Реликвия будущего

Синдер не была уверена, почему она получила сообщение от Жона Ашари с просьбой о встрече у него дома. Оно пришло неожиданно и на самом деле было отправлено Вернал, что также давало ей прикрытие в виде посещения товарища по команде, если бы кто-то любопытный обратил на неё внимание. Впрочем, любой, кто знал Вернал лично, понимал, что это бессмыслица. Девушку никто не волновал, кроме её не-отца и Эмеральд, да и последняя только в смысле соперничества. Она была уверена, что была достаточно осторожна, наблюдая за ним. Он ведь не заметил её, верно? Нет, её самолюбие не позволяло ей так думать. Хотя он, безусловно, был сильнее её во многих отношениях, она была уверена в своей способности следить за ним. Её губы поджались. Это слово имело слишком много неприятных коннотаций. Это смешно. Если бы всё было по-её, она бы проводила эти школьные каникулы, наконец-то расслабившись, но нет, Салем была параноиком и требовательной, и вдали от взгляда этой женщины Синдер чувствовала себя достаточно смелой, чтобы признать это. Если бы мне разрешили набрать подчинённых, как я предлагала, я могла бы поручить им следить за Ашари вместо меня. Мне бы также не пришлось следить за каждым словом в Маяке, если бы у меня была целая команда, преданная мне. Но нет. Салем хотела, чтобы она была одна. Почему, Синдер не была уверена. Это не могло быть страхом перед нелояльностью с клеймом на её спине, и она не думала, что есть какое-то преимущество в том, что она недостаточно экипирована. Вероятно, это была просто нетерпеливость. Первоначальный план заключался в том, чтобы остаться в Мистрале и притвориться переведенным студентом из школы Лайонхарта, прежде чем она столкнулась с Тренажерным залом ASH на турнире и сообщила о вспышке света в глазах Вернал, о которой она теперь знала, что это была приманка от Ашари. Он обыграл Салем. Обычный наблюдатель сказал бы, что он обыграл её, поскольку именно она отказалась от своих планов и отправилась в Маяк, но поскольку это было по приказу Салем, это не считалось. Очевидно, что обманут был тот, кто принимал решения. Это было невероятно в своём роде. Салем, со всеми её недостатками, была бессмертной женщиной с тысячелетним опытом. Обмануть кого-то подобного было за пределами того, что даже она могла сделать, хотя, если быть честной, она никогда не пыталась. У Салем было то, чего она хотела — власть — и Синдер была готова терпеть боль, насмешки и тяжёлую работу, чтобы получить её. Рассеянно она остановилась перед домом Жона Ашари и задалась вопросом, не следовало ли ей сообщить Салем об этой встрече. И рисковать тем, что это окажется чем-то простым и пустой тратой её времени? Маловероятно. Синдер позвонила в дверной звонок. Дверь открылась быстро — настолько быстро, что она предположила, что он ждал её. Жон Ашари провел её внутрь и закрыл дверь, неловко улыбаясь и говоря: — Эмеральд и Вернал тренируются. Это хорошая возможность для нас поговорить без их любопытства. Он не терял времени. — Что-то не так? — Скорее не что-то пошло не так, а возможность. Школьные каникулы скоро закончатся, и вы все вернётесь в Маяк. Я же тем временем отправлюсь в Вакуо по приказу Озпина. Значит, дело не в том, что он заметил её слежку. Синдер не столько почувствовала облегчение, сколько была удовлетворена. Её навыки оставались непревзойдёнными, и она упивалась этим фактом. Став более уверенной, она продолжила расспросы. — Почему Вакуо? — Почему? Конечно, чтобы найти Деву Лета. Сердце Синдер забилось чуть быстрее. — Озпин делает свой ход? — В некотором смысле. Он хочет найти её и убедить присоединиться к нему. Между нами говоря, я не думаю, что это сработает. Мне довелось встретиться с ней раньше, и я точно знаю, что она не согласится служить кому-либо. — Ты… Ты встречал Деву Лета…?! — Да. Я был в Вакуо некоторое время перед приездом в Вейл. Суть в том, что он посылает Кроу и меня, чтобы попытаться поговорить с ней, и я точно знаю, что это закончится плохо. Есть большая вероятность, что она погибнет. Или ты, хотела она сказать, но не могла. И, по правде говоря, она не была убеждена, что он погибнет даже против девы. Он убил Деву Осени, а она не была любителем, и он также отбил Тириана, расстроил планы Уоттса и в одиночку покончил с Белым Клыком. Синдер была уверена, что он уничтожит деву, если та