Реликвия будущего

— И эти девы опасны? — Опасны, если сила попадет не в те руки, — сказал Озпин, наблюдая за Жоном со своего места на единственном стуле в гостиничном номере. Жон прислонился к двери, скрестив руки и изо всех сил стараясь выглядеть удивленным всему, что он слышал. — Если Салем получит эту силу, это будет еще одно оружие под ее контролем. — Так что, — сказал Жон. — Ты тот, кто отвечает за то, чтобы они не были утеряны? — У нас есть группа. Жон заставил себя нахмуриться. — Кроу. Глинда. Саммер и Тайянг? — Да. — Озпин кивнул. — Хотя они сейчас немного менее активны, так как у них есть дети, о которых нужно заботиться. У них были Руби и Янг уже пятнадцать и семнадцать лет соответственно, но опыт Саммер на грани смерти мог стать последним гвоздем в гроб. Быть представленным группе таким образом было новым опытом, особенно когда он должен был притворяться непонимающим и обязательно задавать вопросы. То, насколько Озпин будет отвечать на эти вопросы, было хорошим показателем доверия, которым он обладал. Пока недостаточно. Озпин умолчал о Реликвиях, Богах и бессмертии Салем. Это был справедливый выбор; не было причин доверять незнакомцу такую информацию. Более мудрым решением было постепенно вводить его и наращивать доверие. — Ты упомянул также Джеймса. — Айронвуд — отдаленная часть нас, — сказал Озпин. — Он помогает, когда может, и предоставляет информацию. Точнее сказать, что наши цели совпадают, чем что он является членом. Есть еще Леонардо. — На этот раз Жону не пришлось притворяться, что он хмурится. Озпин усмехнулся. — Которого ты уже знаешь. — Я ему не доверяю. — Я вижу это. Всё, о чем я прошу, это чтобы ты доверял мне пока. — Хорошо. Значит, эта сила девы — это то, как Пирра использовала эти стихийные атаки. Она отбросила профессионального охотника — нокаутировала ее одной атакой… — Да. К счастью для нас, оригинальное Проявление мисс Никос не очень хорошо известно, поэтому мы можем просто утверждать, что это её. Уже сильная молодая охотница получила Проявление неукротимой стихийной энергии. Этого будет недостаточно, чтобы обмануть Салем или кого-то, кто работает на нее, но этого будет достаточно для масс. Широкая общественность не должна знать об этом. — Да. Я понимаю. — Нетрудно было понять, почему. И причина была не в том, что это магия. — Слишком многие попытаются заполучить это для себя или для своего Королевства. Если одно Королевство сможет собрать всех четырех дев, они смогут требовать от других все, что захотят. — Именно. И все четыре девы в одном месте — это рецепт для передачи их Салем. — Поэтому ты хочешь, чтобы они все были в Маяке? Озпин, казалось, был удивлен этим замечанием, хотя быстро восстановился. — Маяк был бы временным убежищем для них, и я предлагаю это только потому, что Салем активно пытается их найти. Я полностью намерен позволить им идти своими путями после этого. У него не было никаких доказательств этого. Ни за, ни против. Озпин вполне мог планировать отпустить их, но с такой же легкостью мог и не отпустить. В будущем до этого никогда не доходило, и никто не догадался спросить. Его первым инстинктом было сказать, что Озпин заключит их в тюрьму, но Жон знал, что он предвзят. Я не могу всегда судить его на основе одного решения в конце его жизни. Он стоял один против Салем сотни лет. Это должно было что-то значить. Тем не менее, Озпин, похоже, не подозревал, что он имел отношение к Пирре. — Как ты думаешь, как Пирра стала девой? Ты сказал, что эта девушка умерла аж в Вейле. — Он подчеркнул это, чтобы напомнить Озпину, что они сейчас находятся в Мистрале, что делало его маловероятным подозреваемым. — Мисс Никос знаменита. Этого могло быть достаточно. Сила и то, как она передается, относительно неизвестны, поэтому возможно, что Амбер не думала конкретно о ком-то в конце, но последним человеком, о котором она думала до этого, была мисс Никос. Если она видела новостной репортаж, журнал или интервью с ней. — Это может