Мой

Маршалл

Я не заходил на сайт уже две недели, но при этом ни на секунду не переставал думать о ДжейТи. Никак не могу понять, как такое вообще могло произойти. Каковы вообще были шансы? Что мужчина, который так красиво подчинялся мне, окажется тем самым мальчишкой, которому я в детстве клеил пластыри на разбитые коленки? От одной этой мысли меня начинает мутить, я ненавижу себя за то, что сделал, за то, что просил его сделать для меня - но я ведь тогда не знал, кто мой собеседник. Я никогда не воспринимал ДжейТи иначе, чем сына Джона - часть моей семьи. Если бы я не провел целый месяц, разговаривая с ним, не узнал, как сильно он хочет подчиняться, насколько отчаянно он в этом нуждается, то никогда не подумал бы о нём в таком ключе. Но теперь, когда я это всё знаю, уже невозможно перестать воспринимать его иначе, и это пожирает меня изнутри. Я даже отменил встречу с Джоном, потому что не знаю, как теперь смотреть ему в глаза после того, что я сделал. После того, что я до сих пор очень хочу сделать… С его сыном. Я иду в домашний спортзал и сажусь на гребной тренажёр. Хотя я и люблю тренироваться и давненько я не занимался так часто, физическая нагрузка помогает отвлечься. Сегодня она мне особенно необходима. До сих пор мне удавалось придумывать оправдания, чтобы избегать Джона, но пропустить вечеринку в честь дня рождения Кэлли я никак не смогу. И я прекрасно знаю, что ДжейТи тоже там будет. ДжейТи, которого я так хочу трахнуть... о котором я так хотел позаботиться в уборной кофейни - хотел приказать ему встать на колени и помочь ему избавиться от всех этих мучительных мыслей сразу после того, как мы осознали, что натворили. Я резко тяну за ручку тренажёра, набирая темп, снова и снова отталкиваюсь ногами и подтягиваюсь руками. Пот струится по лбу, мышцы ног начинают ныть, но я продолжаю, будто это может что-то изменить. Будто это поможет мне перестать чувствовать себя самым паршивым человеком во вселенной. Будто это заставит меня меньше скучать по онлайн разговорам, которые так быстро стали неотъемлемой частью моей жизни. Мою голову переполняют бесчисленные воспоминания. То, как Джон обнимает меня при встрече или прощании - крепко и искренне. Когда я жил в Калифорнии, и мы прощались после очередной встречи, он всегда держал меня чуть дольше, словно сожалея о скором расставании. Как мы доверяли друг другу свои тайны, ходили в походы, смеялись вместе. Как Джон ввязался в единственную в своей жизни драку, когда кто-то нелестно высказался о моей ориентации. Как Джон всегда был именно тем человеком, кто давал обещания, что мы будем друзьями навсегда, и, хотя ему никогда не нужно было мое присутствие так отчаянно, как мне - его, я всегда знал, что он нуждается во мне ничуть не меньше. И всё же ничто из этого не меняет того факта, что сегодня вечером я хочу увидеть ДжейТи. И я не уверен, смогу ли когда-нибудь перестать ненавидеть себя за это. *.*.*.*.*.*.*.*.*.*.*. Мне приходится припарковаться за пару кварталов от их дома из-за огромного количества машин. Джон и Келли - те люди, у которых много друзей. Их любят абсолютно все, а как можно иначе? Я почти уверен, что они пригласили и всех своих соседей, просто потому что это в их стиле. Я иду по тротуару, несу коробку с подарком. Стараюсь не обращать внимания на машины, мимо которых прохожу, потому что неважно, приехал ли уже ДжейТи или нет. Сам факт, что я вообще об этом думаю, вызывает беспокойство. Мой уход из кофейни должен был пройти намного проще. Со сколькими сабмиссивами я играл, а затем спокойно уходил? Никогда раньше это не становилось проблемой, и то, что сейчас всё иначе, настораживает меня. Единственная причина, которая приходит на ум – теперь я знаю, кто скрывается за ником «Жаждущий_Большего», он важен для меня. И это переходит все границы. ДжейТи ищет подчинения, а что, если он окажется с домом, который его не заслуживает? Который не будет обращаться с ним