Прозревшие

      Школа бурлила. Новые слухи не обсуждал только ленивый, но всё смолкало, стоило показаться профессорам или слизеринцам. Вся школа всколыхнулась и мутной болотной волной осуждения набегала на серебряно-зелёный факультет, разбиваясь пеной беспокойного осуждения. Заваривший эту кашу Поттер наблюдал за началом апокалипсиса как капитан тонущего корабля. То, что он видел, то, чему стал свидетелем, было отвратительно.       — Если бы я не знал твои мысли, Поттер, я бы решил, что ты специально решил раз и навсегда разделаться со змеиным факультетом.       — Но я ведь хочу как лучше!       — Благими намерениями, Химера, вымощена дорога в Ад.       — А ты у нас теперь проповедник? — Поттер поморщился, давя на виски. Вечер четверга выдался отвратительнейшим. Он выложился на полную, чтобы не встревать в лозунги и позволяя остальным поливать грязью Слизерин.       — Вообще, неплохая стратегия, если бы я был тобой, который ненавидел Слизерин добрых шесть лет: раз и навсегда разделаться со всеми ними. Достаточно просто поменять финальную точку приложения сил, немного повернуть акценты, и всё будет готово. Ты их раздавишь.       — Ты о чём вообще? Я хочу помочь, а не убить! Я хочу расправиться с этой травлей! Пока я ещё в школе!       — Пока ещё в школе?... Ах. Вижу. Возвращаться на седьмой ты не собираешься. А как же обучение?       — Есть дела поважнее. Ну знаешь там, смерть Волдеморта, спасение трижды проклятой Магбритании, попытка не сдохнуть в процессе.       Гарри почувствовал как что-то в левом кармане немного нагрелось и оглянувшись, свернул в соседнюю нишу, доставая из кармана блокнот. Ниже вчерашней переписки стояла новая дата и запись цвета фуксии.       “Как я понимаю, все удалось? До нас информация не доходит, но факультет почувствовал напряжение в школе.”       Гарри достал карандаш из сумки и быстро начеркал ответ:       “Да, волна пошла.”       “Пока нет информации по месту?” - появилась рядом изумрудно-зеленая надпись.       “Кажется, склоняются к Астрономической башне в эту пятницу”       “Что? Они совсем охренели?!” - Почерк Панси стал более отрывистым и колючим и Гарри целиком и полностью понимал ее гнев.       “Именно что охренели. Почувствовав опору и уверовав в безнаказанность, сорвались с цепи” — Бордовый текст Гермионы вклинился к ним. Гермиона сильно давила на перо, чтобы скрыть дрожь пальцев. Уж Гарри знал её почерк досконально за годы списываний.       “Воу. Герми? Нецензурная лексика? Я понимаю, но… Осталось только продержаться до завтра. Я прослежу, чтобы все падлы собрались в кучу. Кстати, мне птичка нашептала, что у них сегодня собрание. “Военный совет”, как они это назвали”       “Как же грифы жаждут бойни”       “Единственная бойня, которой жажду я — это вздёрнуть каждого из этих говнюков в пыточных Филча, но об этом не будем”       “Ах, тёмная сторона героя!” — Почерк Панси снова выровнялся.       “Эх, если бы я уже не любила Ноа, я бы влюбилась” — Добавила Лесли своей легкомысленной лазурью.       “Стоооп. Ноа?? Вы встречаетесь??” — Падма, кажется, восприняла это как вызов ей, раз уж вмешалась. Обычно она внимательно читала, но редко что писала.       “Уже три года. Спасибо, что заметили” — После этого девочки начали фонтанировать вопросами, и Гарри закрыл блокнот, убирая его обратно. Болтовня активно продолжалась, грея бедро, но Поттеру не было интересно, кто с кем и когда начал встречаться. Возможно, поэтому он до сих пор одинок.       — Неужели тебе совсем-совсем не интересно? — Вкрадчивый голос за спиной, от которого Гарри подлетел без метлы, оборачиваясь с палочкой наперевес. А это оказался Принц, о котором Поттер забыл, пока переписывался.       — Ты чего пугаешь?!       — Какой-то ты нервный.       — Побудь не нервным с моей-то жизнью.       — Ну, как ты видишь, постоянная нервотрепка до хорошего реально не доводит. — Принц кивнул куда-то вперед и Гарри, переведя взгляд, вжался в нишу еще глубже.       По коридору проходил Снейп своей летящей походкой, за ним как обычно клубилась мантия, но взглянув на лицо, Поттер понял: выглядел тот действительно неважно. Гарри вгляделся в удаляющуюся спину и вновь перевел взгляд на Принца, который стоял на выходе из ниши, опираясь худыми лопатками о камень стены, наблюдая за преподавателем, который если и заметил Гарри, то вида не подал. Иногда Поттер забывал, что эти двое так-то один человек, просто в разные периоды времени, но потом Принц весьма едко что-то коментировал, а Снейп задумчиво привычным движением закидывал мешающую прядь волос за ухо, и у Гарри в груди будто что-то перехватывало, такими они были одинаковыми при всей разности.       — Поттер, а если выбирать, он или я? — Вдруг спросил Принц, отталкиваясь от стены и нависая над Гарри. Парнем он был высоким, но раньше Гарри как-то не обращал внимания на разницу в росте. А тут Принц даже спину сгорбленную выпрямил, как его взрослый клон, и Гарри вжался лопатками в стену, шокированно глядя на него через нелепо перекосившиеся на переносице очки.       — Эй, Вашество, ты чего?       — Ну вот допустим, у тебя есть выбор, с кем иметь дело. Кого ты выберешь? Меня, своего ровесника, или старого профессора? — Принц сверлил чёрным взглядом в глаза Поттера, и тот чувствовал это сверло даже сквозь очки. Он занервничал и попытался выскользнуть по стеночке, но Принц выставил руку, мешая пройти, и Гарри застыл больше рефлекторно, глядя на эту худую руку с изящной ладонью и тонкими музыкальными пальцами. Он всё ещё мог пройти прямо через Принца, но считал это жутко невежливым и не хотел бы обижать своего… друга? Воображаемого. Господи, какой пиздец, он реально едет крышей и абсолютно ничего с этим не делает. Черт.       — Слушай, я… Не знаю? И не такой уж Снейп старый на самом деле. Всего-то лет семнадцать разницы.       — Всего-то в два раза тебя старше, всего-то ровесник твоих родителей.       — А вообще, причём тут возраст? И зачем такие вопросы? — Гарри пришёл в себя и перестал сжиматься, расправляя плечи. Принц посмотрел на него испытующе, заглядывая, кажется, в самую душу, усмехнулся тонко и ядовито, и резко отстранился, разворачиваясь к Поттеру спиной. Школьная мантия знакомо обмела ноги, словно жила своей жизнью, и Снейп… То есть, Принц, шагнул в коридор, пропадая без единого слова.       — Что за херня… — Гарри моргнул, потёр лицо, а потом вдруг сорвался с места. Собрание! Он уже почти опоздал!       На этот раз они собирались так же на четвёртом этаже, но в другом классе. Конспираторы, чтоб их.       Поттер накинул мантию-невидимку и восстановил дыхание. Дверь наверняка уже закрыли, но… Закрывали ли окно? Поттер зашёл в соседний класс и прошёл к окну, разглядывая облицовку и расстояние между окнами. Потрогал кладку. Холодный и скользкий камень. Ночью было холодно, замок покрылся коркой льда, и Поттер смачно, но шёпотом выругался. Подумал немного, и, вспомнил, что он так-то волшебник, а не каскадёр.       — Акцио, метла “Молния”, — Нет, ну мало ли, а то вдруг с неба реально молнию призовёт. Прошло несколько тревожных минут, прежде чем Гарри перехватил свою метлу, ткнувшуюся в ладонь как ласковая кошка. Поттер ей улыбнулся и запрыгнул, накладывая дезиллюминационное, подлетая к окну. Окна были наглухо закрыты и звук не просачивался за пределы купола тишины. Ну как можно было так прокосячиться? А всё Принц со своими дурацкими вопросами!       Помявшись у окна как неудачливый герой-любовник, на которого обиделась пассия, Поттер принялся думать, рассматривая несколько вариантов решения вопроса. Открыть окно и пробраться внутрь? Нет, с окна потянет холодом и все сразу повернутся в его сторону. И пара-тройка особенно бдительных точно на всякий случай кинет обнаруживающие. Выбить окно, якобы Гремучая Ива закинула в окно птицу? Нет, Ива же вообще в другой стороне. Сова влетела? Да ну, на замке мощные чары, да и почтовые совы не такие тупые. Понаблюдав за тем, как безмолвно Кормак о чём-то разглагольствует, размахивая руками, Гарри от безнадёги принялся внимательно разглядывать всех и всё внутри кабинета.       Буйнопомешанные бабуины были перевозбуждены и вот-вот грозились пойти бить гадов хоть сейчас. Это Гарри понял и без звука. Наблюдая это немое кино, Поттер поёрзал, дуя на коченеющие ладони. Тут пара остолопов, радостно пихая друг-друга в плечи, решила подойти ближе к спикеру, и Гарри заметил приоткрытую дверь в смежный кабинет. Радостно вскинув руки и тут же чертыхнувшись под нос: мантия закатилась, а дезиллюминационные скрывали хорошо, если не двигаться, он рванул в сторону соседнего кабинета. Простая Алохомора, и Гарри очутился внутри.       Это оказалось что-то вроде профессорской кладовки. Небольшое узкое помещение, заполненное стеллажами со свитками, перьями, высохшими бутылками чернил. Оставив метлу под подоконником, он хотел было рвануть в сторону двери, но вдруг остановился, развернулся, и, свесившись с подоконника, махнул палочкой, закрывая за собой окно кабинета, из которого он вылетел на метле. Удовлетворённо кивнув, Поттер и это окно закрыл тоже. Паранойя? Возможно. Но в деле слежки следовало быть осторожным и продуманным, уж это он за годы наблюдений за всеми подряд, уяснил. Любая мелочь может выдать с головой, а осторожные громилы ему не нужны.       Приоткрытая дверь манила своей доступностью. Гарри прокрался, наложил на петли заглушающее и тенью проскользнул внутрь, чуть не вляпавшись в кого-то перед ним. А-а-а, да что же такое-то! Почувствовав, видно, кожей, что что-то не так, парень с Когтеврана нахмурился, и развернулся, осматривая что это за его спиной. Заметил приоткрытую дверь и нахмурился сильнее. Он пошёл к ней и заглянул в подсобку, чем привлёк внимание стоявших рядом. Поттер взмок от волнения, тихонько пятясь к другому углу. Как хорошо, что он закрыл окно и спрятал метлу!!       Окинув взглядом кабинет и не заметив ничего необычного, плотно закрыл дверь, отвечая любопытным, что, видимо, сквозняк откуда-то подул.       Собрание, тем временем, подходило к финалу. Утихомирив грохочущее от стресса сердце, Гарри прислушался и смог выхватить самое важное.       — В общем, парни, я предлагаю так: Завтра, после занятия, давайте вплотную займёмся этими подонками. Часть из нас выйдет первая, вслед за Синистрой, к ним присоединяются все остальные с других курсов. Остальная часть задержит Слизерин наверху, а потом пропустим вперёд. А внизу зажмём их в клещи и перебьём по одному.       — Вот это дело!       — А если задержать не выйдет? — С сомнением протянул Гарри и переместился так, чтобы встать за другими спинами. Кормак вспыхнул раздражением, глядя на того, кто, в общем-то молчал на самом деле и теперь удивлённо выпучил глаза.       — Мы же уже это обсуждали! Уши надо мыть, я вам тут не болтрушайка! Значит, ловим их в коридоре! Всё! Чтобы ни у кого больше тупых вопросов не возникло: Завтра. После занятия. Объявляем охоту на слизней. План первый: зажать в клещи под Башней. План второй, если план первый не выдался: зажать в проходном коридоре. План третий: окружить перед Большим Залом. Последний – крайняя мера. Лучше всего будет перещёлкать их тихо.       Гарри весь похолодел, и дело совсем было не в том, что он по морозу полетал. Кормак звучал так, словно собирался убить всех слизеринцев шестого курса. После этих слов собрание завершилось и все разбрелись как и в прошлый раз, малыми группами и глупыми перебежками. Поттер вернулся в подсобку, едва передвигая ноги, и достал блокнот.       “Новости есть, но это не для переписки. Встречаемся в выручайке через 15 минут, просто подойдите и дверь появится, я буду ждать вас внутри,” — Написав это, он захлопнул блокнот, игнорируя нагревшуюся обложку, оповещающую о новом сообщении и, взяв метлу, решил выйти так же через окно. Во избежание нежелательных встреч. У него есть пятнадцать минут чтобы покидать проклятия в манекены, которые так любезно предоставляет Комната, когда Гарри в плохом настроении.

