Мятная Льдинка 🧊

Прошла неделя. Эн так и не решался подойти к Джей в лоб. Мысль сразу признаться в чувствах, которые (он сам себе в этом с трудом признавался) вспыхнули с необъяснимой силой за те три часа знакомства, казалась ему верным самоубийством. «Скажешь, что влюбился — не просто убьёт, закопает», — с грустной иронией думал он, бродя по коридору после урока. Он уже успел получить два замечания по русскому, и настроение было соответствующее. И тут он увидел её. Джей стояла у окна в одиночестве, скрестив руки на груди. Её лицо искажала гримаса чистого, ничем не разбавленного раздражения. Она что-то бормотала себе под нос, и по тому, как напряжены были её плечи, было ясно — злится на кого-то конкретного. Вот только вокруг никого не было. Эн, движимый внезапным порывом, подкрался сзади и тихо, почти в самое ухо, прошептал: —Приветик! Она вздрогнула, как от удара током, и резко развернулась, с силой занося руку для удара. Но Эн был высоким «шкафом», как он сам себя мысленно называл, и её кулак пронесся вхолостую. —Опять ты?! — выдохнула она, глаза метали молнии. — Не опять, а снова! — парировал он, сияя своей дурацкой, по её мнению, улыбкой. — И вообще, я только подошёл. Ты что такая злая? — Вот именно! Ты только подошёл, а уже бесишь! Эн внимательно посмотрел на неё, и его лицо озарилось неподдельным восторгом. —Смотрите, кто у нас так злится, даже носик задёргался! Как мило! — Завались! — она попыталась отвернуться, демонстративно показывая, что разговор окончен. Эн, ободрённый тем, что она не ушла, сделал шаг вперёд и поднял руку, собираясь что-то сказать. Но Джей резко обернулась. Её взгляд был настолько леденящим, что слова застряли у него в горле, не успев родиться. —Скажешь хоть слово — я клянусь, прибью тебя! — её голос был низким и опасным, без единой нотки того, что она шутит. Он на секунду замер, опустив глаза. Но что-то внутри заставило его рискнуть. Он поднял на неё взгляд и мягко спросил: —Ты всегда такая недовольная? — Ну ВСЁ! Она бросилась на него, пытаясь нанести удар. Но Эн, к её ярости, уворачивался с грацией боксёра на ринге. Она была всего на голову ниже, даже в своих строгих туфлях на каблуке, и чтобы дотянуться до его лица, ей приходилось вставать на цыпочки, что выглядело нелепо и только сильнее её злило. В этой нелепой погоне они добрались до лестничной площадки, где было просторнее. Там Эн, поймав момент, ловко схватил её за запястья и мягко, но неотвратимо опустил её руки вниз, не давая вырваться. Со стороны могло показаться, что он доминирует, но на самом деле в этой схватке побеждала она — её ярость. —Ну всё, я понял, — тихо сказал он, глядя ей в глаза. — Если зайка злится, лучше её не трогать, а то ещё покусает. С этими словами он отпустил её руки, но не отошёл дальше чем на метр, оставаясь в её личном пространстве. — Ты издеваешься?! Не называй меня так! — вспыхнула она, но уже скорее от смущения, чем от ярости. Её щёки залил румянец. — И вообще, что ты так прицепился ко мне?! — Просто хотел предложить дружить, — ответил он, как будто это была самая естественная вещь на свете. Джей застыла, ошеломлённая. Гнев начал медленно отступать, уступая место полному недоумению. —А ты не мог раньше предложить? Зачем устраивать весь этот цирк? — Ты... не против со мной дружить? — переспросил он, не веря своим ушам. — Нет, не против, — выдохнула она, отводя взгляд в сторону. — С тобой не так скучно. Всё, вали отсюда. Эн рассмеялся, коротко и радостно. —Я думал, это будет сложнее. — Придурок... — буркнула она, но в её голосе уже не было прежней ледяной