Стадии принятия 2

Гавриил лежал на диване и пялился в потолок, чуть свесив ногу вниз к полу. Он взял себе за привычку приходить в номер за три часа до назначенного времени. «Взять за привычку» архангел называл всё, что он делал больше одного раза. Потому третья встреча для него уже была особенная. За эти три часа он успевал прийти в себя каким-то неведомым ему образом. Как это работало Гавриил не знал, но было чертовски хорошо ни о чём, казалось бы, не думать на протяжении этой бесконечной звенящей тишины. Заканчивалась она правда безумно быстро, каждый раз утекала из его рук — но больше архангел всё равно не мог себе позволить. Он и так с трудом каждый раз выкраивал себе этот маленький и незаметный для всего Неба кусочек своей вечности. За эти три часа он успевал разложить в голове всё по полочкам, чтобы на протяжении ночи — его ничего не беспокоило кроме собственных чувств и прочих тонкостей и нюансов, вроде новых вкусов, которые так невзначай стал пропихивать в их общение демон. Гавриил скосил взгляд в сторону часов на стене, в этот раз помимо тишины и покоя, в его голову ещё и примешалось заметное беспокойство. Чувство ужасно неприятное и несвойственное для него. Демон опаздывал ровно на полчаса. Сначала это ожидание оседало чем-то липким и неприятным где-то внутри Гавриила, потом стрелка двинулась, и это стало вызывать раздражение. А потом полезли мысли. Ворох мыслей. И, казалось бы, не Гавриила, а чьих-то других. Они звучали очень громко и оседали тысячей сомнений в голове архангела. А что если демон солгал и на самом деле ему не интересно быть здесь? А что если он сдал архангела, и тот кто сейчас придёт, будет какой-то прости-господи Михаил или Сандальфон? А что если демон больше никогда не придёт, просто потому что это для него ничего не значит? Просто потому что они оба выдумали, будто бы значит. Они ведь друг другу солгали тогда? Что нуждаются в этом? Ведь всё было ложью да? Демонам лгать — нормально. Гавриил лежал и думал. Да, Вельзевул точно ему солгал. Хорошо, что и архангел так и не сказал ему правды в слух. Они просто потерялись тогда. На самом деле это просто бессмысленная трата времени их обоих. Просто договорённость. Просто политический союз ради войны, и это всё, что их держит здесь. Работа и всеобщее благо, поиск способа решения проблемы. Это всё ради победы в Войне… В дверь раздался стук: Два коротких и один затяжной. Гавриил аж резко вскочил с дивана и поспешил поскорее открыть дверь. Он так торопился, что даже не подумал о том, что это мог быть кто-то ещё кроме демона, даже не проверил пространство, сердце от чего-то слишком сильно колотилось по его ушам. — Ты какого… — проглотил он с усилием слово, встретившись с суетящимися глазами Вельзевула, — опаздываешь? Демон сжал губки и поскорее забежал в номер. — Я вышел гораздо раньше, — пролепетал он неловко и поставил пакет в сторону, а затем стал стягивать с себя пиджак, который пихнул Гавриилу в руки, не найдя в прихожей глазами вешалки. — но потом меня притормозили: сначала Астарот с каким-то дурацким поручением и нужно было кое-что достать из архивов, а доступ только у меня, потом что-то резко потребовалось от меня 9-му отделу. Пришлось наводить порядки, — Повелитель Мух вздохнул, — я торопился как мог! — Что у тебя на лице? — нахмурился Гавриил и протянул к нему руку. Вельзевул нервно глянул на этот жест, но сопротивляться не стал. — Н… не знаю, — аж запнулся он, — а что там? Гавриил осторожно большим пальцем смахнул что-то чёрное. — То ли кровь, то ли сажа, — сморщился он. Архангел смочил палец слюной и стал оттирать. — Не знаю насколько это считается чистым: когда тебя вытирают чужой слюной, — приподнял брови вверх демон. — Не нравится: иди тогда и умойся. Вельзевул хихикнул. — Нет, нет меня всё устраивает. Будем сейчас с тобой музыку слушать и пить какао. — Музыку? Разве она тоже так сильно важна? — открыл шкаф и аккуратно на вешалку пристроил одежду демона архангел. — Гавриил, всё важно. Всё, что действует на пять основных органов чувств. — Я думал людям достаточно вкуса и осязаний. А остальное так. Дополнение. — Ну вряд ли тебе будет приятно, если что-то будет смердить. Типа разлагающегося трупа или… испорченной еды. Запах очень влияет, ну а слух. Тебе ведь нравится Тишина? Земная тишина? Люди много чего