Ты слышал, что моя фамилия теперь Мин?

POV Намджун Дверь едва закрылась за мной, и тишина обрушилась на комнату, будто весомый камень. Я застыл у порога, не зная, как начать. Юнги сидел на диване, взгляд в пол, телефон лежал в руке, экран тускло светился. — Посмотри, — сказал я, держа телефон с записью. Он поднял голову, усталые глаза встретились с моими. — Это ночь с того самого вечера, — тихо произнёс я. — Ты один. Без кого-либо рядом. На экране мелькали кадры: он в отеле, пьяный, его подводит менеджер. В номер он заходит один. Никто не выходит и не входит. Юнги сжал кулаки, попытался отвернуться, но я удержал взгляд. — Фотографии и видео в интернете — подделка, монтаж, всё проверено. Т/И знает это. Она видела доказательства. — Тогда почему она не говорит со мной? — его голос дрогнул. Я присел рядом. — Ей больно. Не из-за того, что ты не изменял, а из-за того, что ты молчишь. Что ты не пришёл к ней, когда она нуждалась. Она страдает от твоего молчания, Юнги. Он глубоко вздохнул, будто пытался выдохнуть всю боль и страх. — Я боялся, — признался он наконец. — Боялся, что правда может разрушить всё. Я посмотрел на него твёрдо. — Правда — это всегда тяжело. Но молчание — хуже. Ты сам выбрал это. Ты дал ей боль, оставив одну. И мы все видели, как она плакала, как её душа кричала. Он опустил голову, и я почувствовал, что внутри него идёт война. — Ты можешь исправить. Но сначала перестань бежать. Я встал, собираясь уйти, но остановился. — Т/И не злится. Она просто разбита. И она ждёт. Пока я выходил, видел, как Юнги смотрел на экран, где мелькали сообщения фанатов: «Мы верим Т/И», «Защитим её», «Юнги, сделай шаг». Он не ответил. Не сегодня. Прошло несколько дней, и атмосфера в доме была напряжённой, словно каждый вдох давался с усилием. Юнги всё ещё избегал взгляда Т/И, как будто боялся, что одно слово разрушит всё. Но в тот вечер на кухне что-то изменилось. Хосок что-то смешно рассказывал, пытаясь разрядить обстановку, Чонгук кивал и улыбался — а я сидел рядом с Юнги, который всё-таки повернул голову в сторону Т/И, когда она вошла с кружкой чая. Юнги глубоко вздохнул и сказал: — Т/И, можно с тобой поговорить? Она остановилась на месте, взгляд колебался, но в конце кивнула: — Да, Юнги. Что случилось? Он набрался смелости и начал: — Я... Я знаю, что всё получилось плохо. Что я молчал, уходил... Ты была одна, а я — рядом, но не рядом, если понимаешь. Я боялся. Боялся, что правда разрушит нас. Но я понял, что молчание — это хуже всего. Мне очень жаль. Она посмотрела прямо в его глаза, боль и уязвимость смешались с решимостью: — Ты знаешь, я не просто так плакала. Я боялась потерять тебя, но ещё больше боялась, что ты даже не попытаешься объяснить, что произошло. Мне было больно видеть, как ты уходишь, будто я для тебя — лишь тень. Юнги сжал её руку, голос дрогнул: — Я не хочу терять тебя. Я готов делать всё, чтобы вернуть твоё доверие. Пожалуйста, дай мне шанс. Т/И вздохнула, но улыбнулась сквозь слёзы: — Я боюсь, Юнги. Но если ты действительно хочешь быть со мной — давай попробуем. Но честно, без тайн и молчания. Хосок и Чонгук переглянулись, улыбаясь: — Это лучший разговор за последние дни, — тихо сказал Хосок. Чонгук кивнул: — Да, ребята. Начинайте заново. Мы с вами. Юнги улыбнулся впервые за долгое время, и в этой улыбке была надежда — на новую главу, на возможность стать сильнее вместе. POV