Сосед

==> Будь Каркатом. Постарайся не мучаться от бессоницы. Если бы это было, блять, так просто. Даже спустя почти целую ночь схватки в видеоигре, целого дня постоянных поездок и таскания коробок вместе с курьерами, я всё ещё не мог закрыть глаза. И если бы это была виновата чашка кофе, которую я выпил пару часов назад — я бы поругал себя, сказал, какой я кретин, но проблема была бы решаема. В моменте кофеин бы покинул моё бренное тело и я бы отрубился где-то за столом. Но нет! Нет-нет-нет! Моему мозгу нужно причинить мне как можно больше страданий, измучить меня основательно, так, чтобы на моем теле потом можно было разглядеть синяки, хотя меня даже никто не касался. И ведь самое смешное, что даже если я в какой-то момент провалюсь в сон — это не продлится долго. Подушка подо мной казалась слишком твердой. Сколько бы я не вертелся, так называемый «уют», обещанный производителем, будто намеренно от меня ускользал. Одеяло одиноко лежало на полу после нашей с ним баталии за сохранение нормальной температуры, где победило мое чересчур теплое тело и жажда холодного воздуха. Новая обстановка, как говорят многие «знающие» люди, помогает уснуть быстрее. Однако, эти «гении» упускают одно важное исключение — это не работает с теми, кто страдает от кошмаров. Складывается такая картина: спать хочется, даже слишком, но сон просто не идет. А даже если я и смогу уснуть то, вероятно, проснусь уже через пару часов от очередного страшного сна. Когда я с такими проблемами вообще спал нормально спросите вы? Пожалуй никогда, отвечу вам я и страдальчески закачу глаза, демонстрируя черные мешки, которые уже стали основной составляющей моей, итак не самой привлекательной, физиономии. Однако если раньше, когда я подскакивал и вскрикивал в своей постели, рядом был Соллукс, который даже спящим давал мне ощущение спокойствия, так как являлся мне почти родным человеком, то сейчас я совсем один и единственное, что я получу от нового соседа, если он станет невольным свидетелем моей панической атаки, так это, в лучшем случае, неловкие и раздражающие вопросы по типу «чем я могу помочь?» или «что мне нужно делать?» на которые я даже физически не смогу ответить. Я посмотрел в ослепивший меня экран телефона. Четыре часа утра. Ноги, обутые в старые носки, коснулись холодного пола, немного отрезвляя полусонное сознание. Смысла лежать и ждать чуда не было, поэтому, стараясь не создавать лишнего шума, я поднялся и решил заняться работой. Чтобы покрыть расходы, которые на меня свалились вместе с внезапным переездом, и прожить до ближайшей зарплаты не только на воде и хлебе, мне пришлось взять несколько проектов других людей. В период перед летней сессией многие охотно соглашаются на завышенные ценники, лишь бы прийти на экзамен без долгов и при этом не сойти с ума. Я и раньше занимался тем, что правил чужие сочинения и эссе — ещё в средней школе я понял, что богатым заносчивым детям гораздо легче заплатить заморышу, чтобы тот сделал за них домашку, чем делать её самостоятельно. Но сначала, пожалуй, сделаю себе ещё кофе. Открытое окно впускало в дом ночной прохладный воздух и еле слышные звуки далекой ночной жизни студенческого городка. Далекие, поскольку здесь, в культурном центре, не были в достаточном обилии предоставлены ночные клубы. Все они располагались дальше по улицам, поближе к корпусам. Отчасти, ещё и по этой причине мне грела душу эта квартира — я порядком устал от «безудержного веселья» сверстников, у которых почти всегда была энергия для очередной сомнительной идеи или сборища, которые они устраивали в общежитии. Я слишком часто становился невольным свидетелем того, что соседи пробирались в свои комнаты после комендантского часа после очередной тусовки и меня это в край достало. Уверен, Страйдер тоже любитель подобного веселья и я вполне ожидал однажды