Клубничные милкшейки // Strawberry Milkshakes

Толпа взорвалась аплодисментами в последний раз, прежде чем Pegboard Nerds, Парсберг и Одден, покинули сцену. Когда они прошли за кулисы, весёлое выражение лица Алекса вмиг стало подавленным. Майк мгновенно заметил изменения в поведении партнёра и положил руку ему на спину. — Эй, чувак, что случилось? — спросил он. Это был глупый вопрос, потому что Парсберг уже знал, почему Одден был расстроен. Во время выступления они стали свидетелями того, как один из зрителей напрягся, будто ему очень больно, а затем внезапно упал в обморок. Танцующей толпе пришлось расступиться, ибо в следующую секунду к бедняге бросились многочисленные охранники, чтобы вынести его обмякшее тело наружу. Это был тревожный момент для них обоих, но они должны были продолжать играть свою музыку, чтобы сохранить настроение вечера. Алекс опустил взгляд и вздохнул. — Я просто беспокоюсь об этом человеке. Надеюсь, с ним всё в порядке. Майк мягко похлопал друга по спине. — Уверен, что с ним всё нормально, — начал он, — Это ведь бар. Мужик, скорее всего, просто набрался, вот и не смог оставаться в сознании, — он взглянул на Оддена в надежде, что его слова успокоили парня. К сожалению, тот всё ещё был подавлен, поэтому Парсберг решил пойти другим путём, — Слушай, ты хорошо выступил, даже не смотря на весь этот хаос. Думаю, ты заслужил клубничный милкшейк, м? — Майк, сейчас три ночи. Где мы найдём работающий магазин, который продаст нам коктейль? — парень глубоко вздохнул, — С другой стороны, можно сходить и поискать… Итак, два Ботаника тихо выбрались из клуба, убедившись, что их не видели фанаты. Как бы они ни любили встречаться и обмениваться приветствиями с поклонниками, сейчас им было не до этого. Они шли по городу, останавливаясь в каждой открытой закусочной, но безрезультатно. Либо там не продавали милкшейки, либо не было клубники. Был даже один ресторан, который имел наглость попытаться продать им карамельные коктейли вместо клубничных. Парни провели два часа, гуляя по городу. Сейчас было почти пять утра, и они оба очень устали. Тем не менее, Парсберг был полон решимости раздобыть клубничный милкшейк для Оддена. — Ну же. Давай заглянем в ту круглосуточную забегаловку, что вниз по дороге, — Майк начал было идти, но остановился, когда Алекс схватил его за руку. — Майк, я знаю, что ты пытаешься заставить меня чувствовать себя лучше, и я очень тебе благодарен за это, но… Я слишком устал, чтобы идти дальше. Давай лучше просто вернёмся домой и ляжем спать, — он немного улыбнулся, — Мы можем продолжить искать утром. Хорошо? Парсберг скрестил руки на груди. — Хм. Хорошо, — проворчал он, развернувшись и направившись по направлению к дому. Конечно же они не смогли найти место, где продаются клубничные милкшейки, когда Одден нуждался в одном. В любой другой день они бы с лёгкостью нашли его. К счастью для Ботаников, клуб, в котором они выступали, находился в их родном городе, и они могли вернуться в собственный дом, где их ждали уютные мягкие кровати вместо сомнительных спальных мест и ужасного обслуживания номеров, с которыми им приходилось иметь дело в турах. Пока они медленно тащились к дому, Парсберг окинул друга оценивающим взглядом. Голова Алекса была низко опущена, его светящиеся глаза потускнели и смотрели в землю, и вообще он выглядел грустным и задумчивым. Майк ненавидел созерцать своего партнёра в таком подавленном состоянии. Он хотел подхватить Оддена на руки, отнести домой и осыпать любовью, пока тот снова не станет счастливым. Но он очень сомневался, что Одден позволит этому случиться. Пара синих рук, машущих у него перед лицом, вывела парня из транса и заставила вернуться в реальность. — Кхм, Земля Парсбергу. Мы дома… и ты единственный, у кого есть ключи. — О, точно. Прости… — Майк молча проклинал себя, доставая ключи и открывая входную дверь. Щёки начали немного теплеть. Это был не первый раз, когда Одден поймал на себе его взгляд, и определённо не последний. Но независимо от того, сколько раз он попадался, он всегда чувствовал себя очень взволнованным после этого. Парсберг открыл дверь, и оба вошли внутрь. Алекс так устал, что даже не дошёл до своей комнаты. Вместо этого он небрежно плюхнулся на диван и завернулся в одеяло. В то же время Майк решил пройтись по дому — убедиться, что всё в порядке. Проходя мимо кухни, он заметил