Всё это иллюзия

      Двести пятьдесят восемь. Тяжёлый выдох. Двести пятьдесят восемь ступенек насчитал Высоков, пока они поднимались в отделение реанимации. Тщетная попытка успокоиться.       Около палаты Ирины стояла вся команда во главе с Бобровским. По внешнему виду Корешкова было ясно, что он провел здесь ночь, видимо, ожидая, когда больная придёт в себя. Олеся сидела рядом с Александром Юрьевичем и держала в руках пластиковый стаканчик, очевидно, с налитым туда успокоительным. На секунду в голове у Высокова пронеслась мысль о том, как мелочен он был сегодня, заботясь о том, что может промочить ноги. Пожалуй, из всех он сейчас выглядел самым свежим.       Увидя приближающихся мужчин Олег встал и пошёл к ним навстречу.       - Ира спит. Врач пока к ней не пускает.       - Как она?       - Вчера весь день была без сознания, к ночи,- как раз когда ты мне звонил, - пришла в себя, не понимала, где она. Но врач сказал, что это нормально. Вкололи успокоительного, уснула. Сегодня проснулась — даже Бобровского не узнала, — Олег перешёл на шёпот, косясь на начальника.       - Вы все к ней заходили? Никакой реакции? — спросил Андрей.       - Вообще ноль, как будто и не работали вместе столько времени, — покачал головой Корешков.       Андрей потёр виски — казалось, сердце теперь обитало там, а не в груди, и ужасно пульсировало.       - Уважаемые, я думаю, вам не стоит здесь находиться всем вместе, — дверь палаты открылась и оттуда вынырнула сначала медсестра с какими-то пробирками, а затем вышел врач. — Это всё-таки отделение реанимации. Вчера я сделал исключение исходя из того, что вы работники полиции, но…       - Простите, меня зовут Андрей Высоков, я клинический психолог, — вышел ему навстречу доктор. — Я только сейчас приехал, мы могли бы поговорить с вами как коллега с коллегой?       Врач сначала замялся, но, оглядев собравшихся и оценив, что Высоков, пожалуй, был сейчас самым адекватным из них, утвердительно кивнул.       - В целом, ничего особо серьёзного. Да есть переломы рёбер, но в её возрасте должно достаточно быстро срастись при соблюдении режима. Многочисленные ушибы и гематомы в области конечностей, но без осложнений. Ну и, конечно, черепно-мозговая травма с вытекающей посттравматический амнезией.       - А вы позволите посмотреть снимок? — осторожно попросил Андрей, понимая, что никто ему не обязан показывать результаты обследований.       - Что вы там хотите увидеть? — усмехнулся врач.       - Так, — немного замялся Высоков. — По своему профилю хочу посмотреть…       - Пожалуйста, мне не жалко, — врач открыл дверь палаты, проходя вовнутрь.       И Андрей увидел Ирину. Она спала. Её голова была перемотана бинтами. На бледном худом лице ещё больше выступили скулы, на правой из них растекался тёмный синяк.       - Ты мне скажи, Андрей Ильич, неужели тебя не напрягло то, что ты не можешь до нее дозвониться несколько дней? — прошипел за плечом Высокова Олег, который вновь увидел свою коллегу на больничной койке и начал поддаваться эмоциям.       - А я до неё не дозванивался, — не отводя взгляд от Шумской, ответил Андрей.       - Это как? — ещё больше завёлся Корешков.       - Мы взрослые, самостоятельные люди, — пожал плечами доктор, поворачиваясь к Олегу лицом и пытаясь сообразить, чего тот от него добивается. — Не понимаю, что в этом такого. К тому же я был на конференции…       - То есть для тебя абсолютно нормально несколько дней не звонить близкому человеку?! — Корешков начинал нависать над ним, явно переходя личные границы. — Вообще-то, я думал, что у вас с Ириной всё серьёзно. А ты, оказывается, эгоистичный болван, которому плевать как дела у женщины, с которой ты спишь…       - Олег Иванович! — подал голос Бобровский, желая остудить праведный пыл своего подчинённого.       - Молодые люди, что вы здесь устроили? — чуть повысив голос, возмутился возвратившийся врач. — Это вам не проходной двор, морды будете бить друг другу в другом месте!       - Простите, он просто устал и перенервничал, — вступился за Корешкова Антон, отводя того в сторону.       - Вы хотели посмотреть, — пробурчал врач, протягивая Высокову снимок. Но тот никак не отреагировал, переваривая только что услышанное от Олега. — Вы будет смотреть?       - А. Да, простите!..       - Давайте только отойдём от палаты, больной нужен покой.       - Да-да, конечно! — всё еще заторможенно согласился Высоков, делая шаг вперёд, чтобы можно было закрыть дверь в палату.       - Андрей! — вдруг раздался слабый голос Шумской. — Андрей…       И все, кто находился рядом, сначала замерли, а потом устремили свои взгляды на Ирину.