Ключи от сердца 2: Чужое счастье

Но пока план мести парней шёл немного не по плану: они оба, скукожившись, спали на полу у самого порога, а девушки наслаждались сном в мягкой кровати. Ну как сказать, наслаждались. В самый пик сладких сновидений к ним в комнату зашла бабушка Маша и громко попросила всех подняться. — И вот так всегда, — простонала Лиза, поднимая голову от подушки, — так спалось хорошо… — Ты хотя бы в кровати спала, — сонно буркнул Стас, поднимаясь с пола. — Ой-ой-ой, — кривлялась блондинка. — Хватит с утра собачиться, надо делами заниматься, — пролепетал Макс, — рыба ещё со вчера в ведре стоит неочищенная. — Тогда попросим вас свалить отсюда, мы переодеваться будем, — подала голос Поля, сползая с кровати. — Чего мы там не видели, мы вон в трусах одних спали и ничего, — бормотал Стас, но послушно покинул комнату. Макс тоже вышел. — Придурки! — крикнула вслед парням Лиза. Утро выдалось продуктивное: пока бабушка Маша ушла к соседке по своим делам, парни управляли хозяйство и огород, девушки чистили и жарили рыбу. Полина поймала себя на мысли, что уже выглядит, как типичная сельская девушка: в фартуке и с косынкой на голове. Ну а что, очень удобно и волосы не мешают готовке. Пришло время завтрака. Погода на улице выдалась пасмурная и было достаточно прохладно, поэтому они решили накрыть стол на улице. И пока девушки готовили еду, парни, словно короли, уселись за стол в ожидании еды. — А можно как-то побыстрее нам еду сообразить, есть охота! — кричал Макс вглубь дома. Окно кухни как раз выходило во двор и слышимость была прекрасной. — Мы и так всë утро пахали! — добавил Стас, сдерживая смешок. Услышавшая это Полина процедила сквозь зубы: — Будет щас вам еда… Языки проглотите. Лиза, а где тут перец острый? Буквально через несколько минут Полина вынесла на себе три тарелки. На двух из них была жареная рыба, а на другой хлеб. — Овощей порезать? — ласково спросила она, ставя перед ними тарелки. — Да, будь добра, — кивнул Стас, жадно хватая кусок хлеба. — Сейчас всё будет, — заулыбалась она и снова убежала в дом. Они с Лизой моментально прильнули к окну, чтобы понаблюдать за реакцией парней. — Не понял, — выпучил глаза Стас, — а чë оно острое такое? — Не знаю, — обронил Макс, краснея. Он судорожно схватил кусок хлеба, пихая его в рот, чтобы заглушить жгучую боль во рту. И пока парни кашляли от захватывающей дух остроты, девушки задыхались со смеху. Но они не были извергами, поэтому они тут же понесли им заранее подготовленные стаканы молока. — Вы издеваетесь? — воскликнул Макс, после того, как осушил стакан полностью, — вы зачем рыбу испортили? — Будете таким тоном с нами разговаривать, слабительное в чай добавим, — оскалила зубы Полина. — Макс, всё хватит, не трать силы, это бесполезно, — махнул рукой Стас, облизывая белые усы от молока с губ. — Впервые за всё время хоть что-то умное выдал, — съязвила Полина. — Это всё равно, что пытаться погладить змею в надежде, что она не укусит, — добавил он, усмехаясь. — Придурки, — злобно процедила сквозь зубы Лиза и девушки ушли обратно в дом. Вскоре вернулась бабушка и позвала Лизу и Макса, чтобы ей помогли поймать пару петухов, чтобы обменяться с соседкой. — Ну и чего ты дуешься, скажи мне? — поинтересовался Стас, когда они остались наедине. Полина молча складывала чистую посуду обратно в шкаф. — Поль? Парень подошёл к девушке, обняв сзади. Но та сразу оттолкнула его. — Стас, отстань от меня! Ты видишь, я делом занимаюсь! — Если ты переживаешь из-за девушек, то у нас ничего не было… — Ещё бы что-то у вас было! — рявкнула Полина, хватая полотенце со стола, с намерением замахнуться. — Поль, я начинаю тебя бояться, ты… — Стас выставил руки перед собой, будто защищаясь. — А-А-А-А-А!!! — донëсся с улицы жуткий вопль. Моментально забыв про свои разногласия, Полина со Стасом сразу же выбежали из дома. К ним навстречу шёл скривишийся от боли Макс, зажав одной рукой глаз, а рядом державшая его под руку Лиза. — Что такое?! — ужаснулась Полина. — Макса петух в глаз клюнул! — паниковала Лиза, — божечки, надо срочно врача! Потерпи, родной, сейчас я холодное что-то приложу… Бедненький мой, господи! И они скрылись в доме. Понятное