Сожранная изнутри

Заброшенная церковь. Кровь и пробуждение. Воздух застыл. Пепел Рейнарэ рассыпался под ногами, а моё дыхание смешивалось с гулом силы. Кровь стекала по моей руке и капала на грудь Асии — тёплая, густая, почти светящаяся изнутри. Мгновение — и я почувствовала, как Маврокан оживает в венах, словно змея, выпрямляющаяся после сна. Его голос прошёл по моим костям. — Ты действительно решила отдать ей мою кровь? — Да, — ответила я тихо. — Она моя теперь. — Моя, — отозвался он низко, с тем удовлетворением, что чувствуют только хищники. — Теперь и она часть меня. Капли пали последними — и свет взорвался изнутри тела девочки. Асия судорожно вдохнула. Её зрачки на миг вытянулись в вертикальные щели, как у дракона, а по коже пробежал алый отблеск. Моя кровь в ней ожила. Я подняла взгляд. — Готово. Маврокан рассмеялся в глубине сознания, а потом — громко, так, что все услышали. — Смотрите. Смертная теперь не смертная. Это проявление моей крови. Одна из сил — обращать других в подобие себя. Но со знаем такого кто тут хозяин. Риас шагнула вперёд, глаза вспыхнули. — Ты сделала её… своей слугой? — Моей кровью, — спокойно ответила я. — Это не одно и то же. Асия открыла глаза. Они сверкнули алым, потом снова стали мягко-зелёными. Она приподнялась и, едва взглянув на меня, прошептала: — Госпожа… Слово упало тяжело, как присяга. Иссэй, стоявший в стороне, напрягся. — Эй… Асия?.. Что ты… Она посмотрела на него — тихо, но с холодом, которого раньше не было. — Не называй меня так просто, Иссэй. Риас сжала губы. Акэно отшатнулась. Конэко нахмурилась. Маврокан снова заговорил, громче, с откровенным презрением: — Это — проявление власти дракона. Она теперь знает своё место. В отличие от вас, низшие демоны и тени, что прячутся за печатями и именами. Воздух задрожал. В тот момент в руке Иссея вспыхнул алый свет — и раздался низкий, рокочущий голос. — Маврокан. Ты всё ещё дышишь… Маврокан усмехнулся, и от его смеха стены словно прогнулись. — Драйг. Слабый дух дракона, который прячется в мальчишке. — Осторожнее, — прорычал Драйг. — Я не забыл, как ты отравил своих носителей, убив их собственной кровью. — Потому что они были ничтожны, — ответил Маврокан спокойно. — А эта — выжила. Пауза. Воздух стал густым, словно раскалённое железо. — Вот разница между нами, Драйг, — произнёс он, каждое слово звенело силой. — Ты ищешь равных. А я — создаю их. — Ха! — Драйг хрипло рассмеялся. — И называешь это силой? Это слабость. — Нет, — отрезал Маврокан. — Это власть. Тишина разорвалась звоном. Два дракона. Две стихии. И между ними — люди, демоны, падшие. Слишком слабые, чтобы понять, но достаточно живые, чтобы бояться. Риас наконец заговорила: — Уводи её, Мидзуки. Здесь слишком много разрушено. — Не нужно повторять очевидное, — ответила я холодно. — Это место умерло вместе с тем, кто осмелился тронуть моё. Я подняла Асию на руки. Её взгляд всё ещё блестел драконьим отголоском. Она прижалась ко мне, послушно, как к сердцу силы. Маврокан сказал тихо, довольный: — Теперь она связана с нами. Не просто душой — кровью. — Да, — прошептала я. — Теперь — моя. Я прошла мимо Риас. Она не пыталась остановить. Только прошептала: — Ты… опаснее, чем любой падший. — Я и есть падение, — ответила я. — Но вверх. За мной остались демоны, прах и тихий свет алого круга. А впереди — ночь. Моя, и той, кто теперь дышит моей кровью.