Бессовет

В преддверии самого ужасного дня в году Главсобес созвал бессовет. В мраморный зал, освещённый тревожным багряным светом адских бра, явились всевозможные бесы всех форм, размеров и расцветок. И роду деятельности разнообразнейшего. Воздух гудел от приглушённого гомона, шелеста крыльев и позвякивания цепей. - Уважаемые бесы, - голос Главсобеса, прорвавшийся сквозь шум, заставил собравшихся поёжиться, - сразу к делу: скоро мы устроим вечеринку. А потому слово берёт Балбес, как лучший организатор балов и вечеринок. Балбес, щегольски одетый во фрак с иголочки, вышел к трибуне, нервно поправляя пенсне. На ходу он сгреб со стола массивный свиток и решительно кашлянул в лапу. - И по какой причине вечеринка? - осведомился из толпы собравшихся бес Причинный, протискиваясь вперёд и чуть не сбив с ног пару мелких бесенят. Не отвечая, Балбес взметнул лапу, и перед ним в воздухе возник полупрозрачный календарь событий. Он раздражённо пролистал несколько страниц, от которых посыпались искры. - Хеллоуин, - лаконично и с некоторой усталостью ответил он. Собравшаяся нечисть шумно заволновалась. По залу прокатилась волна возбуждённого шипения, хихиканья и повизгивания. - Радостно, радостно, радостно! - орал бес Радостный, подпрыгивая на месте и хлопая в ладоши, от которых разлетались радужные брызги. - Грядёт безбрежное веселье! - ликовал бес Брежный, размахивая лапами, как будто плыл. - О-ох, снова перемены… - простонал бес Перемен, безнадёжно поникая и чуть не растворяясь в воздухе. - Покойно, товарищи, - ненадолго завладел главным микрофоном бес Покойный, с трудом отлепившись от стула. Его голос был глухим, как стук земли о крышку гроба. - Хеллоуин, несомненно, всесторонне заслуживает внимания, и давайте позволим Балбесу распределить роли. - Начнём-с… - Балбес поправил пенсне, и развязал тесёмки свитка. Толпа почтительно расступилась, с любопытством и страхом наблюдая, как распустившийся километровый моток с громким шелестом размотался с трибуны вглубь зала, задевая за копыта и хвосты не успевающих убраться с пути. - Бес Местный, где будет проходить нынешнее мероприятие? Подыщи место. Список условий держи отдельно вот. - Балбес оторвал от свитка клочок пергамента и протянул его. - Найду, - буркнул Местный, хватая листок и тут же начав прикидывать что-то на старой потрёпанной карте, которая появилась у него в лапах. - Бес Дорожный, организуй подъездные пути и указатели. Чтоб гости не плутали три дня по болоту, а сразу выходили на шабаш. - Указал - значит, дорога есть, - пообещал Дорожный, доставая папку с бирюзовыми стрелками «Сюда» и алыми «Отсюда». - Бес Отходный, ты в паре с Дорожным. Продумай, как гости будут отходить и расходиться. Ведь утром у всех будет похмельная голова размером с это здание. - Отходы цивилизации - моя специализация, - мрачно пошутил Отходный, уже расставляя в углах стратегические вёдра. - Бес Колёсный, вся катящаяся техника - на тебе! От тележек с угощениями до катафалков. Чтоб скрипело, гремело, тарахтело, но катилось! - С колёсами хоть на край света и тьмы! - прорычал Колёсный, и его собственные колеса завертелись, а из карманов посыпались гайки, болты и шарикоподшипники. - Ни одна ось не отсохнет! Ни одной осечки! Разве что парочку по плану… для антуража. - Бес Экипажный! - Балбес кивнул бесу в ливрее цвета ночного неба, стоявшему у кареты, запряжённой тенями лошадей. - Твоя задача - логистика высшего уровня. Ты отвечаешь за первые и последние впечатления, за транспорт и символику прибытия. Прибытие к нам должно быть незабываемым зрелищем. Равно как и отъезд. - Путешествие - это не перемещение. Это - преображение, - Экипажный откинул подножку кареты, и та застонала, как голоса забытых предков. - Мои экипажи не ездят. Они являются. Гость садится в карету-гроб - и начинает вспоминать свои прошлые смерти. Входит в катафалк - и учится прощаться с самим собой. Я перевожу души через пороги их страхов. Он распахнул дверцу, и изнутри пахнуло ладаном и одиночеством. - Ваше путешествие началось ещё до того, как вы родились. - Бес Оружный, организуешь досмотр на входе. Осиновые колья, святую воду, серебряные кресты и прочую запрещёнку изымать безоговорочно. Хоть клещами. - Так точно! - рявкнул Оружный, отчеканив сапогом об пол так, что полыхнуло синим пламенем. Он тут же принялся натачивать о каменный подоконник свои стальные когти. - Бес Крылый! - Балбес перевел взгляд на него. Тот сидел на высокой колонне, сложив мощные крылья за спиной, и с некоторым превосходством поглядывал на всех, кто внизу. - Ты - наш курьер-ас. Скорейшая доставка через пол-Ада - задача для твоих крыльев. - С высоты птичьего полёта любая проблема кажется мелочью, - с лёгкой надменностью произнёс Крылый, лениво проводя когтем по ребру крыла. - Доставлю что угодно, куда угодно и когда угодно. Пока другие будут пробираться через коридоры, я уже буду на месте. Главное - чтобы груз помещался в заплечный мешок. Он гордо расправил крылья, от чего по залу пронёсся порыв ветра, сорвавший с трибуны у Балбеса несколько бумаг. - Бес Крышный! - Балбес указал на беса, неподвижно сидевшего на карнизе под потолком и смотрящего вниз с невозмутимым спокойствием. - Ты - верхний уровень контроля. Следи, чтобы с крыши не упало ничего лишнего. Кроме тех случаев, когда падение кирпича или горшка с адским плющом станет идеальным акцентом. - С высоты всё иначе... - медленно произнёс Крышный, не меняя позы. - Я вижу узор. Бес Вредный суетится в углу, Бес Платный строит финансовые пирамиды из пыли... А я просто жду. Иногда достаточно уронить одну черепицу, чтобы гость понял: небо здесь не дружелюбно. Иногда... нужно уронить саму луну. Но это только по особому распоряжению. - Бес Башенный! - Балбес возвёл взор к самому своду зала, где тот, недвижимый и величественный, возвышался подобно готической колонне, взирая на суету внизу с холодным безразличием. - Когда все бесы носятся в панике, ты - наш столп спокойствия и порядкости! Ты не участвуешь в беготне, ты - её неизменный ориентир! Следи, чтобы карта Ада не плавала, чтобы вертикаль власти была абсолютно прямой, а любая попытка нарушить субординацию разбивалась о твоё каменное спокойствие! - Порядок. Есть порядок, - раздался его низкий, гулкий голос, от которого замерли пылинки в лунном луче, пробивавшемся сквозь витраж. - Суета - удел малых. Я же напоминаю им, что есть вещи выше их скорости. Уставы. Иерархия. Неизменность. Пусть носятся. Я - остаюсь. Он медленно перевел взгляд с одного конца зала на другой, и бес Престанный, пробегая мимо, инстинктивно выпрямил спину и сбавил скорость. - Бес Срочный! - Балбес лишь кивнул в его сторону. Тот уже метался по залу, туша три возгорания и подписывая пять документов одновременно. - Все выходят сроки! - выдохнул Срочный, на бегу вручая Балбесу акты о списании пятерых грешников и только что созданный план экстренной эвакуации на случай, если Главсобес чихнёт. - Время не ждёт! Дедлайны горят! Я уже опоздал на три минуты назад! Всё должно было быть готово ещё до совещания! Мне бы двоих клонов и вчерашний день! С дымящимся свитком в лапах и кипой незавершённых дел подмышкой, он зубами смахнул со стола беса Платного связку камней душ и, не считая, умчался решать следующую проблему, оставив за собой шлейф из брызг адреналина и звона натянутых нервов. - Бес Воздушный! - едва Балбес произнёс это, как тот материализовался прямо в воздухе под потолком, лёгкий и невесомый. - Ты отвечаешь за воздушные трафики и атмосферные явления внутри помещений. Организуй коридоры для различных летающих существ, для полётов ведьм на мётлах, обеспечь безупречную работу вентиляции, которая доносит нужные запахи в нужные зоны. И ради всего адского, проследи, чтобы летающие гости не сталкивались с люстрами и друг с другом! - Воздух - моя стихия! - пропел Воздушный, кувыркаясь в струе пыльного света от прожектора. - Я расчерчу невидимые магистрали! Устрою идеальные сквозняки, которые будут трепать занавески с максимальным драматизмом! И ни одна летучая мышь не запутается в паутине беса Страшного… если только она сама этого не захочет, конечно. - Бес Связный! - Балбес жестом подозвал беса, от которого тянулись невидимые нити ко всем присутствующим, а в глазах мерцали отражения бесчисленных диалогов. - Твоя задача - смысловые связи. Чтобы приказ Главсобеса не терялся в пути, чтобы шутка беса Шуточного находила отклик, чтобы гость понимал - его страх не случайность, а часть общего замысла. - Всё взаимосвязано. Даже то, что кажется случайным, - произнёс Связный, и его голос звучал как эхо из всех углов зала одновременно. -Я плету паутину между событиями. Вот гость споткнулся о порог - и это отзовётся в его снах через год. Вот Бес Вредный подсыпал сахар в рыбный суп - и это станет причиной прозрения Беса Смысленного. Моя работа - делать хаос... осмысленным. Он провёл лапой по воздуху, и на мгновение все присутствующие увидели тонкие серебряные нити, связывающие их друг с другом. - Разорвите одну - и последствия дойдут до самых основ. Попробуйте. - Благодарю за предложение, но рисковать не стану, - усмехнулся Балбес, возвращаясь к свитку. - Бес Счётный, берись за счёты и считай абсолютно всё. - В этой фразе девять слов, пятьдесят четыре знака. Фраза двенадцатая по счету из вероятных шестисот ш… - Счётный энергично защёлкал костяшками счёт, и его глаза быстро-быстро забегали из стороны в сторону. - Бес Путный! - Балбес отыскал его имя в строчках, когда тот пытался навести порядок в собственных вихрах. - Ты - по связям с общественностью смертных. Объясни им, что наше мероприятие - дело путное, традиционное и совершенно безопасное. Ну, почти. Развей их сомнения, направь на путь истинный… то есть, на нашу Тропу Опустевших Надежд. - Донесу в доступной форме, - кивнул Путный, уже доставая из портфеля папку с пресс-релизами, озаглавленными «Бес Платный гарантирует: дёшево и сердито, но с душой!». - Всё будет разложено по полочкам, структурировано и подано с убедительной аргументацией. Никакого лишнего шума, только факты. Рядом бес Вредный ехидно фыркнул, но Путный лишь с достоинством поправил галстук-бабочку. Его задача была ясна: быть оазисом логики и здравого смысла в предстоящем информационном хаосе. - Бес Контактный! - Балбес откашлялся, заметив, как тот настойчиво пытается пожать лапу бесу Покойному, который явно этого не желал. - Ты будешь работать в паре с Путным. Отвечаешь за обратную связь. Собирай мнения гостей, их впечатления, жалобы и восторги. И не позволяй им разорвать с нами отношения. - Установлю контакты со всеми! - воскликнул Контактный, сияя неестественно белоснежной улыбкой и сунув в лапу ошарашенного беса Счётного свою визитку. - Ни один гость не уйдёт без моей визитки! И я обязательно буду следить за ними в соцсетях! - Бес Рассудный! Ты - голос разума. Убеждай гостей, что бояться тут нечего, что всё понарошку. Но не слишком убедительно, а то они расслабятся совсем! - С точки зрения здравого смысла… - начал Рассудный, но его тут же затоптали танцующие бесенята. - Бес Билетный! Твоя задача - все билеты, пропуска и пригласительные. Чтоб ни один посторонний не проник, но и ни один оплативший не остался за дверью. Организуй кассы и турникеты. - Билетик - ключ к веселью! - провозгласил Билетный, с феноменальной ловкостью доставая из ниоткуда веер разноцветных бумажек. - Электронные, бумажные, невидимые - у меня есть вариант для каждого кошелька и каждого уровня греховности! - Бес Условный, разработай правила поведения. Условия въезда, выезда, пользования котлом и прочее. Мелким шрифтом, чтоб никто не читал. - Есть условия, - сказал Условный, и тут же из-под его пера поползла бесконечная лента пунктов и подпунктов, написанных семиуровневой тайнописью. - Бес Оговорочный! Составишь все документы. И в каждый договор, в каждое правило впишешь мелкий шрифт с оговорками. «Цена может внезапно вырасти», «Бес Вредный не несёт ответственности за испорченное настроение». - С одной оговоркой… - начал Оговорочный, но Балбес пресёк его грозным взглядом. - Бес Грамотный! Проверишь все тексты: объявления, меню, правила. Ни одной ошибки! Наше бесовское достоинство не позволит нам позориться с «и чё» и «йожыком». - Запятые расставлю… как капканы - пообещал Грамотный, доставая увесистый справочник Розенталя, изданный в Аду. - Бес Рогий! - Балбес скосил глаза на особо длинные рога - казалось, росли они прямо от пола. - Ты отвечаешь за парадную атрибутику. Проследи, чтобы все рогатые участники и гости были с начищенными, острыми и гордо поднятыми рогами. Никаких потускнений и сколов! - Будет сделано! - прогремел Рогий, с такой силой потянув наждачной тканью свой собственный витой левый рог, что его голова отклонилась на тридцать градусов. - Блеск ослепит смертных! - Бес Хвостый! Ты за всеми хвостами. Чтоб ни один хвост не волочился по грязи, не был облезлым и двигался изящно и угрожающе. От кончика до основания! - Хвост - наше всё! - цокая копытцем, отрапортовал Хвостый, и его собственный стреловидный хвост выписал в воздухе восьмёрку. - Ни один не будет поджат! - Бес Форменный! Отвечаешь за форму. За униформу обслуживающих бестий, за соответствие нарядов гостей тематике. И чтоб всё было форменно, то есть, правильно. - По форме! - щёлкнул каблуками Форменный. - Бес Глазый! Твоя зона ответственности - взгляды. Чтоб у всех присутствующих бесов глаза горели правильным адским огнём, пронзительным и пугающим. Никаких сонных, уставших или, не дай Главсобес, добрых взглядов! Следи за блеском и выразительностью. - Все взоры будут устремлены в нужную сторону! - пообещал Глазый, и его сотни глаз, покрывавшие тело, разом сверкнули малиновым светом, на мгновение шокировав ближайших бесов. - Бес Порядочный, следи за соблюдением субординации и дресс-кода. Хвосты причесаны, рога начищены, костюмы с иголочки. Мы же не какая-нибудь шайка