дело, обиды моментально испарились, чего уж греха таить. Ничего не оставалось делать, кроме как Полине со Стасом принять эстафету и помочь бабушке. Полина, хоть и жутко боялась петухов, да и прочей сельской живности, всё же не хотела показывать свои слабости, поэтому она активно бегала по загону за резвой птицей под чутким руководством бабушки Маши. Всюду летали перья, столбом стояла пыль, но нужно было довести дело до конца. Хлоп! Она в очередной раз поймала руками воздух, но на сей раз она немного не рассчитала и указательным пальцем ударилась о железный столб, который служил подпоркой к забору. Громко вскрикнув от боли, она посмотрела на свой палец. Покрытие с него моментально отошло, а вместе с ним треснул и её родной ноготь. Палец мгновенно посинел и у кутикулы выступила кровь. — Что такое? — забеспокоился Стас, подходя к девушке. — Я ноготь сломала, — сквозь слëзы произнесла она, поднимая вверх трясущуюся руку. Саднящая и ноющая боль пронизывала палец насквозь. — Так, иди тогда домой, я сам тут управлюсь. — Но как же… Ты один… — Я справлюсь, не переживай. Иди. Полина послушно покинула загон и направилась к дому. С каждым шагом боль в пальце понемногу утихала и вместе с ней утихала и обида на Стаса. Нет. Он всё-таки хороший и она его безумно любит. — И чего она на тебя такая обиженная была, ты же просто золото, а не парень, — пожимала плечами бабушка Маша, наблюдая за происходящим со стороны. — Да ну что вы прям, — засмущался он, — лучше давайте поймаем этих петухов, наконец. Но только без травм на этот раз, а то бойцов уже не осталось… Петухи были пойманы и успешно доставлены соседке и Стас не пострадал. С Максом всё оказалось в порядке. Он успел зажмурить глаз и тот остался почти невредимым, за исключением лопнувших капилляров. Пострадало только веко. Но всё же было принято решение уехать обратно в город, чтобы провериться в больнице. Лиза не могла поверить своему счастью. Неужели она вернётся в цивилизацию? Сердечно поблагодарив всех, бабушка Маша проводила всех, в дорогу положив всем гостинцев: пирожков, закаток всяких и прочих вкусностей. Жизнь, казалось, наладилась. Полина ходила на репетиции, выполняла заказы, которых стало только увеличиваться. Некоторые из заказчиков писали, что пришли от Вали. Она, конечно, была рада, что теперь она стала зарабатывать больше, но усталость давала о себе знать. Потому что, придя после изнурительных тренировок домой, она сразу принималась за выпечку, которая многим нужна была уже утром. Отдав заказ, она тут же отправлялась отсыпаться, чтобы вечером снова всё повторить. А ещë близился день выступления, про который стало известно то, что танцовщиц пригласили выступить на дне рождения какого-то депутата. По этому случаю был арендован целый клуб. Несколько дней Полина жила в таком ритме, почти перестав контактировать со Стасом. Ну а что, по утрам она спит беспробудно, по вечерам тренируется, а по ночам печёт торты. Он, по сути, только возил её. Даже с Лизой они почти не общались. Она написала, что у них с Максом всё отлично и больше они не переписывались. Чаты Полины заполонили рабочие вопросы. На тренировке она общалась в основном с Валей, у которой более или менее всё наладилось. Бывший перестал надоедать. Это не могло не радовать, ведь теперь можно было сконцентрироваться на тренировке и предстоящем выступлении. Последняя репетиция была самой жëсткой и беспощадной. Милашка Айсель резко стала диктатором в лосинах и своими выкриками, будто ударами хлыста, подгоняла подопечных. И по времени занятие затянулось допоздна. О том, что тренировка будет дольше обычного, девочки узнали только непосредственно на ней самой. И привыкший приезжать в определённое время Стас был немного сбит с толку. Посидев в машине около получаса, он решил сходить и проверить. Мало ли что. Но уже идя по коридору и слыша отдалённые басы музыки и командирский женский голос, он всё понял. Любопытство взяло верх и он решил пройти до источника звука. Дойдя до двери с надписью «танцевальный зал», он остановился и тихо открыл дверь. Все громкие звуки, что сконцентрировались внутри зала, тут же вылились наружу, ударяя по барабанным перепонкам Стаса и