Прозревшие

      Снейп своей летящей походкой вёл Гарри за собой. Поттер спешил следом, едва поспевая. Сколько Гарри себя помнил, профессор всегда идеально выверял свою скорость так, чтобы мучить даже по пути к отработке. И не побежишь толком, потому что тогда обгонишь профессора, и не перейдёшь на шаг, потому что неминуемо отстанешь. В итоге Гарри передвигался какими-то странными рывками, переходя с шага на трусцу и обратно, особенно на поворотах. Так же быстро и легко шагать он просто не умел. Может, длина ног не позволяла, может, просто походка. А передвигаться за профессором лёгким бегом? Да ну нет, не собачонка же он на привязи!       Ожидая свернуть на очередном повороте, Гарри споткнулся и поменял направление как стрелка компаса, недоумённо глядя профессору в спину. Тот даже не сбился с шага, продолжая удаляться от ученика. Гарри очнулся, когда снова получил жалящее, и со вздохом припустил следом. Он снова открыл рот, чтобы спросить, но снова же был прерван ещё на процессе набора в лёгкие воздуха.       — Заткнитесь и следуйте за мной, Поттер, — Гарри поражённо вылупился. У Снейпа точно глаз на затылке!.. Лишь бы не Волан-де-Мортовский… Да нет, бред. Шрам не болит как минимум! — Выбросьте дурь из головы, пока я её не вышиб. Вы слишком предсказуемы.       Поттер, окончательно добитый словами Снейпа, пытался успеть за ним, но на бегу как-то не очень хорошо получалось думать, поэтому Гарри выбрал просто смотреть профессору в спину.       Вскоре они покинули замок и начали спускаться по холму вниз. Тёплое весеннее солнце не спасало от мерзкого мокрого ветра. Гарри недовольно поёжился в своей мантии, но ничего не сказал. Пару раз поскользнувшись на слякотном снегу, он, наконец, увидел направление, в котором Снейп его вёл.       — Запретный лес?! — Изумлённо вскинул брови Поттер, и припустил, догоняя профессора, чтобы заглянуть ему в лицо. Снейп махнул палочкой, и Гарри незамедлительно шлёпнулся в лужу, неловко всплеснув руками с недовольным возгласом. Профессор остановился, чтобы полюбоваться видом облепленного грязью героя. Гарри упёрся ладонями и поднялся, пыхтя. Стёр с лица комок налиплешй грязи, по факту, лишь сильнее её размазав. Стряхнув с руки мокрые глинистые куски, вслепую нашарил в кармане палочку и выступил из лужи, бросив очищающие и осушающие. Ну и Репаро на снова расквашенные очки. Может, зачаровать их на прочность? А то шальной камень или банальное Акцио на очки, и он слепой как новорожденный щенок.       — И как вам грязевые ванны, мистер Поттер? — Вкрадчиво осведомился профессор, — Вы умудряетесь не справиться даже с такой простой задачей как идти и молчать! Я сомневаюсь что вы, в таком случае, переживёте эту отработку, — Снейп слегка дёрнул уголком губ, обозначая насмешливую улыбку. Гарри махнул ещё и согревающие, зябко передёрнув плечами, которые помнили неприятное ощущение облепившей тело насквозь мокрой и грязной одежды. Каким бы классным ни был Принц, Снейп оставался тем ещё говнюком. Гарри поправил сумку, которую зачем-то прихватил с собой на отработку и теперь задумался о том, как бы не допустить повторной проверки от профессора. Теперь-то учебник был с ним.       — Ну, выжил шесть лет в этой школе, и ещё поживу, — Беспечно пожал он плечами, взбешённый откровенным унижением, а лицо профессора вдруг стало ещё суровее, глаза его пронзали Гарри насквозь как два чернейших копья.       — Ваше везение однажды закончится, мистер Поттер. И тогда вас уже ничего не спасёт, — прошипел Снейп в лицо Гарри, неожиданно приблизившись. Тот медленно моргнул, принимая к сведению некое подобие беспокойства… Или может, пожелание скорой гибели? С зельеваром никогда нельзя было быть уверенным на все сто процентов.       — Я передам привет маме от вас, — Улыбнулся Поттер, хотя улыбка больше напоминала оскал. Он устал. Он заебался. Он уже не может контролировать свою чёртову язвительную натуру . Снейп отшатнулся от Гарри, словно призрака увидел. Принц, появившийся в мыслях тут же отвесил Поттеру словесную оплеуху.       — Ой дебиииил… Заткнись, ты же его… Меня… провоцируешь! Не дыши! Не двигайся! А лучше прикинься мёртвым! Быстро ложись обратно в лужу и умоляй если не о прощении, то хотя бы о пощаде!       — Не удивительно, что вы, Поттер змееуст... Думаете, что ваш яд достаточно едок, и вы можете теперь открывать на меня свою гадкую пасть? — Холодно и как-то задумчиво протянул профессор. А мысленно буквально закоченел от слов мальчишки. Он не боится. Он действительно не боится смерти. Он не желает её приближения, но и не бежит от неё. И вот это – самое страшное. Альбус добился своего. Он вырастил идеальное оружие.

“Мальчишка должен умереть”

      И мальчишка не боится умереть. Но так быть не должно. У него должны быть амбиции, стремления, планы на жизнь, желания в конце-то концов. Но сейчас, глядя в эти яркие колдовские глаза, Северус не видит ничего, что указало бы на то, что Поттер цепляется за жизнь.       — Двадцать баллов с Гриффиндора за пререкания с преподавателем. Я бы увеличил количество отработок, но не испытываю желания видеть ваши бесстыжие глаза каждый божий день, а потому просто удвоим количество необходимой проделанной работы. И не дай Мерлин вам ещё хоть раз открыть рот, Поттер. Ещё двадцать баллов с Гриффиндора за попытку увильнуть от отработки, и ещё сорок за задержку наказания.       Поттер испуганно округлил глаза, отступив на шаг. Черт возьми! Восемьдесят баллов просто в трубу! Чёрт дёрнул его рот открывать!... Но блин! Вообще-то шмякнуться в лужу было неприятно! Ещё и Принц об этом в курсе…       — Поверь, это меньшее из зол, что сейчас тебя настигнут. Я не просто мстительный. Я ещё и на память не жалуюсь.       Поттер выглядел абсолютно несчастным, когда ступал под сень Запретного Леса. Некоторое время они шли в тишине. Снег сминался под ногами, Поттер рассеянно наблюдал за цепочками следов и старался не потерять фигуру преподавателя из виду, что было значительно сложнее. Чёрное на чёрном заметить непросто. Снейп сливался с обстановкой, теряясь среди тёмных стволов как дух Запретного Леса. Может, и правда в предках у него какие-нибудь смеркуты? Или дементоры.       — Придурок. По сторонам смотри.       Гарри действительно осмотрелся и заметил, что Снейп остановился, скрестив руки на груди, нетерпеливо притопывая. Поттер подошёл ближе, вопросительно глядя на профессора.       — Я показываю один-единственный раз. Дальше будете делать самостоятельно, — Снейп достал из внутреннего кармана мантии короткий нож для трав и руками разгрёб снег, обнажая чёрную землю. На ней блеснула перламутровая жемчужинка, а потом она вдруг вздрогнула, и из неё проклюнулся росток. Он, бледный и тонкий, вытягивался вверх, а потом развесил в стороны красивые перламутрово-розовые бутончики. Дождавшись, пока цветок раскроется полностью, Снейп взял в ладонь снег и капнул на него талой от тепла руки водой. С лепестков словно радуга сорвалась, и в этот миг зельевар ловко подсёк цветок у корня-жемчужинки, сразу накладывая заклинание стазиса.       Поттер и думать забыл о каких-то там обидах, глядя на это чудо во все глаза. Вот она какая бывает, магия!       — А что это за цветок, профессор? — Поттер, похоже, вообще не умеет учиться на своих ошибках. Снейп неприязненно поморщился и всучил Поттеру нож, подавив желание сначала стукнуть его в лоб рукояткой.       — Минус десять баллов с Гриффиндора за незнание программы третьего курса и ещё минус десять баллов за тупые вопросы.       Гарри посмотрел на профессора с непередаваемо-грустным и обиженным выражением лица, какое бывает у наказанных щенков: минус сто баллов за полчаса! Тяжело вздохнув, он молча принялся искать под снегом жемчужинки. Задача это оказалась не такая и простая. Учитывая, что Поттер не помнил ровным счётом ничего ни об этих цветах, ни об их свойствах.       — Это Galanthus Prima Vita, неуч, — Фыркнул Принц, наблюдая за тем, как Поттер планомерно руками разгребает сугробы, — Не там копаешь.       “А где надо?” — Мысленно огрызнулся Гарри, сев с колен на корточки, стряхивая налипший снег с рукавов мантии и штанов.       — А где не скажу, потому что ты задница. Ищи сам. Включи мозг, я не знаю.       “Сам ты задница!”       — Я, как минимум, не оскорблял никакие чувства, кроме твоего раздутого эго.       “Сам справлюсь”       — С удовольствием понаблюдаю за этим шоу.       Гарри встал на ноги, задумчиво походил. Вернулся к месту, у которого Снейп раскопал первый цветок. Сравнил с местами, где Поттер копал сам и не добился результатов, посмотрел наверх, а потом хлопнул себя по лбу. Ну конечно, цветам нужен свет! А ещё они должны иметь возможность проклюнуться самостоятельно вовремя, а значит снег не должен лежать таким густым слоем.       — Понял, — Кивнул сам для себя и обошёл полянку. Понаблюдал за лучом солнца, и раскопал свой первый подснежник. Торжествующе вскинув кулак, принялся наблюдать за чудом цветения. Капнул талой воды и срезал. Ничего сложного, в общем-то. Ничего, с чем он не мог бы справиться. В конце-концов, сколько лет он в саду тётки ковыряется. В любую погоду. Сейчас хотя бы ливень не льёт и грозы не бушуют.       Профессор Снейп, внимательно наблюдающий за каждым шагом Поттера вскинул бровь, когда тому сравнительно быстро удалось понять принцип нахождения растения. Неужели в этой голове все-таки наличествует мозг?       Зельевар, и по совместительству мастер боевой магии, тряхнул головой, дабы больше не отвлекаться на гриффиндорца, и продолжил сбор — времени оставалось всего восемь часов, и Северус планировал собрать столько, сколько физически возможно. Обычно к сбору настолько редких и сложных компонентов он учеников не допускал — слишком уж велико было у них искушение стянуть пару дорогостоящих ингредиентов. Только обычно заканчивалось это всегда одинаково печально: стазис подходил для хранения лишь первые сутки, потом же, при неправильной обработке, цветы становились очень пахучими и крайне ядовитыми. А Поттер… Северус еще раз окинул взглядом что-то бубнящего себе под нос мальчишку, и усмехнулся. Ни капли алчности в глазах, пацан просто не понимает какое количество денег сейчас у него в руках. Что, естественно, Снейпу на руку.       Время шло, солнце путешествовало по небу, учитель и ученик шли по лесу. В четыре руки работа кипела, и подходила к концу пятая поляна, когда редкие лучи солнца стали уже откровенно косыми и не такими яркими. Последний на сегодня цветок распускался неохотно, а его радужный отблеск был едва-едва заметен. Гарри разогнулся со стоном, поднимаясь на ноги. Спина, плечи, ноги, руки, отваливалось всё. Руки и спина – особенно. Пальцы покраснели и дрожали от холода, по температуре сравнявшись с температурой воздуха. Гарри задолбался накладывать согревающие, один хрен они быстро слетали, потому что в приоритете было поддержание стазиса на внушительном букете цветов.       Ну, он думал, что внушительном, пока из-за деревьев не вышел Снейп с целой охапкой перламутрово блестящих цветов. Он выглядел довольным, Поттер мог поклясться, что на лице его играет искренняя улыбка. И сердце Гарри неожиданно пропустило удар. Снейп в обнимку с цветами выглядел… Очень красиво. Особенно с этой лёгкой полуулыбкой и довольным взглядом.       До момента, пока его взгляд не переместился к Гарри. На лицо профессора словно восковая маска упала, парень аж растерянно моргнул, до того резкие и неожиданные были изменения.       — Что же, с паршивой овцы хоть шерсти клок, — Фыркнул он, но даже вполовину не так злобно, как с утра. У Гарри отлегло от сердца. Но, очевидно, прилегло к спине, потому что сейчас поспевать за профессором было ещё сложнее, чем утром. Северус, казалось, вообще не устал. Он шёл своей обычной лёгкой размашистой походкой, а Гарри ковылял за ним как горбун из Нотр-Дама. Ноги не гнулись, а спина, наоборот, не разгибалась, но Гарри не смел и рта раскрыть, чтобы не потерять ещё сто баллов факультета. Темнело стремительно, в тенях заклубился сумрак. Они, оказывается, довольно глубоко забрались в лес, и сейчас спешили обратно.       Ночь в Запретном Лесу была опаснее дня в десяток раз. Тёмные твари вылезали из своих нор в ту же минуту, как последние лучи солнца вызолачивали небо. Гарри поудобнее перехватил цветы, по-простому запихнув их подмышку, в правую руку взяв палочку. Снейп из рук палочку, кажется, не выпускал в принципе. Она смотрелась органичным продолжением его тела, совсем как жало у шершня. Гарри залюбовался даже, когда вдруг услышал топот копыт. Собравшись, он через боль и страдания нагнал профессора, готовый, в случае чего, прикрывать его со спины. Если это кентавры, то дела их плохи. В этот раз Флоренц может и не остановить своих сородичей.       Топот приближался, но Гарри, прислушавшись, вдруг понял, что не слышит гиканья и посвистов, которыми охоту сопровождают кентавры. Тогда, может, фестралы? Но их шаг намного легче, они словно тени, передвигаются практически неслышно. Даже кареты трещат и гремят громче, чем ступают эти волшебные создания. Гиппогрифы? Но где тогда клёкот и скрипучий звук, с которым когти взрывают промёрзлую землю? Да и создания это редко когда путешествующие даже вдвоём и лишь в сезон спаривания.       Ответ стал ясен в миг, когда наперерез магам выступило величественное создание, словно светящееся изнутри. А может, его шкура, под которой перекатывались крепкие мышцы, действительно светилась. Единорог!       Гарри замер, словно вкопанный, Снейп остановился тоже, напружинившись, готовый защищаться. И защищать, если Поттер решит сделать большую глупость.       Ещё несколько особей нагнали вожака, остановившись рядом. Гарри, не задумываясь ни на секунду, исполнил самый изящный, какой мог, со своей отваливающейся спиной, поклон. Северус, покосившись на него, нехотя и неглубоко склонил голову, признавая разумность жеста.       Крупный самец длинно выдохнул струи жаркого пара и зашевелил ноздрями, принюхиваясь. А потом качнул головой изображая ответное приветствие. Вслед за ним кивнули и остальные. Гарри медленно выпрямился. В основном, потому что не мог выполнять резкие движения сейчас. Улыбнулся, склонив голову набок. Грациозное создание переступило ближе, Снейп снова напрягся. Остановился и вожак. Гарри недовольно покосился на профессора, который был сплошным клубком опаски и недоверия, и сделал шаг в сторону.       — Поттер, ч-ш-што вы творите, — Прошипел Снейп, почти не размыкая плотно сжатых губ.       — Профессор, вы их пугаете, — Негромко сказал Поттер, — Можете хоть немного расслабиться?       — Вы знаете, насколько опасны эти твари? — Прохрипел зельевар, крепче сжимая палочку. А Гарри же свою, наоборот, убрал и ещё на шаг отошёл в сторону, так чтобы профессор Снейп не смог его достать рукой.       — Это не твари. Это – волшебные существа, — Поправил Поттер, а потом ехидно прищурился, — Вы бы знали это, если бы вы не пропускали занятия по уходу за магическими существами, — Мстительно ввернул он, не реагируя на рассерженное шипение жутко ядовитого змея, с которым Северус снял с него ещё двадцать баллов. Больше на профессора Гарри внимания не обращал, дружелюбно улыбаясь грациозным лошадям.       — Доброго вечера, мы тут возвращались из нашего похода обратно в школу. Профессор Снейп не обидит вас, он просто очень напуган.       Единорог всхрапнул, недоверчиво косясь, а Северус буквально задохнулся от возмущения. Да что этот мальчишка себе позволяет! Острие рога вожака было направлено Поттеру точно в грудь, а дистанция вполне подходила для разбега. Впрочем, героя это ничуть не напугало. Подумаешь, единорог. Не цербер, и славно.       — Вы, наверное, тоже куда-то спешили? Может, разойдёмся каждый в свою сторону? — Предложил Поттер, даже не будучи твёрдо уверенным, в том, что единороги понимают человеческую речь. Но зато они ведь слышат его интонации, правда?       Красивая кобылица нежно-жемчужного оттенка вдруг сдвинулась с места и ласково потёрлась мордой о крепкую шею вожака и тронула рогом чужой. Между кончиками пробежала искра магии. За крупами небольшого табуна Гарри заметил жеребёнка, и охнул. Тот покачивался на ещё нетвёрдых ножках, внимательно рассматривая своими чёрными влажными глазами странных созданий, которых видел впервые.       Парень сглотнул, вот сейчас всё-таки занервничав: ситуация становилась ещё опаснее. Защищая потомство, единороги могут просто за косой взгляд затоптать тех, кто показался им угрозой. Гарри тяжело вздохнул, и просто спокойно перевёл взгляд на более дружелюбно настроенную к нему кобылицу.       — Вам что-то нужно от нас? Могу дать клятву магии, что не трону ни вас, ни вашего ребёнка, — Предложил Гарри, склонив голову набок. Единороги переглянулись, словно мысленно общались. В чёрных мудрых глазах мелькали отблески эмоций, Поттер был готов в этом поклясться. Кобылица в итоге чему-то кивнула, перевела взгляд на Гарри, после чего медленно мотнула головой в отрицании, но… Указала на Северуса рогом. Поттер обернулся.       — Профессор? Они должны понять, что вы не представляете опасности для них. Кажется, они понимают, что значит клятва, — Снейп кипел от негодования. Заметив его сомнения Поттер хмыкнул, — Ну… или я могу просто вас вырубить? А потом дотащить до Хогвартса.       — Только попробуй это, Гарри Поттер, и я тебя уничтожу самым болезненным из способов, — Прошипел зельевар, раздувая ноздри не хуже вожака единорогов. Побуравив неприступно крепко стоящего на своём мальчишку своим фирменным взглядом, он нехотя и медленно, чтобы не спровоцировать этих опаснейших тварей, поднял палочку, раздражённый ситуацией, в которой он должен принести клятву каким-то волшебным коням, — Магией клянусь, что не причиню вреда единорогам этим вечером. Люмус. Нокс.       Гарри недовольно нахмурился, порывисто развернувшись к Снейпу всем телом, отчего вожак единорогов дёрнулся, но его партнёрша фыркнула и укусила его за шею, вызвав недовольное ворчание самца.       — Профессор! Как вы можете!       — Что я сделал не так? — Разъярённо выплюнул Северус. Он выполнил требование. И кто знает, в какую ситуацию он попадёт завтра? Вдруг Лорд прикажет ему открыть охоту на единорогов? Оказаться между молотом и наковальней из-за необдуманно данного слова — Северус уже не раз сильно обжигался на этой ошибке, и не влезет в эту петлю вновь.       — Неужели опыт Волан-де-Морта вас ничему не научил? Хотите быть навеки страшно проклятым?!       — Не произносите это имя! Глупец! — Зло выдохнул Северус, а потом устало потёр висок двумя пальцами, не выпуская, впрочем, волшебную палочку из рук, — Я… Не вижу причин, по которым я должен сейчас оправдываться перед незрелым мальчишкой за глупости, на которые он меня толкает. Нужны мне они больно, я и без их крови прекрасно проживу.       Гарри длинно выдохнул, и махнул на Северуса рукой, вновь повернувшись к табуну.       — Вы простите его. Он со зла, но не от души. Наверное.       Кобылица весело заржала и безбоязненно подошла к Гарри. Вожак недовольно всхрапнул, взрыв копытом снег. Гарри восхищённо округлил глаза, наблюдая за приближением волшебного существа. Протянул ладонь несмело, но единорожица не имела ничего против того, чтобы парень её немного погладил. Тёплая, горячая даже бархатисто-гладкая шкура приятно скользила под онемевшими и неловкими от холода пальцами. Гарри чуть не умер на месте от восторга. Он бы ни за что не сознался в этом, но он с первого курса мечтал погладить единорога, а сейчас эта мечта вдруг исполняется. Самым немыслимым способом.       