правильно? Который причинит ему боль, но неправильную, не такую, как нужно? Когда я подхожу ближе, становится слышна музыка. Праздник, как и барбекю, проходит на заднем дворе их дома, и теперь я могу разглядеть дополнительное освещение, которое они специально установили. На заборе висит баннер: «С днем рождения, Кэлли!» Калитка открыта, дорожка украшена гирляндами и кажется, что лампочки просто парят в воздухе. На вечеринке, наверное, почти сотня человек. Джон сегодня не хозяйничает у гриля – он заказал кейтеринг ** на вечер. Стоят два длинных стола с жаровнями и блюдами в контейнерах для подогрева. Женщина в черной униформе занимается разогревом, а мужчина, одетый так же – обходит гостей с подносом, на котором расставлены бокалы с шампанским. ** Кейтеринг (от англ. catering) - профессиональное обслуживание публичных мероприятий, включающее приготовление, доставку и сервировку еды и напитков. Я оглядываю толпу незнакомых лиц. Устраивать такие мероприятия лично я бы никогда не стал, но я и не настолько общительный человек, как они. Наконец замечаю Джона - он стоит у дерева и разговаривает с несколькими гостями. Направляюсь к нему, по пути пристраивая подарок Кэлли на специальный стол. Как только Джон замечает меня, его глаза тут же загораются, а лицо озаряется улыбкой. Он явно рад меня видеть - и, наверное, еще больше радуется тому, что теперь сможет представить меня окружающим. - Эй, привет, дружище! - Он обнимает меня одной рукой, а затем оборачивается к стоящим перед ним людям. – Знакомьтесь, это мой лучший друг - Маршалл. Я знаю его всю свою жизнь. Он был рядом со мной на каждом важном этапе жизни. Мы с Кэлли так рады, что он вернулся в Роли. Холодный комок в моем животе становится больше, чувство вины усиливается. - Как это мило! У меня тоже есть лучшая подруга с детства, это так важно, - говорит одна из женщин. Джон знакомит нас друг с другом, а вскоре разговор перетекает в обсуждение дружбы, того, как все познакомились, и что значит иметь рядом человека, который стал близким, как член семьи. Я смеюсь, вставляю реплики там, где нужно, но внутри всё скручивается узлом, потому что всё, о чем я могу думать - это «я хочу трахнуть твоего сына. Хочу отшлепать его задницу до красноты и заставить его плакать для меня. Боже, как же я хочу видеть его слёзы. И я - самый конченый ублюдок на свете, потому что думаю об этом». - Марш? - голос Джона возвращает меня в реальность. Я осознаю, что справляюсь с тем, чтобы выглядеть невозмутимым, намного хуже, чем мне казалось. - Прости, что? - Тодд спрашивает, чем ты занимаешься. - Извини, задумался. Я технический специалист, - отвечаю я, а затем коротко рассказываю ему о своей компании и о том, что приехал сюда помочь с открытием нового офиса. Тема разговора быстро меняется, и пока все обсуждают развитие района Треугольника за последнее время, мой взгляд впервые выхватывает ДжейТи из толпы. Он стоит в компании парня примерно своего возраста. Тот что-то эмоционально говорит, ДжейТи внимательно слушает, но, будто почувствовав мой взгляд, резко поворачивается и встречается с моим взглядом. Даже через весь двор я замечаю, как он мгновенно меняется: его спина напрягается, словно он насторожился, во взгляде, устремленном на меня появляется нерешительность, неуверенность и уязвимость. И, черт побери, я совсем не хочу, чтобы он так на меня смотрел. Он явно не знает, как себя вести, хотя раньше ему никогда не приходилось быть со мной осторожным и недоверчивым. Мне сложно подавить желание успокоить его и убедить, что всё в порядке. Быть рядом с родителями для него уже достаточно тяжело. Я понял это ещё тем вечером на барбекю, а потом, когда Жаждущий_Большего упомянул, что боится разочаровать важных для него людей, я сложил все кусочки паззла и убедился в сложности его отношений с отцом. С каждой секундой внутри меня растет желание исправить это для него… или хотя бы помочь ему забыться. ДжейТи что-то