что-нибудь попытается, и эта мысль была более чем немного пугающей. Даже если она получит силу Осени, как ей было обещано, будет ли это иметь какое-то значение, если он все равно сильнее? Если Ашари мог убить двух дев, он, безусловно, мог убить и её, если у него когда-нибудь появится причина. Если. Возможно, стоит убедиться, что этого никогда не случится. — Я должна сообщить Салем? Поэтому ты позвал меня? — Отчасти. Это может быть как испытанием от Озпина, так и шансом получить деву, поэтому мне действительно нужно, чтобы Салем не вмешивалась. — Потому что если Тириан или Уоттс появятся, Озпин узнает, что ты об этом сообщил, — закончила она. Он оказался в сложной ситуации, и она могла понять его беспокойство. Хотя она не стала бы намеренно саботировать союзника, то же самое нельзя было сказать о их коллегах. Синдер также была удивлена, насколько ей приятно, что он осмелился сообщить ей, потому что это говорило о некоторой степени уважения к ней. — Я поговорю с ней наедине и подчеркну важность не говорить Уоттсу или Тириану. Это всё? — Не всё. — Он оглянулся и жестом показал ей говорить тише. Синдер быстро кивнула. — Если дойдёт до дела, это будем Кроу и я против Девы Лета. В пустынях Вакуо есть большая вероятность, что мы разделимся или потеряемся, особенно если дева начнет использовать стихийные силы в пустыне. Ты знаешь, что это значит. Песчаные бури. У Девы Лета могут быть любые стихийные свойства, но даже малейший ветерок в неподвижной пустыне превратит место в кусающий кошмар из летящего, ослепляющего песка. Это было поле боя, которому она не завидовала. — Если дойдёт до этого, я нанесу последний удар. Нет способа узнать, куда уйдет сила, но… я думаю, у тебя есть способ контролировать это, не так ли…? Глаза Синдер расширились. — Я… Да… — запнулась она, застигнутая врасплох. — Мой символ… Я имею в виду… он может извлечь… Ты говоришь то, что я думаю? — Смущенная своим жалким выступлением, она перешла к вызову. — Говори ясно! Ты насмехаешься надо мной? — Зачем мне это? — спросил он, звуча так непохоже на Уоттса или Тириана в этот момент. — Райвен может открыть портал, чтобы добраться до Вернал. Оттуда она может открыть портал ко мне в Вакуо, через который ты сможешь пройти. Её дыхание участилось. Сердце забилось быстрее. — Если в Деве Лета всё ещё останется хоть какая-то жизнь, ты сможешь использовать свой символ, чтобы извлечь силу и присвоить её себе, не так ли? Так это работает? — Да, — хрипло выдохнула она. С головокружением. — Я-я могу это сделать… Он собирался отдать ей силу Девы Лета. Он собирался просто передать ей такую силу. Очевидно, он не мог использовать её сам, но просто бросить ей это, словно это ничего не значило… это было безумие. Это было глупо. Кроме… Кроме того, они ведь согласились работать вместе, не так ли? Быть союзниками. Эта концепция всё ещё сбивала её с толку, но имело смысл, что он предпочёл бы, чтобы его союзник был на одном уровне с ним самим, и нельзя было отрицать, что прямо сейчас он был сильнейшим в их договоренности. Просто чтобы убедиться, она должна была спросить: — Ты хочешь, чтобы я взяла силу Девы Лета…? Он кивнул. Синдер схватилась за кухонную стойку, когда её колени грозили подкоситься. — Я согласна! — выдохнула она. — Конечно, я согласна. Я… я буду доступна в любой момент, когда бы я вам ни понадобилась. Я должна сообщить Салем… — Нет. Не говори Салем. Его быстрый ответ удивил её. Заставил подозревать. — Почему нет? — Нет никакой гарантии, что это сработает, и есть все шансы, что дева умрёт задолго до того, как Райвен сможет доставить тебя к ней. Я не думаю, что стоит заставлять Салем поверить в этот план только для того, чтобы потерпеть неудачу. — Он прикоснулся рукой к своей груди, к тому месту, где она его пометила. Угроза была ясна. — Я бы предпочёл, чтобы она была приятно удивлена, если это сработает, чем разочарована, если нет. Если ты понимаешь, о чём я. Да. Да, это звучало как отличная идея. Синдер сглотнула, всё ещё преследуемая воспоминаниями о боли, пронизывающей её тело. Если она могла избежать этого, то с радостью сделала бы это, и, как он сказал, многое могло пойти не так. Если Дева Лета будет сражаться до смерти, у неё не будет времени взять силу. Салем будет недовольна, если когда-нибудь узнает, что Синдер скрыла это от неё, но у Жона не было