***

      — Гарри? — Тихо произнесла Гермиона заглядывая за дверь и проходя во внутрь. Поттер даже усмехнулся — подруга оправдала его надежды и пришла первая.       — Минуту! — прокричал он и погладив стену, вышел из смежного помещения с любопытством разглядывая исчезающую на глазах дверь дуэльного зала. Выглядело все так же занимательно, как и в первый раз.       В этот же момент он почувствовал как по нему пробегает несколько волн заклинаний, поправляя одежду, застегивая пуговицы на рубашке и в тщетной попытке придать его волосам аккуратность, заставляя его морщиться и жмуриться.       — Ну как, много манекенов пало? — С показным спокойствием уточнила она присаживаясь на мягкий диванчик около камина, призывно хлопая по месту рядом и рассматривая окружающую обстановку. Диванов было пять, они стояли полукругом у ярко горящего огромного камина, который также являлся единственным источником освещения, из-за чего в комнате было довольно сумрачно. Гарри присел рядом, стоически удерживая себя от желания залезть на диван с ногами и уткнуться носом в колени.       — Все так плохо?       — Все ожидаемо ужасно, просто из их уст это звучало хуже раз в двадцать… Такая злоба Мио, такая злоба и за что? Да, слизеринцы не святые, да у кого-то родители Пожиратели и кто-то действительно этим гордится, но блять, всех просто под одну гребенку? Жутко ощущается. Они их убить готовы, и это не просто фигура речи. Гермиона тяжело вздохнула и протянув руку к Гарри уложила его на свои колени, аккуратно поглаживая по голове. Парень закрыл глаза позволяя делать со своей головой всё что Гермионе угодно. Такая нехитрая ласка хорошо помогала, не хуже тренировок. Вот, Поттер уже почти и не чувствует боли, которая раскалённым кольцом мигрени охватила голову.       — Они получат свое наказание, дорогой, не беспокойся. Мы же именно для этого все это и делаем.       — Понимать понимаю, но принять происходящее как-то сложно. Они оба уставились на яркое полыхающее пламя, неустанно пожирающее свежие полена.       — Эм… мы вам тут не помешаем? — Раздалось насмешливое со стороны, но двое гриффиндорцев даже не шелохнулись рассаживаться по углам дивана, лишь Миона призывающе махнула рукой.       Лесли и Ноа удивленно переглянулись, но, промолчав, зашли внутрь, присаживаясь на соседний диван.       — Подождем всех?       — Лучше да. Тем более, все на походе, — ответила Грейнджер, держа блокнот в левой руке, а правой продолжая поглаживать застрявшего взглядом в языках пламени Поттера.       — Так это правда, что вы встречаетесь? — С любопытством спросила Лесли. Гермиона улыбнулась ей, не утверждая и не опровергая. Гарри же шевельнулся, словно его в ягодицу шилом ткнули, недовольно хмурясь.       — Нет, не правда.       — Ну что тебе стоило промолчать? У них же там тотализатор! — Укорила друга Гермиона, а Поттер ещё более недовольно нахмурился, садясь на диване. По улыбке Лесли было ясно, что это всё истинная правда.       — Задрали, честное слово. Никогда я не привыкну к этому. На что ещё стоят тотализаторы? Ну так, чтобы я тебе ставку не перешиб?       — Так я тебе уже говорила. Я вообще-то ставила на то, что ты гей, — Гарри выпучил глаза удивлённо.       — А она проницательная, — Хмыкнул Принц, и Гарри охренел ещё больше, отвечая обоим криком.       — В КАКОМ ЭТО СМЫСЛЕ??       — Поттер, чего вопишь? — Недовольно поморщился с порога Малфой, явившийся не последним, но и не первым. Чёртовы аристократы. Гарри едва поймал себя за язык, чтобы не пожаловаться Малфою на то, что Гарри за глаза пидором считает собственная подруга. Остановило его только то, что это, чёрт возьми, Малфой. Как-то так выходило, что без Уизли у них почти выравниваются отношения, и это тоже была почва для того, чтобы задуматься.       — Язык проглотил, что ли? — Недоумённо вскинул бровь, присаживаясь на диван с видом модели с обложки Ведьмополитена, — Ушибленный. То вопит так, что стёкла лопаются, то на поставленный вопрос не отвечает, — пожаловался он Панси, всплеснув руками. Кстати, а ладони у Малфоя тоже красивые, но у Принца лучше, не такие холёные…       Да что за херня вообще с ним творится? Может, сразу сдаться в Мунго? Момент на ответную колкость был упущен, поэтому Гарри просто тяжело и сокрушённо вздохнул, качая головой в глубоком разочаровании всеми сразу.       — Обсудим этот вопрос позже, хорошо? — Прозвучало шепотом над левым ухом. Гермиона, кажется, нащупала ещё одну травму Поттера, и это следовало вскрывать и лечить. Мерлин, может ей запросить ставку штатного психотерапевта рода Поттер-Блэк? Оплата книгами из библиотеки.       — О, этот разговор я точно не пропущу — прошелестело справа мягким баритоном Принца, и Гарри не подпрыгнул только чудом, краснея обоими ушами сразу..       — Итак. Они определились? Всё плохо?       — Это полный пиздец.       Гарри жестом подозвал к себе омут памяти.