пару пакетов, оставленных после последнего похода по магазинам. Они вышли из дома в такой спешке, что не успели разобрать всё, что купили. Парсберг начал выкладывать из пакета продукты, когда что-то привлекло его внимание: клубника. В голову тут же пришла идея: если у него есть все ингредиенты, то он может сделать Алексу милкшейк! Майк мысленно перечислил ингредиенты и выложил их на стол. К его большому счастью, их было достаточно, чтобы сделать даже два коктейля. Он достал блендер, смешивая продукты, а затем разлил получившийся напиток по двум стаканам. Парсберг вышел из кухни в гостиную, где Алекс всё ещё лежал на диване, едва не засыпая. Глаза Оддена дрогнули, когда он услышал приближающиеся шаги друга. Он улыбнулся Майку, но его выражение лица сменилось на шок, когда он увидел милкшейки. — Майк… ты сделал для нас клубничные милкшейки? — лицо Алекса озарилось широкой улыбкой, — Иногда ты, конечно, тот ещё упрямец. Я же сказал тебе не беспокоиться об этом до завтра. — Я знаю… ты говорил. Но я просто хочу, чтобы ты был счастлив, так что… вот, — Парсберг протянул коктейль Оддену, который с радостью его взял. — Что же я такого сделал, чтобы заслужить такого замечательного напарника? — выдохнул Алекс. Услышав этот неожиданный комплимент, Майк сильно покраснел, что не скрылось от Оддена. Парень улыбнулся и похлопал по дивану рядом с собой, предлагая Парсбергу сесть. Это заставило Майка нервничать ещё больше, но он с радостью присел. Ботаники сидели рядом друг с другом и в тишине пили милкшейки. Не смотря на то, что коктейль был очень вкусным, Парсбергу больше было интересно наблюдать за своим другом. Он заметил, что глаза Алекса уже не выглядят грустными. Вместо этого они ярко светились и смотрели куда-то вверх. Одден осушил стакан в считанные секунды. Закончив, он посмотрел на партнёра и лучезарно улыбнулся. — Спасибо, Майк… — Алекс некоторое время смотрел на друга, будто сомневаясь в чём-то. Но прежде, чем Парсберг успел спросить, что у него на уме, Одден наклонился вперёд и быстро поцеловал его в щёку. Тут же он отстранился и смущённо взглянул на Майка. Глаза Парсберга расширились, и он коснулся пальцами места поцелуя. Улыбка вспыхнула на его лице. — Тебе понравилось? Раз так, может, понравится и это?.. — Алекс протянул руку, обнимая шею Майка, прежде чем снова наклониться. Он снова поцеловал его, но на этот раз в губы. Затем он чуть отстранился, наблюдая за реакцией. Теперь Парсберг был слишком взволнован, чтобы говорить, и мог только шокировано смотреть на лучшего друга. Да он никогда в жизни не поверил бы, что Одден заинтересуется им. Его лицо вспыхнуло, кажется, уже в тысячный раз за этот день. Смех Оддена вырвал его из шока. — Вау, чувак. Я никогда раньше не видел тебя таким взволнованным, — поддразнил его Алекс. Майк что-то проворчал себе под нос, пониже натягивая кепку, чтобы скрыть своё фиолетовое от смущения лицо, — Должен признать, что ты просто очаровательный, когда волнуешься. Парсберг вдруг отбросил кепку в сторону и посмотрел на Оддена. — Ну ладно, теперь твоя очередь смущаться! — он быстрым движением притянул Алекса к себе и посадил на колени, в ту же секунду тыкаясь носом в его щёку. Алекс хихикнул. — Майк, твоя щетина колется, щекотно же! — Одден едва мог говорить, не хихикая между каждым словом. Майк, не обращая внимания на протесты, проложил дорожку поцелуев от щеки до шеи, в то время как сам Алекс прижал его ближе, обнимая. Оставив достаточно поцелуев, Парсберг обхватил спину Оддена, чтобы удержать его на месте, наклонился вперёд и прижался губами к сердцу на его груди. — Ххах! — воскликнул тот, тут же закрывая руками своё уже пурпурное лицо. — Всегда было интересно, чувствительно ли оно… — свободной рукой Майк нежно провёл по пушистым рыжим волосам Алекса. Они казались мягкими облаками между пальцами. Одден вздохнул, прикрыл глаза и положил голову на плечо Парсбергу, наслаждаясь этим ощущением. Это всё, чего Майк только мог желать. В течение нескольких лет он боялся выразить свои чувства рядом с другом. Но сейчас он понимал, что ему больше нечего бояться. Парсберг любил Оддена, и Одден любил его в ответ. Он взглянул на Алекса, заснувшего у него на руках, и поцеловал его в лоб, прежде чем медленно откинуться на спинку дивана. Проваливаясь в сон, он успел подумать о том, что нужно бы почаще делать Оддену клубничные милкшейки.