троллей. - Воспитание - прежде всего, - отчеканил Порядочный, с осуждением глядя на расстёгнутую пуговицу на жилете беса Грузного. - Бес Понтовый! - Балбес с раздражением заметил, как тот эффектно позирует у колонны. - Отвечаешь за помпезность и размах. Чтобы наши тыквы были самыми пузатыми и огненными, а паутина - самой серебристой. Чтоб гости с порога понимали: тут не скупятся на ужасе! - Шик, блеск, красота! - с придыханием провозгласил Понтовый, сбрасывая с плеч мантию из чистой тьмы. - Никакой экономии на гламуре! Мои паутины будут отливать жемчугом, а мои призраки - носить только дизайнерские саваны от кутюр! Он щёлкнул пальцами, и простой светильник с гирляндой из кишок тут же превратился в хрустальную люстру, зловеще позванивающую костями. - Бес Тиарий! Ты - наш главный по церемониальным регалиям. Следи, чтобы у всей нечисти короны, венцы и тиары были начищены, надеты правильно и внушали смертным священный трепет. - Осанна во вышних... тьме! - пропел Тиарий, грациозно поправляя собственную тиару из застывшего мрака и лжи. - Каждый житель ада должен выглядеть на миллион грехов. Я обеспечу им нужный лоск! - Бес Численный! Работаешь с бесом Счётным. Считай всё: гостей, шаги, вздохи, тыквы. Предоставишь полную статистику. - В числах! - коротко сказал Численный, и в воздухе перед ним замерцали светящиеся цифры. - Бес Ящий! - Балбес вздрогнул, увидев, как тот методично выводит из себя беса Счётного, монотонно шепча ему на ухо: «Семьсот тридцать четыре... семьсот тридцать четыре с половиной...» - Твоя задача - выводить из равновесия. Не грубо, не вредно, а утонченно и направленно. Чтобы гости временами чувствовали лёгкое раздражение, а бесы - лёгкое желание задушить друг друга. - А что, разве я что-то делаю? - невинно спросил Ящий, попутно переставляя тыквы так, чтобы одна всегда была чуть кривее других. - Я просто задаю вопросы. Например, почему у беса Понтового на правом рогу царапина? Или где логика в том, чтобы платить за воздух, если он... уже тут? Он сладко улыбнулся, и у половины зала задергалися глаза. Его работа шла безупречно. Балбес вновь взялся за свиток. - Бес Престанный! - Балбес повысил голос, чтобы перекрыть нарастающий гам, но тот уже был тут как тут, будто никогда и не отлучался. - Будешь обходить все зоны, проверять всех бесов, докладывать о малейших сбоях. - Так и есть! Без остановки! Без передышки! - затараторил Престанный, его речь лилась единым неумолчным потоком, а сам он уже метнулся к бесу Платному, тут же к бесу Страшному, затем к гирляндам, попутно поправляя криво висящую табличку. - Ничто не укроется! Никто не отдохнёт! Всё под контролем! Всегда! Постоянно! Беспрестанно! - Бес Страшный, займёшься антуражем. У нас хеллоуин, атмосфера должна пугать прямо с порога. Это всё по твоей части. - Ах-ха, займусь, - предвкушающе осклабился Страшный, потирая длинные костлявые пальцы. Из его кармана тут же высунулась голова жуткой куклы, зловеще вращая стеклянными глазами. - Бес Грешный, подсобишь Страшному в создании антуража. Расставь символы греха и порока… Ну, там, пустые кошельки, несделанные уроки, скрины неотправленных сообщений. - С удовольствием, чего уж греха таить, - просипел Грешный, с наслаждением потянув носом воздух, пахнущий обещанием новых прегрешений, и раскладывая по столам кипы невыполненных обещаний. - Бес Божный, а ты проследи, чтобы антураж от Грешного был чисто символическим и не задевал чувства верующих. В конце концов, мы бесы культурные. - Божья тварь, божья воля… то есть, что? А, следить… Ну, ладно, - растерянно пробормотал Божный, нервно поправляя тусклый нимб, зацепившийся за рог. - Бес Образный, ты за визуалом и метафорами. Чтоб каждая тыква смотрелась как пылающая голова, а паутина на стульях навевала мысли о скоротечности жизни. Без пошлости! - Так точно! - гаркнул Образный, тут же приняв позу «Мыслителя» с тыквой вместо головы. - Бес Лунный! - Балбес подозрительно посмотрел на беса, который, уставившись в окно, что-то бубнил про «серебристый серп тоски». - Отвечаешь за ночное освещение! Чтоб было мистически-приглушённо, но не темно, а то гости поотбивают о корни и пороги пальцы. Используй отражённый свет, лунные дорожки и прочую романтическую ересь. - Как ночной цветок раскроется сияние… - прошептал Лунный, и бледное свечение окутало его фигуру. - Бес Звёздный! Тебе - небесная канва над местом торжества и подступах к нему. - Зажгу свет в конце тоннеля... и погашу его. - мрачно пообещал Звёздный, и его глаза вспыхнули холодным светом далёких, мёртвых светил. - Закрою все настоящие звёзды. Создам свои - тревожные, мерцающие с неправильной частотой, складывающиеся в зловещие созвездия, как «Сеть Паука» или «Гордыня». Мои звёзды будут предвещать не удачу, а неотвратимость расплаты. - Бес Просветный! - Балбес щурился, разыскивая его в зале, и в итоге нашёл там, где тот, устремив взгляд в потолок, вёл тихую беседу с призраком заточённой в люстре лампочки. - Отвечаешь за освещение! Но не просто за свет, а за его глубину и смысл. Создай просветление через тьму! - Озарю всё сущее… в нужном ракурсе, - меланхолично и обречённо ответил Просветный, не меняя позы. Его пальцы сделали в воздухе сложный пасс, и тень от канделябра вдруг легла на пол в виде идеальной диаграммы экзистенциальной тоски. - Чтоб лунные дорожки беса Лунного не лежали, а вели к чему-то важному. Чтоб отсветы от адской жаровни беса Печного не просто пугали, а наводили на мысль о бренности бытия. Свет должен не просто падать… он должен вопрошать. Заставлять душу содрогаться от внезапного прозрения… обычно, о её же ничтожестве. Он тяжко вздохнул, словно груз вселенского смысла давил ему на плечи. - Я создам такие тени, что гости увидят в них все свои упущенные возможности. И такие проблески света, что они поймут - им всё равно не суждено было ими воспользоваться. Это будет… просветляюще. Балбес почувствовал, как у него непроизвольно подёргивается ухо. Он посмотрел на Главсобеса, но тот, казалось, был доволен. Ещё один винтик в механизме адского праздника был на своём месте. Теперь вечеринка угрожала стать не только страшной и весёлой, но и до абсурда философской. - Бес Облачный, ты нагони туману всякого в подходящих местах, чтоб гостям интересно было плутать, ну и плутовать тоже. - Угу-сь, накумарю, - буркнул Облачный, из карманов которого тут же повалил густой молочно-белый туман, быстро скрывший его из виду. - Бес Ногий, следи, чтоб гости в тумане не переломали ноги. По мере возможности. - Будем постараться, - прозвучал голос из уже почти непроглядной пелены тумана, где тут же раздался глухой удар и сдержанное ругательство. - Бес Следный! Задание тоже туманное: чтобы в тумане гости не теряли след и не пропадали бесследно. И чтобы за ними не тянулись грязные следы. - След в след! - отрапортовал Следный, тут же начав мыть пол за прошедшим бесом Грузным. - Бесы Домный и Дымный - вы за атмосферу помещений. Чтоб стены «дышали» историей грехов, а в воздухе витала лёгкая дымка тайн. Дымный, наведи дымку умащения, а ты, Домный, следи, чтоб она не рассеивалась зря. - Домно будет! - проскрипел Домный, потирая лапы о потёртые стены. - Штукатурка зашепчет признания, паркет застонет под ногами. - Дымно-дымно... - пропел Дымный, уже растворяясь в лёгкой дымчато-фиолетовой мгле. - Бес Плотный, отвечаешь за физическое воплощение! Чтоб тени были весомыми, а туман - ощутимым. Никаких провалов сквозь стены! - Сгущу до невозможности! - бухнул Плотный, и воздух вокруг него стал вязким, как кисель. - Мои туманы можно резать ножом, а тени - вешать на гвозди! - Бесы Волосый и Шерстный - вы за тактильные ощущения. Чтоб волосы липли как надо, а шерсть в углу вызывала дрожь. Без комков! - Волос к волосу! - воскликнул Волосый, и его шевелюра мгновенно сплелась с ближайшим гобеленом. - Шерсть - моя суть! - проворчал Шерстный, с гордостью поглаживая собственную мохнатую грудь. - Бес Носый! Ты отвечаешь за обонятельную атмосферу. Чтобы с порога гостей встречал правильный букет: запах жжёной серы, влажного камня, гниющих тыкв и мимолётной надежды. Никаких ароматов свежей выпечки, как в прошлый раз! - Чую, чую направление! - радостно прохрипел Носый, его невероятных размеров морщинистый нос задрожал, втягивая воздух. - Так, тут кто-то недавно испугался… Прекрасный аромат! Усилю! - Бес Глючный, от тебя - сбои восприятия. Чтоб гости на миг видели двойные тени, слышали шёпоты из ниоткуда. - Ошибка 404... Страх не найден... - заглючил Глючный, его образ поплыл и раздвоился. - Сейчас внедрю пару багов в реальность! - Бес Сарабии! Ты отвечаешь за иллюзии и миражи. Чтоб гости в тумане видели то, чего нет, шли к несуществующим дверям и слышали зов из пустых комнат. - Всё будет как будто... - прошелестел бес Сарабии, и его форма заструилась, как воздух над раскалённым песком. - Я создам оазисы отчаяния в пустыне их надежд. Они будут идти к воде, которой не существует, и это будет мучить их куда сильнее, чем сама жажда - Бес Рамочный! - Балбес обратился к бесу, выравнивающему картины на стене с помощью лазерного уровня. - Твоя задача - создание перспективы. - Композиция - это всё, - отозвался Рамочный, проводя лапой по воздуху и оставляя за собой мерцающий золотой прямоугольник. - Я не меняю и не тасую события. Я лишь... подрезаю реальность, чтобы в поле зрения оставалось только самое важное. Чтобы каждый проём двери, каждое окно и каждое зеркало обрамляли происходящее в идеальную композицию. Чтобы гость, случайно взглянув в арку, увидел бы сцену, достойную кисти Босха. Например, вот эта трещина в стене в рамке из теней будет смотреться как пророчество. А пятно на полу в обрамлении сияния луны станет порталом. Всё дело в ракурсе. - Бес Звучный, на тебе музыка, аранжировка, и постарайся в разнообразие. Кошачий вой и вопли грешников всяко надо чем-то атмосферным разбавлять. - Мя-я-яу! - мелодично отозвался Звучный, и эхо разнесло по залу этот звук, на мгновение превратив его в жутковатый ноктюрн. А затем донесся звук отдираемого кота, вцепившегося в ковер. - Бес Шумный! - Балбес выкрикнул его имя, но голос потонул в оглушительном грохоте, который внезапно заполнил зал. Тот уже был здесь - не просто бес, а ходячая звуковая катастрофа. - Твоя задача - шумовое загрязнение. Ты - движитель акустического хаоса! - ЧТО-О-О?! - проревел Шумный, и от его голоса с витрины упала ваза с проклятиями. - НЕ СЛЫШУ! ОЙ, ТО ЕСТЬ... КОНЕЧНО! ШУМ - ЭТО МОЯ РОДНАЯ СТИХИЯ! ХОТИТЕ, ЧТОБЫ СКРИП ДВЕРЕЙ БЫЛ КАК СИРЕНА «СКОРОЙ» В ЧАС ПИК? А ЧТОБЫ ШЁПОТ ЗВУЧАЛ ГРОМЧЕ КРИКА? ЧТОБ ГОСТИ НЕ СЛЫШАЛИ СОБСТВЕННЫХ МЫСЛЕЙ, ЧТОБЫ БЕСЫ ПЕРЕКРИКИВАЛИСЬ, ЧТОБ ДАЖЕ ТИШИНА БЫЛА ОГЛУШИТЕЛЬНОЙ?! ЗАПРОСТО! Он хлопнул в ладоши - и свет задрожал от звуковой волны. Копыта громыхали как обвалы, скрипящие стулья звучали как лесоповал, а смех и вовсе достигал болевого порога. - ТИШИНА - ЭТО ДЕФЕКТ! - орал он, попутно включив дрель без сверла просто для фона. - БЕЗ МОЕГО ШУМА ВАШ УЖАС БУДЕТ СЛИШКОМ... ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫМ. А ТАК - ПРОСТО И ДОСТУПНО: ГРОМКО И НЕПРИЯТНО! Размахивая лапами, Балбес убедил-таки беса Шумного покинуть зал. Казалось, обрушившуюся с его уходом тишину можно было черпать горстями и распихивать по карманам. Оттирая лоб и массируя уши, Балбес вернулся к микрофону. - Бес Ударный?! - Балбес увидел его в дальнем углу, где тот ритмично бил молотом по наковальне, выковывая из чистого звука акценты для музыки беса Звучного. - Такт... пауза... УДАР! - прогремел Ударный, и в такт его словам люстра над головой Балбеса качнулась, звякнув точно в долю. - Свою задачу я знаю: расстановка акцентов. Чтобы каждый удар грома приходился ровно в такт падению гостя с лестницы. Чтобы скрип двери обрывался на самой высокой ноте. Я не создаю шум - я создаю момент, точку невозврата. Тот самый щелчок, после которого всё идёт наперекосяк. Гость делает шаг - раздаётся хруст - и он замирает, не зная, ветку ли он сломал или чью-то надежду. Он ударил в гонг, который появился из ниоткуда, и все присутствующие непроизвольно вздрогнули в унисон. - Без моих акцентов ваш хаос будет просто белым шумом. А с ними - это будет симфония, которую гости запомнят до последней нотки. - Бес Ухий! - Балбес обратил внимание на беса, чьи ухи были развёрнуты так, будто пытались уловить шёпот из соседнего измерения. - Ты - специалист по фантомным звукам! Твоя задача - контроль акустики. Чтобы каждый стон из подвала, каждый вздох сожаления и каждый шепоток за спиной гостя был идеально слышен. Но не явно - а так, чтобы возникло сомнение: «Показалось?». - Уже слышу... - прошелестел Ухий, не шевелясь. - Бес Платный только что под столом пересчитал чужие души. Бес Обидный в буфете прошептал «а я бы на твоём месте...» и не договорил. Я обнажаю тишину, и она оказывается полна голосов. Его ухи повернулись на едва уловимый скрип, и через миг у беса Глючного дёрнулся глаз - он тоже его услышал. - Бес Словесный! - Балбес глянул на беса, чьи пальцы перебирали невидимые нити разговоров, свисающие с потолка. - Твоя задача - оживление языка. Чтобы сплетни становились паутиной, намёки - отравленными стрелами, а невысказанные мысли - густым туманом. Ты - архитектор молчаливых диалогов. - Слова - это не просто звуки. Это кирпичики реальности, - прошептал Словесный, и в воздухе замерли светящиеся буквы. - Я не говорю. Я плету. Вот, смотрите: гость подумал: «Я боюсь». И его страх тут же стал фигурой в углу. Двое перешёптываются - и между ними вырастает стена из подтекстов. Безмолвие - это просто пауза перед новой фразой. Он сплел из воздуха ажурное слово «одиночество» - и оно упало на пол с тихим звоном. - Даже тишина состоит из букв. Просто они ещё не произнесены. - Бес Молвный! Ты - за тишину. Вернее, за её отсутствие. Чтоб в зале стоял весёлый гомон, а не гробовая тишина. Но если кто-то захочет сказать важное - дай ему