стальности. Он улыбнулся ей своей самой солнечной улыбкой, развернулся и спустился по лестнице, оставив её одну на площадке. Джей ещё долго стояла, прислонившись горящим лбом к прохладному кафелю стены. «Идиот, — думала она, сжимая кулаки. — Совершенный идиот». Она не испытывала к нему ничего, кроме раздражения и лёгкого, назойливого интереса. Конечно, ничего больше. Это просто смущение от всей этой нелепой сцены. Только и всего. Позже, на очередной перемене, Джей и Ви стояли у окна на третьем этаже, наблюдая за тем, как школьный двор пустеет. Джей с невозмутимым видом поправляла манжеты своей безупречно белой рубашки, когда её невозмутимая (внешне) подружка вдруг издала тихое, хихикающее позывывание. — Не хочешь мне что-нибудь рассказать? — протянула Ви, её жёлтые глаза блестели от неподдельного любопытства. Джей не повернула головы, продолжая смотреть в окно. —Что именно? — Ну, как что? — Ви фальшиво удивилась. — Я видела, как вы с Эном обнимаетесь около лестницы. Вы знакомы всего пару дней... Я была другого мнения о тебе, ах какая скромница! Джей наконец резко повернулась к ней, и на её идеально бледных щеках выступили два ярких розовых пятна. —Что? Нет! Это не то, о чём ты думаешь! Он просто держал мне руки, чтобы я ему не вмазала! — Да-да, конечно, — Ви закатила глаза с преувеличенным пониманием. — Очень романтичный способ избежать assault. Ну признай, он же такой красивый, такой симпапусик! Неужели он тебя ни капельки не нравится? — Ни капельки! — отрезала Джей, скрестив руки на груди. — Он меня раздражает. Да, он... интересный. Но точно не в романтическом плане. Ты что, думаешь, я с ним встречаться начну? Да он дебил в метр два! — Да ладно, — Ви подмигнула. — А как же твой типаж? «Высоких, весёлых», и, как ты называла... ах, точно, «верных пацанах»? Ты думаешь, я забыла, что у тебя в комнате на потолке висят какие-то отчёты с планами найти парня по твоим пунктам? Мне кажется, он прекрасно подходит. Ну, только с волосами немножечко недочёт — ты хотела блондина, а он какой-то серый. Лицо Джей выразило такое потрясение, что, казалось, вот-вот треснет её безупречный фарфоровый фасад. —Это вообще другое! — выдохнула она. — Ты что, лазила в мою комнату?! — Ну, бывало, — Ви беззаботно махнула рукой. — Один раз. Ну, так что? Он тебе действительно не нравится? — Не нравится он мне! — почти выкрикнула Джей, отводя взгляд. Её уши горели. — Всё, разговор окончен. Идём домой. Ви фыркнула. —Подожди, у нас ещё три урока. Какой домой? Джей, не говоря ни слова, резко развернулась и зашагала прочь по коридору, её каблуки отбивали чёткий, раздражённый ритм. Ви, широко ухмыляясь, легко догнала её, болтая без умолку. — ...Так что насчёт блондина? Может, он покрасится? Я думаю, в зелёный ему бы пошло. Или в розовый! Представляешь, твой верный пацан с розовыми волосами? Это же так мило! — Ви, замолчи, или я использую тебя в качестве демонстрационного материала на следующем уроке биологии. — Ой, угрозы! — обрадовалась Ви. — Значит, я права, и ты уже думала, как вас будут представлять на школьной дискотеке? «Джей и её верный пацан, дебил в метр два»! Джей лишь громче застучала каблуками, ускорив шаг, в то время как Ви беззаботно семенила рядом, продолжая свой безумный монолог, довольная тем, что вывела свою невозмутимую подружку из равновесия. В воздухе витало предчувствие, что эта история далека от завершения. После уроков Джей стояла во дворе школы, сжимая ремень своего строгого рюкзака. Она нервно поглядывала на вход, ожидая появления своей хаотичной тени. Но вместо Ви из дверей