      ***

      — Поттер… Ты серьёзно хотел лезть по парапету? Ты конченый? Ай, да что я спрашиваю! В этом нет ни грамма сомнений, — Макмиллиан растрепал себе волосы обеими руками.       — Знаешь, Гарри… А твоя паранойя бывает полезной, — Протянула Гермиона задумчиво.       — Может, вы перестанете обсуждать меня и начнёте обсуждать их долбаный план?! — Вспыхнул Поттер.       — Дай обстановку разрядить, мы все в ахуе, — услышав это, Малфоя в плечо локтём пихнула Панси, шипя не хуже василиска:       — Драко, язык! Мы в каком-никаком, а в обществе.       — Приличиями тут даже не пахнет, Панс.       — Это не повод опускаться до их уровня.       — Вы же в курсе, что мы здесь и вас слышим? — Скептически вскинул бровь Голдштейн.       — Экая оказия!       — Профессор Снейп что-нибудь сказал? — Вернулась к деловому настрою Герми, смотря на Малфоя. — Если учителей там не будет, это обернется полным кошмаром.       — Пока ничего, но сегодня я сообщу ему о месте действия, — на этом слове он пальцами показал кавычки, — И надеюсь получить в ответ хоть какие-то подробности.       — Мне как-то немножко боязно от того что успех этого плана по сути целиком и полностью зависит от профессора Снейпа. — Чуть неуверенно протянула Ханна, нервно теребя край юбки.       — Ну… выбор у нас не то чтобы был, а профессор, так сказать, кровно замешан в этом деле и, по сути, ему выгоден итог нашей… миссии.       — А ты откуда это знаешь, Поттер? — Малфой подозрительно прищурился, глядя на Поттера, и тот понял, что проболтался в очередной тайне, на этот раз, даже не своей. Он растрепал волосы, и решил использовать карту крёстного.       — Ни для кого не секрет, что Снейп и Сириус друг-друга на дух не выносили. Крёстный рассказывал об этом, да и… Профессор на еженедельных отработках меня засадил разбирать и от руки переписывать карточки с нарушениями и назначенными отработками. Мародёры часто в этом фигурировали. Ну, мой отец, Сириус, профессор Люпин и ублюдок Петтигрю. Так я и узнал о том, что происходило на самом деле. И, надо сказать, “шуточки” у гриффиндорской четвёрки были далеко не безобидными, — Гарри тем более выглядел разбитым, чем больше это рассказывал. Потом перевёл взгляд на Малфоя и тот аж вздрогнул от этого взгляда. Поттер обвёл глазами остальных в комнате.       — Как-то так. Подпорченная карма моего отца отыгралась на мне.       — Пф. Тоже мне волшебник, веришь в маггловские суеверия.       — Ну, для меня и магия была суеверием, так что чёрт вас волшебников пойми, где правда, где вымысел. Поэтому предпочитаю заранее считать, что магии подвластно всё, пока не доказано обратное.       — Ну, во времена Мерлина это было бы так, — Задумчиво протянула Лесли, постучав пальцами по подбородку, — В общем, какой у нас план, полководец?       — План прост. Слизеринцы под командованием Малфоя и Панси должны заманить их к крайней точке плана: на открытое пространство перед Большим Залом, это было бы идеально для нас. Я буду оказывать посильную поддержку на месте и создавать пространство для вашего манёвра. Ханна, Падма, мне нужно, чтобы вы собрали свидетелей. На случай, если профессора попробуют это замять, нужно создать резонанс. Журналистов приглашать не буду, но вместо журналиста у нас будет Колин, чтобы в случае чего разослать снимки в газеты. Гермиона, на вас с Луной написание статьи на такой случай. Можете пока тезисы накидать. Ноа, Лесли, пожалуйста, проследите, чтобы деканы точно прибыли куда нужно. Эрни, Энтони, Герми, Ханна, Падма, я прошу вас проследить, чтобы среди собранных свидетелей не было слишком уж горячих голов. Если надо – проклинайте, но аккуратно, главное, чтобы это не переросло в настоящую бойню.       — А не слишком ли много ты берёшь на себя, Поттер?       — Я буду под покровом невидимости, так что в этом хаосе никто не поймёт, что это я. Наша цель сейчас — сделать так, чтобы удался наш план, а не их, используя их идеи и поворачивая в нужную нам сторону, — Гарри был непрошибаем. Из лохматого смешного щенка он вдруг превратился в гончую, которая взяла след, и как-то сразу стало ясно, что слава героя – это действительно не всё. Лишних вопросов ни у кого больше не возникло.

***

      Северус задумчиво всматривался в языки пламени, обдумывая завтрашний вечер. Да уж, скажи ему кто пару лет назад что гриффиндурок Поттер буквально возглавит операцию по спасению “бедных” слизеринцев, и он бы не только покрутил пальцем у виска, но и предложил провериться в Мунго. На всякий случай. Но вот он здесь, второй час прокручивает в голове информацию, полученную от Драко и честно говоря молится лишь об одном: чтобы Волди не приспичило устроить собрание именно в это время. Он ясно понимал, что старосты навесили на него очень важную часть плана, и он, откровенно говоря, вовсе не был против отведённой ему роли. Осознание, что именно он принесет конец многолетней травле змеек приятно гладило его эго.       Посмотрев на часы и отставив так и нетронутый бокал в сторону, он накинул мантию и направился к выходу — навестить дорогих дам стоило в приличное время суток.

