Twins

Писалось под for the damaged coda — Разве мы должны драться! — Прошипела Мирай, блокировав удар вакидзаси катаной, а после оттолкнула от себя Намикадзе пинком. Лис проскользил по земле, а после на секунду остановился. — Ты помнишь меня? Наруто? — Глядя в звериные глаза, спросила Хьюга с надеждой в голосе, но ответом послужило рычание.       Лис вновь налетел с серией быстрых ударов вакидзаси обратным хватом, осознав, что ни одна из атак не достигла цели, Намикадзе использовал свободную руку оттолкнув от себя противницу. — Не делай вид, та сцена в душе… покатушки у тебя на спине в столице… чёрт возьми ресторан и следующий день!       Воспоминания начали пересиливать звериное начало, в голове Наруто начали проявляться совсем новые, не объятые пламенем картинки. Такие спокойные и приятные… Нежные касания, страстные поцелуи, тихая ночная красота и сверкающие звёзды… — Наруто! — Удар колена повалил Намикадзе на спину, а после Хьюга села на него прижав пылающего лиса к земле, кривясь от жуткой боли при этом. — Вспоминай, ты снова вляпался во что-то, но откуда в тебе ярость сейчас… — нежная ладонь скользнула по щеке, а после Лис скинул с себя напарницу и отскочил назад. — Ярость не во мне, я и есть ярость, копившаяся годами. Закрытое внутри «Я». Я помнящее предательство и впитывавшее всю злобу, — Огонь вокруг Наруто начал тухнуть, а после Лис упал на одно колено. — Быстрее, Кьюин… — Что с тобой? — Ханна рывком сократила дистанцию, а после приобняла Наруто одной рукой. — Откуда силы, что происходило? Ты не показывал подобного раньше! — Интон это прощальный подарок Курамы… Он исчез, сконцентрировав остатки своей чакры и передав их мне… Техники… Из воспоминаний о боях с Томое, а… — Наруто закашлялся, почувствовав как сердце пылает, а после выплюнул изо рта пепел. — а огонь это моя сила… Сила которую от меня скрывал Ку… Он лгал мне, я… всё до корня… Вся моя жизнь была ложью… — Сейчас её нет… — почувствовав вновь нарастающий жар, прошептала Хьюга, коснувшись губами лба Намикадзе. — Просто успокойся и доверься мне, теперь лжи не будет. — Девушка выстрелила сгусток яркой рыжей чакры в небо, а после закашлялась кровью, запачкав и без того грязную и истелвшую форму Наруто. Намикадзе склонил голову, а после взглянул в лицо Ханне. Бледная, болезненно бледная, с сухими потрескавшимися губами и кровь стекающей из пореза рядом с глаза, она щурилась от жуткой боли и пыталась вытянуть всю оставшуюся чакру из Наруто. — Остановись, всё в порядке, дальше оно стихнет само… — Наруто попытался вырваться из захвата, но руки Хьюги крепко в него вцепились. — Ничего не в порядке… — увидев, как одежда Намикадзе вновь начинает тлеть, прошептала Ханна, а после ей в грудь влетела открытая ладонь, отбросившая её на расстояние. — Время игр кончилось…       Восстановивший силу Намикадзе вновь взялся за вакидзаси скреплённый огнём, а после сделал выпад с уколом, от которого позади оставался яркий огненный след. Хьюга едва успела увернуться, а после ударом запястья в подбородок отправила Наруто в полёт. — Никак ты не уймёшься! — Ханна оказалась над головой Наруто и попыталась нанести колющий в грудь, в надежде заставить затратить чакру на восстановление раны, но Лис ловко блокировал удар Вакидзаси в полёте, а после сделал заднее сальто приземлившись на ноги и взглянул на противницу. Рыжая огненная вспышка сверкнула прямо перед лицом Ханны, опалив брови и волосы, девушка едва успела нырнуть под горизонтальный удар, а после попыталась нанести свой укол, но противник тут же испарился. — Есть одна девушка, которая знает тебя даже лучше Сакуры… — Хьюга