слово! - Молвится! - согласился Молвный, и эхо разнесло его слово по всему залу. - Бес Вредный, твоя задача - вносить разумные злые коррективы. Где-то подножку подставить, где-то соль в коктейль подсыпать. Без фанатизма, чтоб гости не разбежались. - Наконец-то! - прошипел Вредный, потирая лапки и тут же начал пинать ножку стула, на котором сидел бес Причинный. - Бес Толковый, ты будешь сопровождать Вредного и все его пакости объяснять гостям с толком, чтоб они понимали, что это - часть антуража. - Логично, - кивнул Толковый, доставая блокнот с заголовком «Объяснятель пакостей». - Например, подножка - это напоминание о шаткости бытия. - Бес Полезный, ты - противовес Вредному. Будешь незаметно помогать гостям: завязывать развязавшиеся шнурки, подсказывать дорогу из тумана и находить потерянные вещи. - С удовольствием! - просиял Полезный, уже наклоняясь, чтобы завязать расшнуровавшийся бантик на тапке беса Покойного. - Бес Возвратный! Организуй пункт возврата забытых и потерянных вещей. И проследи, чтобы хоть что-то возвращалось. В прошлый раз бес Платный пытался выставить счёт за воздух, который гости «безвозвратно испортили дыханием». - Верну всё, вплоть до последнего греха! - пообещал Возвратный, тут же выдернув из кармана беса Грешного мелкую страстишку. - Бес Сильный? - Дыа-а! - взревел здоровенный воротила, с легкостью подхватив на лапы троих фигуристых звонко смеющихся бестий, которые тут же обвили его шею и плечи. - Отлично, продолжай в том же духе. Бес Грузный, ты напарником. - Не вопрос, нагружу, - проурчал Грузный, сдвинув с места целую колонну одним плечом. - Бес Умный, тебе доверяем генерацию идей и решение нестандартных проблем. Если что-то пойдёт не по плану - думай. - Уже думаю, - пробормотал Умный, водя когтем по своему свитку и делая пометки. - Бес Думный, ты напарником Умного. Будешь думу думскую думать над стратегическими перспективами. Нашей организации нужен свежий взгляд. - Будем думать, - мрачно и обречённо отозвался Думный, с тоской глядя на удаляющуюся спину Умного. - Бес Новатый! - Балбес подозвал юркого беса с обвешанного малопонятными гаджетами из неопознанных материалов и глазами, полными безумных чертежей. - Твоя задача - внедрение прорывных технологий. - Устарело! Всё устарело! - затрещал Новатый, на ходу собирая из эфира прототип метлы с автопилотом. - Зачем просто «тьму», если можно «тьмy с алгоритмической тонировкой под настроение жертвы»? Зачем порталы, если можно телепортацию через квантовые слёзы? Бес Страшный пугает призраками? Я сделаю, чтоб призраки были в дополненной реальности и оставляли голограммы на сетчатке. Бес Платный берёт плату? Внедрю криптовалюту «ГрехоКоин»! Я не улучшаю - я переизобретаю! Правда, иногда взрываю... Но это плата за прогресс! - Бес Мозглый, обеспечивай… эм-м… кхм… Забудь. Иди Помощному подсоби, а то он один не управится. - Э-э-э... - протянул Мозглый, задумался, почесал затылок и побрёл куда-то в сторону, по пути безнадёжно запутавшись в трёх соснах. - Бес Телесный, отвечаешь за телесные удовольствия. Никакого разврата! Просто чтоб кожа от прикосновения паутины мурашками бежала, от внезапной щекотки был визг до небес, а от вида угощений слюнки текли. - О, прикосновения! - прошептал Телесный, нежно поглаживая бархатную обивку стула и облизываясь на беса Вкусного, который немедленно покрылся новой порцией аджики. - Бес Временный, ты по временным рамкам. Следи, чтобы вечеринка не затянулась до Рождества, а корпоратив беса Платного не начался раньше самого Хеллоуина. - Время - деньги! - провозгласил Временный, сверяясь с тремя песочными часами, двумя солнечными и одним адским хронометром, где вместо цифр были грехи. - Бес Вольный, тебе - свободный график и творческий поиск. Ходи между всеми и вдохновляй их на вольные художества. Но без вольностей! - Вольному - воля! - крикнул Вольный, тут же сняв галстук и запустив бумажный самолётик в беса Надзорного. - Бес Упречный, ты будешь принимать претензии от гостей и отвечать на упрёки. Всякие: «а почему у вас бес Вкусный такой вкусный, а трогать нельзя?». - Опять я крайний… - вздохнул Упречный, заранее готовя обиженную мину и заготовленные ответы в стиле: «а сами вы ничего не забыли?». - Бес Призорный, организуй призы и конкурсы. Кто страшнее всех скорчит рожу, кто громче всех крикнет «У-у-у!» - тому по черепу с глазницами от беса Дарного. - Призы будут! - обрадовался Призорный, начиная нанизывать на нитку глазные яблоки для будущих медалей. - Бес Плодный, от тебя фрукты и овощи. Чтоб тыквы были пузатые, яблоки - червоточенные, а гранаты - кроваво-алые. - Плодоношу! - отрапортовал Плодный, и из его кармана тут же выкатилось несколько идеально гнилых яблок. - Бес Ит! - Балбес позвал его с легким раздражением, которое этот бес вызывал уже самим своим существованием. Тот сидел в углу и методично, с монотонным брюжжанием, стучал лапой по половице, выводя из себя беса Счётного. - Твоя задача - создавать раздражение. Чтобы гостям было чуть-чуть не по себе, но они не могли понять - почему. Чтобы музыка была чуть громче, чем нужно, свет - чуть тусклее, а сосед - чуть навязчивее. - Так и живём... по крупицам... по каплям... - безо всякой интонации пробурчал Ит, продолжая стучать. Звук был негромкий, но действовал на нервы безотказно. - Я не делаю ничего особенного. И почему-то этого достаточно. Я не кричу, не дерусь. Я всего лишь есть. И мое присутствие медленно, но верно доводит до кипения. Скрип половицы, которая всегда под правой ногой. Размеренно капающая из крана вода. Муха, что не улетает. Комар, звенящий в ухо всякий раз, как ты почти заснул. Торчащий угол перекошенной занавески. Гундящее радио в соседней комнате. Клинящие кнопки на пульте. Нескончаемое циклическое перенаправление при логине. Очередь, которая не двигается... Всё это - я, Бес Ит. Он перестал стучать, и в наступившей тишине все почувствовали странное облегчение, смешанное с тревогой - а что, если он сейчас начнёт снова? - Бес Зазрения! - Балбес с обречённым вздохом нашёл его имя в свитке. Тот вальяжно развалился на канцелярском шкафу, поплёвывая в потолок шелухой от семечек адских тыкв. - Ты у нас главный по нарушению всего и вся. Будешь обеспечивать обстановку тотального бесстыдства. Гости стесняются кривляться на конкурсе рожиц? Ты первый покажешь им пример невозмутимой наглости. Кто-то усомнился в адекватности наших цен? Ты посмотришь на него с таким зазрением, что он сам почувствует себя неправым. Работай в тандеме с Вредным - он пакостит, а ты придаёшь этим пакостям налёт легитимности. И… э-э-э… слезь со шкафа. - А чё такого-то? - сплюнул бес Зазрения, не меняя позы. - Мне тут удобно. Обзор лучше. Всё в рамках, всё тип-топ. Не вижу проблем. И продолжил грызть семечки, смотря на Балбеса абсолютно невозмутимым наглым взглядом, от которого у того затрещала дужка пенсне. Мысленно скрутив беса Зазрения в сатанинский рог, Балбес волевым усилием вернулся к свитку. - Бес Гласный, тебе - работа с общественностью. Оглашай все важные объявления. И следи, чтобы никто не употреблял ненормативную лексику. Только нормативную, адско-староцерковную. - Да будет гласно! - прогремел Гласный, заглушая на миг общий гам, и сделал пометку в блокноте: «Изъять из оборота слово 'чё'». - Бес Страстный, отвечаешь за накал страстей. Чтоб гости отрывались по полной, танцевали до упаду и кричали от восторга. Но без излишеств, мы не язычники. - Зажгу! - воскликнул Страстный, и пламя в соседнем камине вспыхнуло ярче и страстнее. - Бес Надзорный, ты - главный надзорный орган. Будешь ходить и надзирать, чтобы все работали, а не бездельничали. - Надзираю, - коротко бросил Надзорный, и его пронзительный взгляд немедленно заставил беса Вольного нехотя надеть обратно галстук. - Бес Вопросов! - Балбес с лёгкой усталостью в голосе обратился к тощему бесу, который вертелся рядом, подняв руку и явно готовый что-то спросить. - Твоя задача - поддерживать в гостях состояние вечного любопытства! Чтобы ни один мозг не пребывал в покое! Ты не даёшь ответов - ты сеёшь сомнения! Почему лестница ведёт вниз, а ведёт наверх? Куда делся второй носок? И действительно ли это ты только что моргнул, или тебе это просто показалось? Ты - смутьян разума, инквизитор здравого смысла! - А вы уверены, что это именно вы мне это задание даёте? - тут же вкрадчиво спросил бес Вопросов, наклоняясь к Балбесу. - А не является ли это всего лишь вашей субъективной интерпретацией воли Главсобеса? И, кстати, что такое «задание»? Это некая объективная сущность или всего лишь договорённость между нами? И можем ли мы вообще быть уверены... - Всё, хватит! Иди работай! - перебил его Балбес, чувствуя, как у него начинает пульсировать висок. - Работать? - переспросил бес Вопросов, уже отступая в тень. - Или создавать иллюзию деятельности, соответствующую вашим внутренним ожиданиям от понятия «работа»?.. - Бес Передышки! - Балбес позвал его без особой надежды, но тот уже нашёлся развалившимся на пуфике, который только что надул из ничего. - Тебе… - распорядитель запнулся, чувствуя, как его собственная усталость наваливается грузом. - …следить, чтобы хаос был дозированным. Создавай моменты затишья, чтоб ужас отступал, давая гостям ложное чувство безопасности. А потом - раз! И бес Страшный наносит удар с новой силой! - Всему своё время… и свой перерыв, - лениво, но с глубокой убеждённостью протянул бес Передышки, попивая что-то мятное из кружки с надписью «Расслабься, всё тленно». - Без моих передышек их нервы привыкнут к хаосу, и он станет скучной рутиной. Я создаю вакуум, в котором рождается самый чёрный ужас. Или самая сладкая… дремота. Он с наслаждением потянулся, и несколько ближайших бесов невольно зевнули. - Не волнуйся, Балбесик. Я не дам им отдохнуть… слишком сильно. В зале наступила краткая тишина, нарушаемая лишь шелестом километрового свитка и отдаленными воплями из соседнего зала, где бес Возмездный, судя по всему, уже начал нести возмездие во имя Луны досрочно. Именно в этой тишине и прозвучал робкий, виноватый голосок. Из-за спины беса Перемен, заслоняясь его тощей фигурой, высунул свою курчавую голову бес Пардонный. Он нервно поправил воображаемый галстук-бабочку и прочистил горло. - Пардоньте, пардоньте великодушно... - начал он, заламывая тонкие пальцы. - А будет ли на торжестве... это самое... порнуха? - выпалил он и тут же смущенно отшатнулся, будто сам испугался собственной смелости. Его слова повисли в воздухе, словно неприличный запашок в соборе. И тут же, будто из самой тени, материализовался бес Спорный. Он был одет в потрепанный пиджак адвоката-неудачника, а в лапах его тут же появилась стопка пожелтевших пергаментов. - С-с-с-спорный вопрос! - прошипел он, растягивая первую согласную, как жвачку. Его глаза с азартом бегали от Пардонного к Балбесу. - Я бы поспорил о самом определении термина! Что такое «порнуха» в контексте хеллоуинской вечеринки? Демонстрация анатомических подробностей у франкенштейновой невесты? Эротический подтекст в танце ведьм у котла? А как же классическое искусство, где обнаженная натура - возвышенный жанр? - Он тыкал когтем в свои бумаги. - Я готов представить меморандум на семистах страницах, доказывающий, что вопрос не имеет однозначного решения и является дискуссионным! Но ему не дали развернуться. С противоположного конца зала, раздвигая толпу, с праведным гневом выступил бес Нравственный. Он был облачен в строгий, до пят, черный балахон, а на длинном носу его дрожали очки в строгой роговой оправе. В лапе он сжимал толстенный фолиант с вытесненной на кожаном переплете надписью «Моральный Кодекс». - Никакой порнухи! - прогремел он так, что у беса Покойного отвалилась челюсть, и тому пришлось ловить её на лету. Голос Нравственного был густым, как смола, и категоричным, как приговор. - Я ставлю вето! Наше мероприятие должно нести, пусть и в игровой форме, дидактическую нагрузку о важности воздержания и благонравия! Мы не можем развращать умы смертных! Мы должны... наставлять их на путь истинный! - Он окинул собравшихся испепеляющим взглядом, заставив пару юных бесят невольно выплюнуть игральные кости. - Предлагаю заменить этот непристойный пункт программы коллективным чтением душеспасительных трактатов! Бес Пардонный, услышав это, совсем сник и, кажется, готов был провалиться сквозь пол глубже в Ад, беспрестанно бормоча: «Ой, пардоньте, я не хотел, право слово, просто осведомиться...» Бес Спорный, напротив, лишь расплылся в ехидной ухмылке. - А вот это уже спорное утверждение о пользе трактатов! - воскликнул он, лихорадочно листая свои бумаги. - Можно ли считать нравственным принудительное лишение выбора? Не является ли это формой морального насилия? Балбес с грохотом рухнул лицом на стол. Пенсне отскочило и полетело на пол. Впрочем, бес Полезный тут же подобрал все осколки в бумажный пакетик и положил на трибуну Балбесу. Впрочем, тому было сильно не до пакетиков. - ВСЁ! - проревел он, поднимая голову. В его глазах плескалось отчаяние. - Никакой порнухи, никаких трактатов! Бес Телесный, ограничишься мурашками, щекотками и слюнками! А вы трое... - он ткнул когтем в Пардонного, Спорного и Нравственного, - идите и помогите бесу Счётному! Пусть он вас посчитает. До единой молекулы! С чувством нескончаемой досады опорожнив половину массивного графина и отдышавшись, организатор вечеринок одернул фрак, поправил галстук, достал запасное пенсне и подмотал свиток на четверть. - Бес Шуточный! Юмор - от тебя! Шутки, каламбуры, розыгрыши. Но чёрный юмор, без пошлости! Чтоб гости смеялись до слёз, а не плакали до смеха. - Сейчас пошутим! - завизжал Шуточный и тут же сунул палец в рот бесу Зубому, изобразив розыгрыш «палец в розетке». Зубый лишь чавкнул в ответ. - Бес Головый! Ты за головами. Тыквенными, черепашьими, салатными. Следи, чтобы они были свежими, крепко сидели на плечах и не расползались в самый ответственный