Ты слышал, что моя фамилия теперь Мин?

(от лица автора, сразу после пресс-конференции) Солнечный свет ещё держался на шторах, но в доме царила тишина, будто он сам затаил дыхание. Юнги прошёл первым. Т/И чуть позади, молчаливая, выжженная, но сильная. Рядом мелькнули Хосок и Чонгук — они переглянулись и сделали вид, что не заметили, как напряжённо дернулся Намджун, когда дверь закрылась. Он смотрел на Юнги. Долго. Молча. И тяжело. — Поговорим, — только это. Юнги кивнул. Пошёл за ним в небольшую комнату с книжными полками и окном, которое всегда было приоткрыто. Там говорили по-серьёзному. Без свидетелей. Без театра. Закрыв дверь, Намджун опёрся о полку. Его руки были скрещены, но губы уже дрожали от сдержанной ярости. — Ты даже не представляешь, что ты с ней сделал. Юнги опустил взгляд, но не прервал тишину. Он чувствовал, как волна поднимается. — Она не спала ночами, Юнги. Она смотрела в одну точку. Не говорила. Не ела. Не плакала даже. Просто сидела... как будто всё внутри умерло. — Его голос стал глуже. — А потом, когда ты ушёл, она ждала. Каждый день. Ждала. Потому что верила, что ты скажешь хоть слово. — Я не мог… — хрипло сказал Юнги. — Я боялся. Что если я правда… — Если бы ты видел, как она дрожала, когда ей присылали эти фото. Как она отказывалась верить. Пока всё не стало слишком реальным. — Он шагнул ближе. — Я хотел тебя найти тогда. Найти и разбить твою чёртову гитару об твою же голову. Юнги не ответил. — И я тебе скажу это раз. Один раз, Юнги. Если ты когда-нибудь ещё сделаешь ей больно — я тебя сломаю. Ты меня понял? Без пощады. Без разговоров. Просто. Уничтожу. — Я понимаю, — тихо, но твёрдо. — Я понимаю, Намджун. Я бы себя сам не простил, если бы она не выдержала. — Она держалась из-за нас. Из-за Чонгука. Из-за Хосока. Не из-за тебя. Ты был её самой большой болью. И если бы ты это видел... Он резко развернулся к окну, чтобы скрыть, как ему самому пришлось сжать кулаки, чтобы не сорваться. — Я люблю её, — сказал Юнги. — Не как раньше. А так, что мне страшно. Страшно, что я всё разрушу. Что не смогу быть для неё безопасным. Намджун обернулся. Смотрел прямо. — Тогда докажи это. Не цветами. Не видео. Не интервью. Делами. Верой. Каждый день. — Я готов. Молчание. — Я тебя не прощаю, — честно сказал Намджун. — Но я даю тебе шанс. Они стояли напротив, будто два военных, переживших одну битву. Один потерял, другой искал искупления. — Она спит сейчас, — тихо добавил Намджун. — Не тревожь её. Сегодня ей впервые стало чуть легче. Пусть этот день сохранится. Юнги кивнул. Губы дрожали, но он держался. Он больше не был тем, кто убегает. Он будет тем, кто остаётся. (параллельно сцене разговора Юнги и Намджуна — в комнате Т/И и BTS) — …они не просто пишут, — пробормотала Т/И, вглядываясь в экран. — Они будто чувствуют меня. — Потому что это ты. Не "девушка Юнги", не "поддержка группы"… — Хосок сел рядом, — а сольный артист. Человек. Своё имя. Свой голос. — А ещё ты — моя подруга, — Чонгук расправил плечи и добавил: — И ты никогда не была в тени. Даже когда тебе казалось, что была. — И ты всё равно сияешь, — Чимин уселся сзади. — Даже после всего этого ада. И вот смотри: Он кивнул на телефон. @Moonlight_T/I: «Она вышла одна. В соло. И не сломалась. Эта девочка — не просто айдол, она воин. Мы любим тебя, Т/И.» — Боже, — прошептала она. — Не боженька. Это fandom, детка, — Джин усмехнулся и подмигнул, неся целый бокал с ягодами. — Ты же знаешь, что у тебя fandom отдельный? — Не знала. Я думала… они ушли. — Они ждали, пока ты не рухнешь. А ты не рухнула. Тэхён мягко присел на пол, подперев голову рукой: — А теперь они пишут: @SoloQueenT/I: «Она простила? Тогда и мы простим. Если она готова бороться — мы с ней на этой войне.» — Или вот: @TILightLegend: «Нас называли слепыми фанатами. А мы просто верили, что Т/И не исчезнет. Что выйдет снова с песней — и эта песня будет её правдой.» — Это так трогательно, — она прикрыла рот, слёзы медленно стекали по щекам. — Ты заставила весь зал вжаться в кресло на том мини-концерте. Чонгук ухмыльнулся. — Там одна моя знакомая фанатка написала: @VocalSlapARMY: «Эта женщина разрезала мне душу вокалом и стежками извинений. Не прощу Юнги, но её люблю вечно.» Смех пробежал по комнате. Т/И всхлипнула, но уже с улыбкой. — Даже хейтеры признали силу твоей сцены, — сказал Хосок. — Ты можешь не бояться, ты не "чья-то". Ты — ты. И мы с тобой. — Всегда были, — кивнул Чимин. — И даже если вдруг опять появится что-то грязное… Тэхён