сработать? — Возможно. — Ты рассказал об этом Пирре? — спросил он. — И Хелене? — Я рассказал им части истории, — объяснил он. — Я хотел ограничиться новой девой осени, но она настаивала, чтобы ее сестра услышала все, что нужно было сказать. Они обе знают, что произошедшее не было ее первоначальным Проявлением; этого нельзя было избежать. Хелена была Специалистом; она поняла бы необходимость секретности, и то, что это связано с Джеймсом, сыграло бы в пользу Озпина. Она будет знать, что Пирра здесь не в безопасности. Этого должно быть достаточно, чтобы убедить ее пойти на передачу. Леонардо был текущей проблемой. — Как это меняет ситуацию? — спросил он Озпина. — Я не думаю, что ты бы принял меня в команду только потому, что Джеймс попросил тебя об этом… — Ты не ошибаешься. Хотя есть веская причина сделать это — ты слишком близок ко многим из нас, чтобы не быть в курсе, и имеет смысл объяснить, почему я пытаюсь привлечь мисс Никос в Маяк — я действительно надеялся, что ты сможешь кое-что для меня сделать. Конечно. Услуга. — Что именно? — Райвен. — Выбери что-нибудь другое. — Жон… — Райвен не моя рабыня; она моя… — Он поставил себя под сомнение, а затем перестал. — Она мой друг. Райвен — мой друг. — Не тот, кого он обычно называл бы так, и не тот, кого он бы сказал, что хотел в качестве друга, но иногда выбирать не приходится. Иногда люди просто становились твоими друзьями, независимо от того, что ты думал о них объективно. — Она не хочет быть частью этого, и я не буду заставлять ее. — Я не прошу тебя об этом, но если бы ты мог просто предложить ей… — Как ты заставляешь Кроу «просто предлагать» это? Скорее, давить. — Жон покачал головой. — Нет. Я помогу тебе. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь тебе остановить Салем. Я не буду заставлять Райвен. Я почти единственный человек, который у нее остался. — Она бросила свою семью. — И я думаю, что это ужасно. Я ненавижу, что она это сделала; она знает, что я так чувствую. — Учитывая, что у нее были его воспоминания о его дружбе с Янг, она точно знала, что он думает о ней. Райвен не позволяла этому изменить то, как она действовала. Он тоже не будет. — Как я уже говорил раньше, я не говорю, что она лучший человек или даже хороший человек, но она мой друг. Нравится тебе это или нет. Я не предам это, и я не думаю, что ты должен хотеть меня на своей стороне, если бы я был человеком, способным на такое. Озпин встретил его взгляд на самое долгое время, идеи плавали за его глазами. Планы. Схемы. И многое другое. Жон наблюдал за всем этим и держался твердо, пока, со вздохом, Озпин не отвел взгляд. — Если ты считаешь, что это безнадежно, полагаю, так и есть. — Ничто не безнадежно. — Именно такое отношение позволило Озпину пожертвовать всеми, чтобы остановить Салем. — Я просто не пересекаю черту принуждения ее к тому, чего она не хочет. Если у тебя есть какие-то вопросы к ней, я не против выступить посредником, но я не твой агент по ее вербовке. — Очень хорошо. Не скажу, что я не разочарован, но по крайней мере я понимаю твои причины. Но уважал ли он их? Вероятно, нет. Озпин будет делать то, что считает нужным, а это значит, что Кроу будет продолжать давить и давить, пока Райвен не потеряет терпение. В конце концов, это была их проблема. Это было что-то, что команда STRQ должна была решить между собой. Может быть, с Саммер, живой на этот раз, у них был шанс. — К счастью, это не единственная услуга, которую я имел в виду. Если Леонардо тянет время, я подумал, что мы могли бы сами ускорить дело. — О? Я думал, ты ему доверяешь. — Да. Я также доверяю Джеймсу, но это не значит, что я не буду иногда с ним не соглашаться. Кроме того, кажется, проблема Леонардо больше связана с тем, что он боится последствий согласия на перевод мисс Никос. Это не было бы проблемой, если бы это было изъято из его рук, не так ли? — Я не уверен, что он согласится. Озпин улыбнулся. — Я не думаю, что он будет в положении, чтобы не соглашаться.