подловила зашедшего в спину Намикадзе ударом пяткой, а после перевела вертикальный росчерк перед лицом в сторону и ударила с локтя в нижнюю челюсть Намикадзе. — Меня… — Ханна почувствовала, как раскалённый метал пробил плечо насквозь, а после огляделась, увидев Наруто стоящего в десяти метрах напротив. Лис стоял так, будто бил воздух. — Вот как…       Ответом послужил взмах вакидзаси. Наруто словно пытался разрубить воздух, в момент удара он пять раз словно испарился всего на мгновение. Раздались четыре звонких удара стали о сталь и один вскрик. На руке Ханны появился один порез. Хьюга не успела блокировать один из пяти мгновенных ударов.       Ханна парой прыжков оказалась над головой Наруто, а после того, как он попытался отпрыгнуть ему в спину прилетел укол, клинок прошёл грудь насквозь. — Мы оба имеем атаки, которые не показывали друг другу, не так ли… — приземлившись рядом с напарником и приставив Катану к его горлу, спросила девушка. — Похоже ты не понимаешь с кем имеешь дело… — Земля под ногами Намикадзе разверзлась и десятки языков пламени расползлись вокруг, чуть не испепелив и настоящую Ханну едва успевшую отскочить. — Неужели это должно было произойти… — Ханна взяла оба меча обратным хватом, направив острием вверх, а после лезвия увеличились в размерах из-за появившейся ветряной пропитки. — Я просто хочу жить, без обид! — Наруто появился за спиной Хьюги и тут же перескочил первый росчерк и ветряную волну, последовавшую за ним, а после ударом кулака в темечко впечатал девушку в землю, Ханна успела взмахнуть вторым клинком в последний момент, по груди Наруто прошёл жуткий глубокий росчерк, но вместо крови из неё начала вытекать странная чёрная жидкость. Лис упал на землю рядом с Хьюгой не в силах подняться, вся энергия оказалась направлена на восстановление повреждений. — Всё будет хорошо… — Обессиленно прошептала Хьюга лёжа на земле.       В голове раздался звон колоколов, обоженные, покрытые жуткой коркой руки вцепились в землю запятнанную кровью, сейчас или никогда, если не вытянуть остатки этой жуткой силы, Наруто растворится в них навсегда. Именно с такой мыслью, хрипя и перебирая единственной целой рукой Ханна начала ползти к Наруто. Писалось под Arcade — Мам! А мам! Ты готова?! — Спросила милая черноволосая девочка, заглянув в родительскую спальню, её глубокие голубые глазки буквально искрились от нетерпения. — Сегодня важный день, а ты так долго собираешься! Ну что ты за человек! — Папа знает, сколько я собираюсь и у него это учтено, поверь мне, — усмехнулась высокая девушка с аккуратным каре до плеч, поправив седую прядь, затесавшуюся в чёрную чёлку, а после взглянула на себя в зеркало. — Лучше скажи, как я выгляжу? — Как всегда, только лучше! — Усмехнулась девочка, пройдя в комнату. — Всего восемь лет, а уже такая умная… — Папа так говорит и тебе это нравится, — Ханна усмехнулась, а после прошла к дочери. — Лааааадно, негодяйка, считай, что я ничего не слышала, — Хьюга поправила белое платьице дочери, а после взяла её за руку. — Идём, папа, конечно, понимал, что нас придётся ждать, но не столько…       Штаб корня сегодня выглядел необычно, празднично и светло. Множество бойцов шли по коридору что-то обсуждая между собой, но каждый увидевший Мирай и Наоми на своём пути тут же останавливался, слегка кланялся и поздравлял их. — Мама, а эти дядьки выглядят крутыми… А папа нет… он точно будет тут править? — Ханна закашлялась, подавив смешок, а после растрепала волосы дочки. — Твой папа самый крутой тут, мерцающий огненный лис, ветеран и легенда способный в одиночку уничтожить целую армию, так что думаю у него получится. — Он крутооой? Неее, я видела, как он читал ту дурацкую книжку и рыдал, запивая флет уайтом! — Хьюга не нашла чем возразить. — О КУРОМИ! — Наоми присела на коленки и подхватила небольшого чёрного котика с белым пятнышком вокруг правого глазика. Ханна же взглянула в глаза кошке. — Я так понимаю, ты за нами по приказу шла? — Мяяяяу! — Ну тогда веди!       