увидеть в квартире кучку пьяных незнакомцев, однако во мне теплилась слабая надежда на его учтивость и такт. Поднявшись с дивана и потянувшись я медленно побрел на кухню. В ночной тишине казалось, что я даже дышу чересчур громко. Еще и кружки, которые я расставил вчера вечером, предательским образом тихо стукнулись друг о друга, когда я пытался достать одну из них. Высокий короткий звук послышался мне церковным колоколом, отчего я съежился и машинально прислушался. Но никаких звуков из соседней комнаты я не услышал — ни скрипа кровати, ни возни, ни недовольного ворчания, поэтому облегченно вздохнул и поставил чайник. Стоило мне перестать делать что-то и просто встать, оперившись на кухонный гарнитур, мысли снова вернули меня к причине моей бессонницы. Соллукс был прав — мне было невыносимо одиноко во всех этих переменах. А что там у меня с попытками налаживания контактов с новым соседом, на которые я делал такие огромные ставки и которыми кичился раньше времени? А они оказались такими жалкими, что меня от одной мысли скручивало в клубок самоненависти. Боже, ну кто начинает общение с угроз и спора с подкидыванием монетки?! Конечно же ты, Вантас! Жалкий, асоциальный ты кусок дерьма. Дай угадаю — подумал, что если это работало у Пайроп, то сработает и у тебя? Сюрприз, долбаебина, Терези — кошмар для интроверсии и социопатии. В отличие от тебя ей подобное удалось бы провернуть так филигранно, что ее попросили бы делать это с завидной регулярностью. Я бросил взгляд на прихожую, где висела моя куртка, которую я недавно одалживал Страйдеру. Ну, видимо моей помощью он не воспользовался, ведь больше мы эту тему не поднимали. Либо он неблагодарный говнюк, что было бы куда более приемлемым для меня вариантом — если он действительно тот еще мудак, то я просто прекращу попытки в общение и, не знаю, взорвусь однажды от одиночества, забрызгав новые обои своей грязной кровью. Над правым ухом капнул подтекающий кран, что заставило меня обернуться на раковину, где стояли две грязные кружки — тлеющие остатки нашего сражения. Какой же он все-таки, блять, странный. Все в семье Лалонд такие? Другая фамилия вообще его не спасла от родового проклятия. И еще эта реакция, будто ему ни разу до этого не делали кофе. Смотрел на эту кружку как загипнотизированный. Через неделю меня точно найдут заспиртованным и расфасованным. У него что, реально есть коллекция формалинового дерьма?! Из размышлений о количестве абортированных животных, стоящих на полке у моего соседа, меня выдернул щелчок, оповещающий о том, что чайник достиг нужной температуры. Я отсыпал на глаз пару ложек кофе и залил всё до краев кипятком. Никогда не любил приторный разбавленный вкус, который придавали сливки и молоко, поэтому в данном вопросе я считал себя относительно неприхотливым — только вода и нормальная марка. Холодильник все еще был пуст, а потому я понадеялся, что привезенная мной из общаги банка кофе поможет мне избавиться не только от усталости, но и от чувства голода. Идти искать круглосуточный магазин в, пусть и хорошем, но незнакомом районе, мне не очень хотелось. Потому, единственным вариантом было дождаться открытия обычных продуктовых и закупиться всем необходимым для проживания уже утром. Но перспектива голодного ожидания целых пять часов меня тоже не радовала, поэтому я пошарился в шкафчиках, в надежде найти хотя бы рис, который могли не забрать бывшие арендаторы. Но, к моему разочарованию, меня встретила лишь метафорически подвешенная на своем же длинном хвосте мышь и сантиметровый слой пыли. Внезапно, пока я был занят поиском пропитания, что-то коснулось моего плеча. Кружка с горячим кофе оказалась в воздухе и почти ошпарила меня и Страйдера, удачно приземлившись на столешницу, не заработав ни единой царапины. — Какого хуя?! — вскрикнул я, отойдя от шока и смотря на