Собирая по осколкам

Год спустя Сакура ополоснула лицо ледяной водой, пытаясь привести себя в чувства. Сегодня состоялась её первая самостоятельная операция. Цунаде-сама буквально впихнула её в операционную и, когда Сакура развернулась, захлопнула перед её лицом дверь. Первую минуту после такого предательства сенсея Сакура собиралась с мыслями. Цунаде-сама и раньше бросала её на амбразуру, но всегда присутствовала рядом, выступая в качестве моральной поддержки и помощи, если вдруг что-то пойдёт не так. Но теперь она ушла, оставив ученицу в одиночестве: Сакура отчётливо слышала размеренный цокот её удаляющихся каблучков. Тяжело вздохнув и попытавшись унять тремор в руках, Сакура подошла к пациенту. Она сконцентрировала чакру в кончиках пальцев и просканировала его медицинским дзюцу, выявляя проблемы. Осознание, что она справится, пришло к ней внезапно. Сакура всегда верила в свои силы, но последний год применение чакры в медицинских целях давалось ей сложнее, чем раньше. Да и в целом как шиноби она сдала, всё чаще проигрывая спарринги с Наруто и Саем. Ей было нелегко: тогда, после ухода Саске, её жизнь будто разделилась на «до» и «после». Всю свою сознательную жизнь, сколько она себя помнила, у неё была цель — быть рядом с Саске, его опорой и поддержкой. И, конечно, любить. Она не ставила перед собой задачу стать для него нужным, необходимым человеком, и потому проиграла. Её мечты рассыпалась пеплом, оставив на губах солёный привкус слёз. В тот день Сакура позволила себе реветь на груди своего бывшего сенсея и упиваться собственной болью, буквально разрывающей сердце. Прошло уже достаточно времени, но до сих пор её дни были пустыми и блеклыми. Сакура по-прежнему училась у Цунаде, работала в больнице, спарринговалась с сокомандниками, ходила на стихийные встречи с друзьями; но она чувствовала, будто у неё отняли самое важное, и до сих пор не приняла решение, как же теперь ей быть дальше. Какаши вызывал её к себе каждый месяц. Официально для того, чтобы узнать о её работе и развитии больницы, но Сакура прекрасно понимала, что всё это он может при желании уточнить у Цунаде. На самом же деле он пристально вглядывался в её лицо, изучал, видимо, пытаясь понять, как она. За этот год они ни разу откровенно не говорили про момент её отчаяния, когда она хваталась за него, как за единственный якорь, который был рядом. Но Сакура до сих пор помнила теплоту его рук, поддержавших её тогда, и была уверена, что Какаши тоже хранит этот момент яркой вспышкой в памяти. Их последняя отчётная встреча состоялась лишь пару недель назад, и Сакура не ждала нового вызова; поэтому, когда перед ней опустился знакомый АНБУ, всегда сопровождавший её к Хокаге, она поняла, что что-то случилось. Спустя всего лишь пять минут Сакура стояла перед ним, каким-то чересчур уставшим и осунувшимся. Ей не нужно было проводить диагностику, чтобы понять, что Какаши толком не спал как минимум несколько дней. — Сакура, — сказал он, и она, вздрогнув, обратилась в слух. — Для тебя есть миссия. Сакура недоверчиво посмотрела на Хатаке. Их команда — команда № 7 — давно перестала ходить на миссии: Наруто в основном перенимал знания, необходимые для управления деревней, и чаще всего ходил на дипломатические миссии вместе с Шикамару; сама она активно обучалась у Цунаде и поэтому последний год безвылазно просидела в деревне, занимаясь только госпиталем, а Сай чаще всего вместе с Ямато присоединялся к другим командам для силового укрепления. — Не для команды № 7? — уточнила Сакура. — Нет, — Какаши отвлёкся от свитка и, свернув его, посмотрел на неё. — С тобой пойдём только я и Ямато. Ты нужна нам прежде всего как медик, разбирающийся в ядах. Цунаде сказала, что с этой миссией справишься лишь ты, и я ей верю. На душе Сакуры потеплело. Цунаде-сама высоко оценила её способности, а для Сакуры её признание значило многое. — В чём наша цель? — уточнила она, отогнав накатившую волну радости от слов Какаши. У неё ещё будет время, чтобы вспомнить этот разговор и порадоваться как следует. — Полгода назад Суна обратилась к нам за помощью. В крови их шиноби был обнаружен неизвестный яд, парализующий нервную систему и сжигающий каналы чакры. Навсегда, — Сакура поёжилась, а Какаши тем временем продолжил: — Их