момент. - Голова есть? Есть! - отрапортовал Головый, сгрёб в охапку три тыквы и побежал их полировать. - Бес Действенный! Ты - погоняйло! Будешь бегать, подгонять, торопить и делать так, чтобы все указания выполнялись действенно, а не болтались в воздухе. - Уже бегу! - крикнул Действенный и понёсся, так что мелкие бесенята едва успевали разбегаться с его пути. - Бес Овщина! Ты навеваешь творческий ступор и апатию. Если гость или бес слишком активно мыслит - влей в них благородную лень. Пусть их мозги превратятся в питательную мякоть! - Угу-у-у... - медленно проронил Овщина, с наслаждением растягивая слово. - Все ощутят себя овощами. - Он лежал в углу, уложив лапы под голову и смотрел в потолок, и все, кто оказывался рядом, начинали чувствовать непреодолимое желание тоже ничегонеделать: «Можно я... потом?». - Бес Дыханный! Отвечаешь за атмосферу в прямом смысле. Проветривай, но без сквозняков! Чтоб паутина колыхалась томно, а не хлопала по физиономиям, как паруса. - Сдуло! - пыхтел Дыханный, пытаясь одновременно открыть окно и придержать летящие в проём бумаги. - Бес Жалостный! Ты… - Балбес тяжко вздохнул. - Ты будешь вызывать у гостей жалость. К нам, к себе, к этому миру. Но легонько, чтоб не испортить общее веселье. - Ой, бедненькие вы мои… - захныкал Жалостный, смотря на Балбеса такими несчастными глазами, что тот немедленно потянулся за успокоительным. - Бес Жизненный! Противовес Жалостному. Заряжай всех энергией, оптимизмом и волей к жизни! Чтоб даже у самого занудного гостя загорелись глаза. - Жи-и-изнь! - проревел Жизненный, и от его крика в углу проклюнулся ядовитый кактус, а по колоннам пополз плющ. - Бес Людный! - Балбес обратился к бесу, чья форма постоянно мерцала, напоминая то толпу на площади, то очередь в загсе, то давку в метро в час пик. - Ты управляешь чувством массы. Чтобы в нужный момент гость почувствовал себя песчинкой в толпе, чтобы бесы в коридорах сталкивались плечом к плечу, создавая ощущение «адской тесноты». Чтобы даже в одиночестве каждый ловил на себе дыхание толпы. - Один - это тишина. Двое - диалог. А толпа - это стихия, - пророкотал Людный, и его голос сливался в гул сотен невидимых голосов. - Шёпот за спиной, который невозможно разобрать... Толчея в дверном проёме, хотя там никого нет... Давка в лифте, где ты будто бы один... Это всё - я. Он сжал ладони - и по залу прокатилась волна клаустрофобии, заставляя бесов инстинктивно отодвинуться друг от друга. - Одиночество пугает. Но быть одиноким в толпе - страшнее вдвойне. - Бес Толочь! - Балбес кивнул в сторону беса, чьё тело состояло из спрессованных теней, удушливых запахов, локтей и коротких вздохов. - Твоя задача - физическое воплощение давки. Чтобы в дверном проёме внезапно возникала пробка из невидимых тел, чтобы в узком коридоре гостя зажимали со всех сторон, чтобы у буфета царил хаос локтей и невысказанных претензий. Ты - материализованная теснота. - Проходите, проходите! Не задерживаемся! - пробурчал Толочь, сам создавая пробку в арке, просто замерев в ней. - Я не толкаюсь, а просто занимаю место. Место, которого всегда не хватает. Воздуха, которого вечно мало. Личного пространства... а что это такое? Не слышал. Он сделал шаг вперёд - и три беса рядом невольно сгрудились. - Прелесть толкотни не в хаосе. А в том, что в ней всегда есть крайний. И это... очень объединяет. - Бес Платный! - М-десь?.. - тот с трудом отвлекся от созерцания чужого кошелька, который он гипнотизировал взглядом. - Продумай плату за вход, за развлечения, за сортир, за выход, наконец. - Ура-а! - взвизгнул Платный, и в его глазах зажглись огоньки, похожие на символы валют. - Но, это… - Балбес поморщился. - Воздух бесплатным оставь. - Ну, во-о-от, воздух им за так подавай, - проворчал Платный, с обидой шмыгнув носом. - Бес Денежный! - Йёк? - ворохнулся обладатель того самого притягательного кошелька, инстинктивно прижимая его к груди. - Работаешь в паре с Платным. Стяжай все финансы, закрути все утечки. Праздник должен идти нам в прибыль. - Заметано, босс! - Денежный подмигнул Платному. - Пошли мы дурить плательщиков. - Бес Честный, следишь за этими двумя, чтоб всё было честно. - Ясно, - коротко бросил Честный, уставившись на парочку беспринципных финансистов взглядом, в котором читалась непоколебимая решимость. - Бес Наличный, всё материальное - на тебе! Наличный расчёт, наличная грязь, наличные тыквы. Без «безнала»! - Все наличности - в наличии! - отрапортовал Наличный, звякая мелкими черепами-монетами. - Принимаю только хруст купюр и звон грехов! - Бес Корыстный! - Балбес позвал его, и тот мгновенно появился, причём не просто так, а с уже подготовленным коммерческим предложением в лапах. - Твоя задача - извлекать выгоду из всего. Если гость чихнул - предложи ему платок за полдуши. Если бес Страшный напугал кого-то до слёз - организуй платный сеанс «снятия испуга». Ты - гений монетизации даже самого незначительного события, творец новых рынков, где товаром становится всё, что можно ощутить, подумать или испытать. - Прекрасная возможность! - воскликнул Корыстный, с лёгкостью жонглируя цифрами и контрактами. - Я уже просчитал: если гость захочет выйти с праздника на пять минут раньше - это будет стоить ему три души. А если он просто подумает об уходе - одна душа за нелояльные мысли. Ничего личного, просто бизнес. Рано или поздно у всего появится своя цена. Даже у Ада. Он одобрительно кивнул в сторону Беса Платного: - Коллега, я восхищён вашим тарифом на воздух! Но, если позволите, я бы добавил систему подписок: «Базовый пакет - 3 вздоха в минуту», «Премиум - дышите без ограничений, но с рекламой». «И-и-и за сколько он готов продать Ад?» - задумался Балбес. И похоже, он невольно произнес это вслух… Бес Корыстный, слегка прищурясь, достаёт калькулятор и блокнот с графиками. - За сколько продать Ад?.. Вопрос не в цене. Вопрос - в условиях сделки. Одернув манжеты, бес раскрывает перед Балбесом папку с расчётами: - Рассмотрим пакет «Ад под ключ»: Базовый актив: территории, инфраструктура (котлы, Институт Программирования Душ), бренд «Ад» с историей. Нематериальные активы: патенты на технологии (страх, отчаяние, экзистенциальный кризис), база данных душ, авторские права на боль. Персонал: все бесы (с сохранением KPI, но с пересмотром бонусной системы). - Но учтите - я не продаю раз и навсегда. Только в аренду с правом выкупа или по франшизе. Покупатель получает: ✓ Готовую систему страданий ✓ Обучение персонала ✓ Ежемесячные обновления кошмаров по подписке. Мы оставляем за собой: ✓ Право на 30% от чистой прибыли новых грехов ✓ Брендирование - «Официальный филиал Ада от Корыстного™». ✓ Возможность расторгнуть сделку, если покупатель проявляет чрезмерную гуманность. - Стартовая цена... - Корыстный вдумчиво считает на калькуляторе. - 10⁵⁰ душ + 1 бессмертная душа в качестве залога + ежемесячные отчисления 70% от вновь приобретённых грехов. Заканчивает, вежливо улыбаясь: - Скажите, вас устраивает рассрочка на десять тысячелетий? Или предпочтёте единовременный платёж скидкой 15%? ...А если вас заинтересует, у меня есть выгодное предложение по продаже Рая в качестве опциона. Кое-как отнекавшись от всех «очень выгодных предложений», Балбес вернулся к работе. - Бес Печный, как обычно, смотришь за отоплением. Адская жаровня, знаешь ли, не всем подходит. Температуру на месте проведения праздника подровняй ближе к ранней осени средней полосы России. - Если бес Местный ещё отыщет такое место… пойду пока-сь за топливом, - пробурчал Печный, шаркая в сторону выхода с кочергой наперевес. - Бес Усый! - Балбес кивнул бесу с длинными изящными усами, чьи кончики вибрировали, улавливая малейшие токи воздуха. - Ты - виртуоз незримых прикосновений и тактильных намёков! Чтобы паутина беса Страшного касалась щеки гостя нежно, как поцелуй давно умершей любви. Чтобы ветер из коридора обнимал за плечи, словно старый друг, который вот-вот предаст! - Осязаю... нюансы... - пропел Усый, и его усы изогнулись, поглаживая пустоту. - Создаю воспоминания, которых не было. Вот гость проходит мимо зеркала - и ему кажется, что кто-то только что дотронулся до его плеча сзади. Кто? Зачем? Он будет помнить это прикосновение дольше, чем крики из подвала. Он провёл усами по лапе беса Телесного, и тот вдруг почувствовал тоску по дому, которого у него никогда не было. - Бес Бородый! - Балбес с уважением посмотрел на беса, чья борода тянулась через весь зал, опутывая ножки стульев и храня в своих прядях обрывки забытых клятв. - Твоя задача - связь с прошлым. Чтобы в каждом углу витал налёт старины, чтобы гости чувствовали тяжесть веков, даже если им двадцать лет. Ты - хранитель паутины времени! - Всё уже было... и повторится... - с расстановкойпрогромыхал Бородый, и многочисленные пряди его бороды шевельнулись, как спящие змеи. - Я ненадолго возвращаю забытое. Вот на этом столе в 1673 году пролили вино из окаменевших слёз - и пятно до сих пор проступает, если гость боится темноты. А в той нише в 1812-м бес Перемен плакал о несбывшемся - и теперь там всегда пахнет грустью. Одной прядью бороды он указал на потолок: - Институт помнит всех, кто здесь был. И я - его память. - Бес Породный! - Балбес кивнул бесу, от которого пахло влажной землёй, мхом и древними камнями. - Ты - специалист по материям. Чтобы мрамор стен помнил отпечатки ладоней самоубийц, чтобы дерево пола скрипело голосами прежних обитателей, чтобы кирпичи шептали историю каждого греха, который они видели.   - Камень помнит... Дерево хранит... - прошелестел Породный, касаясь стены, и та на мгновение проступила влажными пятнами, словно вспомнила потоп. - Я не украшаю - я пробуждаю память материалов. Этот камень когда-то был частью алтаря, эта балка помнит петлю, это стекло видело, как рвут письма. Я просто даю им голос. А уж что они скажут гостям... это зависит от тишины в их душах. - Бес Опасный, отвечаешь за безопасность. - Да-ась… - протянул Опасный, с любовью поглядывая на свой пояс, увешанный склянками и ножами. - Сера, глицерин, динамит, огнемёты и огнетушители во всех стратегически важных местах. Идёт. - Бес Полый, отвечаешь за танцпол, и без шуток - прошлый раз мы недосчитались нескольких любителей потанцевать, пропавших в скрытых ловушках. - Ну, лан… - неохотно согласился Полый, постукивая ногой по полу, который стал прозрачным и показал бурлящую лаву под ним. - Бес Отрадный, твоя задача - чтобы всем гостям было отрадно. Подбадривай загрустивших, утешай испуганных, направляй заблудившихся. - Постараюсь для отрады! - улыбнулся Отрадный, и от его улыбки даже бес Перемен перестал хныкать. - Бес Пробудный, разбуди беса Сонного, он опять проспал всё совещание. И проследи, чтобы гости на вечеринке тоже не засыпали. - Пробуждение - моя страсть! - оглушительно рявкнул Пробудный прямо в ухо бесу Сонному, который вздрогнул, перевернулся на другой бок и продолжил храпеть. - Бес Кровный! Ты - наша живая связь. Чтоб каждый гость почувствовал, что это его давний семейный дом. - Родство познаётся в сходстве привычек, - степенно произнёс Кровный, и в воздухе запахло тёплой кровью и далёкими общими предками. - Бес Родный, отвечай за тёплую, почти семейную атмосферу. Чтоб даже самый робкий смертный почувствовал себя здесь как в родном проклятом замке. - Родня, значит? - ухмыльнулся Родный, озирая толпу. - Ну, здрасьте, здрасьте, проходите, располагайтесь, прямо как дома! - крикнул он так душевно, что несколько бесенят тут же побежали к нему за советом, как подложить кнопку на стул повежливее. - Бес Дарный! Дары для всех даром! Особенно новичкам, заглянувшим к нам впервые, и чтоб никто не ушел бездарно - нам необходимо поднимать популярность и расширять аудиторию. - Не вопрос, организую, - весело откликнулся Дарный, и из его котомки тут же посыпались мелкие, но симпатичные сувениры в виде миниатюрных чертиков. - Припрягу беса Возмездного заодно. - Не выйдет, у меня другая задача - я несу возмездие во имя Луны! - крикнул из дальнего угла Возмездный, эффектно заслонясь плащом. - Припряги вон беса Работного, его без работы оставлять нельзя! - посоветовал кто-то из толпы. - Самоорганизация, конечно, одобряется, - кашлянул в кулак Балбес, с трудом скрывая раздражение, - но в меру. И да, бес Мерный? - Слухаю… - отозвался Мерный, появляясь из ниоткуда с весами и мерным стаканом в лапах. - Вы с бесом Алкогольным организуете выпивку и всё иже с ней. И чтоб всё было в меру. Бес Донный проследит. - Попытаемся, - скептически хмыкнул Мерный, уже прикидывая, как отмерить «меру» для беса Алкогольного, у которого тряслись лапы в предвкушении. - Бес Вкусный… Стоп! Кто опять беса жрёт?! Бес Зубый, выплюнь немедленно! - Так он же вкусный… - попытался оправдаться Зубый, с неохотой за хвост вытаскивая из зубастой пасти пожамканного обслюнявленного беса. Тот разевал рот и хлопал глазами, издавая запах свежеиспечённой пиццы с ананасами. Что верно, то верно. Балбес с трудом подавил желание влепить лапу в собственный пятак. Выручила профессиональная выдержка. - Вы - за жратву, снедь, закуски, яства и прочее съестное. И ты это… - последовал укоризненный взгляд на виновника несостоявшегося «лапомордия». - Будь менее вкусным, если не хочешь постоянно оказываться в зубах. - Угусь, - всхлипнул тот, покрываясь огуречными пупырышками и адской аджикой, отчего стал ещё аппетитнее. - Бес Раздельный! Следи, чтобы всё было раздельно: мухи от котлет, мясо от рыбы, вегетарианцы от мясоедов, танцпол от зоны отдыха. Никакого хаоса! - Разделяю и властвую! - провозгласил Раздельный, проводя мелом на полу решительную черту. - Бесы Душный и Пристрастный… - А чего ты так косо на нас посмотрел, Балбесик? Пенсне запотело? И список твой даже на треть не подтянулся, - ехидно протянул Пристрастный, обнимая за плечи Душного, который пытался задушить плотоядный цветок в горшке. - Ваша обязанность - душнить с пристрастием, чтоб