Дай мне спасти тебя

      Корея встречала Тэхёна шумной толпой в аэропорту Сеула. Вспышки фотокамер и микрофоны репортеров смешивались в одно размытое пятно. Фанаты хоккея выкрикивали его имя, а журналисты пытались пробиться ближе и задать вопросы. Только твердое плечо Намджуна позволяло идти, не сбиваясь с курса, к ожидающему их автомобилю.       – Ты все еще думаешь, что хоккей здесь не популярный вид спорта? – спросил Намджун из-под темных очков, пристегнув ремень.       Тэхён лишь закатил глаза и промолчал. Машина медленно тронулась с парковки. Канада осталась далеко позади, продолжая свою неспешную жизнь, а он снова здесь, в этой уже чужой для него стране. Были ли ему все еще знакомы эти улицы? Или все это больше никогда не отзовется в нем былой ностальгией? Новые дома, широкие дороги, даже лица в проезжающих машинах казались незнакомыми и чужими.       – Снега совсем нет, – произнес Тэхён, не отрываясь от окна.       – Сеул – это не Канада, – сухо ответил Намджун.       Страна кленового листа привила ему любовь к снежной зиме, и было что-то непривычное в отсутствии сугробов, ледяного ветра и людей, закутанных в теплые куртки.       Сеул…       Девять лет. Столько времени прошло с тех пор, как Тэхён покинул эту страну и старался не вспоминать о ней. Теперь он снова здесь, со старыми переживаниями, которые никуда не делись, а лишь спрятались глубоко внутри.       – Ты так и не сказал родителям?       – Все равно узнают от СМИ, – пожал плечами Тэхён, услышав в ответ тяжелый вздох.       Намджун был его агентом и близким другом. Именно он стал инициатором участия Тэхёна в Зимних Олимпийских играх. Представлять сборную своей страны было почетно. Многие игроки гордятся этим и каждый раз надеются увидеть свои фамилии в заветных списках. Только вот Тэхён никогда раньше не соглашался принять вызов в сборную. Если бы не прошлое, которое все чаще напоминало о себе, он и подумать бы не мог о таком будущем.       – Ты уверен, что сможешь договориться? – спросил Тэхён, стараясь скрыть беспокойство.       – Поверь мне, сборная Кореи пойдет на любые условия, лишь бы заполучить тебя. Ты – их единственная надежда.       – Не слишком ли пафосно?       – Я просто знаю, на что ты способен. И они тоже это знают.       Намджун даже не догадывался, как много эти слова значили для Тэхёна, иначе говорил бы их чаще. Они вместе прошли через столько испытаний, но, как это обычно бывает с близкими людьми, редко разговорили о самом сокровенном.       Офис сборной Кореи по хоккею встретил холодной тишиной длинного коридора, украшенного вымпелами разных годов и стеллажами с наградами. Казалось, с каждым шагом Тэхён предавал самого себя. Внутри бушевала борьба. Лицо оставалось непроницаемым, но с момента посадки самолета сердце сжималось так, что не получалось вдохнуть полной грудью.       Тэхён сел за круглый стол и бросил скучающий взгляд на представителей тренерского штаба. Намджун в строгом костюме и с идеально уложенными волосами выглядел куда солиднее всех остальных. После контрактов с обителью хоккея, все здесь казалось игрушечным и ненастоящим. Будто каждый, кто сидел за столом, хотел урвать кусок побольше, а не принести стране победу.       Обсуждение условий контракта не заняло много времени. Сухие цифры, даты, подписи – все это вызывало у Тэхёна скуку. Он даже не старался вслушиваться. Когда-то он уже доверил свою жизнь человеку рядом и с тех пор полностью полагался на Намджуна. Так было проще, ведь Тэхён доверял себе меньше всего на свете.       Вечерний воздух немного развеял напряжение. Если бы он мог, то просто ушел бы отсюда, подальше от стадиона, от нравоучений Намджуна, от тучных людей в деловых костюмах. Все здесь давило на него, погружая в пучину мрачных мыслей. Лишь голос рядом вывел из размышлений и вернул в реальность.       – Квартиру тебе предоставят недалеко от стадиона. Сегодня переночуем в отеле, а завтра получишь ключи. И прошу тебя, Ким Тэхён, хоть раз в жизни покажи свое приветливое лицо. Если ты решишь остаться, а я очень надеюсь на это, то эти ребята могут стать твоими коллегами в будущем. Не порть впечатление о себе с самого начала.