придумали для удовлетворения такого органа чувств как слуха. За это отвечает музыка, ну и просто любой звук. Пробовать надо Гавриил. Как можно двумя органами чувств удовлетворить все пять? Ты ведь работаешь с цифрами каждый день, ну не логично же, — глянул на него Вельзевул выжидающе. — Двумя — пять никак. Только если усиленно. Пожалуй. Но я не знаю возможности и предела каждого из человеческих ощущений. — Ну не зря же их пять, верно? — Их вообще-то шесть, — всё же вставляет своё слово Гавриил. — У нас шестое не работает. Ты ведь знаешь. Это прямая линия непосредственно с Ним. — У меня работает, — пожал плечами архангел. — Ну кто бы сомневался, — закатил глаза Вельзевул и снял ботинки. — Тогда у меня тоже есть, типа чувствую, когда меня в очередной раз выебут на работе уже заранее. И Без Бога всё предчувствую. — У тебя тоже с кем-то политический союз помимо меня? — удивлённо вскинул брови архангел. Демон повернулся в его сторону и сначала не понял. Рот открыл слегка и пялился в суетливые фиолетовые глаза. — Чё? Нет, — он нахмурился. — Блядь да нет! — дошло наконец до него. — Нет у меня, Дьявол, ни с кем никаких «таких» политических союзов кроме тебя! — ему аж на секунду стало мерзко, когда он представил. — Это просто такое выражение! Архангел пялил на него во все глаза с явным недоумением. — Ну говорят так: когда все на работе достали! Задач много понавешали и прочего! А ты уже не вывозишь, честно говоря. Устал. Заебался, а тебе всё накидывают и накидывают… — А как это связано с… соитием? — всё-таки не понимает Гавриил. Демон закатывает глаза. — Дьявол, архангел! — ругается Вельзевул, от чего Гавриил заметно морщится. — Понимаешь тебя как бы ебут, но метафорически. Не материально, а ментально. По ощущениям. — То есть ты испытываешь удовольствие от этого, как от соития? Теперь уже сморщился демон. — Нет это как… — он силился подобрать ассоциацию получше, — как изнасилование, во! Не по-взаимному согласию когда, понимаешь? Без удовольствия. Гавриил понимающе кивнул. — Но если ты заранее знаешь, что будет, почему добровольно на это… соглашаешься тогда? — пытается понять чужую логику архангел. Вельзевул уже было открыл рот и затем внезапно завис. — Знаешь… — медленно и задумчиво выдал он. — Если я что-то знаю наперёд, это не даёт никаких гарантий, что я смогу этого избежать… это знаешь как… как Апокалипсис. — Но его то как раз-таки отменили, — суетливо на автомате поправил зелёную рубашку на демоне Гавриил. Его очень сейчас по какой-то причине бесил помятый воротник у самой шеи Вельзевула. — И казалось бы: он был неизбежен, хотя все знали, что он должен был случиться. Демон снова завис. И взглянул в фиолетовые глаза. — Ты меня заебал со своими сука вопросами. — То есть изнасиловал. Ментально? — уточняет Гавриил. — Да. Архангел задумался. — Не задавать больше? — Не на эту тему. Ок? — Ладно, — убрал Гавриил от него руку, но перед этим всё-таки поправил чужую выбившуюся прядь из волос и осторожно заправил за ухо. — Пойдём заварим… какао? — он развернулся в сторону чайника. А Вельзевул, смерив его весьма скептическим взглядом, взял пакет со своими сокровищами в руку. На самом деле Повелитель Мух ещё минуту стоял и осознавал, что его услышали с первого раза, когда он попросил прекратить. Сразу. Как только поняли, что он имел в виду. И это, казалось настолько для него нереальным и эфемерным, что он, проследовав в конце концов за архангелом, всё ожидал, что тот снова продолжит этот чёртов разговор. Но нет. Гавриил молчал. Достал чайник, налил воды и молчал. — Как день прошёл? — всё же решил неловко поинтересоваться демон. — Как обычно. Как и всегда, — ответил нейтрально архангел. — Может что-то выбесило? Или какой-то интересный случай? — Мы вроде не говорим о работе. Здесь, — напомнил ему Гавриил. Демон поджал губы. — Извини. Не хочешь, не говори. После этого он достал из пакета пару упаковок, молоко. Остальное Вельзевул доставать не стал. Демон уже не особо верил, что сегодня они хоть на что-либо расчехлятся, кроме разговоров. Гавриил тем временем выбирал в шкафчике из четырёх чашек — две. В этом не было ничего сложного, он просто не мог понять, какие именно ему больше нравятся. В итоге он выбрал одну розовую с цветочком и вторую чёрную с каким-то иероглифом красного цвета. — Сегодня поднимали старые