обдавая струёй прохладного воздуха от работающего кондиционера, который резво смешался с духотой коридора. Глаза тут же принялись искать Полину среди этих мелькающих силуэтов. Нашёл. Только, её попу но всё же. Она в этот момент, стоя на четвереньках, трясла задом в такт музыке и стучала по полу ладонью, отбивая ритм и в ту же секунду она, вывернувшись вбок, спешно, но эффектно, отделилась от остальных продолжающих танцевать девушек. И что больше всего бросилось Стасу в глаза — все они были в чёрных коротких сапогах на высоченных каблуках с не менее высокой подошвой. Ещё он узнал и Валю, что стояла в самом центре, а вокруг неё ещё четыре девушки. Пока остальные заканчивали танцевать, Полина, что освободилась раньше всех, сразу же заметила Стаса и буквально подлетела к нему на своих, что называется, «ходулях». — Ты уже заждался меня, да? — улыбалась запыхавшаяся девушка, — я просто не ожидала, что Ася нас сегодня задержит… Эм… Настолько задержит. — Как в этом можно ходить? — только и смог произнести он, бросив взгляд на ноги Поли, а потом подняв вверх, — зато теперь нашли глаза на одном уровне, это так… Странно… Музыка затихла и Айсель объявила о том, что занятия окончены, завтра генеральная репетиция состоится уже в клубе и в полном обмундировании. Полина вышла в коридор, уводя Стаса в сторону, давая пройти остальным девушкам. — О, привет, Стас! — заулыбалась Айсель, вышедшая из зала самой последней. — Привет, Ась, — тепло поприветствовал он девушку. У Полины внутри что-то подозрительного ëкнуло, но в то же время, она понимала, что это всего лишь могла быть её из ниоткуда взявшаяся больная ревность. Ему что, запрещено с женским полом теперь общаться? Конечно, это абсурд. Но откуда он её знает? Эта мысль въелась глубоко в мозг и не давала покоя до самого момента, как они оказались в машине. — А откуда ты Асю знаешь? — как можно безразличнее спросила Полина, едва захлопнулась дверь. — Так это ж моя одноклассница. Она всю жизнь танцами занималась, на кружки разные ходила, на всех мероприятиях школы танцевала, ой, — махнул рукой Стас, — где её только не было. Ну и нос задрала выше некуда, мало с кем общалась, только с изобранными. Не знаю, поменялось ли что-то сейчас. Это не важно. Поехали домой, я дико хочу есть. Там курьер уже доставку у порога оставил, я ведь думал, что мы раньше освободимся. — А мне ещё сегодня капкейки печь к завтрашнему дню… И мне будет нужна твоя помощь. Доставишь их? Потому что мне завтра утром некогда будет. Мы будем репетировать с самого утра. — Без проблем. После ужина Полина собралась идти в душ, но тут ей позвонила Валя. — Да? — Поль, я не знаю, что мне делать, у меня ЧП! — с надрывом в голосе кричала Валя, а на фоне слышался непрекращающийся детский плач. Не рёв, а такой себе монотонный вой. — Что… Что такое? — У меня Тëма кипятком ноги обварил, я отвлеклась буквально на минутку… Тише, тише, — обращалась она уже к сыну. — О, господи… — внутри у Полины всё похолодело. — Мы оформляемся в детское ожоговое отделение. Я не смогу завтра выступить, мне нужно будет всю ночь дежурить у кровати, — шмыгала носом девушка, — я не знаю, что мне делать, почему мне так не везëт? — Ты Асе звонила? — Пока нет, я так боюсь её расстроить… — А так ты расстроишь ещё больше! Звони живо ей и говори, как есть. Можно что-то придумать и как-то выкрутиться. Здоровье собственного ребёнка важнее, чем день рождения какого-то непонятного мужика. — Что случилось? — поинтересовался зашедший в спальню Стас, как только Полина закончила разговор. — Валькин сын кипятком обварился, — вздыхала та, хватая полотенце с кровати, — я в душ. Мне надо как можно скорее приступить к капкейкам. Завтра, чую, жопа будет гореть у всех. С этими словами она проскочила мимо Стаса и скрылась в ванной. Сразу после ванной девушка быстро переоделась и собралась идти к себе в «кондитерский цех», а если быть точнее — свою квартиру. На выходе из спальни ей дорогу преградил Стас с загадочной полуулыбкой на губах. — Дай пройти, пожалуйста, — попросила она. — А как насчёт… Полина вздохнула и ответила: — Давай не сегодня, я очень устала. И у меня ещё полно дел. Стас послушно, но нехотя пропустил