вышел высокий парень в потёртом пальто, с той самой невыносимой улыбкой. — Привет, опять. Что, меня ждёшь? — подошёл Эн. — Нафиг ты мне нужен, — буркнула Джей, отворачиваясь. — Я Ви жду. — Кстати, про неё, — он сделал невинное лицо. — Она просила передать, что задержится. Так что ты можешь идти без неё. — Врёшь, — отрезала Джей, сверля его ледяным взглядом. — Если не веришь, иди найди её и спроси сама, — пожал он плечами, сохраняя невозмутимость. Джей прищурилась. —Учти, если это была ложь, я лично приду и закопаю тебя. — Хорошо, хорошо, — он засмеялся. — Так в какую тебе сторону? И так он проводил её до дома, поддерживая лёгкий, ни к чему не обязывающий разговор о школе и уроках. Сам он потом развернулся и пошёл обратно, оставив Джей на пороге её дома с лёгким чув ством недоумения. На следующий день Джей и Ви, как обычно, стояли у окна на втором этаже. Психопатка что-то яростно и жестикулируя рассказывала, а Джей, скрестив руки, внимательно слушала. К ним подошёл Эн. — Приветик, Ви! — весело бросил он. — Привет, — буркнула Ви, не прерывая своего рассказа. — И тебе привет, зайка~ — обратился он к Джей. Она медленно повернула к нему голову. Глаза сузились до опасных щелочек. —Ещё раз ты меня так назовёшь, я тебе ногу сломаю, понял, олень?! — Это с каких пор я олень? — удивился Эн. — С тех пор, как я стала «зайкой»! — Знаешь, я впервые вижу настолько злых и одновременно милых людей, — сказал он, и в его голосе прозвучала тёплая, искренняя нотка, которая на секунду заставила Джей замереть. На её обычно фарфорово-бледных щеках выступил лёгкий румянец. Все вокруг могли бы подумать, что это от злости, но она-то внутри отчётливо понимала — это было чистейшее смущение. Тем временем Ви, внимательно следившая за их перепалкой, не выдержала и резко выдала: —Знаете, ребят, вы просто идеально подходите друг другу! Одна вечно злая, а другой, наоборот, весёлый всегда! Вы обязаны стать парой! Джей повернула взгляд на подругу. В её золотистых глазах вспыхнула такая немедленная и безжалостная ярость, что Ви дёрнулась, как от удара током. Она поняла, что сказала на несколько лишних слов больше, чем следовало. — Я... я пойду... проверю... там... муравейник! — выпалила Ви и пулей вылетела из коридора, спасая свою жизнь. Парень, наоборот, одушевлённый этим заявлением, подошёл к Джей и нагло обнял её за плечи. — Слышал, что она сказала? Мы идеально подходим друг другу! Джей на удивление не сразу оттолкнула его. Он держал её слишком крепко, да и она... особо не сопротивлялась. Сама не знала почему, хотя он всё так же её безумно раздражал. — Ты дурак? — прошипела она, но без прежней силы. — Я ни за что не буду встречаться с таким, как ты! — Да ладно, — он улыбнулся, глядя на неё сверху вниз. — Наши отношения — это всего лишь вопрос времени! И в этот момент она всё же оттолкнула его. Отступила на шаг, посмотрела на него пылающим взглядом, и, слегка заикаясь от нахлынувших эмоций, сказала лишь одно: —Пр-придурок... И бросилась бежать в ту же сторону, куда скрылась её предательница-подружка. Эн же остался стоять посреди коридора, улыбаясь своей самой глупой и самой надеющейся улыбкой. Он очень сильно надеялся, что его слова окажутся правдой. Через неделю Эн стоял в школьном коридоре, разговаривая со своим новым приятелем Остином. Тот был высоким парнем с огненно-рыжими волосами и насмешливыми зелёными глазами. Они успели сдружиться, найдя общий язык в ироничном взгляде на школьную жизнь. И вдруг, как ураган, со всех ног к ним влетела Джей. Не говоря ни слова, она юркнула за спину Эна, прижалась