***

Поместье Никос было больше похоже на особняк. Огромное здание с тремя этажами, собственными крыльями и огороженной территорией, охраняемой четырьмя людьми. Факелы, питаемые Пылью, цеплялись за внешние стены, освещая улицы, в то время как сады внутри покрывали большое открытое пространство, прежде чем подойти хоть сколько-нибудь близко к самому зданию. Две ноги хлопнули позади него. — Итак, старик наконец-то поставил тебя на нашу сторону, а? — Я не знал, что я когда-либо не был на вашей стороне. — А как насчет того раза, когда ты надрал мне задницу перед племенем? — Хорошо. — Жон усмехнулся. — За исключением того раза. — Присев, он вгляделся сквозь металлические прутья забора на здание. — Я так понимаю, он поручил тебе охранять новую деву. Были ли уже попытки напасть на нее? — Ничего. — В таком случае, следует ли тебе быть здесь со мной? — Учитывая мое Проявление, я думаю, что лучше присматривать за ней на расстоянии. — Кроу криво усмехнулся. — Иначе она, скорее всего, запутается в шнурках, упадет с лестницы и сломает шею. Она была со своей сестрой с тех пор, как Озпин сообщил новость. Интересная женщина. Двигается как военная. — Она и есть военная. Специалист. — Это объясняет. Ты тоже был им, верно? — Хмм. — Жон встал и прошелся перед стеной, осматривая заостренные зубцы наверху, препятствующие перелезанию. Это место не столько кричало о том, что это неприступная крепость, сколько о домашней безопасности, но находясь в центре Мистраля, этого должно быть достаточно. — Мы работали вместе. — О? Какой-то страстный роман. — Что-то вроде того. — Кроу потребовалась секунда, чтобы понять, что он не шутит. Жон усмехнулся. — Ничего не вышло. Я был слишком тупым. Слишком сосредоточенным. Ее семья вызвала ее домой, прежде чем что-то могло из этого получиться. Неважно. — Он натянул капюшон. — Как я выгляжу? Вместо своего обычного белого атласского пальто, как у Айронвуда, и шарфа и джинсов Ашари, на нем была бордовая толстовка и черные брюки, капюшон натянут. На передней части над его грудью располагалась эмблема Пирры, а на спине был черный трафаретный контур ее силуэта с мечом, поднятым к небу. Быть знаменитостью означало больше, чем просто папарацци. У Пирры были целые линии одежды и брендовые сделки на ее имя. У него также была бандана на нижней части лица. — Ты выглядишь как сталкер. — Хм. Не это я планировал, но сойдет. — Жон остановился перед стеной. — Дай мне руку? — Мне это не понравится, да? — спросил Кроу, опускаясь на колени и подставляя обе руки под ногу Жона. — Это действительно идея Озпина? — Ага. Оказывается, старик может придумать сумасшедшую фигню, если он достаточно отчаялся. Поднимай! Кроу толкнул вверх, и Жон оттолкнулся, ухватившись как можно выше за прутья и перепрыгнув через заостренные наконечники. Он подтянул ноги и приземлился на другой стороне, смягчив удар перекатом. Быстро встав на ноги, он осмотрелся слева и справа и стал ждать сигнала тревоги. Ничего. Но была бы у них публичная сигнализация? Могла быть и бесшумная. — Постарайся не попасться, — крикнул Кроу через забор. — Может быть трудно объяснить это. — В этом вроде как и суть. Кроу издал озадаченный звук, но он уже двигался, яростно мчась через открытую траву. Кто-то крикнул справа — в сторону ворот. Его заметили. Пригнувшись, он пробежал последнее расстояние и поставил ногу на первый подоконник, подпрыгнув и ухватившись за подоконник этажом выше. Больше криков. Они были близко позади и кричали ему спуститься. Напрягая мышцы, он подтянулся и разбил кулаком, покрытым аурой, стекло, разбив его. Как только он оказался внутри, сработала сигнализация. В доме Никос была паника. Жон мчался по коридорам, проталкиваясь через людей, бегающих в шоке. Многие видели его и кричали. Некоторые даже не осознавали, что он там. В основном это были не охранники или охотники, и они отступали в страхе, уступая дорогу и позволяя ему бежать по коридору туда, где по карте Озпина находилась комната Пирры. У старика была хорошая память. Достаточная, чтобы нарисовать ему маршрут на