никто не спускал лапова. И нет, не меня, брысь отсюда! - огрызнулся управитель балов и вечеринок, отмахиваясь от них свитком. - Душить прекрасные порывы, йей! - проорали они в унисон и умчались прочь, оставив за собой шлейф из увядших энтузиазмов. Балбес покачал головой, слыша удаляющиеся преисполненные оптимизма топот и грохот. Он устало обернулся к Главсобесу, но тот уже удалился в тень, и только довольное тихое урчание доносилось оттуда. Балбес удовлетворённо кивнул и продолжил, с трудом перематывая тяжёлый свиток: - Бес Принципный, следи, чтобы не нарушались главные принципы Бесовства! И ты, Цельный - за цельность восприятия. Чтоб хаос был гармоничным! - Ни шагу в сторону от принципов! - заявил Принципный, скрестив лапы. - Всё будет целостно... в своём безумии, - улыбнулся Цельный. - Бес Защитный! Работаешь в паре с Опасным. Защищай гостей от слишком уж опасных шуток беса Вредного и от их же собственной глупости. - Защита включена! - рявкнул Защитный, вставая между Вредным и электрической розеткой. - Бес Надёжный! Ты - наша скала. На тебя можно положиться. Подстрахуешь всех, кто подведёт. Ты - наш главный страхующий. - Надёжно, как в аду, - кивнул Надёжный, проверяя прочность верёвки, на которой висел светильник. - Бес Перебойный! - Балбес чуть не пропустил его, затерявшегося за спиной беса Сильного. - Твоя зона ответственности - бесперебойная работа. Чтобы музыка не прерывалась, чтоб свет не мигал в самый драматичный момент, чтоб порталы не захлопывались перед самым носом у важных гостей. Никаких сбоев! - Без перебоев! - бодро отрапортовал Перебойный, с любовью поглаживая огромный рубильник, который он, похоже, принёс с собой. - Я всё продумал. У меня есть резервные генераторы, работающие на чистой энергии отчаяния, и удлинители с запасом прочности на три апокалипсиса. Ни одна гирлянда не помрёт! Он тут же принялся обматывать чёрной изолентой ножку стула, с которого только что слез бес Путный, на всякий случай обеспечивая «бесперебойность» её устойчивости. - Бес Проводной! Ты отвечаешь за все провода, кабели и сети. Чтоб энергия текла без потерь, а паутина не путалась с проводкой. Никаких коротких замыканий, кроме запланированных! - Связь будет стабильной! - пробормотал Проводной, не отрывая взгляда от клубка проводов в своих лапах, в котором он что-то безуспешно искал. - Если найду, где тут конец… Главное - не перерезать синий. Или красный?.. - Бес Дельный! - Балбес с облегчением отыскал его в толпе. Тот, не дожидаясь вызова, уже составлял таблицу эффективности распределения задач, попутно помогая бесу Проводному распутывать кабель. - Твоя задача - следить, чтобы всё делалось дельно. Чтобы суета не заменяла суть, а пафос - результат. Если бес Страшный создаёт ужас, он должен быть целенаправленным и эффективным, а не просто артхаусным стенанием. Если бес Платный стрижёт купоны, то без лишнего шума и с максимальной выгодой. Ты - наш гид в вопросах целесообразности! - Так и есть, - кивнул Дельный, не отрываясь от своего блокнота, где он уже чертил диаграмму «Затраты/Результат по созданию экзистенциального ужаса». - Без толку ничего не должно пропадать. Ни одна слеза гостя, ни одна потраченная душа. Всё должно работать на общий КПД праздника. Я прослежу, чтобы антураж пугал не на 70, а на все 90 процентов, а портал для вампиров потреблял на 30% меньше греховной энергии. Дело же надо делать правильно. Он поднял на Балбеса спокойный, уверенный взгляд. В его присутствии сам воздух становился менее истеричным и более... деловым. - Если кто-то начнёт заниматься ерундой, я вежливо, но твёрдо направлю его энергию в нужное русло и максимально эффективно. Балбес впервые за всё совещания почувствовал, что у хаоса появился личный неумолимый менеджер проекта. И это было даже страшнее, чем все проделки беса Вредного. - Бес Щёточный! - Балбес оглядел зал и заметил его в углу, где тот старательно вычищал щёткой-ёршиком трещину в полу, из которой сочился лёгкий дымок отчаяния. - Твоя задача - чистота! Вернее, её иллюзия. Чтоб паутина беса Страшного висела художественно, а не как обычный мусор. Чтобы следы от грязи на полу складывались в загадочные узоры, а не просто пугали антисанитарией. Ты - гарант презентабельности нашего Ада! - Чистота - залог… нездоровья, - поправился Щёточный, не прерывая работы. Его щётка выписывала замысловатые вензеля, и пол под его лапами начинал блестеть зловещим, почти неестественным лоском. - Ни одна пылинка не ляжет криво. Ни одно пятно крови не будет выглядеть банально. Всё должно быть эстетично, стильно и гигиенично-пугающе. Я прослежу, чтобы даже грязь выглядела… дорого. Он достал крошечную метёлочку и аккуратно смахнул невидимую соринку с плеча беса Порядочного. - После вечеринки, - добавил он с лёгким блеском в глазах, - я приведу всё в идеальное состояние. Чтобы к утру место праздника снова выглядело как образцово-заброшенное. Без единого намёка на то, что здесь кто-то… веселился. Балбес с почтительным ужасом наблюдал, как Щёточный заставляет пыль сиять, как звёздную россыпь. Теперь у хаоса был собственный су-шеф и дизайнер по грязи. Праздник становился гарантированно безупречным - в самых извращённых смыслах этого слова. - Бес Заветный! - Балбес произнёс это имя с особым уважением, и в воздухе запахло старыми клятвами и пылью забытых обетов. - Ты работаешь с обещаниями. Ты - хранитель нерушимого. - Слово - не воробей... особенно если его поймать, приручить и сделать орудием, - тихо ответил Заветный, перебирая в лапах нити, сотканные из чужих обетов. - Я не наказываю за нарушение. Я просто напоминаю о долге. Чтобы гость, давший слово вернуться, чувствовал зуд в душе, пока не сдержит его. Чтобы клятва, брошенная в гневе, висела гирей на шее произнесшего. Тише, слышите? Это шепчется обещание, которое дали триста лет назад. Оно до сих пор ждёт. Он дёрнул за невидимую нить, и где-то далеко вздохнул призрак, вспомнив, что так и не женился на той самой ведьме. - Обещания - лучшие цепи. Они не ржавеют. - Бес Желанный! Ты отвечаешь за самые сокровенные, заветные желания гостей. Угадывай их и… создавай иллюзию, что они вот-вот сбудутся. Не сбывай, а именно создавай иллюзию! Мы же не волшебники, в конце концов. - Заветное желание сбудется… может быть… - загадочно прошептал Желанный, запуская в воздух радужные пузыри. - Бес Проигрышный! - Балбес кивнул ему с странной смесью брезгливости и уважения. Тот стоял чуть поодаль, и его присутствие немного затуманивало воздух. - Твоя задача - гарантировать неудачу. Но не тотальную, а именно дозированную. Чтобы гость, играя в кости с бесом Призорным, всегда был почти у победы, но в итоге проигрывал. Чтобы надежда тлела, но не гасла, а удар разочарования был всегда свеж и остр. Ты - виртуоз несбывшихся обещаний. - Проигрыш - это тоже искусство, - тихо, с хрипотцой произнёс Проигрышный, и его слова пахли остывшим пеплом. - Я не отнимаю всё. Я оставляю им один шанс из ста. Достаточно, чтобы они видели цель, но не достаточно, чтобы её достичь. Это рождает азарт... а за ним - ту самую, сладкую горечь поражения. Именно ради неё они и приходят снова. Он провёл ладонью по стене, и идеально ровная штукатурка вдруг осыпалась в одном единственном, самом видном месте. - Я делаю провал... безупречным. - Бес Заботный! О себе позаботься. О гостях. Уставшим - стул, замёрзшему - плед, голодному - направление к бесу Вкусному. - Я уже забочусь! - засуетился Заботный, поправляя галстук бесу Порядочному. - Бес Мятежный! Вноси здоровый мятеж! Подстрекай гостей на безобидные бунты: против скучных танцев, против невкусной еды. Но без разрушений! - Бунт на корабле! - восторженно закричал Мятежный, начав сбрасывать со стола канцелярские кнопки. - Бес Остановочный! Расставишь по залу зоны отдыха, чтоб гости могли сделать остановку, передохнуть. Диванчики, пуфики, кресла-гробы. - Остановка по требованию! - пообещал Остановочный, уже таща за собой огромный пуф. - Бес Ответный! Принимай ответные меры. На хамство - вежливость, на агрессию - обаяние, на дурацкие вопросы - исчерпывающие ответы. - Будет дан достойный ответ! - заверил Ответный, тренируя перед зеркалом обаятельную улыбку. - Бес Отказный! Ты будешь вежливо отказывать. Тем, кто просит слишком много, кто лезет туда, куда не следует, кто хочет забрать сувенирную тыкву размером с беса Грузного. - Вот вам официальный отказ, в двух экземплярах - сказал Отказный, тут же протягивая Балбесу какую-то бумажку. - Бес Отлагательный! Все срочные и важные дела, которые возникают во время вечеринки, будешь переводить в разряд «срочных, но не очень» и «важных, но можно подождать». - Отложу на потом! - сразу же согласился Отлагательный, откладывая в сторону только что полученное задание. - Бес Ошибочный! Ты… - Балбес снова вздохнул. - Ты будешь отвечать за мелкие, милые, незаметные ошибки. Перепутанные таблички, не тот сорт джема в пирогах. Чтобы гости чувствовали, что всё по-настоящему, ведь без ошибок не бывает. - Ой, ошибся! - сразу же сказал Ошибочный, надев левый ботинок на правую ногу. - Бес Различный! А ты - за разнообразие! Чтоб музыка была разной, закуски - различными, развлечения - на любой вкус. - Разнообразить - значит оживить! - воскликнул Различный, сгребая в кучу самые несовместимые предметы: скрипку, бублики и бензопилу. - Бес Результатный! Ты за результат. После вечеринки предоставишь отчёт: сколько было гостей, какая прибыль, сколько испугались до слёз и сколько смеялись до упаду. - Результат будет! - пообещал Результатный, запуская сложную систему счёта на гигантском чёрном калькуляторе. - Бес Ропотный! Будешь принимать весь ропот и недовольство. Гости будут роптать на цены, на толкотню, на музыку - всё выслушаешь, кивнёшь и пропустишь мимо ушей. - Опять они недовольны… - пробурчал Ропотный, уже готовясь к недовольным возгласам. - Бес Удержный! Следи, чтобы веселье было удержным, в рамках приличий. Никаких драк, дебошей и разборок. Всё культурно! - Удержу на грани! - пообещал Удержный, сжимая в лапах символические поводья. - Бес Успешный! Отвечаешь за общий успех мероприятия. Координируй, направляй, вдохновляй! Чтоб вечеринка прошла на «ура». - Успех гарантирован! - уверенно заявил Успешный, и его уверенность моментально передалась всем присутствующим. - Бес Славный! Отвечаешь за нашу славу! Чтоб после вечеринки о нас говорили только в превосходных степенях. «Славно погуляли!», «Бесы - славные ребята!». - Прославимся! - обрадовался Славный, набрасывая на плечи гербовую мантию. - Бес Участный! Следи, чтобы все гости были вовлечены, были участниками, а не просто зрителями. Никаких стенотяпов! - Примите участие! - призвал Участный, вовлекая в хоровод беса Счётного, который от неожиданности уронил счёты. - Бес Полезный! Ты - наш главный полезный бес, который везде пригодится. Помогай всем, кому нужна помощь, выполняй мелкие поручения, будь на подхвате. - Пригождаюсь! - обрадовался Полезный, тут же подхватив свиток, падающий со стола беса Счётного. - Бес Смысленный! Ты за глубокомыслие. Навевай гостям мысли о вечном, о бренности, о смысле жизни… Но ненадолго, а то опять в депрессию впадут. - В чём смысл?.. - задумчиво спросил Смысленный, и несколько бесенят вокруг тоже задумались. - Бес Правный! Следи, чтобы всё было по Уставу Бесовства! - По праву сильного! - ошибочно заявил Правный, но его тут же поправил взгляд Балбеса. - То есть, по закону! - Бес Апелляционный! Ты принимаешь и... отклоняешь все апелляции, жалобы и просьбы о пересмотре решений. Твои формулировки отказов должны быть изощрёнными, неопровержимыми и доводить до слёз. - Отказано. В соответствии с пунктом 7.2.4.б Устава... - начал он, доставая громоздкий фолиант. - Я не оставлю от их претензий камня на камне. Каждый мой отказ будет шедевром юридического коварства! - Бес Прерывный! Организуешь перерывы в музыке, в танцах, в веселье. Короткие, но драматические паузы, чтобы гости успели перевести дух и осознать весь ужас… то есть, всё веселье происходящего. - Пауза! - скомандовал Прерывный, и музыка ненадолго стихла. - Бес Примерный! Подавай пример! Пример того, как надо веселиться, как надо пугать, как надо работать. Будь нашим эталоном. - Примерно так! - сказал Примерный и продемонстрировал идеальную, по его мнению, зловещую улыбку. - Бес Порядок! Ты за порядок. Чтоб всё было на своих местах, чисто и аккуратно. После вечеринки - идеальная уборка. - Порядок - прежде всего! - заявил Порядок, нервно поправляя криво висящую картину. - Бес Помощный! Ты - главный помощник. Помогай всем, кто попросит, подменяй тех, кто устал, будь нашим универсальным бесом. - Помогать - это моё второе имя! - крикнул Помощный, уже помогая бесу Сильному поднимать упавшую колонну. - Бес Приютный! Организуешь уютные уголки, где гости могут укрыться от шума, уединиться и почувствовать себя как в надёжном приюте. - Приют для уставших душ! - пообещал Приютный, начиняя мягкие подушки грешными снами. - Бес Совестный! Ты - наша совесть. Будешь тихонько нашептывать гостям, что, может, не стоит пить так много или излишне дразнить беса Зубого. Но очень тихо! - Совестно как-то… - прошептал Совестный, опуская глаза. - Бес Сознательный! Следи, чтобы гости оставались в сознании. И в здравом уме. Если кто-то теряет сознание от страха или усталости - приводи в чувство. - В сознании? В сознании! - бормотал Сознательный, тряся за плечи беса Покойного, который просто прилёг отдохнуть. - Бес Стыдный! Вызывай у гостей чувство стыда за мелкие провинности. Съел последнюю закуску - стыд! Опоздал на конкурс - стыд! Но легкий, воспитательный стыд. - Как не стыдно! - укоризненно сказал Стыдный, глядя на беса Платного, и тот невольно убрал лапу из чужого кармана. - Бес Тактный! Следи за тактом. И за тактичностью. Чтоб никто никого не обижал, чтобы шутки были точными, но не колющими. - С тактом? С тактом - вежливо согласился Тактный. - Бес