Снейп, ставший свидетелем этой идиллической картины, был совершенно уверен, что сейчас мальчишку накажет магия за такое самоуправство… Но, видимо, к единорогам право имели прикасаться не только непорочные девы. Ключевым, наверное, здесь была фраза “непорочные”. Некстати вспомнился сон, в котором Северус держал в объятиях этого юношу, и какое-то странное чувство заворочалось в груди. Решив разобраться с этим позже, он резко отвернулся, зорко оглядываясь в поисках другой возможной опасности, не забывая, впрочем, следить за единорогами. При любом признаке агрессии придётся хватать безмозглого мальчишку и спасаться бегством.       Идиллия длилась недолго, но Гарри был уверен, что готов сейчас вызвать целую стаю патронусов, до того его распирало счастье. Втянув воздух в лёгкие почти насильно, он заметил направление взгляда кобылицы. Она смотрела на цветы в его руках, и Гарри не задумавшись ни на секунду взял один цветок и предложил его ей. Подхватив с открытой ладони цветок, она довольно всхрапнула, и отошла к своему табуну, но по пути обернулась, и Поттер, опять же, не задумавшись ни на мгновение, подошёл ближе вслед за ней. Начав с вожака и закончив жеребёнком, находясь под внимательным прицелом волшебных рогов, он обошёл каждого в табуне, и дал по цветку. Северус, наблюдавший за этим, ощутил злость, растерянность, недоумение и раздражение. Эти цветы стоят, порой, даже больше волос единорогов! Какого чёрта мальчишка распоряжается ими как обычными полевыми лютиками!       После того, как Гарри, совершенно не имевший понятия об истинной стоимости подснежников, вернулся туда, где он стоял в начале этого непростого диалога, вожак взоржал, командуя отбытие. Табун неспешно скрылся среди деревьев, а Гарри достаточно долго смотрел им вслед, чтобы очнуться только от резкого окрика Снейпа       — Если хотите заночевать в лесу, сначала отдайте мне оставшиеся цветы, безбашенный вы... гриффиндорец!       — Мы их обокрали! Конечно, они разозлились! — На автомате огрызнулся Гарри, и последствия неминуемо его настигли.       — Минус шестьдесят баллов с Гриффиндора! — Завершил разговор профессор, выходя из леса. Шли они дальше в полном молчании. Гарри, плюнув на потерю баллов, мечтательно улыбался, глядя в лиловое сумеречное небо и умудрился ни разу при этом не споткнуться. Но когда на половину неба вырос замок, что означало, что они уже близко к школе, Снейп вдруг обронил.       — Пятьдесят баллов Гриффиндору за проявление находчивости в опасной для жизни ситуации и способность верно расставить приоритеты.       Гарри немедленно споткнулся, чуть не выронив букет, который до сих пор нёс подмышкой и шокированно уставился на профессора, который шёл дальше как будто вообще ничего из этого не сказал. Но ему же не показалось! Не показалось же! Он уже открыл рот, чтобы переспросить, но быстро его захлопнул. Чудо легко могло оказаться проклятьем. Вместо этого он очень громко подумал:       “Вашество, слышал?!!”       — Слышал, не надо визжать. Мягко говоря, я в замешательстве.       “Даже ты?”       — Слушай, между нами прорва времени и жизненного опыта. Но я уверен, что этому должна быть весомая причина.       Гарри помог донести цветы до подземелий, улыбаясь как придурок. И пусть даже Снейп видит затылком, плевать. Зайдя вслед за профессором в его кабинет, Гарри сгрузил цветы на рабочий стол и размял руку. Ну, всё, в ванную старост и спа-а-ать. Пока что в общей комнате, переедет потом, как время будет.       — Куда это вы собрались, Поттер? Мойте руки, и за работу, — Снейп показал пример, скинув мантию и поддёрнув рукава повыше, обнажая тонкие, обманчиво хрупкие, запястья. Тщательно вымыл руки и надел специальные нарукавники. Вторую пару выдал Поттеру, кажется, уничтоженному такой подставой.       — Нож для разделки номер два, деревянная доска. Движения показываю один раз, — Монотонно обронил Северус, и Гарри счёл за лучшее молча подчиниться и смириться, что сегодня здесь он и умрет. И будет расчленен. Возможно на ингредиенты, хотя какой из него ингредиент? Кожа да кости. А впрочем, может, Снейп и из таких ингредиентов что-то сварит... эдакое. Зелье геройства, например.       Профессор взял в руки нож, ближе к металлической части, ручка недлинного серебряного ножа легла в длинную ладонь как влитая. Взяв один цветок, он положил его на доску и медленно, напоказ, плавным слитным движением отсёк цветы от стебля, под самой чашечкой. Затем отрезал листья, а стебель нарезал на одинаковые отрезки с шагом в миллиметр. Бутоны смахнул в одну миску, покрошенный стебель — другую, а листья – на сито.       Мысленно прокляв свой длинный язык, из-за которого он и попал на продление отработки, Поттер вдохнул. Выдохнул. Ладно. Если представить, что он режет салат, всё должно получиться.       Бутоны и листья он отчекрыживал легко, а стебли складывал отдельно. Когда его букет закончился, он приступил к шинковке. И тут не возникающий до этого Принц раскритиковал его в пух и прах.       — Вертикальный надрез! Ты знаешь, что значит “вертикальный”? Это под прямым углом к поверхности! Пер-пен-ди-ку-ляр-но!!       Гарри скрипнул зубами, и был вынужден замедлиться, чтобы ему прекратили кричать в мозг. Бросив взгляд на профессора, Гарри ошалел от того, насколько быстро тот работал. Нож в его руках мелькал как снитч на поле. Но если снитч летал хаотично, то каждое движение Принца… Точнее, Снейпа, было выверенным и чётким. Ни единого лишнего движения. И, что самое важное, нож действительно падал строго перпендикулярно доске. Гарри вздохнул, и замедлился, но сосредоточился на качестве, получая окрики каждый раз, когда его уставший за день, недоспавший мозг уплывал, и руки начинали рубить как попало.       До отбоя осталось пять минут, когда Гарри понял, что стебли закончились. Потянувшись потереть слипающиеся веки, он тут же получил по рукам ладонью.       — Вы решили ослепнуть окончательно?! Сначала смойте сок! — Рявкнул Снейп, и Гарри заторможенно кивнул, собирая инструменты, чтобы промыть и их тоже.       — Ваша отработка окончена. Надеюсь, это послужит для вас достаточно внушительным уроком, почему вам не стоит забывать о договорённостях и, тем более, пререкаться с преподавателем, — Обронил Снейп, продолжая раскладывать листья на большие сита в каком-то одному ему известном порядке. Гарри кивнул, он так привык за это время молчать. Да и в целом не хотел шевелить языком, но тут Снейп снова применил тактику непредсказуемости.       — Не слышу ответа.       — Да, понял, я могу идти? — покладисто кивнул Гарри, завинтив кран и проведя мокрыми ладонями по лицу.       — “Да, сэр”, с нажимом произнёс Снейп, пытаясь добиться полного послушания от Поттера. Провальная идея, впрочем.       — Не обязательно называть меня “сэр”, профессор — Зевнул Поттер, разложил инструменты по местам, и как сомнамбула направился на выход, роняя с плеча и поднимая на него обратно свою потрёпанную сумку. Снейп проследил за ним тяжёлым взглядом. Этот мальчишка вообще страх потерял, что ли?       А Гарри понял, что он сказал, только поднимаясь по лестнице в башню Гриффиндора, резко осев там, где стоял. Да что же это такое?! Стоит ему сделать шаг навстречу, как он сам тут же шагает на три обратно, увеличивая разрыв между ними. Это почему-то расстраивало, хотя понять причины этого желания сблизиться, и, тем более, разочарования из-за неудач, ему не удавалось.       