архивы, — заговорил он, стоя спиной к демону, — выяснилось, что какой-то там свиток тысячелетней давности отсутствует… пришлось копаться, кто его брал в последний раз. По какой-то причине оказался я. Хотя я его в глаза никогда не видел. Вызывало начальство, разбирались. Почерк на таких документах как всегда не читаемый, на наречье, которое давно уже никто не использует. Ещё и с ошибками, — он вздохнул. — В итоге. Был неправильный перевод и там было не «Гавриил», а «Рафаил». Ну и… дальше… Он поставил наконец-то чашки на стол и чайник с водой. И молчал. Проглотив тысячу слов и ассоциаций. Но только одно словосочетание ему было сейчас по душе, которое Гавриил всё никак не мог произнести в слух: «Меня хорошенько выебали» Поэтому архангел коротко улыбнулся, ненадолго поймав взгляд серых глаз. Демон ничего не сказал, но, кажется, всё понял. Частично, по крайней мере, что подразумевал Гавриил. Он покачал головой и ухмыльнулся. Тяжёлый день. Какой-то. Как хорошо, что он закончится у них обоих так. Под какао подальше от всех и вся. — Тебя это разозлило? — всё-таки решил спросить Вельзевул. Гавриил молчал, изредка поглядывая наверх. — Да брось! Нас никто не подслушивает. — Всевышний всё слышит, Вельзевул, — покачал он головой. — Слушай, если он не пришпилил Азирафаэля за всё, что он там творит и говорит, то почему за чистосердечное признание, что тебя заебала твоя работа — должен? Гавриил мягко ему улыбнулся. Обвёл глазами стол. И тихо, так, чтобы услышал в этой комнате только демон, который к нему сидел достаточно близко, произнёс: — Очень. Вельзевул ухмыльнулся. — Не удивительно, — тихо ответил Князь Ада. — Сам разгребаю грёбанные завалы. У нас там полный бардак. Гавриил хмыкнул. Хотели не о работе, а в итоге всё равно говорят о ней. — И что же там было? — Да… так, — вздохнул Вельзевул. — Всё как обычно: всем похуй, а я разгребаю сам. — Пробовал делегировать? Демон хмыкнул. — Было бы на кого. После этого чертового Недоапокалипсиса никто не хочет работать. — Никто кроме тебя, — подметил архангел. Вельзевул поджал губы. — Я уверен однажды, они все соберутся. — А что ты делаешь для того, чтобы они все собрались? Демон открыл пачку с какао и засыпал пару ложек в чашку. — В смысле что? Стараюсь напоминать им об их обязанностях. Подвешиваю за язык. В прямом смысле этого слова. — И как? Ничего не меняется? — участливо спрашивает архангел. — Ну возможно меняется, но к тому времени мне уже проще всё сделать самому, — заливает он кипяток по кружкам до середины и открывает коробку с молоком. — Ты не умеешь делегировать, Вельзевул, — покачивает головой Гавриил. — Знаешь. С демонами это не так просто, чёрт возьми! — резко нахмурился Повелитель Мух за критику в свой адрес. — У нас всё решает сила и уважение! Репутация и звание! На правила все плюют. — А тебя значит… — задумчиво берёт чашку в руки Гавриил, наблюдая за тем как в неё заливает демон молоко до конца. — Не уважают? Вельзевул слегка вздёргивает брови, поджимая губы. — Ну почему. Уважают. Просто… по-своему, — как-то даже нервно отзывается он. — И потому спихивают всю работу на тебя? — Бля ангел. Ну что ты от меня хочешь, а?! Гавриил чуть вздёргивает бровь. — Научись брать себя в руки и держать лицо. Если ты так же общаешься с подчиненными как было тогда с Кроули, то я не удивлён, почему у тебя завал. — И это мне говорит тот, кто не различает практически ни одной базовой эмоции. Гавриил хмыкает. — Не отрицаю, но если хоть кто-то что-то задерживает по срокам или ошибается — все знают, чем это чревато, и потому всё всегда на Небесах работает слаженно и как по часам. И решается быстро. У меня в отделе нет ни одного бездельника. — Ну ты сравнил, конечно, — фыркнул Вельзевул, — вашу ебаную ангельскую бюрократию и Ад. Это несравнимо, Гавриил. — Дело не в ангелах, Вельзевул. А в моём руководстве, — архангел слегка нахмурился. — Это искусство сказать так и выйти так перед всеми, чтобы каждый захотел потом молиться на своё место и работать в десять раз больше во Благо каждого. И для этого нужно сыграть идеальную роль. Для этого, Вельзевул, нужно уметь выключать эмоции и выходить уверенно и говорить как есть, но правильными словами. Если хоть кто-то заметит, что ты растерян, что ты не знаешь, что дальше делать, и вообще чувствуешь себя весьма скверно, как и