***

      – Проблемы? – Тэхён резко поднял голову.       Он терпеть не мог, когда кто-то заслонял ему обзор перед выходом на лед, особенно в процессе зашнуровывания коньков.       – Ой, нет, – перед ним стоял парень, уже полностью экипированный, с огромными глазами и улыбкой, похожей на кроличью. Он низко поклонился и продолжил: – Я просто хотел сказать, что я ваш большой поклонник, особенно после того гола на последней секунде в финальном мачте кубка…       – Да, отлично, дальше что?       Парень стушевался. Поняв, что сейчас не лучшее время для разговоров, он смущенно улыбнулся и посеменил на коньках прочь. Тэхён не собирался заводить здесь друзей. В Канаде не завел и прекрасно обошелся без них. Там каждый сам по себе, не лезет в чужую душу и не навязывается в друзья. Здесь же все иначе. Все улыбались, старались казаться дружелюбными, но чаще всего это была лишь маска.       Тэхён уже собрался выйти на лед, когда с другой стороны площадки раздался звонкий смех. Игроки в полном обмундировании стояли в кругу и что-то громко обсуждали, периодически срываясь на хохот. Парень под номером семь, тот самый, что подходил к Тэхёну, уже оказался в гуще веселья и широко улыбался, надевая шлем.       Все это напоминало Тэхёну улей. Рой шумных пчел, мечущихся в замкнутом пространстве. Захотелось всех разогнать и напомнить, что лед не место для подобного. В Канаде был негласный ритуал – перед важными матчами никто не позволял себе расслабляться. Только сосредоточенность и уважение к игре. Никаких лишних эмоций. Шутки и ребячество оставляли на время после побед или восстановительных тренировок.       Неожиданно раздался свисток. Главный тренер сборной вышел на лед, призывая всех собраться для обсуждения тренировки. Когда хоккеисты разошлись, Тэхён заметил в центре круга еще одного человека. Он был стройным и высоким, но без коньков заметно уступал игрокам в росте. Спортивный костюм выдавал в нем сотрудника тренерского штаба.       На мгновение их взгляды пересеклись, и Тэхён быстро отвернулся, не желая привлекать лишнего внимания. Незнакомец же внимательно изучил каждого игрока и что-то отметил в блокноте.       Тренер и его помощники поочередно представились. Как и ожидалось, Тэхёна выделили отдельно. Тренер перечислил его заслуги и возложил большие надежды. Тэхён лишь молча кивнул. Хотелось уже начать тренировку.       – Наша сборная попала в группу В с Финляндией, Китаем и Латвией. Все понимают, что Финляндия – лидер группы, но в наших силах сделать все, чтобы не ударить в грязь лицом против Латвии и Китая.        В воздухе повисла неуверенность, и кто-то тяжело вздохнул. Неприятная тишина накрыла команду.       – Минуту, – подал голос первый помощник главного тренера – Мин Юнги. – После тренировки прошу всех подойти к командному врачу Ким Сокджину для сверки медицинских данных.       Ким Сокджин, тот самый парень со звонким смехом, низко поклонился и произнес:       – Игроков из «Анян Халла» это не касается, их данные у меня есть.       – Чувствуется предвзятость, – усмехнулся игрок под номером тринадцать.       – Никакой предвзятости, Чимин. Мы слишком давно знакомы. Мне нужна новая кровь.       – Я так и знал, что он вампир! Он выглядит слишком молодо для своего возраста, – поддразнил Чимин, вызвав смешки.       – Я не вампир, – Сокджин помахал пальцем. – Я всемирный красавчик. И это факт.       – Просто у тебя все зубы на месте!       – Да я даже без одного зуба был бы красив!       Хохот прокатился по катку. Шутка звучала так, будто все слышали ее уже десятки раз, но смеялись снова и снова. Тэхён наблюдал за Сокджином, который покраснел, но смеялся вместе со всеми. От этой улыбки сердце вдруг дрогнуло и забилось чаще. Он постучал клюшкой по льду, прогоняя ненужные эмоции и пытаясь настроиться на тренировку.       После тренировки Тэхён остался, чтобы пробить штрафные броски и привыкнуть к площадке. Лед под ногами казался другим. В Канаде хоккей – это часть жизни, там создают лучшие условия для игры. В Корее же… все иначе. Хоккей здесь всего лишь еще одно из многих развлечений, не более.       – Все подошли, кроме вас, Ким Тэхён, – раздался мягкий голос Ким Сокджина.       Тэхён обернулся, продолжая перекатывать шайбу на крюке клюшки.       – И вашей медицинской карты я не увидел.       – В этом нет необходимости, – сухо отозвался Тэхён.       – Но мне, как врачу команды, нужно ее…       – Свяжитесь с Ким Намджуном. Он все прояснит.       Тэхён забросил шайбу в ворота и направился в раздевалку, молча проходя мимо врача, который, казалось, ожидал другого.       – В первое время адаптация может проходить нелегко. Если понадобится помощь, обращайтесь ко мне.       Тэхён не ответил и даже не посмотрел на него, хотя понимал, что ведет себя грубо. Он уже давно перестал притворяться и изображать того, кем никогда не был. Намджун постоянно повторял, что нужно сближаться с людьми... Но зачем? Какой смысл подпускать кого-то так близко? Еще много лет назад он понял – когда ты один, никто не сможет причинить тебе боль. И жизнь еще ни разу не дала повода усомниться в этом.