причин когда-либо раскрывать это, и она, конечно, не стала бы. Слишком часто она видела, как Тириана наказывали за его неудачи, и ей не хотелось стать такой же сломленной в разуме, как он. Если это сработает, то Салем осыплет их похвалами, а если нет, что ж, она никогда не узнает. — Я согласна с этим планом, — сказала она. — Хорошо. — Он красиво улыбнулся и подмигнул ей. — Я знаю, что многого прошу, заставляя тебя скрывать правду от Салем и всё такое, но я не хочу снова видеть, как тебя так наказывают, и нет никакой возможности, чтобы я насильно сохранил жизнь этой женщине, если она решит убить себя. Есть также вероятность, что Салем конкретно хочет, чтобы ты была только Девой Осени. Об этом она тоже думала. Почему сначала послать её за Осенью? Дева Осени открывала Хранилище под Маяком, которое охранял Озпин — бессмертный, который знал правду и мог сражаться с ними. Она всегда задавалась вопросом, почему они не сосредоточились сначала на Весне, раз у них был Лайонхарт в кармане. Они могли бы взять Реликвию Знания, не дав Озпину об этом узнать, а затем попытаться взять Созидание и Разрушение, всё время оставляя единственного человека, который мог их остановить, в неведении. Салем никогда не отвечала, когда она спрашивала. Синдер не осмеливалась спросить дважды. Возможно, она хотела, чтобы Озпин увидел, как его дела рушатся, или, возможно, Салем боялась, что если она не лишит его поддержки рано, он станет проблемой. В любом случае, он теперь полностью осведомлён об их участии, и Синдер задавалась вопросом, не хочет ли Салем ограничить её потенциал одной девой. Это имело некоторый смысл, слишком много яиц в одной корзине и всё такое, но «здравый смысл» часто не соответствовал тому, чего она хотела. Зачем довольствоваться силой одной девы, когда я могла бы иметь их всех? Если Салем не намеревалась позволить ей это, она не была уверена, что она могла бы или сделала бы. Клеймо не позволяло ей когда-либо менять лояльность, и, дева она или нет, она не могла никогда победить Салем, но мысль о том, чтобы наблюдать, как какой-то другой женщине дарят силу, которая по праву принадлежала ей, жалила. — Что ты думаешь об этом? — спросила она Ашари. — О том, чтобы у Салем было несколько дев. — Я думаю, что это логично со стратегической точки зрения. Сосредоточение слишком большой силы в одном человеке означает, что одна шальная пуля разрушает все её планы. Да. Это была самая разумная идея. Синдер сердито нахмурилась. — С другой стороны, это означало бы доверять большему количеству людей, и больше шансов, что кто-то напортачит или окажется не на своём месте. И мне тоже пришлось бы заключать с ними союзы, — добавил он с лёгким кивком в её сторону. — И кто знает, не окажутся ли они людьми вроде Тириана или Уоттса. Ух. Да. Последнее, что им нужно, это больше идиотов вроде них, но Салем, похоже, предпочитала такой тип людей. Или, может быть, именно такой тип людей лучше всего подходил для идеи борьбы против человечества. Она была бы первой, кто признал, что нужно быть немного «другим», чтобы связаться с Салем. — Я думаю, будет лучше, если это буду только я, — сказала она, понимая, насколько эгоистично и претенциозно это звучало, но не заботясь ни о чём. — Нет причин, почему я не могу обладать силой всех четырёх дев. — Тогда давай вообще не будем говорить Салем. Мы попытаемся добыть тебе Лето, и если это сработает, то сохраним это между нами. Посмотрим, что будет дальше. Я не против того, чтобы у тебя было всё, Синдер. Я не могу использовать эту силу, и если кто-то будет её иметь, я предпочту, чтобы это был кто-то, с кем я в союзе. — Он протянул руку. — У нас есть сделка? Он просил её солгать Салем. В немалой степени предать Салем и присоединиться к нему в этом маленьком деле. Если их хозяйка когда-нибудь узнает, то они, несомненно, пострадают за это, но в то же время Салем не могла бы сказать, что они не работают в её интересах. У них был этот оправдание, если их когда-нибудь раскроют. А если не раскроют, то она сможет получить эту силу после стольких лет ожидания. Наконец, она будет её, и не от той, кому она поклялась в верности, а от союзника, которого она создала своими собственными руками. В некотором смысле, от этого становилось ещё лучше. Она заслужила это. Рука Синдер хлопнула по его руке, крепко сжимая. — Договорились.