девушку. Только вот по приходу в квартиру, она не миксер поспешила включить, а сразу взялась за телефон, чтобы проверить свои предположения и опасения. Руки чесались просмотреть профиль Стаса во всех соцсетях, в которых он был, хотя раньше она никогда этого ещё не делала, потому что не было повода. Но только не сейчас. А, как известно, женская интуиция в большинстве случаев не ошибается. Если женщине кажется, то ей не кажется. Стас не был заядлым любителем что-либо публиковать с усиленной частотой, но пара фотографий в «Инстаграм» у него всё же была. В остальных соцсетях у него фото не было вообще, стояли в основном какие-то стоковые картинки. Ничего интересного. Совместных фото с Полиной у них не было, собственно, как и у неё со Стасом. Были только её личные. Им и не нужна была эта показуха. Самое главное — это то, что было между ними. Как там гласила избитая фраза: Счастье любит тишину. И всё же глазу было за что зацепиться: Стас и Айсель были взаимно подписаны друг на друга. Звоночек? Пока рано делать выводы. У него в подписках была ещё куча остальных одноклассников, так что теперь? Лайки. Это был следующий пункт проверки. Там, как оказалось, не было ничего интересного. Ни у него, ни у неё. Выдохнув с облегчением, Полина уже собралась выходить со страницы Айсель, как тут её палец случайно скользнул на графу с публикациями, на которых она была отмечена, и вот там уже было на что посмотреть. Публикации принадлежали какой-то совершенно другой девушке, но на них красовалась Айсель с другими парнями и девушками, среди которых был и Стас. И этих фотографий было несколько. Полина нервно сглотнула, а руки затряслись. Пальцы непослушно листали карусель, боясь сделать лишнее движение и случайно лайкнуть. На этих фото не было ничего криминального и была подпись: «встретились с одноклассниками, хорошо потусили», но то, как Айсель на всех этих разных фото тëрлась около Стаса — очень сильно напрягало. Неужели она снова с этим столкнëтся? Опять эти нервы и переживания? Шумно выдохнув, она отложила телефон. Драма драмой, но работу никто за неё делать не будет. Освободилась Полина уже глубоко за полночь. Стас уже спал. Она быстро разделась, оставшись в одной футболке и легла в постель, укрывшись одеялом, так как в комнате было довольно прохладно из-за работающего кондиционера. Тут же она почувствовала, что к ней тянется рука Стаса и прижимает к себе. Она почувствовала его горячее ровное дыхание у себя на шее. Он спал. Видимо, он инстинктивно это сделал, либо уснул в ту же секунду. Полина вздохнула, но вырываться не стала. Будильник прозвенел, такое ощущение, что через пять минут после того, как Полина едва закрыла глаза. Но было только восемь утра. Она ужасно не выспалась, в глаза будто насыпали песка. Но нужно было вставать и идти. Сегодня много дел. С кухни доносился аромат кофе. Стас уже вовсю орудовал на кухне, готовя завтрак. Но Полина не надеялась, что кружка кофе вернёт её к жизни. Тут нужно что-то покрепче… Но увы, пить с утра — был явный моветон. Сумбурно собравшись, Полина отправилась в мамин салон красоты, чтобы там её обработали по полной программе: накрасили, сделали причёску и маникюр. Ударенный палец уже вроде зажил. Техническое задание было таковым: макияж должен быть ярким, чтобы на фоне костюма лицо не терялось, а причёска уже на личный вкус, но чтобы у всех она была в одном стиле. У кого-то будет пучок, у кого хвост. Но собранные волосы были обязательны. Полина выбрала высокий хвост с брейдами и косичками у лба, в которые были продеты кольца разного диаметра по всей длине. Сказать по правде, даже на очень удобном кресле спустя почти пять часов задница стала квадратной. Но результат того стоил. Маникюр был полностью чёрным, ногти не сильно длинные, чтобы не мешали. Макияж тоже был завершён и Полина тут же поехала в клуб, где намечался так называемый корпоратив. Там уже собрались все девушки, в том числе и сама Ася. Как оказалось, из-за того, что Валя не могла присутствовать, и в кратчайшие сроки невозможно было переучить кого-то другого, на эту роль вызвалась она. Она танец знала наизусть, нужно было лишь надеяться, что всё получится. Стиль одежды был дерзкий и