к нему спиной, стараясь полностью скрыться. — Что, что случилось? — удивлённо спросил Эн. — Тихо! Не выдавай! Ты меня не видел! — прошипела она ему за спиной, замирая. Эн, недолго думая, инстинктивно обнял её одной рукой, прижав к себе, а другой ладонью прикрыл её голову, как бы нежно обнимая. Со стороны это выглядело так, будто пара уединилась в коридоре. И тут же из-за угла появилась их учительница физики, Мария Ивановна, — женщина с репутацией строже гранита и холоднее жидкого азота. Её цепкий взгляд скользнул по ним. — Эн, Остин, — голос её звучал, как скрежет металла. — Не видели ли вы Джей? Высокая, с жёлтыми глазами, волосы в двух хвостах? — А что случилось? — спросил Эн, делая удивлённое лицо. — Неужели это про Джей? — Эта... особа, — слово «тварь» учительница промолчала, но оно витало в воздухе, — явилась не в полной школьной форме. Рубашка не та! Пусть не попадается мне на глаза. — Она пристально посмотрела на Эна и на девушку, которую он обнимал. — А кого это ты, молодой человек, так принародно обнимаешь? Мозг Эна лихорадочно заработал. Он ничего лучше не придумал, как сказать первое, что пришло в голову: —Это... моя девушка. Просто устала, уснула на ходу, вот я и поддерживаю. Мария Ивановна скептически хмыкнула. —Ну, да ладно. Передай Джей, если увидишь, что завтра она у меня на пороге кабинета в идеальной форме в семь утра. И чтобы объяснительная на трёх листах была готова. — Она развернулась и ушла, её каблуки отстукивали сухую дробь. Как только её фигура скрылась за поворотом, Джей выскочила из объятий Эна, как ошпаренная. Её лицо снова пылало, но на этот раз смесью злости и дикого смущения. — Ты что, придурок?! Ничего оригинальнее не мог придумать?! Какая нафиг «девушка», олень?! — она тыкала пальцем ему в грудь. Эн сделал вид, что обиделся, надув губы. —Эй, могла бы сказать «спасибо», что не выдал ТЕБЯ, а не быковать на меня! — хотя внутри он таял от воспоминания о том, как она, тёплая и совсем не такая твёрдая, как казалось, прижималась к нему эти несколько минут. Джей замялась. Гнев схлынул так же быстро, как и накатил. Она вздохнула, и на её лице промелькнула редкая уязвимость. —Да... прости. Я реально погорячилась. Спасибо, что не выдал. И, не дав ему сказать ни слова, она развернулась и пулей умчалась в противоположном направлении. Остин, всё это время стоявший в стороне и наблюдавший за спектаклем, не мог сдержать смеха. —Ну и ну... Неужели ты правда с ней дружишь? — Ну, как бы, да, — пожал плечами Эн. — А что в этом такого? — Да так, ничего, — Остин усмехнулся. — Просто немногие хотят с ней связываться. Она ещё та бука. Говорят, дружить с ней — это как ходить по минному полю. Надо с стальными нервами. У тебя что, они есть? С виду не скажешь. — Ооо, — Эн загадочно улыбнулся. — У меня почти вся семья такая. Только я и младшая сестра более-менее весёлые, а остальные... с характером. Так что я знаю, каково это — общаться с такими. Он невольно посмотрел в ту сторону, где скрылась Джей, и его взгляд стал мягким, тёплым и безнадёжно влюблённым. Остин тут же всё понял. —Погоди-ка... Неужели она тебе нравится? Серьёзно? — Да, — просто признался Эн, не отводя взгляда. — И... не боишься, что ваши отношения будут, скажем так... слегка токсичные? — осторожно поинтересовался Остин. Эн наконец посмотрел на друга, и в его янтарных глазах вспыхнул вызов. —А с чего ты взял? Может, она с виду такая злая, а на самом деле ещё та зайка. Остин громко рассмеялся, хлопнув Эна по плечу. —Зайка... Ага, конечно, та ещё зубастая! Ладно, ладно, не отговариваю. Но вот что я