Хозный! Ты - за хозяйственные нужды. Мыло, туалетная бумага, запасные лампочки, скотч. Всё должно быть в наличии и в доступности. - Хозрасчёт! - рявкнул Хозный, сгребая в охапку рулоны бумаги. - Бес Хитростный! Отвечаешь за все хитрости и уловки. За запутанные квесты, за головоломки, за скрытые механизмы. Чтоб гостям было интересно разгадывать. - Вот хитрость! - сказал Хитростный, и дверь за его спиной внезапно стала стеной. - Бес Цветный! Ты за цветовую гамму! Чтоб преобладали оранжевый, чёрный, лиловый. Никаких пастельных тонов и уж тем более бежевого! - Расцветём! - пообещал Цветный, и его собственная шерсть заиграла всеми цветами радуги. - Бес Человечный! Ты - наш специалист по человеческим слабостям. Подскажешь, чего они хотят, чего боятся, что их радует. Будь нашим «человековедом». - О, я знаю их, этих человеков… - мечтательно сказал Человечный, потирая лапы. - Бес Смертный! - Балбес отыскал его в стороне от всеобщей суеты. Тот стоял, задумчиво наблюдая, как сидящий на подоконнике призрак лаборанта пытается допить свой вечный кофе. - Твоя роль - быть «мостом». Ты доскональнее всех знаешь и чувствуешь нужды смертных. Их сиюминутные слабости, их потаённые страхи, их мимолётные желания. Следи, чтобы ни одна мелкая прихоть гостя не осталась без внимания. Хочет ли он внезапно жареного зефира в три ночи или испытывает подсознательную тоску по звуку дождя по крыше - ты должен предугадать и обеспечить. Ты - наша служба точечного сервиса для бренной души. - Понимаю с полуслова, - тихо, но очень внятно ответил Смертный. В его глазах сияла бездонная грусть, накопленная за эоны наблюдений за людскими судьбами. - Я услышу, о чём они не решаются попросить вслух. Страх опоздать на последнюю электричку, желание спрятаться от всех в тёмном углу, внезапная ностальгия по запаху детского сада… Всё это станет частью атмосферы. Я сделаю так, чтобы каждый гость почувствовал: его самые мимолётные печали здесь ценят и понимают. - Бес Чувственный! Отвечаешь за чувства. Чтоб гости не просто веселились, а чувствовали всю гамму: от лёгкой тревоги до восторга. - Прочувствуйте всё! - призвал Чувственный, и по залу пронёсся вздох общего умиления. - Бес Эмоциональный! - Балбес обратился к бесу, чьё тело переливалось всеми оттенками чувств: от багрового гнева до прозрачной грусти. - Твоя задача - управление эмоциональными качелями. Чтобы гость за минуту переходил от хохота к рыданиям, от нежности к ярости. Чтобы ни одно чувство не задерживалось надолго, оставляя после себя лишь опустошение. - Чувства - это краски! И я - художник! - воскликнул Эмоциональный, и по залу прокатилась волна беспричинной радости, сменившись приступом всеобщей тоски. - Зачем выбирать одно, если можно испытать всё и сразу? Вот смотрите: гость видит тыкву - и плачет о бренности жизни. Через секунду он злится на себя за эти слёзы. Ещё через мгновение - влюбляется в призрака за шторой. Разве не прекрасно? Он хлопнул в ладоши, и у Беса Вредного навернулись слёзы умиления. - Бес Сахара Сладкого! - Балбес подозвал беса, от которого пахло карамелью, патокой и детством, которое никогда не заканчивалось. - Всё будет сладко-сладко! До самой тошноты! - пропел Сладкий, и его голос лип к слуху, как ириска. - Я не даю наслаждение. Я даю переизбыток. Одна капля мёда - радость. Бочка - пытка. Я делаю так, чтобы воздух стал густым, как сироп, улыбки застыли, а в горле першило от избытка мёда. Я дарю искушение, от которого выворачивает. Я заполняю всё: мысли - сахарными грёзами, слова - глазурью, душу - патокой. Хотите, чтобы гость возненавидел самые свои светлые воспоминания? Обесцветьте их сладостью! Он махнул лапой, и струя сгущённого молока повисла в воздухе, тяжёлая и безвкусная. - Сладость должна быть дозой. А я - тот, кто эту дозу превышает. Всегда. - Бес Предельный! Ты - наш ограничитель. Следи, чтобы всё было в пределах разумного: шум, свет, эмоции, траты. Никаких превышений! - Предел ясен! - кивнул Предельный, мысленно очерчивая вокруг себя красную линию. - Бес Граничный! - Балбес обратился к бесу, который стоял ровно на линии, где тень от колонны встречалась с полосой лунного света, и казался сотканным из самой этой границы. - Твоя задача - обозначение пределов. Чтобы гость точно знал, где заканчивается «страшно» и начинается «смертельно», где «веселье» перетекает в «безумие», а «дискомфорт» - в «необратимый ущерб психике». Ты - страж допустимых отклонений. - Всё имеет свой предел. Даже бесконечность - и та чему-то служит границей, - прозвучал голос, будто доносящийся из узкой щели между мирами. - Я не запрещаю выходить за рамки, но напоминаю, что у каждой бездны есть край. Вот здесь можно спуститься в подвал - и вернуться. А вот здесь - уже нет. Это не угроза. Это - свойство пространства. Он провёл ладонью по воздуху, и в нём остался вибрирующий, едва видимый контур. - Моя работа - делать выбор осознанным. Чтобы риск был не случайностью, а решением. - Бес Вестный! - Балбес увидел его у двери, застывшего в ожидании, с свитками на поясе и гусиным пером за рогом. - Ты - проводник новостей. Ни один приказ не должен потеряться, ни одно предупреждение - опоздать. Разноси вести так, чтобы они опережали события. И пусть даже дурные известия приходят с изящным оформлением! - Весть - как ветер. Её не удержать, - отозвался Вестный, и его голос звучал так, будто доносился из соседнего зала, хотя он стоял рядом. - Я несу не просто слова. Я несу настроение. Объявление о начале бала будет пахнуть звёздной пылью, а извещение о закрытии бала - отдавать затхлостью склепа. Всё будет упаковано в нужную атмосферу. Он развернул один из свитков, и по залу пронёсся шепот: «Бес Платный повышает цены на томление... через пять минут». - Никто не будет застигнут врасплох. Но никто и не успеет к этому подготовиться. Идеальный баланс. - Еще двое бесов. Конечный, ты подводишь итоги. Основательный - закладываешь фундамент всех процессов. Без вас всё рассыплется! - Всё приведу к одному знаменателю! - мрачно пообещал Конечный. - Основательно. Медленно. Нерушимо. - прогремел Основательный, и пол под ним стал прочнее. - Бес Шовный! Ты за латание дыр. Зашивай прорехи в реальности, скрепляй разваливающиеся стены, сшивай расползающиеся тени. Чтобы ужас был монолитным! - Сошьём всё в цельный кошмар... - прошипел Шовный, в его длинных проворных лапках блеснула игла с нитью из сумеречного шёлка. - Ни одна трещина в мироздании не уйдёт от моего внимания. Всё будет аккуратно и прочно сшито... в единый ковёр вечного ужаса. - Бес Костный! - Балбес обратился к бесу, чье тело напоминало анатомический атлас, а пальцы звенели, как перебираемые позвонки. - Твоя сфера - несущие конструкции. Следи, чтобы скелеты в шкафах не проседали, чтобы рёбра лестниц не трещали под ногами, а скрытый остов самого Института оставался незыблемым. - Всё держится на костях. Даже метафоры, - щёлкнул Костный, поправляя свою ключицу. - Я не создаю форму. Я создаю то, что её держит. Вот гость спотыкается - это я проверяю его на прочность. Вот призрак проваливается сквозь пол - это я убираю лишнюю косточку из решётки реальности. Всё должно быть крепким. Или... ломаться с правильным хрустом. Он провёл ладонью по стене, и та на мгновение стала прозрачной, показав идеальный ажур из костяных балок. - Страх гниёт. А кость - вечна. Я делаю ваш ужас долговечным. - Бес Илово! - Балбес произнёс это имя с особым уважением, глядя на беса, чьи лапы были по локти в чём-то тёмном, вязком и бесконечно плодородном. - Ты - хранитель первоматерии. Твоя задача - обеспечивать среду для воплощения. Из твоего ила бес Страшный лепит чудищ, бес Образный черпает метафоры, а Безделица сосёт тоску. Без тебя наши идеи останутся лишь пустыми мыслями! - Всё из меня... и всё ко мне вернётся, - булькнул Илово, и на полу перед ним выросла маленькая идеальная клумба бурьяна и скорби. - Я - тина на дне их снов, осадок на дне их памяти. Из моего ила рождаются самые живучие кошмары и самые цепкие намёки. Без моей грязи - ваш хаос будет слишком стерильным. Он медленно погрузил лапу в ведро с чем-то тёплым и органическим, и вынул оттуда готовый, но ещё не оформленный, страх одиночества. - Приносите свои идеи. Я дам им плоть и почву для роста. - О’Бес Точённый! - Балбес уважительно склонил голову перед бесом, напоминавшим идеальный циркуль, чьи движения были выверены до микрона. - Твоя задача - абсолютная точность. Чтобы ровно в 03:00:00 пропал свет. Чтобы портал открывался не «где-то тут», а на расстоянии ровно 1,618 метра от левой стены. Чтобы каждый волосок в паутине дрожал с частотой ровно 13 Гц. Ты - эталон безупречности. - Ноль погрешностей. Ноль допусков, - раздался размеренный голос, похожий на тиканье атомных часов. - Хаос - это не оправдание для небрежности. Самый красивый беспорядок - тот, что просчитан до мельчайшей детали. Ваш «случайный» ужас будет таковым лишь для наблюдателя. В его основе лежит математическое совершенство. Всё остальное - дилетантство. - Бес-Тия! - Голос Балбеса прозвучал с непривычной почтительностью, а в воздухе запахло озоновой свежестью после грозы и раскалённым металлом. Она вошла, не удостоив взглядом суетящихся мелких бесов, и её грациозная поступь оставляла на камне оплавленные следы. Воплощение неукротимой силы, Адская императрица, стоящая над системой. Властная, с пламенеющими волосами, в золотой короне и с огненным копьём в лапах.  - Твоя сфера - воля и мощь. Ты - та, кто не организует, а повелевает. Если хаос выходит из-под контроля - одно твоё слово возвращает его в берега. Если гости забывают, в чьём доме находятся - твоё присутствие напоминает им об этом. - Вы забываетесь, Балбес, - её голос был низким и мелодичным, как гул натянутых струн. - Я не получаю задания. Я определяю - будет так, или не будет. Ваш «Бессовет» - это игра в порядок. А я - напоминание о том, что есть лишь один закон: сила. Я не участвую в подготовке праздника. Я - тот самый праздник, когда он становится по-настоящему опасным. Она воткнула копьё в пол, и от него по мрамору поползла паутина трещин, заполненных магмой. Три сосны моментально сгорели и бес Мозглый наконец смог освободиться. Ничего не понявший, он просто быстренько удрал. Бес-Тия снисходительно кивнула. - Пусть бесы играют в свои бюрократические игры. Но когда им понадобится настоящая власть - они услышат моё имя. Сверяясь со свитком, Балбес обвёл взглядом зал. - Кажется, все ключевые роли распределены. Остались лишь... - он запнулся, почувствовав лёгкое, едва уловимое движение воздуха в центре зала. Это было не физическое движение, а скорее сдвиг в восприятии. И все присутствующие вдруг ощутили Её. Её не было видно. Не было слышно. Но Она была. Безделица. Она не вошла и не материализовалась. Она просто проявилась, как проявляется фотография в растворе, - постепенно и неотвратимо. Это была не фигура, а скорее настроение, сгусток тихой, безразличной пустоты. Бес Умный, который только что строил заумные планы, вдруг замер, и его коготь, выводивший формулы в воздухе, опустился. «А в чём, собственно, смысл?» - пронеслось у него в голове. Его сложные схемы вдруг показались ему детскими каракулями на песке, который вот-вот смоет волной. Бес Счётный на секунду оторвался от своих счёт. Бесконечные колонны цифр вдруг показались ему абсолютно бессмысленными. «Что я, в сущности, считаю? Миг между прошлым и будущим?» - с удивлением подумал он, и костяшки в его лапах замерли. Даже бес Вредный на мгновение перестал искать, кому бы подставить подножку. Его охватило странное чувство: а какая, в конце концов, разница? В зале повисла не тишина, а гулкая тишь, наполненная осознанием собственной незначительности. Каждый бес, от мала до велика, вдруг ощутил себя соринкой в мировом масштабе. Длилось это всего несколько секунд. Потом бес Шуточный громко чихнул, и заклятье рассеялось. - ...Э-э-э, остались лишь второстепенные моменты, - закончил фразу Балбес, с усилием стряхнув с себя это странное оцепенение и чувствуя, как куда-то испарилась львиная доля его профессиональной гордости. Он беспомощно посмотрел на Главсобеса. Тот, сидя в тени, медленно кивнул. Где-то в чертах его каменного лица на мгновение мелькнуло что-то похожее на понимание.   - Безделица уже приступила. Она будет работать на протяжении всего праздника. Чтобы никто не возомнил о себе слишком много. - Что ж, второстепенные роли… - Балбес потянулся к свитку, почти уже свернутому. - Бес Наказанный! - Балбес произнёс это имя тише обычного, и взгляд его на мгновение смягчился. Все присутствующие невольно переглянулись. Тот, к кому обратились, сидел на низкой скамье в стороне от всех, опустив голову, и его рога были аккуратно подпилены. - Твоя задача... - Балбес запнулся, подбирая слова. - ...