все твои подчиненные перед тобой. То как только кто-то из них это почувствует — тебя растопчут. Просто из-за того, что ты не в состоянии контролировать свою мимику и речь. Тебя уничтожат твои собственные слова, Вельзевул, — сверкнул Гавриил фиолетовыми глазами и отпил наконец из кружки. Демон молчал. Он придвинул к себе чашку и долго ещё рассматривал как спиралью закручивается какао с молоком в сакральном танце, пока не становятся в конце концов единым целым. — Что, я реально так хуево со стороны выгляжу? — тихо произнёс Вельзевул. — Да, — ни секунды не колеблясь, прямо сказал архангел. — Сука, мог бы хотя бы не так прямо в лицо! — Я ангел, — улыбнулся он своей любимой надменной улыбкой, но она была гораздо мягче, чем бывала у него раньше, — я никогда не лгу. — Ага, конечно. Сколько я выпытывал из тебя, просто чтобы ты вслух признался, что злишься, а не притворялся, что это не так. — Правда это то, во что мы искренне верим. Ты доходчиво объяснил, и я… поменял своё мнение, — хмыкнул Гавриил. Вельзевул сжал зубы. — Как тебе какао? — Приятнее, чем кофе. На уровне чая. На разок пойдёт. — Тебе всё на разок пойдёт, — закатил глаза Вельзевул. — Почему же. Тот травяной чай был вполне себе. Это я бы ещё пару раз выпил, но не то чтобы я испытываю от этого огромное удовольствие или отвращение. Достаточно нейтральный напиток. — Если хоть что-то когда-то тебе реально принесёт «огромное удовольствие», я буду в искренне шоке. Потому что, мне кажется, такого ещё человечество просто-напросто не придумало. Ну если только это не какие-нибудь тяжёлые наркотики. — Видоизменять божью Суть и воздействовать на органы чувств такими методами — чревато последствиями, — покачивает головой Гавриил. — Всегда есть аналог таких же состояний в Единстве с Богом. — Не все готовы всё отдать ради Него, Гавриил. — Я ничего не отдаю, — вздёргивает бровь архангел. — Ну-ну, конечно, — закатил глаза Вельзевул, — поэтому мы тусим здесь в тайне. — Как будто бы у тебя у самого не будет проблем, если хоть единая душа узнает об этом. — Но у нас политический союз, — припомнил Вельзевул. — Так что. Всегда можно договориться. Гавриил хмыкнул и покачал головой. — Я-то может и договорюсь. А вот зная про твоё умение держать перед всеми лицо… боюсь, для тебя это будет невозможно. — Блядь! — выругался Вельзевул. — Ты чего такой душный сегодня, а?! Заебал меня критиковать! Раз такой умный проведи мне мастер-класс! — Да что с тобой проводить? Разок тебя за живое заденешь и всё. Понеслась. Ты как на ладони, Вельзевул. Я вижу все твои слабые места. Тебя можно давить морально, эмоционально и психологически, — произнёс он настолько равнодушно и безэмоционально, что всего на секунду демона искренне передёрнуло. — Тебя тоже можно между прочим! Я уже много раз мог! Придушить тебя, понял?! — Ты можешь говорить мне что угодно, — отвесил ему Гавриил. — И даже если меня это разозлит, я буду в состоянии всё также продолжать с тобой говорить на равных. Это никак не влияет на качество моей речи. Я умею эти вещи разделять, — он поджал губы и отпил какао. — То что я чувствую здесь… остаётся здесь. Перед подчинёнными я играю другую роль. Ты сам мне говорил об этом. О ролях. Но при этом делаешь совершенно противоположное. Ты мешаешь эмоции с работой, и они видят все твои слабости и уязвимости насквозь. Все они как и я, видят тебя насквозь, пока ты такой прозрачный Вельзевул. Демон хмурится. — Я не слабый и не уязвимый, — обиженно выдал он. — Мы все, Вельзевул, — раскинул гротескно руки в стороны Гавриил, торжественно улыбнувшись. Это выглядело крайне эффектно, он будто бы собирался зачитывать важный тост, — однако. Ты по какой-то причине всё ещё здесь. Посмотрел он ему прямо в глаза. И Повелитель Мух сглотнул. Они оба знали, почему на самом деле они всё ещё здесь. — Ты меня бесишь этим. — Правда всегда бесит. Вельзевул, — вздёрнул брови Гавриил. — Что наслаждаешься? — Чем? — Когда ставишь меня на место? — язвительно выдал демон. Гавриил задумался. — И да, и нет, — пожимает он плечами, — не всегда же только тебе меня допытывать. А то у меня создаётся впечатление, что ты хорошо разбираешься в эмоциях других. Но. Не в своих собственных. Вельзевул поджимает губы. — Я прекрасно себя понимаю и осознаю! — Я тоже, — хмыкнул Гавриил. — Почти как человек чувствую. Все