вижу — влюблённый олень ни капельки не сомневается. Дерзай, храбрец. Тебе понадобится удача и, возможно, бронежилет. Эн лишь уверенно улыбнулся в ответ. Он был готов и к бронежилету, и ко всему, что уготовит ему эта колючая, невыносимая и такая безумно притягательная «зайка». На следующий день Эн заметил Джей одну у её шкафчика. Она стояла, прислонившись лбом к прохладному металлу, и её осанка, обычно идеально прямая, сейчас казалась поникшей. Серебристые хвостики выглядели не так безупречно, как всегда. Рядом не было ни её хаотичной тени в лице Ви, ни кого бы то ни было ещё. Эн подошёл осторожно, на лице его играла лёгкая, но настороженная улыбка. —Эй, что случилось? Почему такая грустная? Джей, не открывая глаз и, казалось, не разбирая, кто перед ней, просто сделала шаг вперёд и уткнулась лбом в его грудь. Её руки бессильно обвисли вдоль тела, но сам жест был красноречивее любых слов. Она искала укрытия. Он замер на секунду от неожиданности, а затем осторожно обнял её, ладонь легла на её спину. — Она меня всё-таки поймала, — прозвучал её голос, приглушённый тканью его рубашки. Он был жалобным, уставшим, таким детским, что Эн едва узнал его. — Мария Ивановна... она догадалась, что это я пряталась у тебя в объятиях. Заставила извиняться перед всем классом за «неподобающий вид и недостойное поведение». И переодеться. В общем... она меня наругала. Эн не смог сдержать мягкой, сочувствующей улыбки. Он притянул её чуть ближе, ощущая, как всё её тело напряжено от унижения. —Ой, моя бедненькая... Ну ничего, бывает, солнышко. Он сказал это почти машинально, полный жалости к этой внезапно такой хрупкой версии Джей. Но эффект был мгновенным. Она резко отстранилась, вырвавшись из его объятий. Вся её временная слабость испарилась, сменившись знакомым холодным огнём в жёлтых глазах. Она смотрела на него с таким изумлённым негодованием, будто он только что предложил ей танцевать на парте. — Что? — выдохнула она. — Как ты меня назвал? — То есть... Джей? — попытался поправиться Эн, но было поздно. Она скрестила руки на груди, и её взгляд стал оценивающим и опасным. —«Солнышко»? — она произнесла это слово с такой ядовитой сладостью, что по спине Эна пробежали мурашки. — Ты вообще в своём уме? У меня из-за тебя вчера чуть не было сердечного приступа, а сегодня я отбывала унизительное наказание, а ты тут раздаёшь... ласковые прозвища? Но гнев её был каким-то... бутафорским. Не таким яростным, как обычно. Словно она сама не до конца верила в свою злость. Эн, почувствовав слабину, рискнул парировать. —А что? Тебе не понравилось? — он наклонил голову, делая наивные глаза. — По-моему, это куда лучше, чем «зайка». Солнышко же светит, греет... иногда, правда, жжёт нещадно, но это уже детали. Джей застыла с открытым ртом, пытаясь найти достойный ответ. Щёки её вновь залил предательский румянец. —Ты... ты неисправимый идиот, — выдавила она наконец, но углы её губ дёрнулись, будто пытаясь сдержать что-то, очень похожее на улыбку. Она резко развернулась, хлопнув дверцей шкафчика. — И не вздумай называть меня так при всех! — То есть наедине можно? — тут же уточнил Эн, идя за ней по коридору. — НИКОГДА! —Но ты же не отрицаешь, что мы будем наедине! — радостно воскликнул он. В ответ она лишь громче застучала каблуками, ускоряя шаг, но Эну показалось, что её уши стали ещё краснее. Он смотрел ей вслед с широкой, беззаботной улыбкой. Возможно, Мария Ивановна и была строгой тиранией, но сегодня она, сама того не ведая, подарила ему несколько бесценных секунд, когда Джей была не железной леди, а просто