Горечь мяты

Не магический контракт

 Рон стоял, привалившись к стене у двери в зал суда. Руки он держал в карманах брюк, а голова была низко опущена. Услышав хлопок трангрессии, он резко вскинув голову, но увидев, что они с Гермионой остались вдвоем, грустно улыбнулся ей. Волосы его отрасли еще сильнее и теперь рыжие локоны постоянно падали ему на глаза. Он провел ладонью по голове, отбрасывая их назад, и Гермионе показалось, что синяки под его глазами стали еще темнее. Хотя, возможно, это просто так падал свет…  Она медленно подошла к нему и остановилась в нескольких дюймах. - Тебе правда лучше? – нарушил молчание Рон. - Да, - тихо ответила Гермиона. - Это хорошо, - пробормотал Рон и опять опустил голову. - Спасибо тебе. - За что? – поднял на нее глаза Рон. - За спасение моей жизни! - Это не моя заслуга. Ты же знаешь. Если бы не делюминатор – я бы ничего не смог сделать. - Да, но ты был здесь, когда мне понадобился, и ты спас мне жизнь.  Рон грустно покивал головой то ли своим мыслям, то ли соглашаясь с Гермионой. - Ты сказал Стейси, что скоро улетаешь, - продолжила Гермиона. - Да, мне нужно было уже давно уехать. Я даже не думал, что пробуду здесь так долго. Надо узнать, когда ближайший рейс. - Рон, а ты не против, если я полечу с тобой? - Нет, конечно же, нет! – Рон заметно оживился, но уже с легкой тревогой в голосе продолжил, - А тебе врач разрешил такой длительный перелет? - Я это с ним не обсуждала, но уверена, что мне можно лететь. Понимаешь, мне нужна волшебная палочка. - А в Австралии нет в продаже палочек? – удивленно вскинул брови Рон. - Есть, и достаточно. Но мне нужна именно моя палочка. Я хочу точно такую же. Поэтому мне нужно к мистеру Оливандеру. - Понимаю тебя, - кивнул головой Рон. - Сейчас мне нужно как-то попасть к себе домой. Без палочки я не могу трангрессировать. И денег на такси у меня нет… Рон, а у тебя есть магловские деньги? - Да, сколько хочешь, - Рон вытащил из кармана целую пачку смятых стодолларовых купюр и протянул Гермионе. - Зачем тебе так много денег? – подняла на него недоуменный взгляд Гермиона. - А здесь много? Я же ни черта не понимаю в этих бумажках… Обменял в аэропорту в обменнике для волшебников. Не знал сколько мне потребуется, - пожал плечами Рон. - А мельче у тебя нет? У таксистов редко бывает сдача… - Нет. Я просто давал одну бумажку таксисту и не брал сдачу. То-то они так радовались…  Рон с Гермионой медленно направились к выходу из здания суда. - А что это вообще за странный запрет на трангрессию? – задал на ходу вопрос Рон. - А тебя не проконсультировали в аэропорту по прилету? – удивилась Гермиона. - Что-то говорили, но я тогда был не в том состоянии, чтобы в это вникать. - Коренное население Австралии – племена аборигенов, защищая свою землю от ее захвата волшебниками, наложили на огромные участки своих территорий заклятия от трангрессии. Пройти пешком там будет возможно, а вот трангрессировав туда, можно нарваться на смертельное проклятие. Поэтому трансгрессия возможна только в проверенное место. Кстати, трангрессировав за мной ты сильно рисковал… Это огромная удача, что то место, где ты нашел меня, было не проклято… -  Даже если бы я знал об этом заранее, я бы все-равно поступил бы точно также… - тихо ответил Рон.  Выйдя на улицу, где моросил холодный дождь, а небо нависало над ними низкими серыми тучами, они поймали такси и добрались до дома Гермионы примерно за полчаса. Войдя в свою квартиру вместе с Роном, Гермиона впервые ощутила, какая она у нее на самом деле маленькая.  Найдя номер аэропорта в телефонной книге, она уточнила о ближайшем рейс в Лондон. Ближайший вылет был в пять утра и, убедившись, что на нем еще много свободных мест, Гермиона набрала номер родителей. Она звонила им пару раз из больницы с телефона Грейси и, чтобы не пугать их, сказала, что ее телефон сломался, а сама она находится в длительной экспедиции.  