***

      — Северус? — Голос декана Спраут звучал удивлённо, но мягко. И если признаться самому себе, то где-то глубоко внутри ему было приятно общество этой мягкой волшебницы. Она была истинным воплощением талисмана своего факультета, и находиться рядом с этой женщиной было … приятно и тепло, наверное? Она навевала воспоминания о детстве, о тех немногих счастливых моментах с матерью что у него всё же были. Не удивительно, что её подопечные были от неё без ума. — Ну дорогой, что же ты стоишь на пороге, проходи. Или что-то случилось с учениками?       — И нет, и да Помона. Я бы хотел кое-что обсудить с тобой. Тобой и Поппи если быть точнее. Ты не против, если я ее позову?       Если женщина и удивилась, то не подала виду, лишь кивнула и отправилась на другой конец комнаты — открывать камин и искать припрятанный на случай подобных встреч шерри. Для преподавательского состава не было исключений в плане аппарации на территории школы, но были послабления такие как помощь домовых эльфов или вот такая странная каминная сеть, в основной своей массе зацикленная лишь территорией школы. На самом деле, насколько Северус помнил, доступ к каминам вне школы был доступен только из его и из директорского кабинета, а ещё, кажется, Флитвика.       Медиведьме потребовалось всего пара минут, чтобы прибыть к подруге, на бегу поправляя как обычно идеально опрятную причёску.       — Я думаю, вы обе прекрасно заметили, что настроение в школе заметно изменилось с начала этой недели, — Аккуратно начал он, и тут же был пойман в ловушку двух внимательных и обеспокоенных взглядов.       — Моргана! Северус если хотя бы тебе известно что-то о происходящем выкладывай немедленно! Последние дни были чистым безумием. Я, честно признаюсь, была на грани прихода в твою лабораторию дабы клянчить Веритасерум ибо добиться от детей, даже от моих(!) практически ничего не возможно. Кучкуются группками, шепчутся и разбегаются как докси, стоит только показаться рядом. Я уже чувствую себя абсолютно некомпетентной! — Помона всплеснула руками, приманивая чайные чашки, из которых они обычно и распивали напитки, куда как более крепкие.       — А я обратила внимание на странное затишье. Обычно же хоть пара-тройка ребятишек, но придет ко мне после драки или какой-то глупой каверзы, а тут третий день ни одного посетителя… Мне не нравится это затишье перед бурей Северус.       — Ну, про затишье перед бурей, Поппи, ты как никогда права. Мне удалось узнать что планируется… даже не знаю как сказать корректно… — Зельевар взял в руки палочку и постучал по горлышку немного пыльной бутылочки. Пробка из ней вылетела с задорным звуком. По гостиной разнёсся аромат настоящего британского шерри, что был крепче, насыщеннее и коварнее какого-то дрянного ирланского виски.       — Северус! — Возмущенно воскликнула Помона, не терпевшая словоблудия ни в каком виде. Северус сделал изящный пасс палочкой, и алкоголь разлился на равные порции, а пробка приладилась обратно на место, запирая дух настоящей британской истории виноделия.       — Травля? Засада? Идиотизм, одним словом. Кучка детей решила избавить сей мир от “грязной погани” в лице шестого курса моих змеек.       — Кучка?       — Практически весь шестой курс Гриффиндора. И к моему глубокому сожалению, там есть и залётные представители с других факультетов.       Руки мадам Спраут сжались так сильно, что фарфоровая чашка лопнула, но женщина будто и не заметила этого. Лишь Поппи, громко охнув, тут же начала профессионально быстро лечить чужие ладони, а Снейп в то же время убрал беспорядок и починил чашку, по новой наливая в неё алкоголь. Несмотря на шок, голос у Помоны Спраут, декана факультета Хаффлпафф, был твёрже стали, а глаза метали настоящие молнии, — Кто, Северус?       — Всех я не знаю, — Слукавил Снейп, который прекрасно рассмотрел каждого на этом вздорном собрании из воспоминаний Поттера, — Но этой проблемой озаботились старосты, и устроили как бы так сказать, чтобы не выругаться… ловлю на живца.       — Ты хочешь сказать, что они это намеренно?..       — Пустили слухи и спровоцировали эту группу? В какой-то мере, да. Они решили что контролируемый взрыв всяко лучше спонтанного.       — Они хоть понимают, что делают? Это же в любой момент может перерасти в настоящую катастрофу! — Недовольно вспыхнула Поппи, гневно потрясая рукой с зажатой в ней палочкой. Помона залпом опустошила чашку, и Северус счёл за лучшее не подливать ей сейчас ничего.       — Понимают. Поэтому отправили ко мне мистера Малфоя как источник информации, напрямую связанный с происходящим.       — Поправь меня, если ошибаюсь. В этом как-то замешан мистер Поттер?       — Естественно, — Северус позволил себе косую усмешку, которую спрятал в фарфоровой чашечке.       — Ну конечно! Где шум, гам и проблемы — там мистер Поттер. Катастрофа на тощих ножках, а не мальчик!       — Он же не среди тех, кто… — Помона сглотнула окончание фразы, не решаясь высказаться прямо.       — Он тот, кто организовал это всё.       — То есть он организатор травли? Как Джеймс?! — Помона схватилась за сердце.       — Эм, нет. Я не так высказался, — Снейп почесал крючковатый кончик своего носа немного неловко, но прояснил этот момент, звуча при этом максимально недовольно, — Он тот, кто обратил внимание на эту проблему и, к его чести, докопался до сути. Ну и этот самоубийственный план тоже придумал Поттер. Включая информирование меня, что удивительно.       — Мальчик сам решил сотрудничать с тобой, презрев ваши распри? — Эта новость, кажется убила мадам Спраут сильнее, чем предположение о том, что Гарри главный зачинщик травли. Она стала обмахиваться платком, глубоко дыша.       — Он просто понял, что мне в этой ситуации помочь ему будет выгоднее всего, — Снейп не стал уточнять того, что мальчишка как-то странно активно ищет его внимания в последнее время. И, что самое раздражающее, успешно находит. Мордред бы побрал проклятую поттеровскую удачу. Хотя это равнозначно может быть тем, что Северус просто себя накручивает и ищет совпадения там, где их нет.       — Голый расчет? Как-то это не по-гриффиндорски, — С сомнением покачала подуспокоившаяся Помона.       — Мистер Поттер, и просто понял? С мальчиком точно что-то происходит в последнее время, — Поппи скрестила руки на груди, постукивая пальцами по плечу, — Ладно, и что же мистеру Поттер опосредованно от нас нужно?       — Присутствие деканов вечером на месте событий в качестве свидетелей откровенно враждебных действий в отношении Слизерина. Это, кстати, около восьми вечера, после пар по Астрономии, прямо перед Большим Залом.       — И ты пришёл к нам, чтобы мы уговорили остальных, так как ты с ними не в лучших отношениях? Ох уж эти змеиные вихляния. Северус лишь криво улыбнулся и пожал плечами, не собираясь оправдываться. Зато честно, а это для змей тоже редкость…       — На счет Минервы я сильно сомневаюсь. Думаю, тут лучше без объяснения подробностей пригласить её туда для решения какого-то школьного вопроса, допустим испорченного школьниками гобелена?       — Наверное, ты прав, я подумаю над предлогом, не беспокойся. Значит завтра… Надеюсь, они действительно понимают что делают.       — Я тоже Поппи, я тоже.       — … Но я их поубиваю. Кажется, барсуки начали забывать об устоях факультета, — Помона похрустела пальцами многообещающе, и сама налила себе добавки без применения магии.       Северус понял, что быстро кабинет покинуть не удастся, но честно, говоря не особо и хотелось. Будем справедливы, антипохмельное у него просто замечательное.