В большом зале набитом бойцами корня, на круглой сцене стоял совсем уж расклеившийся старик Шимура, сгорбившись, опираясь на тросточку двумя руками Данзо с улыбкой смотрел на кого-то в первом ряду. — Сегодня знаменательный день, когда корень переродится. Я всегда говорил, что каждый боец Корня лучший в своем деле, что вы все идеальные инструменты, но сегодня груз ответственности с меня снят и я могу сказать правду. Я горжусь каждым находящимся тут, я радовался вашим успехам как своим и любил вас как своих детей. Я горд, что смог воспитать самых достойных из достойнейших ниндзя, но моё время ушло, с этого дня я ухожу с поста главы корня, теперь я. — Старикашка-сенсей для огненной лисицы… — Тихо прошептала Хьюга, присев на месте рядом с высоким парнем с блондинистым ежом на голове и небольшой татуировкой на запястье в виде сцепленных крюков. Наруто слегка улыбнулся, а после прикрыл рот своей спутнице рукой. — Он может и старый, но не глухой, давай потише, Нао и ты тут? — Намикадзе растрепал волосы дочери, а после щёлкнул её по носу. — Тсссс! А то дед услышит и ругаться будет! — достаточно громко, чтобы её услышали все в зале, возмутилась девочка, Данзо хмуро взглянул на девочку. — Прости деда-Данза! — Виновато прокричала девочка, из-за чего по залу прошёл сдержанный смешок. Шимура лишь вздохнул. — Теперь я могу не бояться за будущее своего легиона теней Конохи. Каждый находящийся здесь — достойнейший боец и защитник деревни, но лишь одному я готов доверить управление, тому, кто смог пробиться сквозь тьму, окутавшую его, выжить в сотнях тяжелейших сражений и сохранить огонь даже в полной тьме… Огненный Лис и капитан отряда призраков! Человек который смог изменить меня и сможет изменить вас. Наруто, прошу. — Старик уступил своё место у стойки, отойдя слегка назад.       Лис поднялся по ступеням и остановившись напротив Шимуры аккуратно поклонился, а после подошёл к трибуне и оглядел сотни наблюдающих за ним глаз. — Для начала я хотел бы поблагодарить людей, которые помогли мне пробиться сквозь тьму, людей, которые окружали меня своими теплом и заботой постоянно, тех, кто не давал мне утонуть все эти годы и продолжает спасать меня в трудную Минуту. Шимура-сенсей, я благодарен вам за то, что вы всегда находились рядом, ваши советы не раз спасали меня. Вы были жестоким, но справедливым учителем, на которого я старался ровняться всю свою жизнь. Ханна Хьюга, девушка, что помогала мне в самых сложных битвах, ставшая для меня ангелом хранителем, девушка чья рука раз за разом вытягивала меня из пучины мрака и в конце концов женщина подарившая мне прекрасную семью… — Наруто взглянул в глаза любимой, по её слегка розовым от лестных слов щекам стекали горькие слёзы, она сжимала маленькую ручонку своей дочери и тихо плакала, прикрывая второй рукой рот. — С этого дня, Корень переходит под моё командование, теперь на мои плечи ляжет груз ответсвенности, который я принимаю с гордостью и осознанием того, что я никогда не останусь один в центре шторма, ведь когда делает шаг один боец корня. — ШАГ ДЕЛАЮТ ВСЕ! — Ханна почувствовала странное першение в горле, а после закашлялась, прикрыв рот рукой. Бьякуган остановился на алой крови, стекающей по ладони. — М-мам, всё хорошо?