Т/И Прошло несколько дней после того, как Юнги и я начали говорить — по-настоящему, без масок и молчания. Дом, в котором мы живём, всё ещё хранит свои тени, но впервые за долгое время я почувствовала, что мы можем начать заново. Сегодня была встреча с Бан Ши Хёком — главой HYBE. Он пригласил нас в свой офис, чтобы обсудить всё, что случилось. Когда мы вошли в просторную комнату с видом на город, я почувствовала, как сердце чуть учащённо забилось. Ши Хёк посмотрел на меня с пониманием и уважением. — Т/И, — начал он мягко, — я знаю, тебе ещё больно. Всё, что произошло… Это был тяжёлый удар. Но ты сильная. Ты готова встретить вопросы журналистов? И пойти на пресс-конференцию вместе с Юнги? Я глубоко вдохнула и посмотрела на Юнги. Он держал мою руку, и в его взгляде я увидела ту же нерешительность, что и в себе. — Я готова, — ответила я уверенно, — потому что правда должна быть услышана. И мы должны сделать это вместе. Юнги кивнул, и мне стало немного легче. Я знала — это будет сложно. Вопросы, сомнения, взгляды, которые мы ещё не привыкли встречать открыто. Но у меня было чувство, что если мы пройдём это вместе — мы станем сильнее. Ши Хёк поддержал нас. — Мы будем рядом, — сказал он. — Эта компания — твой дом. И мы защитим вас. Я почувствовала, как напряжение немного спало. Да, мне было страшно. Да, раны ещё не зажили. Но страх — не причина прятаться. Я хочу бороться за нас. Когда мы вышли из офиса, Юнги тихо прошептал: — Спасибо, что не ушла. Я улыбнулась и ответила: — Это наш путь. И я хочу пройти его вместе с тобой Наступил день пресс-конференции. Я проснулась рано, в груди смешались страх и решимость. Юнги был рядом, его рука крепко держала мою, словно наша связь была единственной опорой. Когда мы вошли в зал, свет камер ослеплял. Сердце билось в бешеном ритме, но мы знали — сейчас нужно быть сильными. Ши Хёк представил нас и сказал: — Сегодня мы расскажем правду. Историю, которую не стоит скрывать. Первым заговорил Юнги: — Я хочу заявить всем, что обвинения в мой адрес — ложь. Я не изменял Т/И. Это подставы, направленные на разрушение наших отношений. Первый вопрос: — Юнги, почему вы молчали так долго? Почему не объяснились сразу? Он вздохнул: — Я боялся. Боялся, что правда причинит боль, что я сам не смогу это вынести. Но молчание только усугубило ситуацию. Журналистка: — Т/И, как вы смогли сохранить доверие после таких событий? Я посмотрела на Юнги и ответила: — Это было сложно. Очень больно. Но мы решили быть честными друг с другом и перед вами. Для меня важно, чтобы правда была услышана. Журналист: — Как вы планируете дальше строить свои отношения, учитывая публичность и давление? Юнги: — Мы будем поддерживать друг друга и идти вперёд вместе. Нам нужна поддержка, и мы надеемся, что фанаты поймут и примут это. Журналистка: — Т/И, не боитесь ли вы, что слухи могут вернуться? Я улыбнулась, хоть и было тяжело: — Страх есть, но я сильнее. Мы вместе — и это главное. Последний вопрос: — Юнги, что бы вы хотели сказать фанатам, которые вас поддерживают и тем, кто сомневается? Он посмотрел в зал и сказал: — Спасибо всем, кто верит в нас. Мы знаем, что сделали ошибки, но мы учимся и любим друг друга. Это всё, что имеет значение. После вопросов мы вышли из зала. Тяжесть с плеч стала чуть легче. Юнги посмотрел на меня и тихо сказал: — Спасибо, что была рядом. Я улыбнулась: — Вместе мы справимся.