***

К тому времени, когда школьные каникулы начали подходить к концу, соревнование Вернал и Эмеральд за его время достигло рекордно высокого уровня. Оно прошло от простых вещей, вроде просьб о помощи в индивидуальных тренировках, до борьбы за место на диване рядом с ним в вечер кино, до того момента, что он начал садиться на трёхместное сиденье, просто чтобы избежать драк. Он хотел сказать, что это мелочно, но это было сложно, когда он наконец понял, почему Вернал чувствовала, что должна это делать, как он пропустил её молчаливые просьбы и бросил её с племенем, когда она хотела путешествовать с ним. Однако борьба должна была прекратиться. Он просил совета у всех, кого мог — Саммер, Тайянга, Кроу, даже Озпина и Глинды, что сильно смутило Глинду и вызвало мягкий смех у бессмертного, прежде чем он вежливо напомнил Жону, что его опыт в воспитании детей не тот, на который следует равняться. Саммер и Тайянг, казалось, считали это милым и продолжали говорить, что братья и сёстры ссорятся, но они не понимали, что Вернал и Эмеральд — это не Руби и Янг. Они были гораздо более агрессивными, гораздо более опасными и — в обоих случаях — достаточно искажёнными в своём раннем воспитании, чтобы полностью верить, что им приходится бороться изо всех сил за то, что они хотели. — Послушай меня, — сказал Кроу, уже порядком набравшись. — А ты не пробовал усадить их и просто, знаешь, вывалить всё как есть? Старый добрый прямой удар. — Если я сделаю это, то Эмеральд будет обижена, а Вернал отказывается признать, что вообще хочет, чтобы я о ней заботился. Она не против прижаться, требовать моё внимание и ходить со мной в аквапарк, но если я действительно попытаюсь сказать что-то ласковое ей, она сразу замыкается. — Пфф. То же самое с Янг. Это подростковые годы говорят. В один момент это «Дядя Кроу, я тебя люблю», а в следующий — «Уф, Кроу, ты портишь мою репутацию на улице». — Пьяный вытер слезу из глаз. — Я скучаю по милой и симпатичной Янг с хвостиками, которая обычно ездила у меня на плечах. Почему она должна была вырасти? Справедливости ради, он тоже скучал по милой Эмеральд, которая обычно пряталась за его ногами, но это не имело отношения к делу. — Вернёмся к настоящему, пожалуйста, Кроу. Вернал воспитывала твоя сестра. Ты знаешь, что это значит. — Сила! — Кроу хлопнул бутылкой по столу, заставив нескольких других людей в баре оглянуться. Они посмотрели на оружие Кроу и Жона и решили не связываться с ними. — Чёрт, племя всегда было таким запутанным. Ты никогда не понимаешь этого, когда растёшь там, но это просто глупо. Закон дикой природы. Скорее, закон ленивых. Тебе просто нужно врезать Вернал. Не отступай. Заставь её понять, что теперь всё по-другому. Это сработало для меня. Жон поднял бровь. — Неужели? — Я здесь, не так ли? Я нормальный. Что за взгляд? Ба. Я достаточно нормальный, — сказал он, громко смеясь. — Я не всегда был таким. Я был как Райвен, когда мы только поступили в Маяк. Мы оба выросли в том месте, и я придерживался тех же ценностей, как сейчас Вернал. — Ты изменился. — Конечно, но не сразу. Сначала изменилось моё окружение, и Саммер сыграла в этом большую роль. — Не Тайянг? — Пфф. Тай был слишком занят, гоняясь за юбкой Рэй, чтобы противоречить чему-либо, что она говорила. Саммер была лидером команды, и ей приходилось мириться со всем нашим дерьмом. Часть из которого мы даже не понимали, что делаем неправильно, как когда несколько девушек решили попытаться запугать Рэй, и она избила их и побрила их головы налысо. — Жон поморщился. Кроу увидел это. — Да, это твоя реакция сейчас, но тогда мы с Райвен думали, что это справедливо. Они бросили ей вызов, она их победила и наказала, отняв то, чем они гордились. Чёрт, я думал, это было великодушно! Для