говорит своему другу. Тот бросает быстрый взгляд в мою сторону, затем отворачивается и хватает ДжейТи за руку. Нет никаких сомнений - он рассказал ему обо всём. Я рад, что у него есть, с кем-то поговорить, потому что у меня такого человека нет. Даже если бы и был – стал бы я открываться? - Марш! Я даже не знала, что ты уже здесь! - голос Кэлли выдергивает меня из мыслей. - С днем рождения, дорогая, - я обнимаю её и целую в щеку. - Мы так рады, что ты пришел. Она берет меня за руку и сжимает её, тепло улыбаясь. - Я тоже рад быть здесь, - отвечаю я. Но когда она переключается на разговор с другими гостями, мне приходится силой заставлять себя не смотреть через весь двор на ее сына. И я ненавижу себя за то, что это так трудно сделать. Вечеринка продолжается, Джон и Кэлли знакомят меня с таким количеством людей, что у меня начинает кружиться голова. Я подыгрываю, улыбаюсь, участвую в разговорах. Но спустя полтора часа я выжат как лимон и отчаянно нуждаюсь в передышке. - Простите, я на минутку отойду, скоро вернусь, - говорю я очередной группе гостей, с которой мы беседуем. Ставлю бокал с шампанским на ближайший столик, я направляюсь в дом, а там иду по коридору в сторону санузла. Дверь закрыта – значит внутри кто-то из гостей. Я прислоняюсь к стене, запрокидываю голову и делаю несколько глубоких вдохов. Последние две недели я чувствую, будто мое тело зажато в тисках, и с каждым днем они затягиваются еще сильнее. То, что я здесь сегодня - не помогает вообще. Неужели теперь так будет всегда? Изменились ли мои отношения с Джоном из-за правды, которую я от него скрываю? Из-за двери слышится звук воды, я открываю глаза, выпрямляюсь, стараюсь придать лицу нейтральное дружелюбное выражение. И, конечно же, когда дверь распахивается – из ванной выходит ДжейТи в узких джинсах и футболке - поло, которую он, без сомнения, надел только потому, что его мать хотела, чтобы он выглядел прилично. - Я не знал, что ты там, - говорю я, потому что все остальные слова вылетают у меня из головы. - Какой облом. Мне бы больше понравилось, если бы ты знал и ждал меня. Мои пальцы непроизвольно дергаются от желания отшлепать его за дерзость. - ДжейТи… Я бросаю быстрый взгляд в коридор, но вокруг никого нет. Насколько я знаю, сейчас в доме только мы. - Тебя не было в сети две недели, а я ждал, - говорит он. Я вздыхаю. Нет, я не заходил на сайт, и это разрывало меня на части. - Сейчас не время для этого, - я прохожу мимо него в ванную. - А когда будет время? - Никогда. Мы не можем... Это была ошибка. Слова даются с трудом. Черт, это совершенно не похоже на ошибку. - А вот для меня это не было ошибкой. Всё, что произошло - заставило меня хотеть тебя еще больше. Это только подтвердило, что именно этого я хочу, именно в этом нуждаюсь. Ни с кем из других мужчин, с которыми я общался – я не чувствовал подобного. По мне прокатывается резкий, обжигающий жар. Так не должно быть. ДжейТи имеет полное право разговаривать с кем угодно, но я не хочу, чтобы он это делал. Не хочу, чтобы он опускался на колени перед кем-то и подчинялся кому - либо. Не раньше, чем я сам избавлюсь от этой одержимости. - Тебе нужно отойти, чтобы я мог закрыть дверь, - заставляю себя сказать. - Нет, - он скрещивает руки на груди. - Это ты тут ведёшь себя, как ребенок. Мы оба взрослые люди. Если мы хотим трахаться, то мы можем трахаться. - Иисусе, - я хватаю его за руку и утягиваю в ванную, закрывая и запирая дверь. ДжейТи ухмыляется. - Какая-то знакомая картина... только на этот раз не я паникую. - Тогда что это за легкая дрожь в твоем голосе? – я слышу ее, она едва уловима, но она есть. Он, возможно, не хочет выглядеть нервным или неуверенным, но голос его выдает. - Ну ладно, я не могу притворяться, будто это не странная ситуация. Ты же мне как дя… - Не говори этого. Ты никогда не называл меня так раньше, так что давай не будем перегибать палку именно сейчас. ДжейТи тяжело вздыхает, делает