поднял бровь: — Мы вместе не допустим, чтобы ты падала одна. Джин резко повернулся к ней: — Только пообещай, что ты не закроешься. Не молчи. Ни на репетициях, ни дома. Даже если больно. — Обещаю, — кивнула Т/И. — Только если вы пообещаете быть со мной. Не как BTS. Как мои. — Мы и есть твои, — сказал Чонгук. — До конца, — добавил Чимин. — И не забывай: ты та, кто сольником побила чарты, пока все обсуждали "скандал". Они видели правду. Потому что слышали твою музыку. И именно в этот момент дверь медленно приоткрылась. Юнги. Он стоял в дверях с опущенными плечами, но ясными глазами. — Можно? — голос был хрипловат. Т/И встала. — Заходи. Юнги медленно зашёл. Внутри было тихо. Он посмотрел на неё, потом перевёл взгляд на остальных. — Я хотел сказать… Он помедлил. — Спасибо, что были рядом с ней. Когда я был слишком сломлен, чтобы это сделать. — Это не обсуждается, — сухо ответил Джин. — А теперь будь рядом. Или уйди навсегда. Юнги кивнул. — Я рядом. Навсегда. Т/И смотрела на него, не отводя взгляда. — Тогда садись. Она потянула его за руку, и он оказался рядом, на полу, среди тех, кто был семьёй. И в этот момент — неважно, сольный ли ты артист или айдол в составе. Важно, что ты не один. В комнате было почти тихо. Только мягкий свет кольцевой лампы падал на лица. — Готова? — Юнги обернулся к ней. — Только если ты рядом, — шепчет Т/И и кладёт руку поверх его ладони. Он кивает и нажимает на кнопку: LIVE ON. Экран засветился — и сразу обрушился шквалом: [💬] OMG!!! [💬] Они ВМЕСТЕ?! [💬] Пожалуйста, расскажите всё!!! [💬] Я плакала весь день… [💬] Мы с вами. [💬] T/I FIGHTING. [💬] Min Yoongi, объяснись. [💬] T/И СОЛО КОРОЛЕВА. [💬] Она простила его???! Т/И глубоко вдохнула и заговорила первой: — Всем привет. Это… важный эфир. Возможно, самый важный за всё это время. Потому что мы не хотим больше прятаться. Ни от вас, ни друг от друга. (она глядит прямо в камеру) — Я сольный артист. Я выросла на ваших глазах. Я пела свои песни с кровью на голосовых связках — и только сейчас понимаю, как сильно вы были со мной. Юнги наклоняется вперёд: — Я не помню ночь, из-за которой всё началось. Но я точно помню, как она смотрела на меня после. Как плакала. Как дрожала. (тихо) — Я подвёл её. Даже если не изменял — я молчал, я ушёл, я прятался. (вздыхает) — Поэтому этот эфир — извинение. Перед ней. И перед вами. [💬] Не плачьте… [💬] Она держится… как же она сильная… [💬] А ты тоже. Вы оба. [💬] Простите, если мы вас ранили… Т/И: — Знаете, мы с ним не идеальные. И любовь — не в том, чтобы всё было без боли. А в том, чтобы даже после боли — остаться. [💬] “Даже после боли — остаться.” [💬] Поставить это в песню! [💬] Мы в любом случае с тобой. Т/И, ты невероятная. [💬] У вас хватило смелости выйти сюда вместе. Это уже многое значит. Вдруг появляется уведомление: @JinHyung, @Hobi_Hope, @Jimin, @JK_Golden, @V присоединились к эфиру. — Ну наконец-то, — раздаётся голос Джина. — А то я смотрю и думаю: без старшего вы не справитесь! Чимин тянется в камеру: — Эй, army, мы все тут! Только не бейте нас за опоздание! Хосок: — А я вот что скажу. Мы были рядом всё это время. Просто дайте им шанс. Они оба не сломались — и этого уже достаточно, чтобы начать заново. Тэхён (мягко, с улыбкой): — Я видел, как Т/И держалась, когда её трясло. Как Юнги ел тишину вместо еды. Не обесценивайте это. Чонгук: — Мы не команда. Мы семья. А в семье не кричат в комментариях, а спрашивают: «Ты жив?» (обращается к камере) — И если Т/И и Юнги говорят, что они хотят пройти через это — я с ними. [💬] BTS в полном составе… [💬] Они поддерживают её… [💬] Это не просто любовь. Это доверие. [💬] Спасибо, что не скрылись. [💬] Легендарный эфир. Юнги: — Мы не будем просить прощения у каждого. Мы просто хотим, чтобы вы знали — здесь нет фальши. Всё, что вы слышите — настоящее. Т/И наклоняется ближе: — И мы продолжим жить. Петь. Делать музыку. Быть собой. (улыбается сквозь слёзы) — Потому что вы с нами. Потому что мы — это тоже вы. [💬] Вы не одиноки. [💬] “Потому что мы — это тоже вы.” — мурашки. [💬] Ждём новый альбом. Вместе. Джин вскидывает брови: — Кстати, раз уж все здесь, может, споём? — Да ну! — смеётся Тэхён. — Только если Т/И начнёт, — говорит Хосок. Т/И смотрит на Юнги. Он кивает. — Тогда… (она поёт а капелла первые строки своей сольной песни) «Если боль — это путь к тебе, Я пройду по нему босиком…» И эфир — на несколько секунд — замирает. Потому что всё, что слышно, — голос. Истинный. Настоящий. И любовь, которая всё ещё здесь.