нас Рэй не была злой. Она была доброй! — Побрить девушек налысо — это доброта…? — Это так, когда такой вызов в племени мог привести к изгнанию, увечью или смерти. Сейчас я знаю, что она перегнула палку, но тогда мы этого не понимали. Вот почему мы не понимали, почему у нас было столько проблем. Я до сих пор помню, как Райвен смотрела на родителей тех девушек и говорила: они же живы, не так ли? Я могла бы убить их. — Он наклонился, чтобы прошептать: — Да, это был не лучший ответ в то время. Озпин тогда не был директором, и только благодаря его заверениям предыдущему директору нас не исключили мгновенно. Чёрт. Он знал, что Команда STRQ существовала и что Райвен не адаптировалась так хорошо, как Кроу, но он никогда на самом деле не задумывался о том, как два бандита из племени, которое провозглашало убийство и жестокое нападение добродетелями, адаптировались бы в нормальном обществе. В школе, не меньше. Если так подумать, было чудом, что Вернал ни в чём не обвиняли, хотя, возможно, её опыт в Тренажёрном зале ASH помог. Она была грубой и оскорбительной и там, но поскольку она была главной и никто не бросал ей вызов, она могла позволить себе быть милосердной. Или просто не видела необходимости огрызаться. Всё могло быть гораздо хуже. — Боюсь, есть и другие подобные случаи. Рэй и я были испорченными, и это было заметно. Я воровал вещи и думал, что это нормально; Рэй решала каждую проблему насилием, не заботясь о том, касалось ли это студента, гражданского или даже другого учителя! Единственная причина, по которой она вообще ходила на занятия, была в том, если учитель выглядел достаточно сильным, чтобы его уважать. — Были и драки с Саммер. Идея о том, что кому-то дали лидерство над ней — над нами обоими — была для нас просто ненормальной. Мне немного стыдно признавать, что первые несколько недель мы подавляли Саммер. Не жестоко. Просто… — Он вздохнул и потёр голову. — Не знаю, почему я до сих пор так виноват. Саммер знает и простила нас, и теперь мы все близки. Наверное, это просто неловко. — Тебе не нужно рассказывать мне, если ты не хочешь. — Нет, это уже старые воспоминания, и, возможно, это поможет тебе понять Вернал. И, честно говоря, я бы считал это победой — помочь ещё кому-то уйти от этой адской дыры. В основном, мы издевались над Саммер. Сильно. Наверное, ты бы назвал это дедовщиной, но то, что ты делаешь в племени, если хочешь бросить вызов чьему-то лидерству без полноценного боя, это то, что ты создаешь проблемы. Ты действуешь вызывающе, безобразничаешь и, по сути, бросаешь им вызов разобраться с тобой. Хороший лидер так и делает. Они приходят, сталкивают головы и внушают дисциплину. Саммер этого не делала. Если быть справедливым к ней, лидерство было для неё новым, так что что она должна была делать? Мы, однако, не видели это так. То, что Саммер терпела нашу дедовщину, было признаком слабости. Это был знак, что она недостаточно сильна, чтобы вести. — Он театрально усмехнулся. — Она была слабой! Усмешка исчезла, сменившись усталой ухмылкой. — Или так мы думали. Короче говоря, Рэй бросила ей вызов официально, издевалась над ней, дразнила её, бесила её, и Саммер сорвалась. Затем, — он издал хрустящий звук. — Райвен сломалась. Буквально. Сломанная рука, плечо и два ребра в придачу к пробитому лёгкому. Саммер была в ужасе и почти бросила Маяк. Саммер сделала это? Вау. Может быть, темперамент Янг пришёл не только от Райвен. — Но всё наладилось, да? — Конечно! — сказал он весело. — Но не потому, что мы исправились. Мы называли Саммер слабой, а она отправила Рэй в полёт на следующий век. Райвен была довольна, потому что это означало, что её лидер не слабачка. Я принял это, потому что так поступал хороший лидер. Они ломали тебя, если ты