Но ведь действительно, что он так к этому Снейпу прицепился? Это всё из-за Принца. Ну так пора бы уже понять, что со Снейпом Гарри просто не дано подружиться. Да что там подружиться, даже пообщаться без вальса на любимых мозолях не суждено. Ну и зачем вообще? Вот есть у него Принц, ну и хрен с этим желчным зельеваром. Зачем мозолить глаза человеку, которого ты, очевидно, бесишь? Нарываться на отработки? Доводить до нервного срыва? То, что сам Гарри теперь немного больше понимает в том, как думает человек-загадка по имени Северус Снейп, и, в какой-то мере, ему даже симпатизирует, не значит, что тот вдруг перестанет быть с Гарри мудаком. В конце-концов, в антипатиях Снейпа сам Поттер вообще не виноват! Ну не его же вина, что он выглядит как отец!.. А что если отпустить чуть волосы?.. И очки сменить...       Находящийся в прострации, прокатившийся на вредной лестнице в три разных направления, прежде чем та решила всё-таки направить его к башне, Гарри, на удивление, без приключений добрёл до гостиной.       В которой его ожидала Гермиона на грани истерики. Она бросилась ему на шею, едва он вошёл, чуть не снеся с ног.       — Гарри! Я так переживала! Ты не пришёл в коридор сегодня! Я сама показала остальным воспоминания, благо, что омут с ними всё ещё был там! Боже, как ты? Ты выглядишь как инфернал! — Гермиона сразу вывалила на него тележку информации, и отстранилась, оглядывая сверху вниз и обратно, удерживая за плечи.       Гарри устал поражаться своему невезению. Надо же назначить встречу и с размахом её проебать. Он что-то промычал, и прошёл дальше, повалившись на диван.       — Мы собирали цветы в Запретном Лесу со Снейпом весь день. Потом встретились с единорогами, и ещё кучу времени разбирали эти цветы.       — С профессором Снейпом, Гарри, — Поттер даже глаза закатывать не стал, — Постой. Ты что, не ел весь день?! — Переключилась вдруг Гермиона.       — Наверное? Ну... Нет, я завтракал.       — А профессор Снейп?       — Не знаю, не видел.       — Ужасно, Гарри! Нельзя же так!       — Из всего моего рассказа тебя интересует только это? — Гарри даже изобразил слабое подобие удивления, чуть вскинув брови, переведя взгляд c люстры на Гермиону.       — Меня интересует ВСЁ, но сейчас тебе нужно поесть, а потом идти мыться и спать. Ты всё равно не в силах рассказать подробности, — Немного обиженно ответила подруга, вызвав у Поттера слабую улыбку.       — Ты права. Но я пожалуй пропущу опцию с едой.       — Так нельзя! Посадишь желудок! — "Было бы куда его сажать, конечно".       — Усну носом в супе и захлебнусь… Наверное, тогда в душ тоже не пойду. С утра схожу.       — Вонючка. Сейчас сам станешь феей.       — Да хоть бы и пикси, — Отмахнулся Гарри.       — Ладно. Так и быть. Не забудь, что завтра нам снова пораньше вставать.       — Не-е-е-е-е-е-ет…       Гарри тяжело вздохнул и скатился на пол, а потом понял, что ему и тут неплохо. В спине что-то хрустнуло, отдалось болью, а потом как встало на место, вырвав судорожный вздох.       — Я сплю тут.       — Не смей.       — Тепло, хорошо, мухи не кусают.       — Я сейчас тебя пну.       — Давай.       Гарри закрыл глаза, и вдруг действительно ощутил, как Гермиона пнула его в зад. Ойкнув, Гарри довольно резво поднялся, потирая ушибленную ягодицу.       — Ты разрешил, — Быстро сказала Гермиона, пресекая возможные возмущения.       — Я не думал, что ты правда пнёшь!       — Сам виноват. Всё, спокойной ночи, — Гермиона обняла его ещё раз, и Гарри, похлопав её между лопаток, побрёл наверх. Уже забравшись в постель и закрыв глаза, он вдруг понял, что его шею щекочет что-то. Вытянув из-за шиворота длинный волос, Гарри хотел было небрежно его скинуть на пол, подумав, что он принадлежит Гермионе, но вдруг заметил серебристый отблеск и осознал, что волос уж больно прямой и плотный, и округлил глаза. Волос единорога налип на его одежду, пока он кормил их цветами. Или когда та кобылица позволила себя погладить? Так или иначе Гарри широко улыбнулся: это точно был не сон и не мираж! Подумав буквально минутку, он вложил волшебный волос в страницы учебника Принца-Полукровки, и лёг спать, провалившись в сон мгновенно.