Кинктобер 2025

Какую бы сильную ненависть Джереми ни испытывал к команде Эдгара Аллана за то, что они творили с Жаном и за многочисленные попытки унизить его после ухода, был в этом всём единственный плюс. И то, никогда бы язык не повернулся сказать, что от Воронов Жан получил хоть что-то хорошее. Зато тело прекрасно показывает весь восторг от выносливости Моро. Джереми уже сбился со счёта, сколько времени они не отлипают друг от друга, сколько раз его спина выгибалась, а бёдра вздрагивали, когда тело прошибала очередная волна оргазма. Оба достигли пика уже несколько раз, а им всё мало. Жан не уставал вновь держать запястья Джереми, прижимать его всем весом к кровати и толкаться глубже, чтобы достичь самой лучшей точки внутри капитана. Тела липкие от пота, дыхание сбито, а возбуждение всё не спадает, разжигаясь заново, когда блондин дрожащими руками обхватывал плоть и ласкал языком. Он сам, перепачканный в семени, трогал и себя, чтобы хотябы немного удовлетворить ненасытное желание. Вновь видя, как Джереми ласкает себя и берёт в рот, Жан с трудом удержался, чтобы не притянуть эту светлую макушку ближе, заставляя взять глубже. — Жан... Жан, — сбито позвал его Джереми, — Я хочу ещё, — раздался жалобный скулёж, когда пальцы беспрепятственно проникли внутрь. Жану бесконечно нравилось целовать эти бёдра, сминать в руках и слушать стоны наслаждения, когда он надавливал изнутри пальцами. Внутри Джереми развратно хлюпала смазка, иногда вытекая от очень большого количества, а Моро был готов слизать её всю, ощутить этот вкус и довести Джереми до такого состояния, что он не сможет даже выговорить имя Жана. — Скоро всё будет, подожди ещё немного, — загнанно выдохнул Моро и всё же решил поддаться искушению. Джереми удивлённо ойкнул, когда его бёдра схватили и подняли вверх, закидывая ноги на шею Жана. Тот с хищным удовольствием провёл языком по низу яичек и перешёл к самому сладкому. Горячий язык провёл по дрожащему колечку мышц, собирая всю смазку. Жан тщательно проводил по нему, слушая такие сладкие вздохи со стороны Джереми. В этот момент капитан Троянцев словно лишился навыка речи, издавая только бессмысленные звуки, в которых через раз проскакивало родное имя. Это только больше давало мотивации Жану, чтобы довести дело до конца. Хотя это был бы явно не последний их заход, ведь после такого член не упадёт ни у одного из них. Захочется только больше, от чего комната вновь наполнится словами о любви, непристойными звуками и страстью, распирающей их двоих. Сегодня можно, у них свободен целый день, грех не воспользоваться случаем, если так сильно хочется. — Твою ж мать, ничего вкуснее не пробовал, — на одном дыхании выпалил Жан, используя французский, кончиком языка проникая внутрь. Он был сам на себя не похож, в «трезвом» состоянии Моро не позволил бы себе подобные выражения, слишком стеснялся, зато сейчас этого более чем хватило, чтобы Джереми снова сжался и выстрелил себе на живот ещё одной порцией спермы. Жан только тогда отпустил его снова на кровать, довольно облизываясь. Как и ожидалось, плоть блондина всё ещё стоит, а значит, он готов к продолжению. С другой стороны, как можно оставить такого красивого и милого Джереми, содрогающегося всем телом и с пульсирующим входом, просящим вернуться к себе. Такой прелестный вид заставил член Жана заинтересованно дёрнуться и снова нагнуться над желанным телом. Одна рука расположилась возле уха партнёра, а второй он направил возбуждение в самое нутро Джереми и толкнулся под облегчённый выдох, который поймал поцелуем. Вновь он почувствовал эту влагу, снова головокружительное тепло, не дающее просто так оставаться неподвижным. — Давай, вот здесь, — стараясь отдышаться, направлял капитан, самостоятельно толкаясь под самым удачным углом. Боже, только Жан способен достать до тех мест, от которых Джереми не может устоять, выкрикивая всё, что приходит на ум. Всё самое глупое, милое, смешное или страстное, блондин скажет всё, чтобы Моро не отвлекался ни на что другое. Хочется полностью владеть вниманием защитника, присвоить себе и не отдавать больше никому. Жан не ответил, только начал сильнее вдалбливать Джереми в и так уже скрипучую постель. Тот обнял защитника за шею и привлёк для очередного горячего поцелуя. Все звуки стали тише, а тела словно слились воедино, утопая в общем наслаждении. Этот миг был создан именно для них, таких ненасытных и искренних, готовых отдаться полностью ради партнёра и собственного желания. Жан никогда бы не подумал, что, попав к Троянцам, будет заниматься подобным с их капитаном, причём столько часов подряд и без перерыва. Джереми явно устал, конечности его не слушались, а глаза прикрывались от накатывающей усталости, пока Жан мог осилить ещё несколько таких подходов. Так хорошо, что словами не описать. В голове Джереми каша, иногда собирающаяся в образ его любимого Жана, нависающего сверху. Это чувство, когда можно забыть обо всём на свете, было самым лучшим, какое он мог сейчас представить, перед ним эталон красоты, силы и ума, тот, кто будет рядом и точно не бросит, не сделает больно и не предаст. Такой влюблённый и уставший взгляд Джереми просто выводил Моро на новый уровень счастья. Он знал, что делает только приятно, что от его действий Джереми плавится и не помнит ничего, кроме имени Жана. Это сводит с ума, заставляет двигаться сильнее, желая довести капитана до звёздочек в глазах и жалобных всхлипов наслаждения. Эта безграничная любовь так и сочится из каждого стона и попытки признания. Чужой язык заплетался, а Жан всё двигался, чувствуя, как подкатывает то самое чувство, которое грозится взорваться новой волной пульсации снизу. — Я люблю тебя, Джереми, — наскоро прошептал он и уткнулся лбом в чужой, выходя из этой теплоты, чтобы случайно не излиться прямо внутрь. Как бы сильно этого ни желал порой капитан, Моро не может себе позволить кончать внутрь, как минимум пока что. — Я тебя тоже, — вскрикнул блондин, снова изливаясь себе на живот, пока сверху выстреливало семя защитника. Блаженное расслабление настигло в момент, когда Жан прилёг рядом, бережно вытирая любимого. Это одна из самых любимых вещей в процессе у Джереми. Он просто обожает тот момент, когда глаза закрываются, по всему телу проходят волны успокоения, а его любимый так заботливо очищает капитана от следов их развлечения. В этот момент просто невозможно сопротивляться, глаза в итоге не могут открыться, а ориентироваться получается лишь на приятный голос Жана, который обещает аккуратно взять на руки и отнести в душ, чтобы отмыть обоих от смазки. Ох уж этот чистоплотный Моро, который не пускает Джереми в кровать в уличных штанах и не может просто уснуть, если они оба потные и покрыты смазкой. Это забавно, а блондин не имеет ничего против того, чтобы лишний раз оказаться на руках защитника и наслаждаться тёплой водой с мылом, имеющим сладкий фруктовый аромат. Как обычно после принятия ванны, Жан вынесет Джереми так же на руках и аккуратно уложит спать, заворачивая его в одеяло и обнимая. Капитан лишь окончательно уснет с улыбкой на лице и уткнётся в такую любимую и красивую грудь своего парня.