выходил за рамки. Нам потребовалось гораздо больше времени, чтобы, так сказать, стать местными, а Райвен так и не стала. Я думаю, отчасти причина, по которой я это сделал, была в том, что я был серьезно влюблён в Саммер некоторое время. Нет, не смотри так. Я перерос это и не ревную к Таю. Я думаю, единственная причина, по которой я так сильно хотел её, была потому что она победила Райвен. Внезапно перед нами оказался этот супер сильный, супер крутой лидер, которым я восхищался. — Он пожал плечами. — Это и гормоны заставили меня думать, что я влюблён. С положительной стороны, это заставило меня пытаться угодить ей, что, вероятно, и является причиной того, что я сегодня такой, а не просто ещё один член племени. — И как это поможет с Вернал? — Потому что любовь покорила меня, и любовь покорит её. Жон застонал. — Кроу, серьёзно…? — Ладно. Разные виды любви, но всё же, это работает. Вроде как. Я не говорю, что сила любви и дружбы — это всё, что тебе нужно, но ты можешь измениться, только если хочешь измениться, и, возможно, она хочет измениться, чтобы угодить тебе. Звучит манипулятивно, но Вернал явно хочет то, что есть у Эмеральд, а не то, что может предложить ей Райвен. Опирайся на это. Используй это. — Использовать это как?! — О, да ладно, — пожаловался пьяный. — Я должен всё делать? Легализуй это. Сделай официально. Усади её, выложи факты на стол и ударь прямо в лоб. — Она запаникует. — Тогда сломи её. — Кроу! — прошипел он. — Нет. Нет. Подумай об этом. Ты имеешь дело не с обычной девушкой. Это кто-то, выращенный в племени. Как ты впервые привлёк её внимание? Держу пари, это было через борьбу. Так и было. Жон медленно кивнул. — Ты пытаешься быть милым, и это мило и всё такое, но тебе нужно пробиться сквозь все учения Райвен. Лучший способ сделать это — не ходить вокруг да около. Иди напролом, выложи всё и вызови её не согласиться. Девушка будет уважать силу больше всего, но сила не всегда означает грубую мощь. Иногда уверенность сама по себе сила, так же как и готовность постоять за то, во что ты веришь. Знаешь, что ещё делало нас счастливыми в племени? — Что? — Дисциплина. Странно, я знаю. Когда думаешь о племени, представляешь толпу диких пьяных идиотов, грабящих и разоряющих свой путь по Мистралю, но порядок был важной вещью для нас. Мы все знали, какими людьми мы были. Если бы дисциплине позволили упасть, мы бы разорвали себя междоусобицами. Нам нравилось иметь сильного лидера, потому что сильный лидер держал нас в узде. Это позволяло нам спокойно спать, зная, что никто не осмелится напасть на нас, потому что босс вырвет позвоночник этого человека за нарушение правил. Это нездорово, но нам нравилось, когда нам говорили, что делать. Иметь кого-то крутого, на кого можно равняться. Это давало нам стабильность в мире, который мало что мог предложить. — Кроу толкнул его локтем и ухмыльнулся. — Так что, если она начнёт вести себя вызывающе, подумай о том, чтобы положить её к себе на колени и отшлёпать. — Он пошевелил бровями. — Ей это может даже понравиться. Жон застонал. — Я, блядь, ненавижу тебя, Кроу. — Да. Я знаю. Так ты сделаешь это…? — Может быть… — Жон поднял бутылку и сделал ещё один долгий глоток, вздыхая, когда горький вкус лагера взял верх. — Сначала мне нужно поговорить с Эмеральд. У меня такое чувство, что она может сделать неправильные выводы, если я захочу удочерить Вернал. — Не забудь и о Винтер. Это ещё одна дочь для неё. Хороший момент. Он даже не подумал об этом. — У нас ещё есть Вакуо… — Тише. — Жон огляделся, но никто не подслушивал. Выбор бара Кроу был таким же мрачным, как и он сам, тихим, если не считать старомодного музыкального автомата, играющего в углу. — Стоит ли нам говорить об этом? — Почему нет? Это просто