основе лишь краткого визита в это место. Дверь с грохотом открылась, и выскочил Александер Никос. — Что всё это значит?! Жон направил на него пистолет. Мужчина замер. В ужасе. Подняв его, он произвел два выстрела в потолок, заставив полного мужчину нырнуть на пол. Он не осмелился заговорить из страха быть узнанным, но крики в доме усилились. Переступив через тело Александера, он подошел к комнате Пирры. Рука схватила его за лодыжку. — Нет. — выплюнул Александер. — Ты не причинишь ей вреда! Беспокойство? Жон был честно удивлен, хотя подумал, что не должен быть. То, что он был мерзавцем, не означало, что он не мог любить свою дочь. Маленькая крупица уважения проникла в него. Может быть, если бы Александер преодолел это глупое соперничество, они могли бы работать вместе. Ожесточив себя, он наступил на запястье мужчины достаточно сильно, чтобы кости затрещали, но не сломались. Как только тот отпустил, он ударил Александера ногой в лицо и направился к комнате Пирры, демонстративно оттягивая затвор, чтобы дослать патрон. Совершенно не нужно, но что знал средний свидетель? Когда его рука коснулась ручки, он остановился. Она была жесткой и дрожала. Выругавшись, он отбросил себя в сторону за мгновение до того, как дверь взорвалась наружу — Пирра почувствовала его приближение через попытку повернуть ручку, когда она держала ее под своим Проявлением. Ее настоящим Проявлением, а не тем фальшивым, который люди теперь считали у нее. Упав на одно колено, он посмотрел вверх и повернулся в сторону, едва избежав выпада ее копья. Отодвинув ногу назад, он бросился вперед и повалил ее, только для того, чтобы Пирра откатилась назад с ним сверху и оттолкнулась обеими ногами, запустив его в воздух и обратно в ее комнату. Подальше от ее семьи, отметил он. Удобно. Он едва успел полюбоваться ее комнатой — спартанской, какой она всегда и была — прежде чем она оказалась на нем. Выпад, удар и укол превратились в рубящий удар, когда копье стало мечом. Он блокировал его своим пистолетом, искры летели, когда металл скрежетал по курку. Подталкивая его вверх и через, он ударил плоской стороной левой руки ей в живот, выбив воздух и отбросив ее назад. У нее не было времени надеть доспехи. — Кто ты? — резко спросила Пирра. — Какова твоя цель здесь? Ответом Жона было поднять пистолет и направить его ей в лицо, делая свои намерения ясными. Два выстрела — оба отскочили от ее щита. Пирра не опускала его и бросилась вперед, издав стон, когда он воспользовался тем, что она была слепа, чтобы сделать третий выстрел ей в колено. Аура защитила ее, но удар все же заставил ее немного споткнуться. Недостаточно для того, чтобы кто-то ее возраста воспользовался этим, учитывая, насколько она была хороша, но это была женщина, которая тренировала его. Он знал ее стиль лучше, чем кто-либо. Может быть, даже лучше, чем она сама в этом возрасте. Он отошел в сторону от выпада еще до того, как он последовал. Парировал размах, который, как он знал, последует. Отступил, чтобы избежать удара наконечником в ногу, и увернулся от восходящего удара, даже пригнувшись от удара щитом, которым она всегда следовала, чтобы выбить противника из равновесия, если ее первая атака не попала. Все это было ему знакомо. Весело. Внезапно это были только они вдвоем на крыше, Пирра улыбалась, заставляя его выкладываться. Он обнаружил, что смеется сквозь бандану на нижней части лица. Этот звук не особо впечатлил ее. Тем не менее, она не тратила дыхание, говоря ему стоять на месте, как это могли бы сделать некоторые противники. Не Пирра. Она была лучше этого. Со временем она станет лучше всех. Даже его. Но не сейчас. Еще нет. Нанося удар, он сделал обманный маневр вверх и нырнул вниз, схватил нижнюю часть ее щита и подбросил его ей в лицо, вырвав из ее руки. Пирра взмахнула мечом, чтобы оттолкнуть его, но он принял удар на плечо и согласился с потерей ауры, положив руку на ее щит и ударив им ей в челюсть. Оглушенная, она отшатнулась, споткнувшись на неровной поверхности. Жон поднял пистолет и прицелился. Треск слева