***

Писалось под Waste       Дрожащие пальцы вцепились в волосы, покрытые пламенем, а после дёрнули их на себя. Голова Наруто упёрлась в плечо Хьюги, а после девушка обняла его, еле закинув сломанную руку на плечи и склонила голову. Маленькие капельки слёз, сорвавшиеся с глаз, тут же испарились из-за ауры вокруг. — Всё… хорошо, Нао… — Глаза Хьюги начали закрываться, а из выставленной к небу ладони вылетел огромный огненный змей.

***

      Сакура бежала по крышам все никак не способная поверить в происходящее, она раз за разом пыталась убедить себя в том, что старушка путает, что её родители живы. Но по мере приближения к окраинам, у которых они жили, разрушения становились всё более и более отчетливыми. Наконец, добравшись до родного переулка, девушка увидела их… Мать лежала на сырой земле, лицом вниз, а из её спины торчало три куная. Отец же лежал совсем рядом, в своей же луже крови, протянув руку жене. Харуно молча присела на край крыши и закрыла глаза на мгновение, а после до неё донёсся довольный голос. — Богатенько живут Коноховские! Не зря напали! — усмехнулся вышедший из дома с мешком за плечами шиноби песка, обратившись к ещё двум напарникам, вышедшим следом. — Зря… — появившись между трио, прошептала Сакура, а после три головы взлетели в воздух отсечённые скальпелем.

***

      Сражение пяти Каге в маленькой ложе походило на избиение, Райкаге в этом бою оказался куда эффективнее остальных, Казекаге и Цучикаге не успевали за этим громадным шкафом, летающим по комнате со скоростью молнии, а барьер мешавший им выбраться наружу, установленный неизвестно кем, никак не поддавался. Они оказались заперты, так ещё и в меньшинстве, очередной удар Райкаге влетел аккурат в лицо Цучикаге, Ооноки пролетел через всю комнату и врезавшись в Расу пробил стену, вылетев из ложи, Эй тут же нырнул за ними даже не задумываясь, а после дыра в барьере вновь закрылась. — Какая красота… — Прошептал Орочимару отслоившийся от стены, опутав Мизукаге змеями вылезшими из рукава, Санин ловко затолкал одну из рептилий в рот любительнице плеваться лавой, а после взглянул на бывшего учителя, что в ходе жуткого боя получил множество травм. Хирузен стоял на одном колене склонив голову и тихо хрипел. — Старый, безумный старик готовый идти на всё, лишь бы Коноху не считали слабой стал самой главной слабостью деревни… — Девушка потеряла сознание получив десятки ядовитых укусов, оставив учителя и ученика наедине. — О чём ты… Откуда ты вообще взялся? — Теории будут? — Хирузен закашлялся, а после попытался встать, но змея, укусившая за щиколотку, успела его отравить. Старик тихо вскрикнул. — Оглянись, не твои люди, не Коноха спасает себя, а Корень. Что ты, что Минато, что Хаширама до вас двоих подвергали деревню неоправданному риску раз за разом. Вы считали, что раз в вас есть этот дурацкий фанатизм и вы готовы умереть за свои идеалы то все в деревне такие же… Нет… — Шимура? — Он самый, мы поговорили со стариком и решили, что тебя пора… уволить, — Змей аккуратно достал изо рта кусанаги и направил на бывшего сенсея. — Знаешь в чём разница между светом и тьмой, в которой он прячется? — Санин взглянул на сенсея с интересом. — Во тьме не видно последствий сделанных выборов. Неужели ты думаешь, что Шимура имеет кладбище поменьше моего? Кха… прости, сколько детей не справляются с тренировками корня? Сколько гражданских убивают, чтобы остаться без свидетелей… Неужели ты веришь в… — Старик, я прекрасно понимаю, что Шимура не рыцарь на белом коне, он циник и прагматик, только вот он не гонит людей умирать за идеалы, он даёт чёткую цель. Возможно его кладбище не уступает твоему, только пользы от тебя куда меньше. Прощай… — Орочимару вытянул руку с мечом, а после клинок удлинился и прошёл сердце старика как нож масло. — Спасибо… Я долго искал её… — склонив голову, прошептал напоследок Хирузен. — Теперь тебе не придётся бояться ответственности учитель и твоё кладбище больше не пополнится, прощай…