***

      – Ты сказал, что все уладил!       Тэхён решил перед сном прокатиться по ночному городу. Только ветер, гул двигателя и редкие огни на обочине дарили ему ощущение свободы.       – О чем ты? – голос Намджуна по ту сторону трубки звучал устало.       – О моей медицинской карте. Командный врач спрашивал про нее. Ты же говорил, что этого не будет!       – Так, успокойся. Я предупредил тренерский штаб, видимо, они еще не передали информацию остальным. Завтра же поговорю и улажу этот вопрос. Тебе не о чем волноваться.       – Хорошо, – голос Тэхёна смягчился, хотя напряжение так и не ушло.       – Как прошла первая тренировка?       – Так себе. Они слишком шумные и болтливые. Вместо того чтобы молча работать, они шутят и ставят подножки. Я как будто попал в детскую лигу.       – Я же говорил, что здесь к этому относятся проще. Это не Канада…       – Мы можем вернуться, хён?       На другом конце повисла короткая пауза.       – Тэхён… Ты же понимаешь, тебе нужно думать о будущем. Сколько еще ты сможешь выдерживать тот бешеный ритм, который требует Канада? Год? Два? А что потом? К тому же тебе предстоит пройти медосмотр. Следующая проверка уже совсем скоро.       – Хорошо, я понял, – ему захотелось закончить этот бессмысленный разговор. – Доброй ночи.       – Тэ…       Тэхён не стал слушать и сбросил звонок. Он прекрасно понимал, к чему вел Намджун. Знал, что тот прав. Но его упрямство рвалось наружу, требуя взять билет и улететь первым же рейсом обратно в Канаду. Туда, где никто не смотрит на тебя как на единственную надежду, где важен только счет на табло.       – Знаменитый нападающий из Торонто выступит за сборную Кореи на предстоящих Олимпийских играх. Фанаты собрались в аэропорту, чтобы встретить звезду с плакатами. Ажиотаж и рост интереса к хоккею вызваны слухами о том, что Ким Тэхён намерен остаться в Корее и продолжить карьеру в одной из ведущих команд страны. Кто заполучит звездного игрока и какие шансы у нашей сборной завоевать медали, расскажет спортивный аналитик…       Тэхён выключил телевизор и бросил пульт на диван. Его раздражало повышенное внимание к собственной персоне. В Канаде, даже будучи ключевым игроком, он не ощущал такого давления. Там весь чемпионат состоял из звезд, и среди них легко затеряться. Здесь же он оказался у всех на виду с момента возвращения на родину. Его лицо на плакатах и в спортивных новостях, ожидания, растущие с каждым днем – все это давило и начинало выводить из себя.       Времени на подготовку оставалось мало. В ближайшие дни назначили товарищеский матч с одной из местных команд. Тэхёну было сложно воспринимать сокомандников всерьез. Они казались несыгранными. Каждый норовил поскорее отдать шайбу другому, будто боялся ответственности и хотел как можно быстрее покинуть лед. От этой мысли в груди поднималась злость, а в голове крутился один вопрос – зачем он вообще согласился?       Тэхён заметил на трибуне Намджуна в строгом костюме цвета серой унылости и с зачесанной наверх челкой. Тот подошел к командному врачу, и они вместе вышли за пределы катка. Тэхён надеялся, что Ким Сокджин больше не станет докучать ему своими вопросами. Иначе он улетит отсюда в Канаду первым же рейсом.       Когда тренировка подходила к концу, агент и врач вернулись. Тэхён перехватил взгляд Намджуна. Он поднял большой палец и коротко кивнул. Значит, все уладил, как всегда. Одной проблемой меньше.       С противоположного конца площадки донесся звонкий смех. Его обладателем был Чон Хосок – капитан сборной. Тэхён все никак не мог поверить, что этот человек способен вести за собой команду. Перед каждой тренировкой Хосок беззаботно болтал с игроками и заливисто смеялся. Даже внешне он не выглядел устрашающе. Как такой человек, излучающий солнечный свет, может быть строгим и требовательным лидером?       – Все в порядке?       Тэхён поднял голову и увидел перед собой улыбающегося врача.       «Ну конечно, еще одно солнышко», – удрученно подумал он, словно солнце было его личным врагом.       – Да.       – Я поговорил с Ким Намджуном, и он объяснил вашу ситуацию, – начал Ким Сокджин.       – Какую ситуацию? – Тэхён поднялся так резко, что врач невольно отпрянул.       – Что по личным обстоятельствам ваша медицинская карта скрыта, и это прописано в контракте. Но я хотел вас попросить…       – Что еще? – Тэхён возвышался над ним. Разница в росте ощущалась еще сильнее из-за коньков.       – Если почувствуете недомогание или получите травму, пожалуйста, сразу обращайтесь ко мне. Я врач команды и отвечаю за каждого игрока. В моих интересах, чтобы все покинули расположение сборной здоровыми.       – А в моих интересах пересекаться с вами как можно реже.       Тэхён фыркнул и, схватив клюшку, направился обратно на лед. С чего он вообще должен бегать с жалобами? Да и как можно умудриться получить травму на таких черепашьих скоростях?       На следующий день тренировку проводил Мин Юнги. Он разделил игроков на команды и разбил игру на два периода по пятнадцать минут. С первого же вбрасывания Тэхён выбрал тактику, как можно скорее пробраться к воротам соперников. Перехватив шайбу в центре, он без труда обошел первого защитника. Кто именно это был, его совершенно не интересовало. Тэхён сразу направился к цели.       В воротах стоял тринадцатый номер. На вид он был невысоким, но на удивление почти полностью закрывал створ. Тэхён взламывал и не таких. Он забивал самым именитым вратарям, а этого сможет одолеть даже в полсилы. На скорости врываясь в зону атаки, он обошел ворота сзади. Сделав ложный замах, по отработанной схеме зарядил шайбу в верхний противоположный угол. Его команда радостно закричала, а соперники, не выражая никаких эмоций, поплелись на свою половину.       Забив еще пару шайб, Тэхён заскучал от того, как легко обходил защитников. Мин Юнги кричал ему отдавать шайбу крайнему нападающему, но он не собирался ни с кем делиться. Это его тренировка. Его лед. И он будет играть так, как привык.       Пройдя на скорости очередного защитника, он не заметил крайнего нападающего своей команды и, врезавшись, впечатал того в борт. Парень согнулся, охнув от боли, но Тэхён, не теряя времени на извинения, резко развернулся и пробил из штрафной зоны точно в левый нижний угол.       Вратарь сорвал с себя шлем и капу и направился к нему, кипя от злости:       – Да что с тобой не так?! Ты не можешь отличить своего от чужого?!       Нападающий, в которого он врезался, медленно поднялся, снимая шлем.       – Чимин-хён, я в порядке.       Под шлемом оказался тот самый парнишка, который подошел к Тэхёну в первый день. Чимин приблизился вплотную и, глядя ему прямо в глаза, процедил сквозь зубы:       – Неужели канадскую звезду не научили играть в команде?       Раздался свисток, и на льду появился Мин Юнги.       – Удаление на пять минут! На скамейку, быстро!       – Что? – Тэхён развернулся, не веря своим ушам.       – Будешь спорить – сядешь до конца тренировки.       Сев на скамейку штрафников, Тэхён наблюдал за жалкими попытками команды атаковать без него, нервно постукивая клюшкой по борту. К нему подошел Мин Юнги и заговорил строгим тоном:       – Хочу напомнить, что хоккей – это командная игра.       – Хочу напомнить, что вы не главный тренер, – Тэхён с вызовом встретил его взгляд.       – Правила одинаковы для всех, независимо от того, кто главный тренер. Те, кто сейчас на льду, – одна команда, и…       – Я прекрасно справлюсь и без них. Вы сами это знаете.       – В хоккее еще никто не побеждал в одиночку. Не думай, что станешь исключением.       – Ну, это мы еще посмотрим.       Вечером Тэхён высказал Намджуну все, что думает о сборной, игроках и тренере, которому, по его словам, лучше дрессировать кошек в цирке, а не тренировать людей на льду.       – Хён, я что, приехал сюда полировать скамейку?!       – Тэхён, – устало произнес Намджун, снимая очки и потирая переносицу, – я просил тебя быть приветливее. Тебе нужно немного опустить планку. Это не Канада, не тот чемпионат, к которому ты привык. Здесь другая жизнь, и тебе придется принять ее.       – Ты прав, это другая жизнь. И она мне не подходит.

