, хочу сё... Я уже сказал - когда сам будешь договариваться, тогда и будет "хочу". Тем более что это он предложил, у него какая-то идея с... дельфинарием. -С чем, с чем?- едко уточнил Глеб, щурясь и закуривая следом: если идея снова где-то там сниматься бурного восторга не вызывала, то экстремальные замашки - не вызывали вдвойне. -Он решил нас там же и утопить для драматичности? Я туда не полезу, какой дельфинарий - тем более, ты нас вообще видел? Какой клип? Я, по-твоему, в таком виде тяну на героя клипа? Это опять издевательство будет, а не съёмки! -На "Опиуме" тебя наоборот хвалили, почему "опять",- раздражённо отозвался Вадим, которого вся эта тонкая душевная организация потихоньку начинала выматывать ещё до всяких съёмок. -И вообще можно подумать, мне самому прям очень нравится торчать в кадре - но лично меня весь расклад с альбомом не слишком-то устраивает, и если у тебя есть идеи получше, как это изменить, то вперёд. Глеб молча ответил взглядом, полным осуждения, которым, вероятно, некогда смотрели агнцы для заклания - идей получше не находилось. Оставалось приносить себя в жертву искусству. ...Спустя примерно пару часов болтания на крохотной платформе посередине бассейна с дельфинами, с которой некуда сделать и полшага, даже смиренный Саша всё же не мог не согласиться со страдающим Глебом в том неоспоримом факте, что жертва искусству немного переходит черты - однако, режиссёр был беспощаден. -Виктор Леонидович, давайте мы хоть на пять минут отсюда сойдём,- стенали слегка одуревшие от бесконечного качания по лёгким волнам псевдоокеана агатовцы, с тоской глядя на "берег" - дельфины как ни в чём ни бывало бодро резвились. -Стойте там!- зверствовал беспощадный Виктор Леонидович, не давая и намёка на милость - и добавлял, как бы напоминая артистам-великомученникам, что раз они сами написали такой мрак, то пусть теперь ему соответствуют: -Надо чтобы вы выглядели драматично, даже трагично - вот вы и выглядите! Драматичные, даже трагичные агатовцы смиренно вздыхали, продолжая обречённо колыхаться на волнах. -Я сейчас блевану на его дельфинов, будет знать,- незаметно и вполголоса угрожал от безысходности не менее печальному Вадиму Глеб, страдающий вдвойне от крупного плана и украдкой опирающийся об канат - тот только обречённо вздыхал. -Бесполезно, это даже не его дельфины. -Да мне всё равно чьи это дельфины, я устал и у меня уже перед глазами всё качается,- упорно жаловался младший Самойлов - и наконец осознал главную трагедию. -Виктор Леонидович, ну хоть покурить можно? -Покурить можно,- неожиданно расщедрился Конисевич - и тут же добавил, тормозя на полпути бодро рванувшего было к "берегу" Глеба одним только железным взглядом: -Дайте кто-нибудь ребятам покурить. "Ребята", за исключением оставшегося совсем без радостей жизни некурящего Саши, снова вздыхали и драматично, даже трагично, курили всё на той же площадочке. Впрочем, как и в случае с многострадальным "Опиумом", рано или поздно заканчивается всё - ступив на устойчивую поверхность впервые за четыре часа, квартет в первый раз в жизни по-настоящему осознал, откуда берётся "походка моряка" и прочие, и прочие издержки океанического существования. -"Моряк, моряк, почему ты грустишь ",- причитал Глеб, тяжко опускаясь на стульчик и прикрывая глаза, чтобы всё перестало качаться во все возможные стороны. -Вадик, я навсегда запомню, чья это была идея, честное слово. Кажется, у меня морская болезнь. Бассейнная. "Это не самое простое заняяяятие", "Давай идеи полуууучше"... -Да не нуди теперь хотя бы,- тщетно отбивался Вадим, которого, впрочем, штормило не меньше, и который сам успел сто раз осознать рискованность своих соглашений. -И так тошно, так ещё твои ремарки. -Да ладно вам,- бодренько отозвался непрошибаемый и несломимый Андрей, чей оптимизм был неплохо подкреплён фактом того, что он был единственным, кому хотя бы можно было сидеть. -Дельфины вон классные, никто к ним даже не свалился - зная нас, мы вообще отделались легче некуда. Я бы, может, даже повторил. Глеб на всякий случай опасливо отодвинулся, предпочтя не комментировать - такие приливы неизвестно откуда сгенерированной энергии человека, четыре часа пробултыхавшегося на досочке в бассейне, по крайней мере слегка настораживали. Однако, с одним могли согласиться все четверо - с их везением на интересные истории, одно то, что сегодня они никого не отнимали у дельфинов, уже можно было считать большим успехом.