прозвучал, выбив его из рук. — На пол! — крикнула Хелена, входя в комнату с пистолетом, зажатым между обеими руками. — На пол, или следующая пуля пойдет между твоих глаз. Его правая нога сдвинулась. Хелена открыла огонь, заметив крошечное движение и мгновенно решив, что это не капитуляция. Он успел полностью увидеть вращающуюся пулю, прежде чем она задела его лоб, аура разлетелась назад, когда он нырнул влево, поставив Пирру между собой и Хеленой. Бросившись вперед, она толкнула Пирру вниз и перепрыгнула через нее, чтобы преодолеть препятствие, прикрывая свою младшую сестру и продолжая стрелять. Второй выстрел попал ему в левую ногу, третий поразил заднюю часть его колена, когда он бросился к окну. Когда четвертый попал ему в лодыжку, он понял, что она пытается направить свои выстрелы, чтобы покалечить его с аурой или без нее — нанося достаточно ударов, чтобы его мышцы свело судорогой сквозь ауру. Это почти сработало. Его нога подкосилась, но он бросился к окну плечом вперед, разбив его и вылетев в ночной воздух. Падение было коротким. Казалось, что дольше. Воздух был выбит из него, а Хелена была у окна, прицеливаясь. Поднявшись, он поспешил прочь, прикрывая лицо одной рукой. Каждый выстрел был идеально размещен, пока у нее не закончились патроны, и его спина кричала от боли к тому времени, когда он достиг стены. Тень изменилась на другой стороне, или, скорее, птица стала человеком в темноте. — Что за черт это был?! — прошипел Кроу, протягивая руку через ворота и помогая ему подняться и перелезть, пока охранники гнались за ним. — Я думал, ты собираешься прокрасться внутрь или что-то в этом роде! — Вина Озпина. — Жон зашипел, перебираясь через металлические шипы и с стоном приземляясь на другой стороне. Кроу подтянул его и увел прочь, игнорируя крики людей внутри, чтобы они остановились. Кроу повел их в переулок и внутрь, затем с другой стороны, вниз по улице и в общественный туалет, заброшенный так поздно ночью. Он положил Жона у стены и опустился на колени, вздрогнув при виде видимых синяков, образующихся на его коже. — Не уверен, что ты можешь винить Озпина за свой провал здесь. Он, вероятно, ожидал, что ты будешь действовать тонко. — Нет, — сказал Жон, вздрагивая, когда Кроу ткнул в медленно формирующуюся шишку. — Нет, не ожидал.

***

Покушение на Пирру Никос. Жестокое похищение сталкером. Когда фанаты сходят с ума. Газеты веселились к тому времени, когда наступило утро, и при отсутствии определенных доказательств в ту или иную сторону, теории были густыми и дикими. Одно было точно, однако. Кто-то ворвался в дом Никос и напал на Пирру. То, что газеты знали, что этот человек был одет в одежду с брендом Пирры Никос, только доказывало, что кто-то в доме заработал солидную сумму денег, продав историю прессе. Морщась, Жон лежал на кровати в гостиничном номере Озпина, сожалея о своих незначительных синяках и увеличивая счет Озпина за счет мини-бара в качестве наказания. Директор был в доме Никос, выражая свои соболезнования и предлагая безопасность Маяка. Временно, конечно. Пирра могла оставаться там, пока этот жестокий сумасшедший не будет найден. И какое место было безопаснее, чем Академия Маяк? Поскольку Пирра все равно собиралась отправиться туда через несколько месяцев на Фестиваль Витала, это делало ситуацию еще лучше. Жон не знал, как все шло, но учитывая, что они выглядели бы глупо — или хуже, как будто им все равно на жизнь Пирры — если бы они отказались, он был уверен, что Озпин добьется своего. Леонардо ничего не мог сделать, если Александер сейчас одобрил это. Никто не мог обвинить директора Хейвена в том, что он отпустил ее, когда на свободе был психопатический сталкер. Если бы Лайонхарт даже попытался возразить, Озпин сразу бы его раскусил. Для плана это было не то, чего он ожидал от старика, но опять же, насколько тонкими на самом деле были планы Озпина? При всей мудрости, которая якобы приходит с возрастом, Озпин был перехитрен Синдер и победил в долгосрочной перспективе только благодаря грубой силе и умению своих