медикам удалось извлечь яд, но не удалось выявить компоненты и найти противоядие, и тогда они обратились к нам. — Недавно противоядие появилось, — сказала Сакура. Паззл в её голове постепенно начал складываться. — Я принимала участие в его разработке. — Верно. И теперь нам необходимо как можно скорее и не вызывая подозрений передать Суне свиток с составом и первые, прошедшие клиническое испытание, образцы. Проще всего это будет сделать на ежегодной встрече Каге через пять дней. Чтобы успеть, нам стоит выдвинуться сегодня же. — Я готова. Когда выходим? Какаши назначил встречу через час у главных ворот. Сакура поспешила домой, чтобы собрать всё необходимое в дорогу, — путь, насколько она поняла, им предстоял неблизкий. От чего-то сердце громко билось в груди, а душа радостно пела. Сакура даже подумать не могла, что будет так радоваться миссии, но теперь она ощущалась как глоток свежего воздуха. Сакура позволила себе принять горячий душ, — неизвестно, когда в следующий раз ей удастся это сделать. За пять минут до назначенного времени она уже подошла к месту встречи и с удивлением обнаружила, что временная команда ожидала только её, даже Какаши на этот раз пришёл заранее. — Выдвигаемся? — спросила она, поздоровавшись. — Будут дополнительные указания? — На первом привале, — ответил Шестой. Он перебросился парой слов с дежурившими у главных ворот, сделав акцент на том, что его команда уходит на дипломатическую миссию. «Будто кто-то в это поверит», — подумала про себя Сакура. Состав дипломатических миссий менялся редко, и чаще всего Какаши брал с собой будущего преемника и советника, а никак не обладателя улучшенного генома и ирьенина. Наверняка он и сам понимал, что их легенда шита белыми нитками, но если Шестым было принято решение придерживаться именно такого плана, значит это решение самое оптимальное из всех возможных. Сакура всегда верила в Какаши. Он был прирождённым лидером, отличным капитаном команды № 7, а теперь и вовсе успевал управлять деревней, выстраивая свою политику, основанную, прежде всего, на взаимопомощи. Даже на примере госпиталя она видела, как часто Коноха помогает другим деревням: именно к ним на реабилитацию направляли шиноби из дружественных стран. А ещё их лаборатория и специалисты по ядам считались лучшими. И враги Суны наверняка знали, что за помощью деревня обратится именно в Коноху, а значит, их миссия была очень опасна. Они двинулись пешком. Сакура шла чуть позади мужчин, разминая затёкшие плечи. Им предстояла долгая дорога — скорее всего, Какаши примет решение идти в деревню Скрытой Скалы через страны Травы и Земли, огибая по дуге прямой маршрут по границе Суны. Такая дорога займёт лишние сутки, но и вероятность встретить врага значительно меньше. Когда ворота остались далеко позади, Какаши подал знак, и они переместились на ветки ближайших деревьев, переходя на бег. К концу дня они в лучшем случае пройдут половину пути к границе со страной Травы и ночевать им придётся вдали от поселений, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Три часа до темноты превратились в сплошную дорогу. Они передвигались практически на пределе сил, чтобы покрыть как можно большее расстояние, ведь тогда у них будет шанс провести следующую ночь в номере гостиницы, а не на очередной опушке на границе страны. На улице уже чувствовалась вступающая в свои права осень, и ночные заморозки были не за горами. — Остановимся здесь. Какаши выбрал для ночлега небольшую поляну неподалёку от безымянной речки. — Я принесу воды, — сказала Сакура. Она прислонила походный рюкзак к стволу ближайшего дерева и вытащила пару пустых бутылок. Под ногами шуршали первые опавшие листья. Пока что Сакуре было непривычно находиться за пределами Конохи, — кажется, за последний год она выбиралась только в леса неподалёку от деревни за травами. Какаши не выпускал её из виду, и Сакура не могла его в этом винить: у неё тоже тогда не было доверия к самой себе. Позови её Саске с собой — и она бросила бы всё, лишь бы быть рядом с ним. Она шла за ним десяток лет и всё ещё не могла принять, что Саске она никогда, — ни тогда, ни сейчас, — не была нужна. На берегу Сакура опустилась на колени, погружая руку с бутылкой в ледяную воду. В метре от неё плеснулась рыба, и