мне ясно и понятно. Вельзевул закатил глаза. — Ага. Конечно. — Я тоже умею злиться, — гордо выдал Гавриил. — Есть ещё грусть, стыд, страх, радость и интерес. — Интерес я испытываю регулярно, — вздёргивает брови Гавриил. — Остальное для меня не ясно. — Да брось, грустить ты тоже умеешь, просто вслух никак не высказываешь. А страх у вас у всех ангелов первородный, — хмыкает Вельзевул. — После Падения. Архангел покачал головой. — Я не боюсь таких вещей. — О правда? А чего тогда столько молчишь и всё Наверх изредка да поглядываешь? Не вешай мне лапшу на уши! Тебе стрёмно перед своим долбанным Богом! Что он тебя покарает или, не знаю. Скинет с Небес, если ты будешь недостаточно идеален. — Боятся те, кто не знает, как себя защитить. А я знаю. У меня всё под контролем. Сам не боишься? Ударить лицом в грязь ещё больше перед Преисподней? Твоя репутация, судя по всему, и так нещадно трещит по швам. — Что хочу, то и творю. Это политическая сделка. Всё во имя Ада, они мне потом спасибо скажут. Гавриил хмыкнул и покачал головой. Оба знали, что они лгут друг другу. Гавриил ужасно боялся Высшего суда, а Вельзевул испытывал постоянный стыд, возвращаясь каждый раз в Ад. Он липкой горечью оседал вдоль всего его нутра и заставлял себя чувствовать настолько никчёмным, что он ловил себя на мысли, что не выдерживает больше ни одного взгляда демона. Потому что, ему казалось, что все над ним смеются. Просто блядь каждый только и думает как бы более эффектно его унизить, а потом ещё и надавать лишней работы сверху. — Включим музыку на пробу? — Не возражаю, — устроился на диване поудобнее Гавриил. — Что за рубашка, кстати? — всмотрелся в белую одежду на архангеле Вельзевул и сел напротив в кресло. — Я не понял твоего вопроса. — Ну ты обычно в свитере, а тут белая рубашка. — А что одежда не может быть разной? У тебя зелёное сегодня вместо красного. — Да нет. Пуговицы это даже… интереснее, — а что интереснее Вельзевул промолчал. Но подумал о том, что расстегивать их на архангеле было бы куда веселее, чем стягивать с него свитер. Гавриил слегка нахмурился. — Мне не идёт? — Что? — с недоумением глянул на него Повелитель Мух. — Нет наоборот. Да тебе много что к лицу, — пожал он плечами. Архангел от чего-то улыбнулся тепло и нежно в ответ, Вельзевул аж неловко отвёл взгляд в сторону. Он достал из кармана телефон и открыл в нём какое-то новомодненькое приложение, которое ему показал как раз-таки Асмодей. Конечно перед этим очень двусмысленно посмотрев на Князя Ада. Спасибо, что хоть из всех — он никогда не задаёт лишних вопросов, хоть и знает наверняка всё сука наперёд. Но молчит. И слава Дьяволу, Вельзевула такой расклад абсолютно устраивает. — Я в общем второй раз этой штукой буду пользоваться, но мне объяснили, что это не очень сложно. Я думаю можно начать с чего-то простого, — листал разные композиции Повелитель Мух. — Я немного знаю, но что-то коллеги иногда притаскивали в Ад. Что-то я читал в отчётах. В общем, посмотрим. — Включай уже наконец, — вздохнул Гавриил. Демон нажал на одну из композиций и заиграла мелодия. Достаточно лёгкая и простая, и в меру быстрая. Гавриил нахмурился. — Ты чего? — Это музыка, да? — Что, не нравится? Архангел подтянул губы и задумался. — Она такая… разная, — озадаченно и весьма растерянно выдал он. — Сферы звучат абсолютно не так. — Ха! Ну ты сравнил конечно! — Значит так ощущается звучание «человеческой музыки»? — спросил участливо Гавриил. — Я бы не смог такую слушать вечность, она всё-таки местами хаотичная. — Да погоди со своим критиканством, это только первая мелодия! «Ilya Beshevli — Morning sun», называется. Архангел снова посмотрел на него озадаченно. — Я думал вся человеческая музыка называется просто «музыкой». У них есть ещё… подкатегории? — Есть вообще-то, жанры, называются — широко улыбнулся Вельзевул. Дьявол, как же он кайфовал с этой недалёкости Гавриила относительно человеческих вещей. С его местами тупых вопросов и вечно озадаченного выражения лица. В попытках разобраться, что к чему. И в самом начале, когда они только-только начали общаться, архангел казался ему безумно сложным с кучей каких-то непонятных и перемешанных друг с другом слоёв. Но чем больше они общались, тем яснее Вельзевул понимал — Гавриил до безумия прост. Он умный, но в том, что понимает. А что не