такого же ошарашенного соседа, нервно поправляющего солнечные очки. Он что и спит в них? — Тот же вопрос, — монотонно ответил Дейв. В разрез с его удивленным видом, голос продолжал оставаться чересчур спокойным. На парне уже было полное облачение, чтобы отойти в мир Морфея — красные пижамные штаны в клетку, повидавшая виды бывшая белая футболка с красными рукавами и носки, которые парень не удосужился переодеть с улицы. Лицо, скрывающееся за так сильно выбивающимися из общего вида очками, было слегка помято усталостью и подчеркивалось растрепанными белыми волосами, некоторые пряди которых так и норовили завиться в наиболее выпирающий завиток, делая обладателя похожим на только что взбитую подушку, из которой торчат птичьи перья. — Какого черта ты не в кровати? — выдохнул я наконец, перенаправляя весь стресс из-за ситуации в сторону соседа. — Поспишь тут, когда ты шарахаешься. И все-таки, — оглядывая разлитый кофе, пытающийся пропитать горячей жидкостью его носки, продолжил Страйдер. — Ты сам чего не спишь? — Распоряжаюсь своим временем как вздумается, — недовольно буркнул я, не желая делиться с Дейвом своими переживаниями. — Иди обратно. Я сделаю себе ещё одну кружку и сяду за работу, так что ты меня больше не услышишь. И, к твоему сведению, — тыкнул я в него пальцем. — Я вел себя максимально тихо. До тебя никто не жаловался на мои ночные передвижения. Так что можешь винить в своем пробуждении только свой слишком чуткий сон. А в разлитом кофе я виню твои чересчур тихие шаги. Серьезно, какого хера ты так тихо ходишь?! — Обычный шаг, не понимаю о чем ты, — пожал плечами Страйдер, поспешив засунуть руки в карманы домашних штанов. — Я повешу на тебя колокольчик. — Следующий шаг — привить меня от блох и стерилизовать? — Если ты подкрадешься так еще раз, то я всерьез задумаюсь и над этим. Кто знает, где тебя носило до этого. Не удивлюсь, если ты и в правду заразный. — И как тебе картинка в голове, где я стою в ошейником на шее? — Ох ты! Я бы предложил возвращение на твою отвратительную колкость, вот только, к твоему сведению, в отличие от некоторых, я умею вовремя заткнуться! — я машинально вжался в кухонный гарнитур, желая как можно сильнее отгородиться от этого разговора. — Ты в курсе, насколько ты мерзкий иногда? Есть уже неприятная ситуация, но ты будто сдохнешь, если не возведешь уровень мерзости и неловкости в её возможный Абсолют! — И ты вообще не делаешь ее менее неловкой, — пожал плечами Дейв, очевидно, довольный своей шуткой. Я хрипло вздохнул и принялся думать, как вытереть разлитый кофе. Тряпок на кухне я не увидел, а швабра мне в общежитие не была нужна — каждую неделю там проводилась уборка местным персоналом. Поэтому лужа предательски растекалась по полу, капая в напряженной тишине. — Съебись в комнату, — продолжая пилить взглядом пятно, на данный момент затекшее мне уже под тапки, сказал я Страйдеру. — Я уберу беспорядок и сяду за работу. Не хочу чтобы мы друг другу мешали. — Я помогу, — начал было отнекиваться Дейв, но я поспешил его прервать. — Ты видишь здесь полотенце или швабру?! Вот и я нет! Я собирался стереть это все своей домашней майкой и переодеться, и уж я точно не собираюсь все это делать при тебе! Поэтому прекрати играть рыцаря и свали нахер. Я почувствовал, как у меня начали трястись руки. Вся эта ситуация была до абсурда неловкой и это последнее, чего мне хотелось после нескольких часов самоуничижения по причине моего асоциального поведения с незнакомыми людьми. И сейчас мое откровение, возможно, сделало только хуже. Страйдер, посмотрев на меня пару секунд, вышел из кухни и зашел в спальню. Я облегченно выдохнул, но тремор и стресс никуда не собирались уходить. Кретин, идиот, имбецил! Жалкое ты подобие на лидера! Как вести за собой группу, так ты первый, а как заговорить с новым человеком впервые за полтора