союзников. Тем не менее, отправить его на фальшивое покушение… Аргх. Может быть, это был знак того, насколько Озпин доверял его навыкам. В конце концов, он не жаловался бы, если бы это сработало. — Ты сумасшедший, — проворчал Кроу, осушая свою бутылку из холодильника Озпина. — Инсценировать покушение, чтобы заставить Лайонхарта действовать. Честно говоря, я могу представить, что ты так поступишь, но Оз? Ты его развратил? — Может быть. — Жон засмеялся и тут же пожалел об этом. Его грудь болела. — Или, может быть, он просто никогда не делал ничего подобного раньше, потому что у него не было никого, кто мог бы выполнить эту роль. Ты должен признать, что ты, Тай и Саммер не производите впечатление тонких исполнителей. — А ты производишь, после прошлой ночи?! — Во-первых, я должен был устроить сцену. Во-вторых, я имел в виду тонкость в смысле не выдать себя и не попасться. — Он кивнул на оружие Кроу у двери. — Оно узнаваемо. — Я знаю, как пользоваться пистолетом. — Верно, но ты не знаешь, как планировать нападение на людей. — Кроу выглядел оскорбленным, поэтому Жон быстро добавил: — Ты охотник, помнишь? Ты лучше против Гримм, чем я, и я готов поспорить, что против людей благодаря моему времени в качестве Специалиста. То, что Кроу был сильнее против Гримм, могло быть не совсем точным, но это было близко. У Жона было преимущество времени — даже сейчас, когда Кроу был таким сильным, как он был, он не был таким жестким или закаленным, как будущий Кроу. Против Гримм они, вероятно, были бы на равных, но ему ничего не стоило польстить своему старому наставнику. — Я думаю, Озпин просто решил, что я справлюсь. Не воспринимай это как оскорбление. Он говорит, что я лучше отыгрываю сумасшедшего психа, чем ты. Кроу фыркнул, а затем разразился смехом. — Да. Я могу в это поверить. Знаешь, хорошо, что ты на нашей стороне. — Как я уже сказал, я всегда был на вашей стороне. — Знаю. Знаю. Но я имею в виду официально. — Кроу поднял бутылку в жесте «за здоровье». Они были слишком далеко друг от друга, чтобы сделать это должным образом, но Жон сделал жест в воздухе, и они оба выпили. — Всегда было паршиво ходить на цыпочках. Ты слишком вовлечен в жизнь Саммер и Тая для этого. Это хорошо, — сказал он. — Понимаю, это звучало плохо, но… — Я понимаю тебя, Кроу. И спасибо. — Ха. Я никогда не был хорош со словами. Но я чувствую, что ты всегда понимаешь. — Вероятно, потому что я был таким же плохим десять лет назад. Понимание одного неуклюжего идиота другим. — Отлично. — Кроу фыркнул и повертел бутылку. — Озпин сказал тебе попытаться повлиять на Райвен? Жон вздохнул. Только не это снова. — Да. Я сказал, что не буду. — Почему? Он дал Кроу ту же причину, что и Озпину, убедившись, что ясно дал понять, что какие бы проблемы ни были у Кроу с его сестрой, это не изменится, так что он мог бы не беспокоиться. Кроу выслушал и затем, к удивлению Жона, кивнул. — Спасибо, что думаешь о ней. Жон моргнул. — Пожалуйста…? — Звучит странно, да? — Он засмеялся. — Но я искренен. Спасибо, что являешься ее другом. Я думаю, он ей нужен — и я не имею в виду тех убийц и воров, с которыми она общается. Они следуют за ней только потому, что она сильная. Один признак слабости, и они ударили бы ей в спину, чтобы занять ее позицию. Райвен нужен кто-то, кто не такой. Жон тщательно подбирал слова. — Я думал, ты не одобряешь. — Я не одобряю ее. И я уж точно не одобрял, когда думал, что ты и она могли бы… Ну, ты знаешь. — Он просунул палец в круг, который сделал. Жон закатил глаза. — Это называется секс, Кроу. — О, отвали. Ха. Я просто шучу. Но да, я имею в виду… — Он посмотрел в окно. — Я ненавижу выбор, который она сделала, и все такое, и я ненавижу, какой эгоистичной сукой она может быть, но она все еще моя сестра. Я все еще люблю ее. — Даже после того, как она бросила Янг? — Даже тогда, — сказал он. — Я вспоминаю кое-что, что Тай однажды сказал мне. — Кроу перешел на немного другой голос; слабую имитацию своего друга. — Если бы я мог вернуться в прошлое и заставить ее остаться, это означало бы