сексуальный. Местами даже откровенный. Наряд Полины состоял из чёрного топа с чашечками открывающего декольте, короткие шорт, едва прикрывающих ягодицы, чулков с подтяжками, ну и тех самых сапогов с длинными каблуками. У остальных девушек были одинаковые полупрозрачные комбинезоны чëрным нижним бельëм. Полина получила массу комплиментов по поводу своего образа, ведь у остальных он был намного проще: простые пучки и хвосты с минимумом акссесуаров. — Образ отличный, ты как раз на переднем плане вместе со мной, мы должны отличаться, — одобрила Айсель, выглядевшая с иголочки. На ней же было чёрное боди и колготки в мелкую сетку. Волосы были убраны в гладкий пучок, на который крепилась чёрная заколка-шляпка с вуалью. Время тянулось. Девушки пребывали в томительном ожидании в гримёрке. Кто в телефоне залип, чтобы скоротать время, кто макияж поправлял. Из зала доносились звуки настройки аппаратуры и обрывки музыки. Когда к ним заглянула Айсель и торжественно произнесла: — Девочки! То все моментально напряглись, думая, что сейчас начнётся. Но нет. Ася зашла к ним с довольной улыбкой, что-то пряча за спиной. — Предлагаю выпить пару капель для храбрости! С этими словами она достала из-за спины бутылку коньяка и стопку пластиковых рюмок. Девушки радостно заголосили. — Для кого-то это первое выступление, для кого-то это просто волнительно, поэтому нужно немного расслабиться, давайте! Я в вас верю! — торжественно объявила Айсель, когда рюмки уже были наполнены. — Ура-а-а!!! — заголосили девушки и чокнулись. Ася была права. Полина, по крайней мере, выступала впервые. Да ещё в таком направлении. Год назад скажи ей, что она следующим летом будет трясти задницей на дне рождения у депутата, и она бы покрутила пальцем у виска. Площадь для выступления с танцами была просторной и находилась прямо между столиков, где сидели зрители, которые очень пристально и изучающе наблюдали за сексуально двигающимися девушками под соблазнительную песню: «MARUV — Maria». Некоторые из гостей перестали даже есть и пить, засмотревшись на девушек. Для пущего эффекта от танца в зале был немного приглушён свет, на мониторах, висевших на стенах и под потолком, крутились заставки горящего пламени, по полу гулял дым, что в нужные моменты сгущался, чтобы создать эффект волшебного исчезновения и появления Полины — именно по сценарию танца это и подразумевалось. У неё была самая ответственная роль, которую она выучила до тошноты и по большей части её дерзкие и сексуальные движения это была злость от того как же надоело «выдрачивать», как она говорила, одно и то же. И на Асю в том числе. Хотелось утереть ей нос и доказать, что она тоже чего-то стоит. По сюжету танца главной героиней была Айсель, которая «убила» невидимым оружием свою конкурентку Полину и та исчезла; и под конец девушки, сделавшие из своих пальцев корону у её головы, встав вокруг, тем самым показали, кто тут королева. Если раньше на её месте была Валя и Полине было как-то всё равно, то от довольного вида Айсель в конце её немного перекосило. Поймав себя на этом, Полина отмела эти мысли в сторону. Что, получается, приплыли? Она ревнует Стаса к однокласснице, с которой нет никаких улик, кроме сомнительных и косвенных? А, возможно, и вообще их нет, это всё больные фантазии. Но осадочек остался… И только после того, как закончилась последняя секунда танца и зал взорвался аплодисментами и восторженными мужскими возгласами, Полина, наконец, увидела, что народу было реально много. — Молодцы, девчонки, — переводя дух, проговорила Айсель, наклоняясь к толпе. «Неужели я это сделала? Я бросила вызов самой себе и достойно его выстояла?» — пронеслось в голове у Поли, пока она переводила дух. Девушки удалились, красиво виляя полуголыми задницами. Теперь можно было выдохнуть. — Ну что, я вас поздравляю! Вы понравились дяде Серёже! — воскликнула Айсель, вернувшись после долгого отсутствия в гримёрку к остальным девушкам. Она достала из-за спины толстый белый конверт и загадочно произнесла: — А это наш первый гонорар… Предлагаю его нам всем дружно пропить и отметить наше выступление. Вы за? — Да-а-а!!! — хором заголосили девушки, предвкушая бурную и весëлую ночь.