понимает, в том настолько безбожно тупит, что демон всегда с таким наслаждением наблюдает за его растерянностью. В этой попытке понять и разобраться было столько живости и искренности, столько честности, что демон порой не осознавал, что с каждым разом только больше в него… — Жанры? — сощурился Гавриил. — Какие ещё жанры? Я знаю только жанры в живописи. А музыка она тоже по цветам и темам различается или как? — Да по разному, — пожимает плечами Вельзевул, — я честно не сильно разбираюсь правда. Эта вот мелодия — современная классика. — Ты сказал «мелодия», это тоже самое, что и «музыка»? — Ну… это то что. Играет да. Но если будут слова с мелодией, то это уже песня. — Слова с мелодией? — сощурился архангел. — Ну сейчас. Пагодь, — переключает на другую музыкальную композицию демон. И начинает играть весёлая мелодия, где буквально через пару секунд начинается сама песня. Гавриил снова хмурится, но с интересом вслушивается. Минут пять играла музыка, где архангел напряжённо перебирал пальцами свою кружку. И когда она наконец закончилась, Гавриил не выдержал и спросил: — А при чём здесь сахар? Вельзевул уставился на него, чуть хмыкнув. — Ну типа. Знаешь Любовь ощущается как Сахар. Песня даже так и называется: «Maroon 5: Sugar! yes, please!» — Но мне не нравится сладкое. Это значит, что я не могу испытывать Любовь? — Чё? — нахмурился Вельзевул. — Нет. Это просто сравнение как… эм. Люди говорят «это сладко» в переносном смысле, когда им что-то очень нравится. Когда они испытывают положительные эмоции, понимаешь? — А почему не «солёно» или не «горько»? — Тебе нравится горькое? — Нет, — аж сморщился Гавриил. — Тогда с чего ты взял, что горькое может ассоциироваться с положительным? — Вдруг у людей всё наоборот? Откуда я знаю. — Какао между прочим сладкое. И ты его сейчас пьёшь. — Оно в меру сладкое, — приподнимает архангел бровь чуть вверх. — Ну, знаешь, Любви тоже может быть в меру. Как и любого другого ощущения. А может быть слишком и тебя затошнит. А может быть мало, и тебе будет не хватать особого ингредиента. — А можно любить без еды? Без всех этих сравнений. Просто потому что что-то тебе нравится и всё? — взглянул в серые глаза Гавриил. Демон отчего-то занервничал от столь пристального фиолетового взгляда. — Ну можно, наверное. Почему нельзя-то? Я же говорю, Гавриил: пять органов чувств. Каждым из них можно ощущать любое из этих самых чувств, хоть любовь, хоть что. — Понятно, — с интересом выдал Гавриил и задумался. Он пытался понять, что ему нравится больше всего в их встречах. Внешний вид собеседника, его голос, запах, кожа на ощупь или вкус. Не то чтобы архангел понял насчёт вкуса относительно демона, но привкус его губ тоже, кажется, нравился. Он был эфемерный и необъяснимый. А может, вкуса там на самом деле никакого и не было. Лишь ощущение касаний губ к губам. Поэтому по шкале от одного до десяти Гавриил ставил высший балл на осязание и на голос. Хотя и внешность у демона была вполне себе приятной. Очень уж архангелу импонировала чужая мимика, он её изучал больше всего остального, пытаясь потом применить тоже самое на себе. Очень уж ловко получалось у Вельзевула корчиться и делать всякое разное бровями и губами. А почему Гавриилу это всё нравится в нём, он не знал. Мысли просто текли потоком, он не оценивал их. Просто позволял им быть. — Так чё, я не понял, как тебе? — Странно, — чуть вздёрнул он брови, пожав плечами. — В общем тебе — никак. Я понял. Давай следующую, — стал листать список дальше Вельзевул. — О! Это же моя любимая! — он хотел уже было ткнуть, но потом замешкал, — не, не буду ставить. Раскритикуешь как обычно. — Я буду очень беспристрастен. Оценивать не буду. — Я знаю, как ты не оцениваешь! Всё по твоему лицу видно, чтоб ты знал! — Неужели видно? — недоверчиво спросил Гавриил, — я вполне умею его держать. — Ты же не на работе. Или ты что и со мной лицемеришь тоже? Гавриил опустил взгляд на кружку. — С тобой — нет. Демон закусил губу. Он прикидывал в голове примерно через сколько можно будет снова напроситься в чужие объятия, чтобы это всё-таки не выглядело слишком навязчиво. В этот раз Вельзевул не будет выжидать пока его порвёт, но это вовсе не значит, что он не хотел его с самого сука порога, как только сюда вошёл. Торопился же блин ещё. И все его дёргали. Именно