отказаться от Саммер и Руби. Я не мог бы этого сделать. — Он вернулся к своему нормальному голосу. — Это заставило меня задуматься. Если бы Райвен не ушла, Руби не родилась бы. Нельзя иметь одно без другого. — Это зрелый взгляд на ситуацию. — Тай может быть зрелым, когда ему нужно. Честно говоря, Саммер восприняла это хуже всех. Я не знаю, связано ли это с тем, что она лидер команды, или с каким-то чувством вины за то, что она вмешалась и украла Тая. Она этого не делала, но ты знаешь, какие бывают некоторые люди. — Винят себя за каждую мелочь. — Именно. Более того, я думаю, Саммер злилась сильнее из-за того, насколько это ранило Тая. Как будто она злится на Райвен за то, что та оставила ее и команду, а затем добавляет вторую порцию гнева, потому что это ранило мужчину, которого она любит. Это имело смысл. В некотором роде, он видел, как Нора и его команда делали то же самое с Кардином. Издевательства были направлены на него, но как только все закончилось, он в основном забыл об этом. Они с Кардином не были друзьями, но они заключили мир. Однако это не помешало Норе бросать на него злобные взгляды и презирать его с тех пор. Как будто она отказывалась простить его, даже если Жон это сделал. Вроде как Эмеральд тоже обижалась от его имени, даже когда он сам не обижался. Если Саммер винила Райвен как за то, что ей было больно, так и за то, что пострадали Тайянг и Янг, тогда имело смысл, что она несла в три раза больше вражды. Что, теперь, когда он подумал об этом, звучало примерно правильно. Тайянг и Кроу были против идеи, чтобы он встречался с Райвен, но в остальном им было все равно, что он был ее другом. Саммер же… Там всегда было напряжение, как будто она думала, что и она и Райвен не могли быть его друзьями одновременно. До уродства не дошло, но он довольно быстро понял, что не должен упоминать или поднимать тему Райвен рядом с ней. Похоже, с Кроу это не было таким табу. — Ты хочешь, чтобы она вернулась? — спросил его Жон. — Не знаю. — Кроу вздохнул. — Я спрашиваю, потому что Озпин просит меня, но на самом деле? Я не уверен. Команда STRQ закончена. Мы можем воссоздать ее, но она никогда не будет прежней. Может быть, Тай прав. Он счастлив с Саммер, Янг и Руби. Зачем искать драму, если она тебе не нужна? — Саммер не согласна. — Нет. Она всегда мечтала о воссоединении команды. Или об извинении. Озпин… ну, он просто хочет вернуть Райвен, потому что ее Проявление буквально лучшая вещь на свете. Это то, что нельзя игнорировать. Проявление Райвен действительно было настолько сильным. Удивительно думать, что она получила это, а Кроу получил невезение. Для женщины, которая всегда говорит о силе, удивительно, как она избегает своей самой большой силы. Если бы она действительно верила в свою глупую мантру, она бы бегала вокруг, устанавливая связи с как можно большим количеством людей. Вместо этого она практически отказывалась позволить своему Проявлению быть настолько мощным, насколько оно могло бы быть. Это означало, что либо Райвен не верила в свою собственную чушь о силе, либо она считала это исключением. С ней невозможно было сказать, что из этого было правдой. — Эй. — Кроу посмотрел на него. — Присмотри за ней, ладно? Я знаю, что она колючая стерва и заноза в заднице, но она все еще моя сестра. Я бы не хотел, чтобы с ней случилось что-то плохое. — Ты знаешь, что я буду. — И будь для нее слушателем. — Кроу почесал щеку, почти смущенный тем, что просит. — Звучит странно, я знаю, но она явно думает, что не может рассчитывать на меня, Саммер или Тая, чтобы они ее поддержали, так что приятно слышать, что ты бы это сделал, даже если это против Оза. Жон усмехнулся. — Ты не такой бездумно преданный, как говорит Райвен. — Это то, как она меня называет? — Он засмеялся. — Не могу сказать, что я удивлен. Не говори ей, что я сказал все это, учти. Она просто подумает, что это какой-то глупый подход, чтобы перетянуть тебя на мою сторону. И не говори Саммер тоже. Я не хочу получать холодный прием следующие десять лет. — Твой секрет в безопасности со мной.