Потерянная сестра

      Нам всем нужно серьезно поговорить. Это нужно было сделать ещё давно, очень давно. Но люди совершают ошибки всегда. И сейчас мы здесь, сидим, задумчиво смотрим друг на друга. Все знают, что вампиры не стареют, но сейчас, смотря на своих братьев, мне кажется, что они стали намного старше. Я не знаю, через какие трудности прошли они, но мне бы так хотелось быть рядом. Я по ним скучала, надеюсь, они по мне тоже. Я не думаю, что они бояться меня из-за бесчеловечности, но всё же у меня присутствует этот страх. Я пытаюсь начать разговор, но сразу замолкаю, потому что мой взгляд снова и снова приковывается к ним. И сейчас тоже самое, я почти допила виски, опьянение не действует, лишь немного расслабляет, но не сильно.       Я вспоминаю какие они были в детстве, их радостные детские лица. Сейчас же напротив меня сидели взрослые серьезные мужчины. Я всегда знала, что мы повзрослеем, но я бы отдала всё за то, чтобы вернуться в беззаботное детство.       Но, быстро вернувшись в этот мир, я перестаю думать о беззаботном детстве и решаю не тянуть кота за хвост, поэтому начинаю диалог.       — Как вы жили все это время? У вас всё было хорошо? — как-то тихо и даже неуверенно начала я.       — Большинство годов мы с Деймоном были не вместе. Каждый жил своей жизнью, я как-то потерял человечность, но моя подруга вытащила меня из этого ужаса. В общем, жили нормально, отрывались, как настоящие люди. Не спорю, что я многочисленно раз убивал людей, потому что терял контроль, — на этих словах Стефан усмехнулся и добавил, — Видимо в этом мы и схожи.       — А ты, Деймон, чем ты занимался?       — Ну, я убивал людей, пил кровь, так же как и Стефан, жил на полную катушку, но недавно мы снова переселились в Мистик Фоллс и нашли ещё одного двойника, — на этих словах я усмехнулась, — Я пытался освободить Кэтрин, найти её, думал, что она заперта в гробнице, потому что был влюблён в неё, а она, оказывается, была не в гробнице, а я потратил столетие с лишним, чтобы её отыскать. А потом появились первородные, Элайджа и Клаус. Элайджа ещё более менее, а вот Клаус намного хуже, мы, конечно, не видели его в живую, но недавно он вселился в тело нашего друга, ну, ты сама видела. А если говорить коротко, то мы защищаем двойника и её друзей. И теперь мы не знаем что делать и как справляться. А ты что делала всё это время, как ты жила после того, как мы уехали, как ты вернула человечность? — задал долгожданный вопрос Деймон.       — Вы уехали? Хах, смешно. Вы не просто уехали, вы бросили меня, — на этих словах я поворачиваюсь к ним лицом и смотрю обиженными глазами, — А так, ничего, Деймон, со временем я вернула себе человечность, спасибо, что спросил, — язвительно ответила я, а что, я тоже могу обижаться, — И как я думала, Кэтрин была важнее, чем я, да, Деймон?       — Дани, послушай, — начал свой монолог Дей.       — Я не хочу слушать оправдания, потому что это не сработает. Вы бросили меня, когда мне было тяжело, ладно, если бы вы уехали тогда, когда я бы вернула человечность, но нет. Вы побоялись за свои жизни, не спасли свою сестренку, только потому что страшно было, Деймон. Это касается и тебя, Стефан. Вы не представляете, как мне было тяжело без вас, все эти годы я была одна. Меня тысячи раз пытались убить только из-за того, что я еретик. А потом ещё эти охотники преследуют меня на каждом шагу. Черт, я даже боялась остаться одна дома, поэтому проводила все свои бессмертные дни в заведениях, где меня точно никто не убьёт. Я даже не могла связаться с вами, — из моих глаз текли слёзы, пока мебель и пол начали трястись, окна трещать, люстра качаться, а огонь не спокойно гореть. Стефан и Деймон переглядывались и будто по команде начали подходить ко мне, будто пытаясь успокоить, но это не помогало, поднялся огромный ветер, а мои эмоции просто стали выходить наружу, — Я просто хочу высказать вам все то, что накопилось за многие годы. Мне вас очень не хватало, но была ли я нужна вам? — подводя итоги спрашиваю я, а Стефан и Деймон просто молчат в тряпочку, — Мне было семнадцать, когда меня убили, я убила бабулю, и ½ население города, что было бы, если я сама себя не пересилила и мне не помогли? А?! Вы могли изменить хотя бы это, помочь мне, но вы, поджав хвосты, убежали. Но, знаете, что поняла? — я выжидающе на них посмотрела.       — И что же? — сказал Деймон, смотря в пол.       — То, что Кэтрин и Елена важнее меня. Это что, какая-то мода на двойников пошла? Вы все так отчаянно пытаетесь защитить своих возлюбленных, спасти их от всего мира, лишь бы они были с вами. Но на меня вам совершенно наплевать. Я не прошу целый остров с мешками крови, нет. Я прошу, чтобы вы просто помогли мне тогда. Меня просто нужно было вытащить из этого омута, но вы не стали этого делать, но вы защищаете их, тех, кто когда-то вас предавал, или тех, кого вы знаете от силы пару месяцев. Это обидно, очень обидно.       — Мы понимаем, что мы сделали то, за что нет прощения. Но мы правда были напуганы, и лично мне до сих пор стыдно за то, что мы бросили тебя. Я хотел найти тебя, но в то время я сам был в срывах. Да и, тем более, мы думали, ты не хочешь нас видеть, — Стефан сказал последнее предложение тише.       — И правда, думали, видеть вас не хочу, — сказала я, естественно блефуя, но все же обида взяла верх.       — Даниэль, прошу останься с нами. Мы все обговорим, наверстаем упущенное, только не уходи, — жалобно проговорил Стефан.       — Если я останусь, то охотники меня и здесь найдут. Я хоть и зла на вас, но всё ещё люблю и не могу так рисковать вами, так что мне всё равно нужно уехать, тем более я нахожусь здесь уже несколько дней, и по любому уже кто-нибудь едет сюда.       — Как ты живешь, постоянно с мыслями, что на тебя в любой момент могут напасть? — спросил младший Сальваторе.       — Да никак уже, я привыкла, — сказала я и начала ходить по гостиной, осматривая всё. Здесь практически ничего не изменилось. Лишь некоторые элементы декора были добавлены со временем. Но тут добавляет Деймон:       — Слушай, Дани, мы недавно нашли один дневник Элизабет Беннет, — сказал он как можно осторожнее, видимо, боясь моей реакции.       Услышав это имя, мое тело невольно напряглось. С этим именем у меня связано многое, ох, мне бы так хотелось ее воскресить, чтобы заново убить, причинив ей боль и страдание.       — И что там было?       — Там говорилось, что Беннет как-то подружилась с одной «ведьмой», и даже очень хорошо, они стали хорошими подругами. Но спустя время их дружба закончилась, потому что подруга оказалась еретиком и убила её отца. А потом они прокляли её, но заклинание было не до конца просчитано, и она убила всю её семью. Так ведь? Это ведь была ты, да?       — Глупый вопрос, Стеф. Но история обстоит иначе. Никогда не любила Беннетов, они раздували из мухи слона и видели только то, что сами хотели видеть. Вы же не думаете, что я реально убила их просто так? — увидев их лица, я тут же продолжила, — Ах, ну да, конечно. Я ведь убиваю всех подряд, простите, забыла об этом, — я быстро проговорила, и уже хотела забрать телефон и уйти, как Стефан сказал:       — Стой, мы не считаем, что ты убиваешь всех подряд, просто мы хотим узнать версию твоей истории, — Стефан повернулся к Деймону, и он кивнул на его слова.       — Ну, если вы хотите услышать мою историю, тогда ладно. В прошлом у меня была подруга, очень хорошая подруга, мы были очень близки, — от воспоминаниях о ней, я невольно улыбнулась, — Она тоже была вампиром, примерно на лет пятьдесят старше меня, и именно она спасла меня тогда. Если бы не она, я бы наверное спалила бы все дотла, и не только этот город. Мы жили спокойно, но в начале августа её убили ведьмы, как оказалось это были ведьмы из рода Беннет, она что-то не так сделала им, и они решили «проучить» её, но не думали, что она достаточно старый вампир. И им, так сказать, пришлось идти на крайние меры, и они просто убили ее. Смешно, их что-то не устроило, и они решили убить, вот и вся истина рода Беннет. Они всегда влезали не в своё дело