расстроенной девочкой, ищущей утешения в его объятиях. И он был намерен сделать всё, чтобы таких моментов стало больше. Прошёл месяц. За это время их странные отношения достигли хрупкого, но стабильного равновесия. Джей всё так же могла внезапно дать ему подзатыльник за слишком дурашливую улыбку или назвать «оленем» за навязчивость, но между этими вспышками появилось что-то новое. Что-то тёплое. Эн всё больше влюблялся. Он понял простую истину: таким, как Джей, нужен особый подход. Не натиск, а терпение. Не попытки переделать, а готовность принять. И его подход, судя по всему, работал. Ведь она сама теперь иногда подходила к нему, ища не утешения — она бы никогда в этом не призналась, — а скорее... тихого пристанища от собственной ярости или школьных неурядиц. Однажды после особенно напряжённой контрольной по физике, Эн стоял у окна в пустом коридоре, глядя на дождь. Он услышал знакомый чёткий стук каблуков, но на этот раз он был медленнее, усталее. Не оборачиваясь, он почувствовал, как кто-то подошёл вплотную и легонько упёрся лбом ему в спину, между лопаток. Он не шелохнулся, давая ей время. — Опять Мария Ивановна занизила балл? — тихо спросил он. — Нет, — прозвучал сдавленный голос. — Наоборот. «Отлично». Но в комментарии написала «можно было и лучше». Ненавижу её. Эн мягко повернулся. Джей не сопротивлялась, позволив ему взять её за плечи. Её лицо было сердитым, но в золотистых глазах плескалась усталость, а не ярость. — Ну, знаешь, — начал он с лёгкой улыбкой, — если бы она написала «идеально», ты бы заскучала. А так есть к чему стремиться, правда, солнышко? Она не стала протестовать против прозвища, лишь фыркнула и позволила ему притянуть себя в лёгкие, почти дружеские объятия, уперев подбородок ему в грудь. — Ты ужасно глупый, — заявила она, но её голос потерял металл. — Зато ты у нас умная, — парировал он. — На двоих как раз нормально получается. Она молча простояла так ещё минуту, слушая, как бьётся его сердце. Это было странно успокаивающе. Надежно. — Ладно, — наконец сказала она, отстраняясь. Её щёки были слегка розовыми. — Хватит бездельничать. У меня ещё два отчёта дописать. — Конечно, — кивнул Эн. — Пойдёшь на обед позже? — Возможно. Если ты купишь тот шоколадный кекс. Не потому что я хочу, а потому что он... достаточно питательный. — Понял, — он улыбнулся, понимая, что это её способ сказать «да». — Куплю. Джей кивнула, поправила свой безупречный пиджак и пошла прочь, её походка снова обрела привычную твёрдость. Эн смотрел ей вслед, и его сердце наполнялось тихой, тёплой уверенностью. Она никогда не станет сюсюкать и говорить сладости. Её объятия всегда будут немного похожи на капитуляцию, а её забота — на приказы. Но это было её «да». Её доверие. Её способ быть рядом. И для него, дурашливого «оленя», этого было более чем достаточно. Он нашёл подход к её железному сердцу, и оказалось, что за броней скрывается не лёд, а очень тёплый, просто очень хорошо спрятанный свет. Только вот, конечно же, когда они были не вдвоём, а в присутствии третьих лиц, всё возвращалось на круги своя. В один из дней Эн, весь сияющий, подошёл к Джей, рядом с которой, как тень, вертелась Ви. — Привет, Ви! — бросил он, а затем обернулся к Джей. — Привет, зайка. Ви, почуяв неладное, сделала огромные глаза и тут же свалила, бросив на бегу: —Я... в туалет! Очень надо! На самом деле она юркнула за угол и, прижавшись к стене, принялась с интересом наблюдать. Джей взорвалась мгновенно. —Ты вообще придурок, называть меня так при ней?! — А что в этом такого? — искренне удивился Эн. — Ты же