несколько глубоких вдохов, а затем медленно опускается на колени. - Что ты делаешь? Он стоит на коленях, положив руки на бедра и опустив голову. - Не знаю. Я не планировал этого, но увидев тебя… Я хочу этого, Марш. Мне это нужно. Разговаривая с тобой…, я не могу выкинуть это из головы. Будто я умираю от голода, и ты дал мне попробовать кусочек, из-за которого мне стало только хуже! И теперь еда лежит у меня перед носом, но я не могу ее достать! Я хочу этого, и я хочу этого с тобой. У меня подкашиваются ноги, тело предательски дрожит. Его слова дразнят голодного зверя внутри меня. Зверя, которого я безуспешно пытался усмирить. Я должен выйти из этой комнаты прямо сейчас. Должен сесть на первый же рейс в Калифорнию. Должен покинуть Роли и исчезнуть. Но вместо этого я говорю: - Подними голову, мой хороший мальчик. Плечи ДжейТи расслабляются, он медленно поднимает голову и смотрит мне прямо в глаза. - Да, Сэр. - Тебе было тяжело? - спрашиваю я, хотя знаю ответ. - Да. Я встречался с парнем... Это не помогло. Мои челюсти сжимаются, перед глазами всё плывёт. Одна только мысль о том, что кто-то ещё трогал его без моего разрешения, приводит меня в ярость. - Что случилось? - Что вы хотите… - Рассказывай. - Я, эм, пришёл к нему домой. Он отхлестал меня плёткой, а потом я отсосал ему, но это было… неправильно. Я не смог погрузиться в нужное состояние… - Он принуждал тебя к чему - либо? - Нет. Он был добр, но я знаю, что не дал ему того, что ему было нужно, и он, черт возьми, не дал мне то, что было нужно мне. Я не понимаю, почему с вами всё иначе, но это так. Я не говорю, что я влюблён в вас. Просто… я знаю, что вы можете удовлетворить эту часть меня. Абсолютный_Доминант может. И теперь, когда я прочувствовал, каким это всё может быть – отсутствие этого стало ноющей, неутихающей болью внутри меня. Как я могу отказать ему, когда он говорит такое? Особенно когда уйти - это последнее, чего я хочу. С тех пор, как мы начали разговаривать, внутри меня тоже поселился постоянный, неослабевающий зуд, не дающий покоя. Вид его, стоящего на коленях передо мной, немного притупляет это жжение, но недостаточно. - Ты не собираешься отступать, да? - Нет, Сэр. Это просто секс. Моим родителям не обязательно знать. - О, Господи. Я провожу рукой по волосам, чувствуя, как остатки моего самоконтроля ускользают. Если он будет с кем-то другим – я не смогу защитить его. Но если он будет играть со мной, я хотя бы буду уверен, что он в безопасности. Я не причиню ему боли никакими способами, отличными от тех, которых мы оба хотим. - Просто один раз, Сэр. Может, в итоге мы решим, что это слишком странно, и нам обоим разонравится. Я смотрю на него сверху вниз, ДжейТи смотрит на меня снизу вверх, и его глаза уже не такие, как раньше. Передо мной не тот мальчишка, которого я знал всю его жизнь. Передо мной на коленях мужчина, который знает, чего он хочет, и знает, что я могу ему это дать. - Пожалуйста, Сэр... Ты сам сказал, что я могу так тебя называть. Не бери свои слова обратно. Я просто хочу узнать, каково это - отпустить себя, и я знаю, что вы можете дать мне это. Я закрываю глаза, уже зная, что собираюсь сказать. И когда я снова открываю их, я твёрдо говорю: - Встань. - Подожди. Я... - Встань, - приказываю я тихим голосом, не оставляя места для возражений. - Да, Сэр, - ДжейТи поднимается на ноги. - Ты работаешь завтра? Его зрачки расширяются, когда он смотрит меня. - Нет. - Будь у меня дома ровно в два. Я пришлю тебе адрес. - Да. Да, черт возьми. Спасибо, Сэр. Вы не пожалеете. «Не пожалею? Из-за этого я могу потерять всё». Но я не остановлюсь. Я не хочу останавливаться. Открываю дверь и выглядываю, убеждаясь, что в коридоре никого нет. - Будь хорошим мальчиком до конца вечера. Половину вечеринки ты только и делал, что пялился на меня. - Я ничего не мог с собой поделать. - Иди, - приказываю я. - Да, Сэр. Я закрываю за ним дверь, зная, что это изменило всё.