***

      Полумрак медкабинета, запахи крови таблеток и спирта смешались, образовав тошнотворный букет. Жаворонок сидела за столом и работала с документами. Ей очень не повезло и именно она должна была выставлять статус «погиб на задании», без какого либо списка, ей просто передали стопку карточек бойцов и сказали проставить статус. Она даже не знала кого ещё придётся похоронить. Аллигатор и Кот, Тануки и Краб, старые друзья которых она больше не увидит никогда. Друзья в чьи карточки она уже внесла похоронный статус. Единственный погибший о котором она точно знала, доставил больше всего проблем. Когда перед глазами Жаворонка осталась последняя карточка, её рука задрожала, тяжело ставить подобный статус своей единственной ученице… Flashback       Суматоха в деревне кончилась ближе к вечеру, именно тогда, первые поисковые отряды и выдвинулись на поиски тел, которые не должны были увидеть обычные люди. Зимородку и Пересмешнице достались самые важные для старика цели. Шимура передал им последние зафиксированные координаты Лиса и Норки, а после принялся ждать затаив дыхание.       Шисуи приземлился на выженную поляну и снял маску, глядя на странную картину. Лис и Норка сидели на коленях без масок и обнявшись столкнулись лбами. Оба были покрыты тонким слоем пепла, сдуваемого ветром. — Что тут произошло… — тихо прошептал Шисуи, а после подошёл к мертвецам. — Статус подтверждаю, Лис и Норка мертвы, всё выглядит так, будто они убили друг друга… — Передал сообщение по связи Учиха, а после присел на колено и попытался разнять дуэт.       Шисуи схватился за руку Наруто, вжавшуюся в окоченевшее плечо Ханны мёртвой хваткой и попытался её отсоединить, но та не поддавалась. — Зимородок… помоги… ей… — Медленно повернув голову, прошептал Намикадзе с пеплом на губах. End Flashback Писалось под Waiting for Sunrise — Где, Ханна… — открыв глаза и глядя на расплывающийся свет свечи перед собой, спросил первым делом Наруто. — Сначала расскажи, что произошло? Вы сражались? — загробным голосом поинтересовалась медсестра, поставив злосчастный статус в последнюю книжку. — Да… Мы сражались. — Снова лис? Наигрался? — Не выдержала девушка. — Если бы не твой долбанный пушистик она была бы сейчас жива! — А сейчас… — Наруто взглянул на забинтованные руки, а после попытался пошевелить одной из них, та не слушалась вовсе. — А сейчас, я поставила статус погиб на задании. Её тело уже унесли. Ты выжег её сцч, она сгорела изнутри! — продолжила кричать Жаворонок, но Наруто будто её не слышал. — Понятно… — Наруто попытался встать, но сил не хватило. — Деревня цела? — И это всё? Вы были вместе так долго а теперь просто… просто… ПОНЯТНО?! — ЖАВОРОНОК! — Донёсся разгневанный крик Шимуры от двери. — Ты хочешь, чтобы все твои старания пошли прахом? Чтобы он на тот свет отправился? Поумерь пыл! — Хорошо, я закончила с картами. — Можешь быть свободна. И закрой дверь, — Женщина спешно встала из-за стола и вылетела из кабинета хлопнув дверью. — Она права, я сжёг её… — Тогда почему ты так спокоен сейчас? Расскажи что происходило, по порядку. — Сначала мы сражались и проигрывали, обычные атаки не наносили урона покрову, потом мы взялись за иглу и обезглавливатель, потом Ку пожертвовал собой и отдал мне всю чакру Интона и я почти победил, но мне не хватило. Я попытался перенаправить чакру Шукаку используя технику Кьюин и попался… Чакра однохвостого оказалась настолько вязкой, что я не смог её с себя сбросить… А после… — Наруто сжал