милая злюка! — Ещё раз так назовёшь, я знаешь, куда тебя посажу! — прошипела она, ткнув пальцем ему в грудь. — Куда? — поднял он брови с наивным интересом. — На кол! Эн тихо, почти неразборчиво, пробормотал себе под нос: —Это скорее я тебя кое-куда посажу... Джей, слава богу, не расслышала. А вот Ви за углом, уловив скрытый смысл (конечно же, он имел в виду, что посадит её на свой член), давилась от беззвучного смеха, схватившись за живот. — Что ты там бормочешь? — насторожилась Джей. — Говорю, не злись! — быстро парировал он, сияя невинной улыбкой. После всех уроков, в почти пустой раздевалке, пока они собирали вещи, Эн набрался смелости. —Слушай, а может, погуляем сегодня? Где-то в шесть? Джей, не глядя на него, кивнула. —Ладно. Подойду. В шесть у подъезда. Она зашла домой, чтобы переодеться и предупредить маму. —Ма, я погуляю. — Надолго? — спросила мама, Лиза. — Сама не знаю. Но постараюсь не позже одиннадцати. — Чтобы в десять была дома, — строго сказала Лиза. — Завтра в школу. Джей вышла в шесть, и у подъезда её уже ждал улыбающийся «придурок-олень». Они пошли гулять, и время пролетело незаметно. В 22:15 Джей вдруг вспомнила про комендантский час. —О чёрт! Меня убьют! Я должна была быть дома в десять! Эн тут же предложил проводить её, хотя до её дома было всего десять минут пешком. —Я сама могу дойти. Наверное, тебя тоже ждут. Ты лучше иди. — Да не, я один живу. — Один? — удивилась Джей. — Да. Родители считают, что я достаточно самостоятельный. И что не буду раздражать и играть на нервах мамы со своим позитивом. — Играть на нервы? — Да, она у меня та ещё злюка, похлеще тебя. — Так вот почему ты такой весёлый, — прониклась Джей. — Ты уже с детства насмотрелся на злость. — Да. Но я всё равно её очень люблю. Просто к таким, как она, нужен особый подход. Они уже стояли у её подъезда. Эн ухмыльнулся. —Опа, теперь я знаю, где ты живёшь. — Но зато не знаешь, какой этаж и квартира, — парировала она, поворачиваясь, чтобы зайти. Но Эн резко, хотя и мягко, развернул её, прижал к себе и обнял. —Это просто дружеские объятия, — пояснил он, пряча улыбку в её волосы. Она подняла на него голову, но не сопротивлялась. —А что, уж не целовашки? — съязвила она, сама не зная зачем. — А что, хочешь? Могу устроить, — он не стал ждать ответа и нежно чмокнул её в лоб. Джей отшатнулась, её лицо залилось краской. —Я вообще-то пошутила! А ты, оказывается, шуток не понимаешь! С этими словами она юркн ула в подъезд, оставив его стоять с глупой улыбкой. Дома её ждала мама. —И кто этот парень, с которым ты обнималась? — сразу спросила Лиза. — Просто друг, — отмахнулась Джей, пытаясь пройти в комнату. — Сколько ему лет? —Семнадцать. Хотя выглядит на все двадцать. — И как зовут? —Эн. Джей скрылась в своей комнате, считая разговор оконченным. Но мама подошла к закрытой двери. — Джей, скажи честно, вы встречаетесь? — МАМА! — та взорвалась из-за двери. — Он мне даже не нравится! — Да, конечно, — усмехнулась Лиза. — А то, что он тебя обнимал, хотя это можно списать на дружеские объятия... Но даже это слегка странновато. Но после того как он тебя поцеловал... — МАМА! Он просто придурок! — Пожалуйста, не теряй его, — неожиданно мягко сказала мама. — Мне кажется, он надёжный. Я видела всё через окно. И давай, пожалуйста, без вранья. Ты уж не так сильно его и отталкиваешь. Спокойной ночи, врунишка. За дверью воцарилась тишина. Джей, прижавшись спиной к двери, медленно сползла на пол, чувствуя, как горит не только её лоб, но и всё лицо. «Врунишка». Мама, как всегда, оказалась права. А это было хуже всего.