понимать природу последствий. Ты - наше напоминание самим себе. Когда кто-то из нас переходит черту, твоя тишина кричит громче любых правил. Наказанный не ответил. Он лишь молча поднял на Балбеса взгляд, в котором читалась не злоба, а тяжёлое, обездвиживающее понимание. Понимание того, что даже у бесов есть правила, которые нельзя нарушать, и что расплата в Аду - не метафора. - Он не наказан нами, - вдруг раздался голос Главсобеса из тени. - Он принял наказание добровольно. Чтобы остальные помнили: есть ошибки, которые искупить можно только молчанием. Он - живой символ последствий, немой укор и хранитель внутреннего кодекса. Он не выполняет поручений, являясь постоянным, безмолвным напоминанием о том, что даже абсолютная свобода заканчивается там, где начинается ответственность перед целым. Да, он наказан. Но его наказание - не следствие слабости, а высшая форма силы - сила принять последствия. - Бес Обидный! - Балбес позвал его без энтузиазма. Оный бес, как и ожидалось, уже стоял в сторонке, сгорбившись и рисуя палочкой на пыльном полу грустные рожицы. - Твоя задача… - организатор на мгновение задумался, подбирая слова, чтобы не усугублять. - …создавать и подкидывать обиды. Мелкие, колкие, но не смертельные. Чтоб гости чувствовали лёгкий укол досады, а не яростный гнев. Чтобы бес Дарный, раздавая подарки, случайно обошёл кого-то вниманием. Чтобы бес Шуточный пошутил чуть-чуть невпопад. Ты - мастер субтильного душевного дискомфорта. - Ну конечно, - пробормотал Обидный, не поднимая глаз. - Меня всегда на самое обидное и ставят. Никто не думает, а хочу ли я. А если я не справлюсь? Тогда на меня же все и обидятся. Как всегда. Он тяжело вздохнул, и несколько ближайших свечей едва не погасли от этого выдоха вселенской скорби. - Ладно уж… Буду обижать. Только чтобы никто не заплакал. А то меня потом винить будут. И снова обидятся. Балбес почувствовал, как в его душе зашевелилось странное чувство - не то жалость, не то раздражение, не то желание немедленно пойти и выпить. Он лишь кивнул и поспешил перейти к следующему пункту, пока Обидный не начал объяснять, почему это задание - личное оскорбление именно для него. - Бес Вины Виноватый! - Балбес позвал его негромко, почти шёпотом, и из-за шторы сразу же появилась сгорбленная фигура с такими виноватыми глазами, что даже у беса Платного ёкнуло нечто, похожее на совесть. - Твоя задача - распределение чувства вины. Чтобы гость, разбив тыкву, почувствовал, что погубил единственный источник света во Вселенной. Чтобы бес, опоздавший на секунду, ощутил, что из-за него рухнули все планы Ада. Ты - мастер самообвинения. - Простите... это я, наверное, виноват, что отвлёк вас, - прошептал Бес Вины, безнадёжно опустив плечи. - Может, мне просто постоять в углу? Там, где я никому не помешаю... хотя, наверное, и угол был бы рад, если бы я его не занимал... Он вздохнул так, что у беса Обидного навернулись слёзы, а бес Дарный вдруг беспричинно сунул ему конфетку. - Я не заставляю никого чувствовать вину. Я просто... напоминаю, что она возможна. Что каждый ваш выбор мог бы быть лучше. Что та тень в углу - не просто тень, а чья-то невысказанная обида. И да... это, наверное, тоже я виноват, что сейчас всё так мрачно сказал. - Бес Пощадный! Ты - наша пощада. Если кому-то станет уж совсем страшно или тоскливо - пожалей, утешь, прояви пощаду. - Пожалею от всей бесовской сущности! - прошептал Пощадный, всучивая бесу Вины носовой платок размером с парус. - Бесанутый! - Балбес инстинктивно отпрянул, увидев, как тот, вращая всеми зрачками одновременно, пытается прикрутить к потолку дирижабль из спрессованного кошмара. - Твоя задача - генерировать идеи за гранью! То, что другим кажется безумием, для тебя - черновик. Твори! Но чтобы работало! - РАБОТАЕТ? - гаркнул Бесанутый, внезапно повиснув вниз головой и рисуя в воздухе схему вечного двигателя на слезах скуки. - Летающие табуретки? Пение плесени? Тыква, испытывающая экзистенциальный кризис? ВСЁ РАБОТАЕТ! Смотри: тишина - она зелёная, а совещание пахнет углом! Я заменю все лампы на вопли и заставлю время течь задом вперёд! Он сорвался с места, чтобы «улучшить» музыку беса Звучного, добавив в неё партию для трёх сломанных циркулярных пил. Балбес понял: гениальный хаос обеспечен. - Бес Таланный! - Балбес подозвал беса, от которого буквально веяло вдохновением и творческим беспорядком. В одной лапе он сжимал кисть, в другой - нотный стан, из кармана высовывались чертежи, а за ухом торчало перо, исписанное стихами. - Твоя задача - раскрытие потенциала. Чтобы каждый гость и каждый бес обнаружил в себе скрытый дар, обычно бесполезный в контексте вечеринки: пение арий в полной темноте, складывание оригами из паутины, декламирование стихов в состоянии паники. Ты - вдохновитель ненужных озарений. - О, я вижу потенциал повсюду! - воскликнул Таланный, размахивая лапами и случайно создав в воздухе акварельный закат. - Вот, смотрите: Бес Вредный обладает врождённым талантом к балету! Представьте, как он, грациозно исполняя па-де-де, подставляет всем подножки! А бес Обидный... я чувствую, он мог бы вышивать крестиком шедевры, используя нитки из собственных нервов! Зачем? А почему бы и нет? Он подбежал к Бесу Счётному и сунул ему в лапы ком глины. - Я уверен, ты скрываешь в себе дар гончара! Слепи что-нибудь... например, вазу для слёз! - Бес Пилотный! - Балбес кивнул бесу в заляпанной грязью кожаной куртке, с шарфом на шее и в лётных очках с треснувшей линзой. Тот только что приземлил дымящийся аппарат, похожий на помесь метлы и истребителя, прямо в центр зала. - Твоя задача - тестовые запуски. Любой новый кошмар, любая аномалия, любой портал - сначала их испытываешь ты. Если Бесанутый изобрёл летающие табуретки - ты проверяешь, насколько хватит терпения у гостя, прежде чем он сломается. Если бес Глючный создал измерение, где законы физики - лишь намёк - ты первым туда сунешься и выяснишь, возвращается ли кто-то обратно. Ты - первопроходец адских инноваций. - Вызывайте... когда будете готовы к последствиям, - хрипло ответил Пилотный, смахивая с плеча осколки искажённой реальности. - Главный по НИОКР (Научно-Исследовательские и Опытно-Кошмарные Работы), специалист по полевым испытаниям невозможного - к вашим услугам. Я уже тестировал «зеркало, показывающее ваши неуверенные в себе версии». Результат: семеро из десяти гостей пытаются подражать сами себе. Оставшиеся трое - плачут. Рекомендую к запуску. А вот «комната, где все твои мечты сбываются... буквально» - бракуем. Слишком предсказуемо и... сентиментально. Он достал из кармана обугленный блокнот: - Следующий на очереди - «безмолвный оркестр призраков, играющий на струнах вашей совести». Сулит интересные побочные эффекты. Погнали? - Бес Альтернативный! - Балбес жестом подозвал беса, который одновременно шёл в трёх разных направлениях, а его тень отбрасывали пять несовпадающих источников света. - Твоя задача - создание параллельных реальностей. Чтобы каждый гость, выбирая между левой и правой дверью, оказывался в обеих комнатах сразу. Чтобы бес Страшный, создавая чудище, тут же предлагал ему три разных биографии, пять вариантов смерти и двенадцать интерпретаций его символического значения. Ты - куратор вероятностей. - А почему бы и нет? Или - почему бы и да? - откликнулся Альтернативный, и его голос прозвучал как хор, доносящийся из нескольких вселенных. - Зачем ограничиваться одним кошмаром, если можно предложить веер из тридцати трёх, включая опцию «кошмар в пастельных тонах» или «экзистенциальный ужас с элементами иронии»? Я не отменяю выбор - я делаю его бесконечным. Он щёлкнул пальцами, и проход между колоннами раздвоился, а затем и растроился, уходя в разные версии одного и того же коридора. - Гость всегда получит то, чего боится. Вопрос лишь в том, какую форму его страх примет сегодня. Превращая линейный ужас в нелинейное приключение, а каждый выбор гостя - в точку бифуркации, ведущую к новым, неисследованным глубинам отчаяния - я гарантирую, что эта форма будет... вариативной. - Красота-а-а! - провизжал бес Шуточный, выбегая из всех трех коридоров и сталкиваясь с тремя собой, устраивая кучу-малу. - Дайте ДВА! - Дайте два? - переспросил Бес Альтернативный - и тут же раздвоился, затем растроился, и вот уже три беса Альтернативных стояли рядом, зеркально ухмыляясь. - Пожалуйста. А можно и три. Или семь. Или бесконечность - это ведь тоже вариант. Первый добавил: - Я буду создавать альтернативы для гостей. Лестница, которая ведёт одновременно на чердак и в подвал. Зеркало, показывающее тебя и твоего двойника из мира, где ты сделал иной выбор. Второй парировал: - А я буду создавать альтернативы для бесов. Что, если бес Вредный сегодня решит не пакостить, а помогать? Если бес Платный внедрит систему скидок за улыбку? Если бес Страшный начнёт пугать... добротой? Они обменялись взглядами - и в воздухе вспыхнула радуга из невозможных вероятностей. - Пусть гости сомневаются в реальности. А бесы - в себе. Это же так... альтернативно. - иронично осклабился третий. - Бес Алаберный! - Балбес окинул взглядом зал и нашёл его там, где тот, не касаясь пола, ловко жонглировал тремя запечатанными свитками, двумя горящими углями и одним изловленным призраком, который пытался ускользнуть с совещания. - Ты - наш главный по невыполнимым просьбам и несогласованным графикам! Ты должен одновременно доносить указы Главсобеса до беса Ударного, передавать меню беса Вкусного бесу Платному и улаживать спор беса Шумного с бесом Ухим о громкости ночных кошмаров!   - Уже в процессе! Всё под контролем! Ничего не упущу! - заверещал Алаберный, одной парой лап подхватывая новый свиток, другой - ставя печать на прошлой неделе, а третьей - поправляя нимб призраку, подброшенному и застрявшему в люстре. - Сейчас согласую с метеобесами насчёт ливня из лягушек на пятницу, перенесу репетицию хора призраков из Южного крыла в Западное и найду пропавшую тень беса Срочного! Всё будет сделано! Или не будет! Но процесс уже запущен! - Бес Рукий! - Балбес кивнул бесу, чьи многочисленные руки двигались в идеальном хаотичном ритме, одновременно поправляя гирлянды, записывая протокол и помешивая зелье в котле. - Твоя задача - многозадачность в её чистом виде. Ты везде, где нужны десятки рук одновременно: поддержать падающий канделябр, поймать выскользнувшую душу, подставить стул уставшему гостю и тут же выдернуть его из-под него. - Уже делаю! - донеслось сразу из нескольких углов зала, хотя сам Рукий никуда не двигался с места. - Шесть рук чинят портал, три - дирижируют хором призраков, а ещё две - готовят доклад о превышении сметы. Остальные - про запас. Вдруг кому-то одновременно нужно будет подать огнетушитель и стакан воды? - Бес Лапый! - Балбес обратился к мохнатому бесу с большими, мягкими подушечками на лапах, который бесшумно скользил по залу. - Твоя задача - тактильный контакт. - Мур-р-р... то есть, так точно, - промурлыкал Лапый, потираясь о ножку стула. - Я не пугаю. Я создаю ощущение присутствия. И это пугает куда сильнее. Хотите, чтобы гость в полной темноте наступил на что-то пушистое? Чтобы гость не слышал шагов, но чувствовал, как нечто меховое ненадолго коснулось его колена леча в тёмном коридоре. Или чтобы он проснулся от того что кто-то вылизывает ему пятки? Это создаёт... особую связь. - Бес Сердечный! - Балбес с лёгкой иронией посмотрел на беса, у которого на груди светилась яркая неоновая эмблема в форме сердца. - Ты - эмоциональный манипулятои. Чтобы гость в самый страшный момент вдруг почувствовал прилив ностальгической грусти. Чтобы бес Вредный, насыпав соль в сахарницу, внезапно испытал угрызения совести. - Я просто хочу, чтобы всем было тепло... и немного не по себе от этой теплоты, - сказал Сердечный, и его голос звучал как объятия давно забытого друга. - Вот гость бежит от призрака, а я делаю так, чтобы он вспомнил свою первую любовь. Дезориентация полная! А можно наоборот - в момент умиротворения навести на него тоску по чему-то навсегда утраченному. Сердце - лучший проводник для ужаса. - Бес Понятия! - Балбес позвал его, и в воздухе вдруг стало понятнее, хотя ничего не изменилось. Этот бес не вошёл - он проявился как внезапная ясность в самом центре хаоса. - Твоя задача - работа с фундаментальными категориями. Чтобы «Ужас» оставался ужасным, «Страх» - пугающим, а «Беспредел» - действительно беспредельным. Ты - хранитель смыслов Ада. - Всё упирается в определения, - раздался голос, чистый и прозрачный, как стекло. - Если гость перестаёт понимать, что такое «Боль», - вся наша работа идёт насмарку. Если «Вечность» кажется ему короткой - мы банкроты. Я слежу за чистотой понятий. Он подошёл к стене, на которой висела карта Ада, коснулся её - и карта вдруг стала более «картой». - Вот, например, «Наказание». Сегодня некоторые понимают его как «неудобство». Это недопустимо. Я верну ему масштаб. А «Грех»… стал таким бытовым. Нет, господа, грех - это не «опоздать на работу». Грех - это разорвать ткань мироздания, потакая гордыне. Я напомню. - Бес Личный! - Балбес кивнул бесу, который не стоял в толпе, а как будто присутствовал здесь в виде лёгкого дуновения, обращённого к каждому индивидуально. - Твоя задача - индивидуальный подход в условиях массового кошмара. Чтобы каждый гость чувствовал: этот ужас создан специально для него. Чтобы каждый бес, получая задание, ощущал, что его миссия уникальна. - Для каждого - своё, - прозвучал голос, который каждый услышал по-разному: один - как шёпот любимого человека, другой - как скрип собственного гроба. - Я настраиваю общий ужас под конкретную душу. Для кого-то призрак будет выглядеть как строгая мать, для кого-то - как первый начальник. Кому-то я подсуну страх высоты, кому-то - боязнь публичных выступлений, а кому-то - панику от неправильно поставленной запятой. Он повернулся к Бесу Страшному: - Твои чудища великолепны, но они - чистый холст. А я - тот, кто пишет на этом холсте портрет зрителя. - Бес Предварительный! - Балбес обратился к бесу, который уже стоял у входа с папкой, проверяя списки и сверяя всё с планом. - Твоя задача - предварительная подготовка и черновая работа. Ты - тот, кто расставляет стулья до того, как гости сломают их в панике. Ты наводишь предварительный ужас, создаёшь предварительный беспорядок. - Всё должно быть готово до начала, - сказал Предварительный, помечая что-то в блокноте. - Я уже проверил, что половина лампочек мигает с нужной частотой, а в буфете не хватает ровно трёх ложек. Я создаю ту самую лёгкую тревожность, которая подсказывает гостям: дальше будет только хуже. Предвкушение - лучшая приправа к страху. Он одобрительно кивнул в сторону Беса Страшного: - Я подготовил для тебя несколько скелетов в шкафу. Буквально. - Бес Болезненный, отвечаешь за лёгкое недомогание гостей в мрачных и пугающих местах. Головокружение, ломота, кашель - твои инструменты. Бес Палый, помогаешь намёками на тленность бытия. Ясно? - Болезненно ясно! - просипел Болезненный, и у нескольких