сцилла

её не видели уже давно, но не была она верна, всегда глядев в одно окно. но вот ей силы придала такая вечно одинокая луна. и осознание пришло одно: она мечтала быть другой, стать украшением весной, но оставалась за скалой, с таким же именем... но стой! собой она была страшна как смерть и лишь в морях видала, что такое честь. и вот теперь, когда все стало ясно ей, она признала, что ненавидела людей и тут же запланировала месть. цветком весенним притворилась здесь, ведь всех прохожих здесь видней, и, подождав озлобленных синиц теней, с оскалом выплеснула отравляющую чернь.