и делали все, что им вздумается, потому что они просто Беннет. И я решила подкрасться к ним, они не знали кто я. На протяжении двух лет я морочила мозги их дочери. У меня было всего две цели, во-первых, я хотела достать книгу заклинаний для второго пункта, а это как раз оживить мою подругу. Её пепел у меня был, я даже не хотела никого убивать, но я случайно узнала, что мать моей подруги узнала, что я еретик, а по их мнению это ошибка природы. И она готовила план по моей смерти, естественно, я узнала об этом. Решила идти на крайний шаг, потому что выбора у меня не было, либо ты, либо тебя. Но я случайно убила её отца, он просто попался мне на руку и все. Но вот они собрались в свой ковен, думали, что смогут убить меня. Убить не убили, но зато знатно ослабили, и это было самой большой ошибкой. Я не смогла отбиться, они наложили проклятие, они думали, что я не смогу убивать вообще никого, но я могла убивать сверхъестественных существ. Я убила почти целый ковен, но отпустила Элизабет, так как мне потом все же нужно было снять проклятие. На меня охотились, пытали, пытались убить. А потом я убила и Элизабет с её мужем, но оставила дочь. И все. Эта история на самом деле такая, но ни Элизабет, ни её дочь не знали об этом. Я проклята, а её родня была убита раньше времени, потому что её мать сделала неверный ход.       — Господи, Дани, — сказал Деймон и подошёл ко мне, — Ты через столько прошла, а нас не было рядом, прости меня, прости нас, — на этих словах он обнял меня, а потом подошёл и Стефан.       И все, мы вместе, и стоим возле камина, в объятьях. «Кажется мир становится солнечнее»,—подумала я.

***

      Сейчас я ходила по дому, все осматривая, замечая каждую вещь, которая изменилось. Рядом со мной идут братья, мы просто говорим о всем, что было. И я очень рада, что мы все прояснили, мне стало намного легче.       Мы медленно перемещались по дому, смеясь и разговаривая. И вот мы дошли до моей бывшей комнаты. Я немного застыла перед дверью, но Стефан сказал:       — Открывай смелей, сюда никто не заходил, и никто не жил, правда, некоторую мебель пришлось заменить или отремонтировать, потому что они уже очень старые.       И это сработало. Я зашла в комнату, и вправду все стояло на месте. Комната выполнена в деревянном стиле с нежно-голубым цветом. Кровать очень большая, деревянная с бело-голубым постельным бельём с маленькими фиалками и незабудками, возле неё по бокам стоят два ящика. Шкаф, все тот же, тоже деревянный, с узорами, которые сделала я, в моменты, когда мне было скучно. Пол иногда хрустит подо мной, тюли на окнах выполнены в том же стиле и цвете, что постельное белье. Все, что изменилось здесь, так это только стол и стул, но они также хорошо вписываются в интерьер. Мой туалетный столик все так же стоял возле окна. Я тут же вспомнила те моменты, когда я прихорашивалась перед балом, как могла. Я ещё раз невольно улыбнулась, когда увидела на стене мой портрет из 1864 года, на нем я с дамской шляпкой с гусиными перьями, и легкое белое платье, а на шее у меня ожерелье из жемчужин. Мои чёрные волнистые волосы послушно ложатся на мои плечи, а тёмные глаза смотрят с хитростью. Хотелось бы вернуться туда, где мне было хорошо, но это невозможно.       Медленно пройдя к кровати, я плюхнулась на неё, подумав про то, что она довольно мягкая, я снова поднялась, ведь мне ещё нужно переодеться. Открыв шкаф, я думала, там будет старые вещи из 19-20 века, но нет, там была обычная пижама, судя по всему, новая. Хмыкнув про себя, я взяла полотенце, что лежало рядом, и пошла в душ, благо, он был новым и находился в моей комнате. Я помылась, смыла всю грязь, что накопилась на моем теле, почистила зубы, высушила волосы с помощью магии, все-таки полезная штука. Легла на кровать, нет грохнулась, я так устала за эти дни, мое тело буквально ломило. В моей голове были смешанные чувства. С одной стороны, я снова с ними, но с другой, меня все ещё что-то не отпускало, но я не могла понять что. Но самое главное, это то, что я дома.