Миражи памяти

Тем временем Джекс сидя где-то в далеке от всех, пристально вглядывался в море, слушая как волны бьются об берег. Пальцем он писал что-то на мокром песке, при этом ощущая, как вода нежно касается его сухой кожи на руках. Глаза отвлеклись на женские голоса, голова сама повернулась в сторону девушек, а уши заострились послушать их диалог. Но с каждым сказанными ими словами, сердце билось быстрее. Чувствуя некую слабость, он хмыкнул и отвернув голову, посмотрел на свои надписи, убрав руку: никогда Он тут же небрежно стёр это слово, словно пытаясь избавиться от грязных воспоминаний. Мысли накрылись туманом, голова тяжелела, будто желая окунуться в мир снов, но этого, к сожалению, не произошло. Прижатые колени к телу слегка расслабились и не выравнивая ноги, он выставил колени вперёд, опустив ладони на песок, но рука не могла забыть, как держала пустой стакан из которого он выплеснул воду на неё. Джекс медленно, но тяжело вздохнул, ощущая, как губы с силой сжимались, а зрачки становились всё меньше и меньше. От гнева хотелось повырывать себе волосы от одной только мысли, что он осмелился ответить ей! Это было отвратительно, ужасно и мерзко… — «Чем я вообще тогда думал?» — руки потянулись к волосам и взяв силой локоны, он потянул их вниз, закрывая себе весь вид. — «Ж*пой или чем блин?!» — Джекс… — послышался чей-то нежный голос. Тот аж застыл. Медленно повернувши голову к источнику звука, он дёрнулся, опустив локоны волос. Лицо мигом расслабилось, взгляд смягчился увидев перед собой… Помни. Сев обратно, глаза тут же забегали по всему её телу. Открытый живот, плечи и распущенные волосы…это был будто удар по сердцу Джекса. Она выглядела так ярко и притягательно, что тот аж потерял дар речи от одного её вида. На щеках тут же выступил предательский румянец, кожа на лице странно обсохла и стала горячей, а в голове словно застучали молотки, выстукивая бешеный ритм. Он хотел встать, но ноги его совсем не слушались. Зрение вдруг затуманилось, будто Джекс смотрел через мутное стекло. Голос девушки размывался, создавая ужасно неприятный шум в ушах. Пытаясь хоть как-то пошевелиться, дыхание в панике начал быстро учащаться. Задыхаясь, Джекс пытался сглотнуть, но язык намертво прилип к нёбу. Шум в ушах стал невыносимым, а затем, словно кто-то выключил свет и всё стихло. Он упал на песок, потеряв связь с реальностью. Помни на секунду замерла, заметив странное поведение парня, а затем как он рухнул на раскалённый песок. Сердце с силой сжалось, пальцы задрожали, на лбу выступил пот и та мигом бросилась к другу. Колени неприятно обожгло, но она уже не предала этому значению. — Джекс? — она схватило его за плечи и приподняла, — Джекс, мать твою! Она слегка побила его по щекам, но попытки были четны. Прислонив руку к его лбу, по коже прошлась горячая волна, что ладонь сразу отдёрнуло. В голове пронеслось: «Это солнечный удар?! Боже, что делать бл*ть…» Уложив Джекса обратно на песок, она попыталась вспомнить, как прибегнуть к помощи и ничего лучше не вспомнив, Помни порвала на нём футболку и рванула к морю. Повезло, что вода сегодня была достаточно холодной. Намочив остаток его одежды и выровнявшись, она прибежала обратно к парню и усаживаясь на колени, судорожно прикусывая губу, прикладывала ледяную футболку к его шеи и активно начинала махать руками, создавая хоть какой-то ветерок, дабы снизить ему температуру. Не прекращая махать, Помни резко повернула голову, высматривая нет ли никого поблизости и заметив Королера, она вскочила и направилась к нему за помощью. «Я обязательно вернусь, Джекс, потерпи…» — думала она про себя, по пути спотыкаясь и чувствуя, как песок сильно прилипал к пяткам, но её волновало сейчас только состояние Джекса, а не эти мелочи. Впопыхах добежав до шезлонгов, где дремал Королёр, Помни резко остановилась и попыталась глотнуть хоть каплю воздуха. Сердце бешено колотилось. То ли от тревоги, то ли от того, что она активно бежала…впрочем неважно. Чувствуя активную пульсацию в шее, она согнулась в коленях и опёрлась об них. Тихие, прерывистые стоны перемешивались со словами: — Королёр!.. — еле как вдыхала она. — Проснись, срочно! Но тот даже и знака не подал. Помни выровнялась, подошла ближе к мужчине и схватив за плечи, начала трести, что-то ему крича. Ощутив тряску, он резко открыл глаза и с расширенными зрачками посмотрел на младшую. — А?! — вскочил он со спинки шезлонга. — Помни, ты чего? — Наконец-то… — та по тихоньку переводила дух. — Джекс получил солнечный удар, нужно отнести его в тень, быстро! Королёр напрягся, оглянулся и заметив в самом далеке знакомую фигуру, приподнял брови. Он не спеша встал с шезлонга и пошатываясь направился быстрым шагом к лежащему Джексу, махая за собой рукой. Помни тут же метнулась за ним.

***

Прошло минут 30, как Королёр занёс парня обратно в отель и понёс его в комнату. Уложил его на постель, а девушка тем временем закрыла окна шторами, чтобы солнце не попадало на больного. Ещё пару минут — они разговаривали за комнатой, как помочь парню. В итоге когда мужчина ушёл обратно на пляж, сказать другим, что с Джексом, Помни заглянула в комнату, глянуть, как тот себя чувствует. Но он даже глаз не открыл. Сердце неприятно билось, а голова заполнялась различными словами, правда, не самыми хорошими. — «Ты сам виноват, что так вышло», — пронеслось в голове. — «Хотя я тоже причастна к этому, наверное…» Прикусывая нижнюю губу, во рту почувствовался странный привкус железа, а затем резкая жгучая боль. Помни тихо простонала от боли, прикрывши рот ладонью и опустив взгляд. Убрав ладонь, там была крохотная лужица крови. — С*ка, — фыркнула она, направляясь в ванную комнату. Нижняя губа неприятно опухла. Девушка нашла ватку, остановила кровотечение, а после на кухне найдя холодный компресс, приложила к губе. Спустя ещё минут 10, Помни заклеила эту ранку на губе пластырем с ваткой. Как только этот жгучий ад прекратился, она вернулась в комнату к Джексу и тихо присела к нему рядом на постель, тяжко вздыхая. Взгляд устремился на его глаза, сердце наполнялось надеждой, что тот очнется, но пока этого не происходило. Ей оставалось лишь ждать, а пока шло ожидание, она улеглась на кровать и посмотрела в потолок. — «Очнись уже, господи, я так скоро с ума сойду…»