кулак. — У тебя на одежде следы похожие на пепельную болезнь. Ты горел, — задал интересующий его ещё с момента, когда он увидел форму Наруто вопрос старик. — Пепельная не пепельная, не знаю, я просто потерял контроль. После того как лис ушёл я услышал свой же голос в голове, он сказал, чтобы я использовал огонь и пробудил воспоминания. — Пробудил воспоминания? Это какие? — Я не сын четвертого… Волки которые меня воспитывали знали об этом. — Тогда кто ты и как появился? — Онмьётон: банбутсу созо, Курама создал это тело из ничего, а после подселился. — Волки? — Волки знали, но ничего мне не говорили, они боялись… — Шимура задумчиво опустил взгляд, а после задал самый волнующий его вопрос. — Наруто, ты чувствуешь гнев? — Лис аккуратно покачал головой. — Я ничегошеньки не чувствую кроме боли, вы учили нас не поддаваться эмоциям. — Не лги. Наруто, если ты чувствуешь гнев, то я должен об этом знать, пепельная болезнь никогда не проходит сама и её невозможно излечить на поздних стадиях. Скажи… ты… чувствуешь… гнев? — Нет, я правда ничего не чувствую, только боль. У нас получилось защитить деревню? — Потери не такие большие, по крайней мере среди гражданских, наших с десяток точно придётся хоронить, раненных много, но деревня в безопасности. Враги бежали. — Мы будем мстить? — Шимура аккуратно кивнул, а после коснулся плеча Наруто. — Но не ты, если мои подозрения правдивы, тебе нужно восстановиться. — Понял, что насчёт Хирузена и… — Хирузен мёртв, теперь мы можем спокойно поставить более разумного правителя на его место. — И кто же им будет? — Шикаку Нара. Лис, в прощальной записке Норки говорилось, что ее глаза в случае сме… — Нет, не нужно, я не смогу, — Шимура понимающе кивнул, а после встал. — Не вини себя, лучше вообще никого не вини и радуйся что ты выжил, бой в который тебе пришлось вступить был чертовски опасен. — Сенсей, когда будут хоронить погибших? — Через три дня, под бойцов корня отведена неприметная полянка за левым холмиком от входа на кладбище, она будет там. — Спасибо…

***

      Снег таял, на улице потеплело, поэтому под ногами хлюпали лужи, сегодня день траура для всех. Многие потеряли кого-то в этой адской круговерти, все потеряли свой символ. Может Хирузен и был глупым стариком, готовым идти в пекло и вести в него людей, но он всегда шёл вперёд. Бесстрашно, безрассудно… Старик был любим многими обычными ниндзя и ещё больше гражданскими. В одном из первых рядов перед самой могилой стояли его внук и сын. Асума молчаливо смотрел на гранитный камень сжимая плечо Конохомару в попытке успокоить. — Не верится, что он погиб… — тихо прошептала Наруко, помнившая дедушку как доброго старичка с весёлым характером, полным энергии и сил. — Это сильный удар для всех… — тихо и безразлично прошептала Сакура, если бы не обязательное присутствие шиноби на похоронах, то она бы стояла рядом с матерью и отцом и тихо плакала в одиночестве. — Всё могло быть куда хуже, ты многим помогла Сакура… — подбодрил подругу Саске, они с Наруко первыми узнали о случившемся с родителями Харуно. — Я помогла многим, но не спасла самых дорогих… — девушка сжала кулаки от обиды, а по её глазам потекли ледяные слёзы. — Не плачь пожалуйста, — донесся тихий шепот за спиной, Харуно встрепенулась, а после обернувшись увидела его. Намикадзе стоял в своей привычной чёрной рубашке, с гипсом на руке и усталым лицом. В его глазах плескалась та же тоска, что и у Сакуры. — Идём, — лис создал одного клона, а сам стал невидимым и взял ученицу за руку. — Идём… — Сакура поступила точно так же, оставив копию слушать глупую речь о глупом старике. — Я давно вас с Мирай не видела. — Мирай можно увидеть за вон тем холмом, — отойдя на достаточное расстояние, Лис снял