сегодня. Дёргали просто все. — Я поставлю, — вздохнул он, — если не понравится, скажи честно. Я не умру от этого. — А обычно демоны от такого умирают? Если ты им говоришь, что тебе что-то не нравится? — Обычно нет, но бывают некоторые особенные личности… что ощущается, будто бы реально умирают. Гавриил удивлённо вскинул брови. — Бля забей. Поехали. Он врубил мелодию и, прикрыв глаза, положил телефон на стол. Затем чуть вытянул руку перед собой и стал ей дирижировать под клавишную композицию и припев. А Гавриил в этот раз не хмурился, а с интересом наблюдал за чужим поведением. Демон ещё невзначай постукивал ногой в такт и качал головой, подпевая. Архангел тоже чуть вытянул руку перед собой и попытался повторить за Вельзевулом, но так пластично и выразительно у него не получалось, и, кажется, он мазал мимо общего ритма. Он ещё не понимал, что такое единое созвучие в музыке, а также полная синхронность и слаженность движений в правильный такт. Чувствовал просто, что не попадает. А куда — не понимал. Когда мелодия закончилась, Вельзевул приоткрыл глаза и тут же поймал весьма пристальный фиолетовый взгляд в свою сторону. — Ну и… как тебе? Гавриил чуть сморгнул, изучая глазами Вельзевула. Кажется, музыку он слушал вполуха, будучи увлеченным совершенно другим. — Красиво, — выдал он искренне. Глядя на своего собеседника. А что конкретно красиво архангел не мог себе объяснить. Он просто так чувствовал. Просто было ужасно красиво. — Поставить ещё раз? — Если хочешь. Демон скептически посмотрел на архангела. — При чём тут я, мы здесь тебя щупаем. — Как? Ты ведь меня сейчас не трогаешь. Вельзевул закатил глаза. Иногда с Гавриилом до безумия просто, а иногда вот так. Вопрос на каждом слове. Или он просто раньше молча улыбался ему и понимал только десять процентов из речи демона, а сейчас наконец-то научился уточнять и спрашивать? — Это метафорически. Понимаешь. Ищем, что нравится тебе. — А мы не будем искать то, что нравится тебе? — Ну я как видишь уже более менее определился. Вот была моя любимая песня. — А что тебе в ней… нравится? — Ритм. Прикольный припев. Звучит. — А как называется? — ABBA — Money, money, money — Тебе не хватает… денег? — Не всё, о чём поётся в песне — не хватает кому-либо. Иногда говорю же, просто мотивчик нравится. Или голос. Не обязательно везде искать смысл. Понимаешь? Гавриил задумался. — Да, наверное… понимаю. — Мне кажется, не понимаешь. — Нет, нет понимаю. — И что же понимаешь? — Ну например, — задумался архангел, — половину того, что ты говоришь, я не понимаю, но мне всё равно нравится, как ты звучишь. Вельзевул аж рот слегка приоткрыл от шока. Он стоял пялил во все глаза на архангела и не мог понять: тот его разыгрывает или серьёзно? — Что, что ты сказал? — попросил повторить Вельзевул. — Ты красиво звучишь, мне нравится, — спокойно подметил Гавриил, будто бы в этой фразе не было ничего необычного. Для него, по крайней мере. Он сказал это абсолютно естественно. Как данность. Демон слегка сморщился. Будто бы ему было мерзко это слышать. Но на деле ему стало так Дьявол приятно до самого его Естества, что он, кажется, даже немного покраснел. Ещё никто и никогда не говорил ему, что он красиво звучит. Он блядь. Демон. Повелитель Мух. Да его голос скорее можно было бы сравнить со скрипучей дверью. Когда он это… говорил на своём естественном языке. Сейчас, конечно же, Вельзевул общался как все нормальные существа, но всё равно не воспринимал свой голос как что-то, что можно было бы оценивать так. — Мне тоже нравится, как ты звучишь, — не нашёл ничего лучше, что можно было бы ответить демон. — О, правда? — слегка удивлённо вскинул брови Гавриил и улыбнулся, — Спасибо. Мне очень приятно, — поблагодарил архангел. — Не благодари, — скривился демон, — давай лучше следующее, что поставим. — Сердце у него отчего-то затрепетало, пока он вглядывался в чужую улыбку. Она была другой и по какой-то причине в этот раз согревала. Даже Дьявол захотелось ещё что-то приятное сказать этому чёртовому архангелу, лишь бы он улыбнулся ещё раз для Вельзевула так. Повелитель Мух вздохнул и поставил следующую композицию. И в этот раз, дослушав, Гавриил явно не оценил её. И так прошло ещё пару мелодий, которые архангел категорически забраковал. — Хорошо, а как тебе это? — уже от какого-то отчаяния включил