бесенят тут же запершило в горле. - Всё падёт... в положенный срок, - прошелестел Палый, указывая на осыпающуюся штукатурку. - Бес Наркоза! - Балбес жестом подозвал беса в белом халате, с невозмутимым лицом и лапами, пахнущими эфиром и забытьём. -Ты - хранитель грани между «ещё можно» и «уже нельзя». - Дозировано и по показаниям, - монотонно ответил Наркоза, поправляя резиновые перчатки. - Я не лечу. Я просто... приостанавливаю. Если гость вот-вот сломается - я даю ему передышку в виде глубокого сна. Если эксперимент беса Новатого зашёл слишком далеко - усыпляю свидетелей. Моя задача - не давать страданию перейти в необратимую фазу. Иногда для идеального кошмара нужно, чтобы жертва ненадолго всё забыла и начала с чистого листа. Свежий ужас всегда острее. Он достал шприц с мутной жидкостью. - Кстати, вы не хотите вздремнуть? Всего на пару веков... Спровадив беса Наркоза подальше и опорожнив графин до дна, слегка пошатывающийся от усталости Балбес оперся на трибуну, пытаясь сфокусировать внимание на нижних строках свитка. - Бес Контрольный! - Балбес кивнул бесу в строгом сером мундире, с холодными глазами и блокнотом, в котором уже были отмечены все опоздавшие и нарушители регламента. - Твоя задача - тотальный аудит. Ты проверяешь всё: соответствуют ли вопли беса Звучного утверждённой тональности, уложился ли бес Страшный в смету на паутину, не превышает ли бес Платный установленные лимиты наценки. Ты - воплощенный стандарт. - Протокол - это всё, - отчеканил Контрольный, и его голос звучал как стук печати на приговоре. - Без меня ваш хаос выродится в анархию. Я слежу, чтобы каждый твой шаг, Балбес, и каждый чих Беса Вредного были документированы, утверждены и соответствовали параграфу. Отклонение? Зафиксировано. Нарушение? Уже внесено в отчёт. Он взглянул на Бесанутого, и тот невольно выпрямился. - Ваше «гениальное новшество» не получит одобрения, пока не пройдёт все инстанции. И да - форма 7-Б заполнена с ошибкой. К завтрашнему рассвету - исправить. - Бес Проблем! - Балбес только назвал его, и в ту же секунду дверь заклинило, микрофон завис, а у половины присутствующих облысели хвосты. - А, так ты уже здесь. Беса Проблем не было видно, но признаки его присутствия были повсюду: отвалившаяся ручка у шкафа, внезапно закончившиеся бланки заданий и необъяснимая лужа машинного масла посреди зала. - Что, опять я крайний? - раздался голос из вентиляции, где только что безнадёжно застрял громадный ком мусора, и слова сопровождались облаками темно-серой пыли. - Я даже ничего не делаю! Я просто... тут. И всё само ломается. Это не моя проблема, что у вас проблемы со мной! Он чихнул - и у беса Счётного все костяшки на счётах перемешались. Он вздохнул - и план праздника внезапно оказался написанным на древнешумерском. - Хотите, чтобы я ушёл? - спросил он голосом человека, который только что пролил кофе на клавиатуру. - Попробуйте. Но учтите: сам процесс моего ухода создаст столько проблем, что вы будете вспоминать этот день как золотой век стабильности. - Бес Выходных! - Балбес позвал его, оглядывая зал, и не особо надеясь увидеть. Тот, как и ожидалось, отсутствовал. Поискав, бес Пробудный обнаружил его спящим в каморке для хранения метёл, завернувшемся в саван из тишины и ничегонеделания. Не сумев добудиться, так и принес завёрнутым на общее собрание. - Проснись! - тряхнул его Балбес. - Твоя задача - обеспечивать иллюзию отдыха! Чтобы у гостей после нашей адской вечеринки осталось ощущение, что они отдохнули, даже если их психика будет нуждаться в реанимации. Создай им такие «выходные» прямо здесь, среди хаоса! - М-м-м? Понедельник? Уже? - пробормотал Выходных, протирая глаза. - А нельзя перенести на февраль? Тридцатого... Он зевнул, и несколько бесов рядом невольно зазевались тоже, забыв о поручениях. - Ладно, ладно... Сейчас что-нибудь придумаю, - он лениво щёлкнул пальцами. - Вот, в углу будет диванчик. Кто на него ляжет - почувствует, будто проспал все воскресенье. Правда, проснётся с полным отсутствием веры в будущее. Но зато - выспавшимся! А потом... наступает осознание, что время ушло, а дела остались. И это - прекрасная пытка. Или... можно сделать «микро-отпуск»: три секунды полной прострации с ощущением, что дедлайны горят где-то далеко... у других. Он снова начал клевать носом. - В общем, отдыхайте... если сможете... я вот не смог... - и он опять провалился в сон, создав вокруг себя ауру идеального безделия. - Бес Ликий! - Балбес подозрительно оглядел пустое пространство у левой колонны, где, как всем казалось, никого не было. - Твоя задача - быть нашим оком там, где его быть не должно! Никаких тебе мундиров и свитков - твой удел тени и отражения в чужих зрачках! Пройдись по самым тёмным углам, подслушай, что шепчут в буфете за спиной у беса Платного, подсмотри, какие гримасы корчит бес Отрадный, оставшись один! Ты - наше всевидящее, невидимое око! - Уже смотрю, - прозвучал едва уловимый голосок прямо над ухом Балбеса, отчего тот дёрнулся. - Бес Сладкий тайком подсыпает сахар в солёные огурцы. Бес Шумный репетирует ругательства шёпотом. А вы, кстати, сегодня с утра зеркало в прихожей так и не протёрли. Я всё вижу. Даже то, что видеть не положено. Из пустоты на миг возникла ухмыляющаяся рожица и тут же растаяла, оставив лишь неприятное ощущение, что за тобой пристально наблюдают. - Бес Фанатизма! - Балбес произнёс это имя с лёгкой опаской, глядя на беса, в глазах которого сияла бездонная, не знающая сомнений вера. - Твоя задача - создание одержимости. Чтобы гость, попробовав тыквенного сока, навсегда уверовал в его непревзойденный вкус. Чтобы бес, получив задание, выполнял его с самоотверженностью мученика. Ты - источник слепой, безоговорочной преданности идее. - Есть только один правильный путь! И это - наш путь! - выкрикнул Фанатизм, и его слова прозвучали как призыв к крестовому походу. - Я не убеждаю. Я - открываю истину, которая не требует доказательств. Она просто есть. И тот, кто её отрицает - либо глупец, либо враг. Одним движением он сорвал со стены портрет Главсобеса и прижал к груди. - Сомнение - это слабость. Уверенность - сила. А абсолютная уверенность - это абсолютная сила. Давайте обратим в свою веру этот мир! Или уничтожим тех, кто не уверует. - Бес Злобный! - Балбес бросил взгляд в самый тёмный угол зала, откуда на него уже смотрели два узких, горящих жёлтым огнём глаза. - Ты - концентрированная, беспримесная злоба. Не вредность, не пакости, не сарказм - а чистая, яростная ненависть. Чтобы гость, встретившись с твоим взглядом, понимал: его ненавидят не за поступок, не за мысль, а просто за сам факт существования.   В ответ не последовало ни слова - лишь низкое непрерывное рычание, от которого стекла в окнах задрожали, а у беса Жалостного по спине пробежали мурашки. Злобный не говорил. Он излучал. Ненависть исходила от него волнами, тяжёлыми, как свинец, и горькими, как полынь. Одним движением он швырнул в стену камень, и тот не отскочил, а впечатался в неё, словно стена сама предпочла не сопротивляться. - Он... немногословен, - пояснил Балбес, чувствуя, как воздух становится гуще. - Но его работа безупречна. Он уничтожает иллюзии. После встречи с ним гость навсегда запомнит, что мир может быть не просто безразличным, а откровенно враждебным. И это... ценно. - Бес Конечность! - Балбес произнёс это имя с отзвуком глубокого почтения, глядя на беса, чья форма, казалось, терялась где-то за горизонтом, уходя в бесконечную перспективу. - Ты - хранитель пределов и завершений. Твоя задача - напоминать обо всём, что имеет конец. Чтобы веселье длилось ровно до рассвета, чтобы ужас обрывался на самом пике, чтобы надежда гасла в самый нужный момент. Ты - мастер финальных аккордов. - Всё когда-нибудь заканчивается... - прозвучал голос Конечности, и он был похож на тихий звон струны вечности. - Я - та рамка, что придаёт смысл картине. Без меня праздник стал бы пыткой, ужас - скукой, а надежда - мукой. Я - не укорачиваю и не обрываю, а придаю всему законченную форму, без которой любое переживание теряет остроту. Я делаю мгновения - ценными, а выбор - необратимым. Он медленно провёл ладонью по краю стола, и тот приобрёл идеальную завершённую форму, дальше которой было уже ничего. - Всё когда-нибудь заканчивается. Даже гениальный абсурд. Чтобы уступить место чему-то новому. Наконец, уже охрипший, Балбес ткнул когтем в свиток: - Кто будет следить, чтобы тени от свечей падали именно под тем углом, который вызывает подсознательную тревогу? Вопрос повис в воздухе. И тут все поняли, что это уже сделано. В углу зала, куда никто ранее не смотрел, тени уже лежали именно так. А там, где они только что были ровными, теперь стоял он. Бес Ымянный. Никто не видел, как он вошёл. Он появился, как появляется результат сложения. И так же бесшумно исчез, оставив после себя лишь идеально безупречный, тоскливый беспорядок. ...Бес Вредный уже подливал жидкий азот в фонтан с кровью, бес Платный вводил динамическую цену на вздохи, а бес Шовный сшивал края портала, в котором застрял бес Колесный. И в этот момент... - Бес-Совет! - Балбес объявил это так торжественно, что даже дремавший Главсобес приоткрыл один глаз. - Ты - воплощённый регламент. Твоя задача - следить, чтобы само Совещание не расползлось по швам. Прерывать бессмысленные споры, возвращать к повестке, напоминать о кворуме. Ты - дух самого Бессовета. Вместо ответа в центре зала сгустилась тишина, обретая форму. Она не была пустотой - это был институт порядка, возникший из хаоса. Прогремело негромко, без эмоций, как падает молоток судьи: - ВЕДУЩИЙ ПЕРЕХВАТИЛ ИНИЦИАТИВУ. ПОЗИЦИЯ „БЕСА САРАБИИ“ ВНЕСЕНА В ПРОТОКОЛ. ПРЕДЛАГАЮ ПЕРЕЙТИ К СЛЕДУЮЩЕМУ ПУНКТУ. ВОЗРАЖЕНИЙ НЕ ПРИНИМАЮ. Бес Вредный тут же закрыл рот, так и не успев его открыть. Бес Спорный беспомощно заморгал. Бес-Совет не спорил, не уговаривал - он констатировал, и его слова становились реальностью просто потому, что были произнесены. Теперь у собрания была не просто цель - у него была воля. Это высшая форма порядка - когда сам хаос порождает собственную несокрушимую систему для саморегуляции. Бес Спорный замер с перекошенной рожей. Бес Правный с облегчением захлопнул устав. Даже Главсобес одобрительно, почти невесомо, качнул головой в тени. Система заработала. Балбес вытер пот со лба. Ад был готов. * * * Когда последний бес, бормоча себе под нос и лихорадочно строя планы, скрылся за тяжелой дверью, в зале воцарилась непривычная, оглушительная тишина. На полу валялось пенсне Балбеса, да где-то в углу тихо поскуливал бес Жалостный, забытый в общей суматохе. Главсобес, до этого момента сохранявший вид каменного истукана, медленно спустился с своего возвышения и подошел к Балбесу. Тот сидел, сгорбившись, за столом, уткнувшись когтистой лапой в почти пустой свиток. От былой деловой хватки не осталось и следа. - Ну что, справился? - тихо спросил Главсобес, его голос потерял официальные нотки и стал похож на глухой подземный гул. Балбес лишь бессильно махнул лапой. - Справился... - выдохнул он. - Кажется, всё. Бес Смысленный уже ищет смысл в произошедшем, бес Счётный подсчитывает процент уцелевшей мебели, а бес Возвратный... надеюсь, вернёт мое душевное спокойствие. Когда-нибудь. Главсобес молча подровнял стопку листов - Великолапная работа. Я наблюдал. Это... хаос. Но хаос упорядоченный. Настоящий адский механизм. - Он и есть хаос, - Балбес с трудом поправил пенсне на переносице и с тоской посмотрел на испещренный пометками свиток. - Бес Спорный уже написал три меморандума, оспаривая распределение обязанностей. Бес Нравственный требует запретить беса Телесного как явление. А бес Платный... он уже, кажется, выставил счет за использование кислорода в этом зале за последние пятнадцать минут. Уголки рта Главсобеса дрогнули в подобии улыбки. - А разве может быть иначе? Мы же бесы. Не жди от воронья соколиной стати, а от бесов - ангельского терпения. Они свои функции выполнят. Каждый со своим... уникальным подходом. Он подошел к большому витражному окну, изображавшему семь смертных грехов в стиле абстракционизма. За ним клубился вечный адский сумрак. - Смотри, - Главсобес указал когтем. - Уже развешивают гирлянды из кишок. Бес Страшный, кажется, привязал к дереву что-то очень печальное и с глазами как блюдца. А это... бес Местный ведет спор с бесом Дорожным о том, с какой стороны должна быть тропа грешников. Работа кипит. Балбес тяжело поднялся и присоединился к Главсобесу у окна. Да, ад просыпался. В сумраке мелькали фигуры с лестницами, шкафами и ящиками с бутафорией. Эхом донеслось приглушенное: «Левее, левее! Чтоб дух захватывало!» - это бес Образный руководил развешиванием паутины. - Будет грандиозно, - тихо, почти с теплотой, сказал Балбес, и в его голосе впервые за весь день прозвучали нотки предвкушения, а не усталости. - Бес Вкусный уже панирует что-то в сухарях, бес Сильный расставляет столы... один на другом... А бес Шуточный только что подложил бесу Надзорному на стул кнопку. Правда, каменную. - И это - лучший знак, - заключил Главсобес. - Если шутки уже пошли, значит, механизм запущен. Остальное - дело техники. И нашей, адской, природы. Он повернулся к Балбесу, и его огромная тень накрыла организатора. - Ты сделал всё, что мог. Больше - невозможно. Теперь... пора готовить свой фрак. И ждать. Ждать, когда погаснет свет, заиграет музыка беса Звучного и начнется наш главный праздник - ночь, когда стирается грань. Балбес выпрямил спину. Усталость никуда не делась, но ее теперь разбавляла капля гордости и целое море любопытства. - Да, - просто сказал он, глядя в окно на суетящуюся нечисть. - Будет незабываемо. И они оба стояли у окна, два уставших администратора хаоса, глядя, как их безумный, абсурдный, но бесконечно родной мир готовится к вечеринке. А из далеких коридоров уже доносился первый, пробный, леденящий душу смешок. Хеллоуин приближался.