мальчишник в городе бесконечной ночи. Мы могли бы сделать из этого мальчишник перед свадьбой. Замаскировать это. Жон кивнул, уступая. — Думаю, мы могли бы. — Ты ведь был там раньше, не так ли? Именно там ты спас Саммер. — Хм. — И до этого тоже, ещё с Руби и остальными в их путешествии для сбора Реликвий. Однако в тот момент у них не было столько времени, чтобы насладиться Вакуо. — Хотя я провёл больше времени в пустыне, чем в городе. Я останавливался там только на время, достаточное, чтобы заказать транспорт до Мистраля. — Он фыркнул. — И произвести впечатление на определённого фавна-обезьяну. — Мальчишка Вуконг? Он хорош. — Да. А как насчёт тебя? Бывал в Вакуо раньше? — Однажды со старой командой. Наш Фестиваль Витала проходил там, паря над Мерцающей Пустыней. Красивое место — что-то связанное с минеральным пигментом в песке там, так что он сверкает в лунном свете. Сухое место, однако. Очень сухое. Мы думали, что там будет жарче, чем оказалось, но турнир проводили вечером, когда было холодно. Видимо, они однажды провели его в полдень, и целые команды падали в обморок от обезвоживания. Все, кроме местных, которые знали, на что обращать внимание. Их обвинили в мошенничестве, и с тех пор он проводится в более холодную погоду. Хотя мне удалось осмотреть город. Это забавное место. — Забавное? Как? — Ну, законы там кажутся действительно мягкими. Наркотики, выпивка и секс — всё на продажу. Поэтому я назвал это мальчишником, и туда ходит много людей. Всё легализовано, и это делает это безопаснее, по крайней мере, так мне говорили. — Мы не будем в это вовлечены. — Не в наркотики и секс, нет, но я определённо попробую местное вино. Я слышал, что они делают вещи с ингредиентами, которые растут только в оазисах глубоко в пустыне. Это крепкое зелье. — Понизив голос, он добавил: — И кроме того, нам нужно будет собрать немного информации, чтобы найти ту, кого мы ищем. Если она хоть чем-то похожа на Эмбер, она не оценит наше присутствие. Это было мягко сказано. Кроу даже не представлял, насколько Дева Лета отличалась от любой из других. К сожалению, как бы много он ни знал о ней, он не знал, где она будет. История изменилась, и они нашли её в прошлый раз только потому, что удача была на их стороне. Ничто не говорило о том, что она будет в том же месте. — У меня могут быть люди, к которым я могу обратиться за помощью в этом, — сказал Жон. — Те племенные люди, о которых упоминала Саммер? Она так и не успела их поблагодарить, но Академия Шейд рассказала ей, как они её доставили. Я бы не отказался от возможности выразить некоторую благодарность и сам. Если бы не они и ты, мы бы её потеряли. Дел-Ашари могли бы дать ему что-то полезное, но они были не единственными. Рашем, которого он неосознанно сделал миллиардером, продав ему свиток на двадцать лет опережающий своё время, мог бы иметь способы найти кого-то в городе, который он называл своим домом. — Посмотрю, смогу ли я найти их, но они не самые лёгкие для обнаружения, и у меня такое чувство, что птицам не так хорошо в пустыне, — добавил он, как тонкий намёк на другую форму человека. Кроу кивнул в ответ, подтверждая это. Горячий воздух, обжигающая жара и мощные ветры сбили бы его слишком легко. — Однако мы отправимся, когда Маяк вернётся к занятиям. Это даёт мне ещё два дня, чтобы придумать, как справиться с Вернал и Эмеральд. Предпочтительно до того, как они разорвут друг друга на части. Кроу сделал взмах и шлепающий жест рукой. Жон проигнорировал его и сделал ещё один долгий глоток. Вакуо обещал быть проблемой, хотя если бы они смогли получить Реликвию так, чтобы никто не заметил, это могло бы стать решением гораздо большего количества проблем. Не было многого, что Реликвия Разрушения не могла бы уничтожить.