Гермиона вновь соврала им, что только вернулась, но завтра ее опять отправляют в командировку в Лондон, поэтому Живоглота она пока забрать не сможет. Хоть ее родители и сами были трудоголиками, но даже они были возмущены такой рабочей нагрузкой на их дочь. - Ты только вернулась из поездки, где лазила по пещерам три недели, а теперь тебя посылают в Лондон? – негодовала миссис Грейнджер. - Да. Я просто лучший кандидат для этой командировки. Я же всех знаю в министерстве магии Англии. Но я и сама хочу поехать. Пока не знаю, сколько времени мне потребуется для решения всех вопросов. Вы же не против поприсматривать еще за Живоглотом? - Нет, конечно. О нем можешь даже не волноваться. Он безусловно скучает по тебе, но вкусный корм ему эту тоску компенсирует. - Я куплю новый телефон и позвоню вам из Англии, - пообещала Гермиона. - Хорошо. Будем ждать, милая. Мы любим тебя, - попрощалась с дочерью миссис Грейнджер. - Я тоже люблю вас, - откликнулась в ответ Гермиона.  Закончив говорить, Гермиона повернулась к Рону, который сидел все это время молча на диване. - Мне нужно собрать вещи. До вылета у нас еще двенадцать часов. Тебе, наверное, тоже нужно собраться? - Мои сборы много времени не займут. А ты не против где-нибудь поесть?  У Гермиона последнее время аппетита почти не было и хорошо, что в больнице есть ее заставляла Грейси. Сейчас, без ее присмотра, она совсем забыла, что не ела почти весь день. - Ой, точно. Здесь рядом есть небольшое кафе. Я там иногда ужинаю, когда не хочется готовить. Давай поедим там. - Отлично, - Рон собрался подняться, но Гермиона его остановила. - Дай мне еще пять минут – мне нужно переодеться.  Гермиона вытащила из шкафа вещи, которые собиралась надеть, и направилась в ванную. Быстро переодевшись, она взглянула на себя в зеркало и увидела бледное похудевшие лицо, на котором ее карие глаза стали казаться просто огромными. И в их бездонной глубине, застыла печаль. Гермиона сама не понимала, что с ней. Сейчас в ее жизни, наконец, все наладилось и нужно этому радоваться. Она больше не подчинена ни чьей воле, на работе ей предложили долгожданное повышение и даже Рон сейчас сидит в соседней комнате. Но радости в ее душе не было. Наверное, что-то подобное ощущают после поцелуя дементора. Тот опыт, который она пережила в пустыне, внезапно показал ей, насколько она беспомощна без волшебной палочки. Насколько уязвима, если не у кого попросить помощь. Насколько она привыкла полагаться на магию, лишившись которой сейчас, она как будто лишилась всей себя. Но ведь она – это не только ее умение колдовать… А если бы она навсегда потеряла эту способность – имела бы тогда ее жизнь смысл?    Эти вопросы о самой себе как будто отодвинули на второй план все события, происходящие в ее жизни. Словно, она стала сторонним наблюдателем за течением своей судьбы. И чувства, которые она теперь испытывала, казались лишь тенью тех эмоций, кипевших в ее душе раньше. В них больше не было обжигающей остроты. И какая-то часть Гермионы хотела вернуть себя прежнюю, но другая, новая ее часть, манила бессердечным спокойствием.  Войдя в кафе, Гермиона с Роном выбрали самый дальний столик. Рон смёл свою порцию буквально за пять минут, а Гермиона тем временем лениво ковыряла свой салат. - Гермиона, не пойми меня неправильно, но тебе нужно сейчас лучше питаться, - заговорил Рон, отхлебывая свой кофе. - Как-то аппетита нет… Рон, а как ты объяснил свой отъезд в Австралию? - Никак. Для всех я в Португалии – изучаю новый рынок сбыта вина. Правда, я сказал, что еду всего на неделю. Но придумаю что-нибудь, почему так задержался. Сейчас все думают, что я здесь постоянно пьяный, потому что из-за разницы во времени отвечаю всем спросонья. - Но зачем ты соврал? - Я решил, что, если ты захочешь, то сама все всем расскажешь. - Спасибо, - опять поблагодарила Рона Гермиона. - Не за что, - спокойно ответил Рон и, немного помолчав, продолжил.  – Как мы с тобой отправимся в аэропорт? Может быть я соберу свои вещи и вернусь к тебе, а затем вместе поедем? - Хорошо, - согласилась Гермиона.  Выйдя из кафе, Рон трангрессировал в свой отель, а Гермиона пошла в свою квартиру собирать вещи. Достав дорожную сумку, увеличенную заклятием незримого расширения, она быстро положила туда, как ей казалось, самое необходимое. Она не знала на какое время едет, но решила, что, если ей что-то понадобиться еще, то она купит все там.  Час спустя Рон стоял у порога ее квартиры с большим рюкзаком и по тому, как он был набит, было понятно, что он никаким магическим действиям не подвергался.  Они решили отправиться в аэропорт в час ночи, так как нужно было еще купить билеты и зарегистрироваться на посадку, а до этого времени как-то надо скоротать несколько часов. Они прошли на кухню и Гермиона заварила им по чашке крепкого кофе. - В тебе что-то изменилось, - произнес Рон, пристально всматриваясь в Гермиону. - Похудела? – откликнулась она. - Да, но не в этом дело… Ты какая-то другая. У тебя точно все хорошо? - Да, - слукавила Гермиона, не видя смысла начинать объяснять все, что творилось в ее душе. Тем более, что она и сама не могла себе это объяснить. – А у тебя? Ты тоже выглядишь неважно.  Рон вдруг опустил голову и обхватил ее руками. - Прости меня, Гермиона, - глухо пробормотал он. - За что? - в ее голосе прозвучало искреннее удивление. - Акцио «Трактат»! - взмахнул своей палочкой Рон и из его рюкзака вырвался «Трактат о супружеской жизни» Карла Бидмана и приземлился на стол перед Гермионой. – Ты забыла его в Норе.  Гермиона взяла в руки книгу с закладкой из самолетной салфетки в середине и, хоть она и знала, что находится на той странице, она все-равно ее раскрыла. Да, вот она та самая фраза, которая стала отправной точкой ее плана: «Измена разрушает брак» подчеркнуто ее рукой. Сейчас Гермионе казалось, что события тех дней были очень давно, и как будто с другим человеком. - Боже, ты была в отчаянье и искала способ избавиться от чар, а я воспользовался тобой, - в голосе Рона звучало искреннее раскаянье, - Прошу прости меня! -  Мне не за что тебя прощать, Рон. Технически, это как раз я воспользовалась тобой в своих целях, - спокойно ответила Гермиона. - Но, инициатором тогда был я… - проговорил Рон и осекся, а после небольшой паузы медленно продолжил: – Подожди, но ведь ты не могла знать, что я приду тогда в Нору. Я и сам туда отправился просто под действием момента, что ли… - Я и не знала, что ты придешь, - ответила Гермиона. - Тогда кем еще ты собиралась «воспользоваться в своих целях» ?! При этих словах Рон выпрямился и сложил руки на груди. - Не знаю, - равнодушно пожала плечами Гермиона. – Это был запасной план. Возможно, я бы им воспользовалась по возвращению в Австралию. Я не возлагала на него больших надежд. Но, знаешь, небольшой толк от него все же был. Нортон почувствовал… - Ты планировала переспать с кем-то здесь в Австралии?! – грубо прервал Гермиону Рон. - Не то чтобы планировала, но это была единственная зацепка, которую я смогла найти, - недоуменно ответила Гермиона, которая совершенно не понимала, почему она должна оправдываться. - Например, с Джейсоном? Глаза Рона буквально метали молнии, но тон оставался относительно ровным. Гермиона на это лишь неопределенно пожала плечами, не желая опять погружаться в те свои замыслы. - С Джейсоном? – опять с нажимом повторил свой вопрос Рон. - Рон, да какая разница? Это уже в прошлом и я даже не уверена, что у меня была бы вообще такая возможность здесь, в Австралии. Нортон, оказывается, через кольцо был способен чувствовать мою