***

      На следующий день главный тренер начал разбор первого соперника – сборной Китая. Сборная Кореи... у Тэхёна язык не поворачивался назвать эту команду своей. Он по-прежнему чувствовал себя здесь чужим. Хотелось только одного – поскорее выйти на лед и спрятаться от всего мира за забралом шлема.       Китайцы были сложным соперником. Несмотря на то, что они во многом уступали, например, японцам, но корейцев превосходили по ряду важных параметров. Надо быть честными, если бы не Тэхён, шансов у сборной Кореи практически не было.       Тренер пытался разобрать тактику соперников, но складывалось впечатление, что он плохо знал игроков сборной Китая. Когда слово взял его помощник Мин Юнги, картина прояснилась: обороняться всеми силами и оставить в атаке только центрального нападающего. Разумеется, этим нападающим был Ким Тэхён.       На тренировке присутствовали журналисты. Первые пятнадцать минут им разрешали снимать, чтобы показать болельщикам, что команда не сидит сложа клюшки. Тэхён чувствовал на себе прицелы камер. Вспышки отвлекали, но каждый бросок из штрафной летел точно в цель, и это безумно тешило его самолюбие.       Когда пресса ушла, началась настоящая тренировка. Игроков снова разделили на две команды и стали отрабатывать связки защитников. Тэхён при первом же удобном случае перехватывал шайбу и брал инициативу на себя. Тренер же требовал придерживаться схемы, где Тэхён должен был возвращать шайбу защитникам или смещаться глубже, чтобы помочь в обороне. Но такой расклад его не устраивал.       Он привык идти вперед, атаковать, забивать, а не теряться позади. Тэхён слышал недовольные реплики, замечал, как сокомандники игнорировали его, не отдавая шайбу, даже когда он был на выгодной позиции. Это бесило. Он был здесь ключевым игроком, и тренер ясно дал понять, что именно Тэхён открывает атаку. Если сборная хотела победить, шайба должна лететь к его конькам при первой же возможности. Быстро и точно.       К концу тренировки обстановка на катке заметно накалилась. На Тэхёна бросали косые взгляды и обходили стороной. Но его это не волновало. Ему нужно было забивать, чтобы почувствовать вкус победы и ощутить себя живым, а сделать это можно только в игре. Тренировки ничего не значили. Тело и так знало, что делать. Тэхён был рожден для хоккея. Лед стал его домом, клюшка – продолжением руки, а шайба слушалась, как ручной пес.       Он не спешил в раздевалку, не желая сталкиваться с чужим недовольством, и задержался на льду, наматывая круги и забивая шайбы из самых острых углов.       – Напоминаю, что в хоккей невозможно играть в одиночку, – глухой голос разнесся по катку.       Тэхён поднял голову и встретился взглядом с Мин Юнги. Он резко затормозил, подняв в воздух стружку льда.       – Каждый должен играть ради команды, – продолжил помощник тренера.       – Чтобы забить, не нужно шесть человек, – холодно ответил Тэхён.       – Я еще ни разу не видел команду из одного нападающего. Неужели в Канаде другие правила?       – В Канаде играют в хоккей, а не просто возят шайбу по льду.       – На площадке две команды. И те, кто, как ты выразился, «возят шайбу», будут защищать ворота и помогать тебе в атаке.       – Мне не нужна помощь.       – Хоть ты и звезда, Ким Тэхён, – голос Юнги стал жестче, – но если будешь мешать остальным, можешь лишиться места в основном составе.       – Разве можно лишить места главного нападающего? – Тэхёну стало смешно от такой угрозы.       – Да, без тебя у нас почти нет шансов. Но каждый игрок здесь выкладывается на полную и сделает все возможное. Корея не хоккейная страна, зато здесь играют те, кто готов отдать все силы команде. Хоккей – командная игра, а ты теперь часть этой команды и должен играть по правилам.       – Как скажете, помощник главного тренера.       Тэхён сошел со льда и направился в раздевалку. И без того плохое настроение стало хуже некуда. Зачем Намджун вообще притащил его в эту любительскую сборную?