года — так нервный срыв? Так ты, напомню, и лидер так себе! Сколько у тебя из группы отчислилось за этот год? Трое? Браво, Вантас! Отличная работа. Голова медленно, но уверенно, загудела. Захотелось курить, чтобы успокоиться, но я забыл, куда дел свои сигареты. Вероятно, они были утеряны во время переезда. Бляха! — Окей, у меня есть полотенца, — прервал мой мыслительный процесс Дейв, внезапно вернувшийся на кухню, держа в руках два потрепанных, но явно чистых полотенца. — Наводнение отменяется. Ахой, капитан, корабль остается на плаву. — Чего? — рассеяно переспросил я, машинально ловя летящее в меня полотенце и наблюдая, как Страйдер садиться на корточки. — Я смогу прожить один день без похода в душ, — пожал плечами Дейв, принимаясь вытирать пол от кофе, который за это время уже успел остыть. — Да и это, по большей части, моя вина. Я сжал полотенце в руке. Мягкая ткань, пропитавшаяся запахом геля для душа, который никак не выветривался даже после многих стирок, мягко погладила ладонь. — Если ты так пытаешься проявить жалость к моей персоне, то оставь, — сделал я последнюю попытку откреститься от внезапной помощи. — Остынь, принцесса, — фыркнул Страйдер, выжимая мокрую ткань в раковину. — У тебя тут враг у ворот, а поддержки с воздуха как не было, так и нет. Просто прими мою бескорыстную помощь крутого чувака. Между прочим довольно эксклюзивная херня. Наслаждайся пока можешь и не строй из себя недотрогу в мокрых носках. Я молча скривился и отвернулся, принявшись вытирать столешницу. Некоторые капли по время процесса безвозвратно запачкали мне футболку. Терпеть не могу, когда мне навязывают свою помощь. Я мог бы вполне справиться сам — у меня был план! Не идеальный, может, корявый, но был! А теперь, помимо вины, я чувствую себя еще более жалким, чем до этого. Еще и, отчасти, обязанным. Но разве ОН поймет? Да ни в жизни, я даже пытаться это объяснить не буду. — Это первый и последний раз, — отчеканил я, когда с уборкой было покончено. Полотенца полностью провоняли кофе и были благополучно закинуты в стиральную машину. Думаю, я бы тоже не отказался от душа. — И прости, что разбудил. — Да я и не спал, — пожал плечами Дейв. — Ночная братская переписка затянулась. Ты в курсе, что Джон просто в восторге от того, что мы теперь соседи? — Кто бы сомневался, — скривился я. — Небось всю кровать от счастья обмочил. — Там наводнение похлеще, чем у нас. Если здесь Баренцево море, то там сраный Тихий океан. Кто нибудь на этой дырявой посудине поможет мне поставить парус? Чертовы сухопутные крысы, снова капитан Страйдер спасает ваше бедственное положение. — Еще раз, — поправляю его я. — Я не просил твоей помощи, Страйдер. — Еще раз, — передразнил меня Дейв. — Не благодари. А теперь судно под названием «Крутой чувак» отплывает на сраную Тартугу. Там буду я и все шлюшки, что припрятали свои секреты в моих снах. — Не обязательно оповещать меня о своих фантазиях! — крикнул я ему в след, когда он уже был в дверях своей комнаты. Щелчок и я снова один на один со своей бессонницей. Пожалуй, все-таки стоит попробовать поискать круглосуточный магазин. Все эти нервные передвижения по квартире не приведут ни к чему хорошему. Долго возиться я не стал — не было ни сил, ни желания сейчас надевать другую одежду и париться о своем внешнем виде. Поэтому, надев носки и накинув возвращенную мне куртку, я выполз на лестничную клетку, постаравшись как можно тише закрыть за собой дверь. Ночные улицы были уже были освещены утренним солнцем. Чем ближе было лето, тем короче становились ночи, отчего мой график сна окончательно пошел по одному месту. Единственное, что говорило о моем небанальном поведении сейчас — отсутствие людей на улице. Непривычно видеть проспект, обычно наполненный толпами студентов и туристов, абсолютно пустым. Даже редких машин не наблюдалось, хотя пробки здесь обычное дело. Я сунул руки в карманы и наткнулся на приятный сюрприз — пачка сигарет, ранее считавшаяся потерянной, уткнулась мне в пальцы и слегка прошлась острым углом по раскрытой ладони. Я удивленно достал неожиданную находку, чтобы убедиться, что мне не померещилось. К пачке была прикреплена маленькая записка, выведенная почти печатным почерком красной ручкой:

«спасибо выручил»

Долго думать над тем, кто автор данного послания, мне не пришлось, а потому я просто раздраженно выдохнул и убрал мешающий листок обратно в карман. Идиот. Я пересчитал сигареты и заметил пропажу лишь одной. А так же обнаружил, что в том же кармане лежит еще одна зажигалка — в отличие от моей черной, служившей мне верой и правдой который месяц, и достаточно легкой, новая была полная и ощущалась в разы тяжелее, а из-за красного вырвиглазного цвета на нее было почти неприятно смотреть. Видимо, Дейв заметил, что моя скоро кончится и решил так отблагодарить? Я еще немного покрутил в пальцах неожиданный презент и положил его обратно в карман. Странный тип. В голове не укладывалось то, что он может быть таким приставучим и при этом держать какую-то невидимую дистанцию. Будто он не хочет, чтобы к нему вообще кто-либо подходил, но при этом не уходит из общества полностью. Тот же Соллукс, например, отказался от общения в целом. И его я понять могу. А Страйдер ведёт себя как… Как я. Я отогнал проскочившую странную мысль и вернулся к поиску круглосуточного. Не стоит проводить много времени ночью в незнакомом районе. Яркая вывеска мелькнула у края глаза, когда я в отчаянии уже наворачивал круги между домами. Скромный магазинчик, расположенный на первом этаже — совсем маленький, светил разлапистой вывеской и сейчас, под влиянием усталого мозга и опустевшего желудка, виделся мне почти вратами в рай. Я в надежде дернул ручку и дверь тихо скрипнула, впуская меня внутрь. Сонный продавец молча проводил меня взглядом, но быстро вернулся к своим делам. Наверное, здесь обычно мелькают одни и те же лица и моя усталая физиономия могла выглядеть непривычно. Но, кажется, подозрений я не вызвал. И хорошо — чую, что с моим графиком я стану здесь постоянным клиентом. Быстро закупившись необходимыми базовыми продуктами, пополнив запас кофе и прихватив пару энергетиков, я направился на кассу. В новую квартиру я заходил еле-еле. Стараясь не шуршать объемными пакетами, я как можно аккуратнее прошел снова на кухню и принялся расставлять всё по полкам. Из соседней комнаты не было слышно никаких звуков, поэтому я понадеялся, что Страйдер все-таки уснул. Очередной неловкий и чересчур длинный разговор откладывается. Пока продукты занимали свое почетное место, я ловил себя на мысли, что все это ощущается слишком… Нереально. То, что сейчас я живу не общежитии, что нахожусь в той квартире, о которой так много грезил, что расставляю в этой квартире продукты по блядким полкам! Что завожу новые знакомства. Все это казалось странным, длинным и нереалистичным сном. Где-то на подкорке могза я очень боялся проснуться. Снова оказаться в опустевшем доме сразу после того, как гости ушли, оставив меня «побыть наедине». Я снова обнаружу себя разбитым, сломленным и потерянным. Обнаружу, что все, что я сделал за последние полтора года — не больше, чем сон. Я ущипнул себя за руку, чтобы вернуться в нужное русло. Вот же надоедливый засранец, даже себя в покое не можешь оставить. Я просто вымотан. Ночная прогулка на удивление положительно сказалась на моем желании поспать, поэтому, закончив с пакетами, я сделал вторую попытку и провалился в бессознательное состояние почти моментально. Сейчас старое одеяло казалось мне уютным коконом, в котором хочется закрыться с головой. Нужно будет отблагодарить Страйдера за помощь завтра. ==> Ты больше не можешь быть Каркатом — он, наконец-то, лег отдыхать.