измену. Если честно, я вообще не понимаю причину твоего недовольства. Ты и сам давно в отношениях. - Ты серьезно не понимаешь? – Рон встал и подошел к окну, за которым все также монотонно моросил дождь. - Нет, не понимаю. И еще я не понимаю, как можно встречаться с одним человеком и спать с другими! - А хочешь правду? – спросил с вызовом Рон, повернувшись спиной к окну. Он оперся на подоконник, сложив руки на груди. – Я тоже своего рода заложник Мишель. - Она тебя тоже как-то заколдовала? – вскинула брови Гермиона. - Нет, магии здесь нет. Все довольно прозаично. Я связан с ней контрактом на пять лет. В течение этого времени мы должны изображать влюбленную пару и совместно появляться на всех массовых мероприятиях. Даже то, как я выгляжу, продиктовано контрактом. Мне нельзя терять форму или плохо выглядеть, или неподобающе себя вести. Там много условий. - То есть, ваши отношения – это фикция? – удивленно спросила Гермиона. - На данный момент – уже да, но когда-то они были настоящими. По крайней мере, с моей стороны, - Рон пристально смотрел на Гермиону, ожидая ее реакции. Возможно, сейчас он пытался ее задеть, но его слова, как тупые стрелы, лишь царапали ее замерзшую душу. - И зачем ей это нужно? - Виноделие – это их старинный семейный бизнес. У Мишель была мечта расширить его, выведя за пределы Франции. Она решила начать с Англии и ей был нужен человек, способный наладить поставки вина в наши пабы. Как позже она мне призналась, она хотела, чтобы этот человек был достаточно известен и уважаем, что служило бы дополнительной рекламой ее вину. Изначально она рассматривала Гарри, но пообщавшись с ним, поняла, что он ей не подходит. Поэтому выбор пал на меня. - А ты что с этого получаешь? - На данный момент – пятьдесят процентов с доходов в Англии. По завершению контракта, будет выплачена дополнительно неплохая сумма. - А кто-то знаете из твоих родных о вашем с Мишель контракте? - Нет, никто. Даже Гарри не знает. Ты единственная, кто теперь в курсе. И, Гермиона, я прошу тебя тоже об этом никому не рассказывать. - Хорошо. Будем хранить секреты друг друга. Надеюсь, дружить со мной тебе по контракту не запрещено? – с легкой улыбкой спросила Гермиона. - Дружить – нет, - уже печально ответил Рон.  Плечи его поникли и, казалось, что он к этому моменту растерял всю свою браваду. - Это хорошо. Мне нужен такой друг, - тихо проговорила Гермиона.

***

 Как и планировали, ночью они отправились в аэропорт и приобрели билеты на рейс в Лондон. Чем ближе подходило время вылета, тем заметнее нервничал Рон. - И как люди соглашаются на подобное? Это же так опасно – лететь в железной коробке так высоко в небе! Ведь, если мы упадем, шансов на выживание у маглов практически нет! Волшебники хотя бы могут попытаться трангрессировать, – причитал Рон, усаживаясь в кресло самолета. – Ты вообще летишь просто чтобы купить палочку! Неужели тебе не страшно? - Я стараюсь не думать об этом. Самолеты падают очень редко, - ответила Гермиона, наблюдая, как за два ряда от них усаживается в свои кресла семья с двумя детьми.  Рон, проследив за ее взглядом, продолжил: - Когда я летел сюда, в соседнем кресле сидела мама с маленьким ребенком, который проплакал буквально половину полета. Поначалу меня это так раздражало, что я чуть не применил какое-нибудь заклятье. А потом подумал, что на самом деле это правильно, что ребенок летит рядом со мной. Если начнем падать – я смогу хотя бы попытаться его спасти. И только я об этом подумал, как ребенок успокоился и проспал остальную половину полета. Я думаю, что надо вообще завести правило – сажать волшебников в самолете рядом с детьми.  Гермиона никогда даже не задумывалась об этом и сейчас, слушая Рона с легкой удивленной улыбкой, почувствовала, что, кажется, ее заледеневшее сердце дало небольшую трещину.