Сакуре внезапно захотелось выделить денёк и сходить с Наруто на рыбалку. Он звал её не так давно, но тогда Сакура лишь отмахнулась, полностью погруженная в проблемы больницы. А теперь захотелось. Она вернулась в лагерь, когда две палатки уже были поставлены. Неподалёку от них разгорался костёр. — Ты вовремя, — Какаши забрал у неё бутылки, сразу же выливая половину из принесённой воды в котелок. — Ямато ставит охранные печати. Через полчаса поужинаем и обсудим дальнейший маршрут. Сакура кивнула. Она присела у дерева, возле которого оставила свои вещи, и не спеша перепроверила содержимое рюкзака. Убедившись, что всё лежит на своих местах, она прикрыла глаза, давая себе минутку на отдых. Судя по запаху, Какаши решил приготовить пшённую кашу с тушёнкой. Он всегда готовил вкусно, и Сакура, успевшая за сегодня лишь позавтракать, с нетерпением ждала ужин. В её семье готовила только мама. До первых миссий с Какаши она никогда не видела, чтобы мужчина стоял у плиты. Отец всегда говорил, что готовка — это женская обязанность, но Какаши почти всегда брал обед на себя, и у него в ограниченных условиях получалось готовить очень вкусные блюда, ничем не уступавшие маминой стряпне. — О чём задумалась, Сакура? — Ямато появился рядом внезапно, и Сакура, не ожидавшая его появления, вздрогнула. — Ямато, — она улыбнулась ему. — А ты ведь тоже вкусно готовишь. — Не так вкусно, как Какаши, — отозвался он. — Назначаем его поваром на все дни миссии? Ямато подмигнул ей, и Сакура рассмеялась. Она посмотрела на Какаши, прекрасно слышавшего их разговор, ожидая реакции, но он молчал. — Так вы согласны, капитан? — провокационно спросила Сакура. — Потом детям буду рассказывать, что мне сам Шестой завтраки на миссии готовил. — Только помни, что я при желании тоже много о чём могу рассказать твоим детям, Сакура, — с улыбкой сказал Какаши, помешивая кашу. — Ну так нечестно, — фыркнула она. Через минуту плошка с порцией каши оказалась в её руках. Сакура опустила взгляд, рассматривая разварившиеся крупинки пшена. Раньше она мечтала о сыне, похожем на Саске. Сакура смогла бы дать ему то, чего был лишён его отец — материнскую любовь, тепло, поддержку. Но в тех мечтах Саске всегда был рядом, приходил по вечерам домой, встречал сына с занятий в свободные дни. Сначала из этих мечт ушёл Саске, — когда Сакура, наконец, приняла, что он не планирует связать свою жизнь с ней. Потом и ребёнок потерял очертания представителей клана Учиха, становясь безликим будущим с пометкой «когда-нибудь». — Ямато, дежуришь первым, — голос Какаши вырвал Сакуру из размышлений. Она с удивлением обнаружила, что так и не притронулась к ужину. — Я вторым. Сакура на рассвете. Она чувствовала пронзительный взгляд серых глаз, направленный на неё, но была не в силах посмотреть на Какаши в ответ. Мысли о Саске всё ещё слишком часто появлялись у неё в голове, и стоит ей лишь посмотреть в глаза Шестого, как он сразу же это поймёт. А ей не хотелось, чтобы Какаши её опять жалел. Кто угодно, но только не он. Сакура проглотила ужин, не заметив вкуса. И сразу ушла в палатку, сославшись на усталость. А потом долго крутилась в спальнике, пытаясь уснуть, но сон всё никак не хотел забирать её в свои объятия. Наконец она уснула, но сон пришёл поверхностный и беспокойный. Сакура то и дело просыпалась и прислушивалась к звенящей ночной тишине. Когда, если верить её внутренним часам, на дежурство заступил Какаши, Сакура поняла, что больше не уснёт. Она натянула синий джемпер и джоунинский жилет, застегнула ремень на брюках и на выходе из палатки надела на ноги сандалии. Стараясь двигаться бесшумно, она вышла на поляну и вдохнула ночной морозный воздух. Практически под ногами тлели остатки вечернего костра. Какаши сидел на пенке возле дерева, прислонившись спиной к стволу, и рассматривал звёздное небо. Чуть помедлив, Сакура подошла к нему и села рядом, практически касаясь плечом его плеча. — Не спится? — спросил он. Сакура мотнула головой. Казалось, если прислушаться, можно услышать звук их бьющихся сердец. Сакура тоже устремила взгляд на звёзды, вспоминая, как восемь месяцев назад они точно так же сидели на скамейке возле резиденции. В тот день её сердце разбилось ещё раз, ведь Саске, придя в деревню, о ней даже не вспомнил.