***

      “Как-то мне боязно”, — появились крупные неровные буквы на открытой странице. Ханна всегда, когда волновалась, начинала писать крупнее, это Гарри быстро понял за эти пару дней. Как и то, что волновалась она почти постоянно.       “Смотри в коридор, а не в блокнот, Аббот”, — Тут же появился ответ. Панси, написавшая это, тоже явно была на взводе — буквы были резкие, хищные, а вокруг последнего слова были видны капельки разбрызгавшихся из-за сильного нажима чернил.       “Все помнят порядок действий?” — Это уже Гермиона, и тут не нужно анализировать почерк, Гарри и так знает что она на взводе.       “Грейнджер, мы уже повторили всё раз по десять! Даем прозвучать паре злых слов, нескольким проклятиям, отрезаем всех идиотов от змеек щитами и ждем преподов. Мы же не тупые”       “Я опасаюсь не вашей тупости, а чрезмерной инициативности некотрых гриффиндорских индивидов. Маклагген сегодня очень далек от образца спокойствия, умудрился за утро довести до истерики трех первокурсников и лишь одна из них девочка.”       “Заучка, успокойся, а. Мы же с вами все вместе ходили на ЗоТИ и прекрасно видели как этот увалень кидается заклинаниями. Неожиданностью там даже не пахнет, у него мозг подтормаживает на постоянной основе.”       “Я конечно рад всей вашей бурной переписке, но разве урок не закончится через три минуты?”       “Мордред! Всё, нам сказали собирать вещи! Готовность минута, конец связи”       “Малфой, ты что, знаешь, что такое маггловская рация?”       Но ответной реплики уже не было.       Гарри тихонько выдохнул, и, убрав блокнот в задний карман, аккуратно выглянул из-за угла, прислушиваясь. Пока-что звука шагов слышно не было, но счёт действительно шел на минуты. Он вновь задержал дыхание когда ещё одна часть гриффиндорской шайки прошла мимо него, и внутренне выматерился. В конкурсе “выбери худшее место” для засады он сегодня явно занимает первое место.       Вот мимо прошла преподавательница, и Поттер призраком скользнул к месту событий. Конфликт набирал обороты. Слизеринцам не удалось сходу прорваться к назначенной точке и они попали прямо в оцепление. Благо, что все были предупреждены. И пока сверху не спустилась вторая половина шайки, зажимая в клещи, Поттер поднял руку без палочки, которая на мгновение мелькнула из-под мантии-невидимки, давая сигнал Малфою и Панси приготовиться.       Гарри махнул палочкой, накладывая на группу слизеринцев мощные защитные чары, чтобы они могли сконцентрироваться на атаке, и старосты не подвели, сдвоенным заклинанием пробив ряды нападающих, сходу стартуя с места. Вслед за ними организованно, шаг в шаг двинулись остальные, подобно метеориту. Замыкающие прикрывали тыл щитами, те, что в середине отстреливались простыми заклинаниями, чтобы грифы не могли перейти в чистое наступление, а старосты, перешедшие в конец строя, дали ещё один залп по верёвочной лестнице, задерживая тех, кто ещё был наверху.       После чего слизеринская фаланга, больше похожая на клубок настоящих змей, рванула в подземелья по известной дороге. Едва успевший опомниться от этого шедеврального показного выступления Гарри припустил следом, вновь накидывая на себя слетевшее заглушающее и догоняя змей уже на другом этаже. После третьего змеи сбавили шаг, словно решили, что уже оторвались. Гарри же был абсолютно уверен, что Маклагген дышит им в спины, и новая стычка не заставила себя ждать.       Словно охотничьи псы, они загоняли слизеринцев, “кусая” из разных коридоров, чтобы те свернули в нужный им. Гарри выругался, потому что трусливые змеи и правда не решались на лобовое столкновение, сворачивая от кратчайшего пути. Поттеру снова пришлось вмешаться, чтобы пробить проход в крайний коридор, из которого ещё был шанс вывернуть к Большому Залу. Он встал так близко к слизеринцам, что Забини едва не врезался в него, а Гойл запнулся о его ногу, отшибив Гарри щиколотку и едва не налетев на Булстроуд всей тушей. Вопреки ожиданию Гарри, девушка не стала на него шипеть, а, напротив, подставила плечо и поддержала темп. Благо никто ничего не понял, иначе пришлось бы долго объясняться что к чему.       Погоня, кажется, действительно понемногу начала отключать мозги слизеринцам, потому что они искали кратчайший путь в подземелья, инстинктивно ища там защиты, вместо того, чтобы придерживаться плана. И уже Поттеру пришлось их направлять туда, куда нужно точечными заметными выстрелами. Старосте Гриффиндора очень хотелось заорать Драко в ухо, чтобы тот очнулся и взял себя в руки, но он мог только швырять в них очередями не самые мощные проклятия, целясь исключительно в выставленные щиты, создавая видимость очередного отряда Маклаггена.       Чувствуя себя последним злодеем, он тем не менее, придерживался плана, и в итоге и погоня, и преследователи оказались там, где было нужно тогда, когда это было нужно.       Гарри сполз на пол в какой-то нише, стягивая мантию и запихивая в сумку, с которой в последнее время не расставался. Сжимая в пальцах учебник Принца, он пытался перевести сбитое напрочь дыхание. Вспышки, переругивания и проклятия были слышны и видны даже отсюда. Отсчитав двадцать вдохов, Поттер вскочил на ноги, выбегая в коридор, где уже начали собираться зеваки. Деканов не было. Наглухо ушедшие в оборону слизеринцы откусывались пока только словесно, пятясь к лестнице подземелий. Это заметили и забияки, подбадривая друг-друга улюлюканьем, они пошвыривались проклятиями, чувствуя себя королями положения. Особенно широко ухмылялся Маклагген. Гарри почувствовал, как гнев его подхватил и он почти всё испортил, вмешиваясь в эту войну опять, но на помощь пришёл тот, от кого Поттер вообще не ожидал. На напряжённое плечо легла узкая бледная ладонь с узловатыми длинными пальцами. И Гарри замер. Он прекрасно знал эту руку. Принц?! Как?!       — Не стоит, мистер Поттер, мешать тем, кто так отчаянно хочет выкопать свои могилы поглубже, — Раздался глубокий голос позади над макушкой, на которой зашевелились волосы. Гарри всего пробрало мурашками, и он шокированно обернулся, не сбрасывая руку с плеча, которая враз охладила его пыл, встречаясь взглядом с чёрными глазами. Не Принц, Снейп! Гарри приоткрыл рот. Закрыл его. Кивнул. Как хорошо, что он промолчал.       — Как скажете, профессор, сэр, — Покладисто кивнул, сглотнув, отворачиваясь обратно к этому неприглядном зрелищу. Рядом сбросили дезиллюминационные деканы и некоторые преподаватели. Выражения лиц у них были разные, но шок и отвращение присутствовали у всех.       Снейп не убирал руку с плеча Гарри, и в какой-то миг Поттер осознал: его совсем не поддерживают, а не дают сбежать. Особенно, когда от малейшего напряжения плеч или движения, тонкие, но сильные пальцы сжимались на плече сильнее, словно когти хищной птицы. Поттер замер вообще недвижим, вынужденный наблюдать за делом рук своих, подрагивая от волнения и напряжения.       Конфликт тем временем перешёл в совсем уж безобразное зрелище, и за слизеринцев начали заступаться даже зрители, среди которых стояли деканы.       Первой не выдержала Минерва Макгонагалл. Едва увидев своих учеников и то, что они творят, она впала в ступор, словно её окаменил василиск, она, кажется, даже не дышала, не моргала и не могла отвести взгляд. А потом как-то беспомощно оглянулась на коллег, особенно долгий взгляд задерживая на непривычно молчаливом Северусе, который держал в руках не только себя, но и порывистого Поттера. Снейп поймал её взгляд, полный непривычной растерянности. Волевая Минерва не знала, что ей делать и как быть, как остановить это безобразие, и Снейп шагнул вперёд, махнув палочкой, прижимая к своему горлу. Мантия привычно всколыхнулась за его спиной и обмела Поттера.       — Ну что? — Ледяной голос казалось залился всем прямиком за шиворот, даже Гарри передернуло, а он знал, что это произойдет, даже ждал этого, да и вообще был на правильной стороне. Но всё равно как-то волнительно, — Кто-нибудь объяснит нам, что здесь происходит?       — Мне тоже очень хотелось бы знать. — Голос Минервы Макгонагалл буквально звенел от сдерживаемой ярости.       Вот теперь Гриффиндорцы окончательно поняли, что им крышка.       А вот Гарри не понял, что поразило его больше, установившаяся абсолютная тишина или запах, окативший его с ног до головы, исходящий от мантии профессора, запоздало достигший мозга. Он казался таким знакомым и родным, что Гарри сам не заметил, как сделал пару шагов следом, словно привязанный, под удивлённые взгляды профессоров и учеников, становясь рядом с, вроде как, своим самым ненавидимым учителем. Запах медленно разбивался на фрагменты. Лилия. Книга. Чернила. Мелисса. БЛЯДСТВО.       Мерлин всемогущий, как же он вляпался! Это что же получается? Его амортенция пахнет профессором?! ЭТИМ ПРОФЕССОРОМ? Почему? Сердце, ты че ебанулось??       За спиной раздались редкие хлопки, пропитанные сарказмом, а на второе плечо легла такая же, но бестелесная ладонь, и прямо в ухо пророкотал знакомый, но чуть более молодой голос, от которого пробрало не менее мощно, чем от старшей версии.       — Поздравляю с осознанием, Химера. Но не отвлекайся. У нас ещё будет время.       Ну всё. В принципе, можно помирать. Может, самостоятельно Воландеморту сдаться? А что, звучит как план. Всяко лучше, чем влюбиться в НЕГО. Декана Слизерина. Двойного шпиона. Человека, влюблённого в его МАТЬ. Гарри, Гарри. Не видать тебе мирной жизни как смерти Воландеморта.       Если это и правда карма за отцовские проступки, бля, батя, что же ты такого натворил?!       — … Мистер Поттер, у вас тоже есть, что сказать? — Будоражащий голос патокой влился в уши, и уж теперь-то Гарри понял, почему он ведёт себя как кролик перед удавом рядом с этим человеком. Ну, может, потому что он совсем не против быть съеденным?       Собрав остатки мозгов в кучку, он перехватил руку профессора, прижимая его палочку к своему горлу, пытаясь вспомнить всё, что говорили профессора до этого момента. Но нет, белый шум. Поэтому он решил делать то, что умел лучше всего – импровизировать.       — Межфакультетские распри ведутся от основания Хогвартса. То, что закладывалось как способ поддержать стремление к росту с течением веков превратилось в ярлыки и оружие уничтожения самооценки. Хаффлпафф? Безвольные тюфяки. Рейвенкло? Надменные умники. Гриффиндорцы? Безголовые придурки. Слизерин? Скользкие гады. Эти ярлыки обрастают подробностями, впиваются в личность. Но наш факультет не определяет нас! Я должен был попасть на Слизерин! Шляпа собиралась меня отправить на факультет змей! — Палочка выпала из рук профессора, и Гарри даже не заметив этого, перехватил её, вдохновенно продолжая речь, — Но я выбрал Гриффиндор. И сколько таких среди нас? Выбравших какой-то факультет, основываясь на ярлыках. Но они не определяют вашу личность. И уж точно не оправдывают ваши преступления. Добро? Зло? Что за бред! Мы – школьники. Наша задача – расти, находить друзей, думать о будущем, мечтать, а не тащить разборки взрослых в своё детство! Я всё сказал, — Гарри отдал профессору Снейпу палочку, и только сейчас перевёл взгляд на него. Осознание того, что он тут только что наговорил и натворил заставило его пристыженно залиться краской целиком, становясь краснее своего галстука. Профессор выглядел спокойным. Слишком спокойным, чтобы это не было действием зелья, но как он его пил никто не видел. Возможно, потому что он просто раздавил в пальцах пробирку, чтобы зелье поступило прямо в кровь и избавился от следов, едва его палочка снова оказалась в его руках.       — Я знала, Поттер!! — Взвизгнула Панси на весь холл, и тут же поймала упавшего в обморок Малфоя, который только что проиграл по меньшей мере пятьсот галеонов.       Начавший балаган довольно быстро свернули, а нападавших, словно настоящих преступников обездвижили и отобрали палочки. Просто дисциплинарным взысканием здесь точно но обойдётся. Всех старост тоже не стали отпускать, и Гарри не знал, куда ему деваться от взгляда Гермионы и Драко, и от смеха Принца, который был искренне позабавлен этой ситуацией.       — Змеиный хвост под кошачьей тушкой не утаишь, Химера       “Ну хоть ты помолчиии!”       — Никогда.       Разбирательство затянулось за очередной отлучкой директора Хогвартса. Никто не знал, где гулял профессор Дамблдор, когда он был нужнее всего, но Гарри это вообще не удивило. Он просто сидел и переваривал ту гору событий и ощущений, что на него свалились, отсыхая тихонько в уголке.       — Каминг аут за каминг аутом, Гарри. Ты бы хоть иногда думал, что ты говоришь. Это же не правда, про Шляпу? — Прошептала Гермиона, тряся Поттера за плечо.       — Я не вру. После распределения я снова надевал её, и ответ её был неизменен. “Вам было бы лучше на Слизерине, мистер Поттер”. Думаю, и в третий раз ничего не изменится, и плевать, что я меч Гриффиндора из неё достать сумел.       — Я благодарен вам, мистер Поттер, за решение не идти на Слизерин, — Неожиданно с чувством сказал профессор Снейп, и Поттер снова мучительно покраснел, уже не скрываясь пряча лицо в ладонях от стыда. Имеет право, в конце-концов!       Счастье, что бабуины были все под Силенцио. Их разделили по факультетом и над каждым зорко стоял преподаватель, удерживая сковывающие чары и периодически обновляя проклятие онемения, чтобы избежать ненужной брани и гвалта. Но взгляды шестикурсников были красноречивее любых слов и все они сверлили Гарри как множество маленьких кротов. М, опять бойкот и Гарри-предатель? Придумали бы что-то новое.       Директор появился только через часа два. Весьма мучительных для Поттера, которого не ткнул только ленивый. И потом было не лучше. Директор снова начал заводить свою любимую шарманку про прощение и второй шанс, про то, что мальчики просто оступились.       Уже понимая к чему всё идёт, Поттер решил не скрывать свою новооткрывшуюся свету слизеринскую черту и ввернул про привлечение журналистов и общественности. А про то, что за каждую ошибку необходимо расплачиваться, и что прощение должно быть даровано лишь раскаявшимся за него прекрасно сказала Минерва Макгонагалл. Директор посмотрел на Гарри глубоко разочарованным взглядом, качая головой, даже не глядя на свою заместительницу, которая и допустила этот бардак на своём факультете, и уже открыл рот, чтоб укорить отбившегося от рук Избранного.       Именно этот момент выбрал Лорд Паркинсон, чтобы пафосно появиться в дверях директорского кабинета с аврорами за плечами.       — Мистер Паркинсон? Как вы…?       — Надеюсь мы не помешали этой в высшей степени занимательной беседе. — Мужчина “ласково” улыбнулся, и Гарри тут же понял откуда у Панси в репертуаре такая мерзкая ухмылочка. Наследственное. — Моя милая дочь изрядно напугала меня письмом о сегодняшнем происшествии, и как член Совета Попечителей, я не мог проигнорировать творящийся в стенах школы произвол. Надеюсь вы будете не против, если я, в компании наших бравых стражей правопорядка поприсутствую при допро… — Тут мужчина будто споткнулся на полуслове и кашлянул в кулак, абсолютно наигранно пытаясь скрыть смешок, — Я имею ввиду, разговоре с провинившимися студентами. К слову, совсем забыл, вот, прошу, — Он протянул директору конверт явно официального вида, — Это разрешение на допрос с Веритасерумом, естественно исключительно совершеннолетних учеников, — добавил он, увидев как вскинулся директор, пытаясь поймать его на ошибке, — мы же хотим узнать что же действительно сегодня произошло?       Гарри мысленно подвел черту. Если Малфои были хитрыми и изворотливыми, то Паркинсоны были ими в квадрате. Как минимум потому что с таким главой до сих пор удерживали жесткий нейтралитет.       Опрашивали всех участников, начали с самих нападавших, вызвали даже Рона, который, к своему счастью, не участвовал в охоте на слизней, хотя и пытался врубиться из зрительского ряда. Потом принялись за старост. Гарри опросили первым, задавая вопросы, тем не менее, весьма уважительно, и он выложил всё, что знал, разложив по фактам, по пунктам, не скрывая ничего особо, и его честность была потом подтверждена теми старостами, кто достиг совершеннолетия и давал показания под Веритасерумом. Гермионой в том числе. Разве что про мантию умолчал и про Выручай-Комнату ни слова не сказал, как и каждый староста. Да их и не спрашивали про это. Блокноты пришлось тоже показать. Там были вещественные доказательства, авроры сняли с него копию, убедившись, что в каждом из них одинаковое содержание.       Под конец опросили педагогов. Разбирательство закончилось только под утро, и усталые старосты и профессора разбрелись по спальням. Буйных бабуинов же расселили в казематах Хогвартса, спешно очищенных довольным как тридцать книззлов, стащивших каждый по крынке сметаны Филчем.              Гарри это уже совсем не волновало. Он доплёлся до своей комнаты и вырубился из жизни на целые сутки сном истинного праведника.