преломление и указал пальцем на небольшой холмик. — Я понимаю каково тебе сейчас, именно поэтому и стою рядом. Пожалуйста, не позволь гневу и боли туманить твой разум. Ты как никто другой должна понимать, они не этого хотели. — А чего они хотели? — Вырастить достойную дочь, которая не пьёт энергетики по ночам, а спит, — Намикадзе едва заметно улыбнулся, прижав Харуно к себе. — Они хотели, чтобы ты выросла достойным человеком, прекрасным шиноби и красивой девушкой. У них всё получилось, просто не сходи с пути и не позволяй чувствам портить тебя. — Легко сказать, я же чувствую, как дрожит твоя рука… — Глядя на трясущиеся пальцы, прошептала Харуно. — Именно поэтому постарайся не поддаться эмоциям, — Наруто остановился у двух могил под деревом. — Я побуду рядом с тобой, хорошо? — Сакура уже не смогла ответить, слёзы наполнили её глаза и полились по щекам, девушка лишь тихо кивнула, а после упала на колени. — Любовь как цветущий бутон… прекрасна лишь в определённый момент… — настоящий Наруто присел напротив одинокой могилы и взглянул на символы. — Лишь в момент цветения на неё можно смотреть без тоски и сожалений, а после всегда начинается увядание… Это отвратительное чувство, будто ты не удержал, время берёт своё и больше нет той красоты, нет того тепла… Но я благодарен тебе, может нам и не дали так много времени как мне, да и тебе, хотелось, но я наслаждался каждым моментом… «Сегодня не так сильно краснеешь», «Я девушка усатого-куна», «значит у тебя в стае завелась Норка?», «…ты слишком мило смущаешься, весь вечер»       Слова, воспоминания о прикосновениях, тихое дыхание, нежные ладони, всё это мелькало перед глазами Наруто. Он словно переживал всю жизнь заново, он спрятался от сырой атмосферы Конохи в небольшом домике из воспоминаний, воздвигнутом менее чем за год. — Т-так вот почему я не видела её… — тихо прошептала Наруко упав на колени рядом с Наруто. Девочка склонила голову, чтобы скрыть слёзы. — Она победила… а я проиграл… — прошептал Наруто. — Она победила? — Намикадзе печально кивнул, а после коснулся плеча Узумаки и склонил голову. — Она сделала всё, чтобы я выжил, сгорела из-за меня. Знаешь, Наруко, я слышал, что ты переживаешь насчёт поражений… — Наруто вздохнул, положив руку себе на колено и взглянув на небо, над головой уже разлился закат и начали появляться первые звёзды. — Поражение — это отложенная победа, это второй шанс, а не повод сдаваться. Это клеймо, которое будет жечь душу, пока ты не станешь достаточно сильным чтобы от него избавиться это бесценный опыт, который ты должна ценить. — К чему это? — В этой войне, мы все проиграли, я, ты, Сакура, Саске… но это не значит, что нам нужно сдаваться. Давай сделаем всё возможное, чтобы никто из дорогих нам людей больше не погиб, а проиграем или победим… плевать. — Ты сожалеешь… — Наруто молча кивнул. — Ты хотел бы победить… А не она? — Мне было бы легче, поменяйся мы с ней местами. Но всё произошло именно так. Трудно отпускать дорогих людей, но цепляться за них бесполезно. — Ты так говоришь будто у тебя внутри ничего нет… — Узумаки взглянула на Наруто с тоской, а после коснулась его груди, почувствовав едва бьющееся сердце. — Я потерял очень многое, думаю там точно не всё в порядке, но сдаваться я не собираюсь. — Ты что-то задумал? — Наруто кивнул, а после взглянул в небо. — Я хочу увидеть Картину тысячи гроз…

«Пока мы живы, мы цепляемся за дорогих нам людей, такова природа любого человека, мы стараемся сделать всё, чтобы рядом с нами был лучик света, способный поддержать и отпугнуть мрак. Я потерял свой лучик света, но не имел права отчаиваться и сдаваться, пусть сердце выло, меня ждал долгий путь, который я обязан пройти, иначе её жертва окажется бесполезна.»