следующую музыку Вельзевул. Скорее чтобы побесить архангела, раз ему абсолютно ничего сегодня больше не заходит. Гавриил с интересом вскинул брови, вслушиваясь в мелодию. Она заиграла резко и постепенно по нарастающей ударила по ушам. Он сидел в каком-то абсолютном шоке и пялился на Вельзевула. И вот, когда пошли слова песни, Гавриил откинулся на спинку дивана и закрыл глаза, чтобы получше вслушаться. А демон всё наблюдал за столь необычной реакцией, потому что такого он ещё со стороны архангела не видел. Музыка играла минут пять, после чего наконец закончилась, и Повелитель Мух выжидающе глянул на Гавриила. — Ну и… как тебе? Архангел запрокинул голову, у него было ощущение будто бы его раскатало на этом самом диване этой самой песней. — Очень… мелодично и мягко, голос такой… нежный. Меня так… расслабило. Вельзевул резко вскинул брови от искреннего удивления. — Да ладно? Ты меня разыгрываешь? Быть такого не может. — Что? Очень приятная лёгкая мелодия, хочется смотреть на небо и молиться Богу. Мне кажется, я снова почувствовал благодать. — Пиздец, — тихо выдохнул Вельзевул, в шоке рассматривая архангела, ему реально, кажется, это зашло. — Ты первый на моей памяти, кто называет Rammstein «лёгким», «нежным» и «мягким». — Это что такое? — чуть вздёрнул брови Гавриил. — Название группы такое. А песня называется «Deutschland». — Германия? Красиво, — тихо произнёс архангел. — Поставь-ка ещё раз. — Ты серьёзно сейчас? Архангел с недоумением посмотрел на него. — Гавриил, какого чёрта тебе нравится Rammstein? Мужчина нахмурил брови. — А я откуда знаю? Мы ведь не можем заставить себя полюбить что-то просто потому что хочется головой. Или можем? — Да нет-нет, — вдохнул Вельзевул, — ты просто какой-то… — он проглотил слово «удивительный», а затем и словосочетание «чертовски восхитительный», а про себя ещё добавил: «ты так блядь меня поражаешь с каждый сука днём, что я уже не представляю как это, если бы тебя в моей жизни…» Он сглотнул и поставил эту композицию ещё раз. Архангел снова прикрыл глаза с явным наслаждением, Вельзевулу даже показалось, что закатил. Боже, блядь, ему действительно нравится метал. Ему. Архангелу Гавриилу. Повелитель Мух все пять минут сидел в искреннем шоке и осознавал эту исключительную деталь в личности Гавриила. А он думал, что этим блядским ангелам нравится только жутко скучная классика, а оказывается вообще ни разу. Охренеть. — А ещё такая есть? Музыка? Демон покачал головой и ухмыльнулся. — Я могу просто поставить песни этого же исполнителя. — Поставь. И Повелитель Мух, слегка улыбнувшись, поставил. И на удивление спустя третью композицию, Гавриил его всё ещё не прервал. Поэтому Вельзевул поудобнее расположившись в кресле напротив, снова стал подыгрывать рукой, головой и ногами в такт музыке. — Как ты это делаешь? — спросил в какой-то момент архангел. — Что делаю? — Рукой и не только рукой? Вельзевул нахмурился. — Ты имеешь в виду, танцую? — Танцуешь? — сощурился архангел. — Но это же люди делают стоя, разве нет? — Да можно как хочешь, главное что двигаешь какой-то частью тела в такт музыке и всё. — А как это двигать в такт музыке? — хмурился Гавриил. — Я не понимаю как это делать правильно, мне кажется, у меня не получается. — Да слушай. Можно на похуе, как хочешь, главное, чтобы в кайф и хотелось. — Ты можешь не сквернословить и объяснить по-нормальному? — раздраженно выдал Гавриил. Музыка через мгновение переключилась на другую мелодию. Она была лёгкая и воздушная, и абсолютно другая. — Это тоже Rammstein? — Не, это что-то другое, случайно затесалось… — вслушался Вельзевул, — но ничего такая, мелодичная. Повелитель Мух щёлкнул пару раз пальцами в такт музыке и закачал волнообразным движением головой и телом влево и вправо. Гавриил посмотрел на него сощурившись и попытался повторить. Пальцы не щёлкались, зато получалось вроде как двигаться примерно так же. «Everyday — it's a gettin' closer Goin' faster than a roller coaster…» — Тебе нравится эта песня? — Ну ничего мотивчик такой. Я люблю попроще, — улыбнулся лёгкой улыбкой Вельзевул. «Love like yours will surely come my way A hey — a hey hey…» — Тогда мне тоже нравится, — всё не мог отвести Гавриил от него взгляд. — Мне кажется, ты соглашаешься только лишь за компанию, а не потому что тебе действительно нравится, — ехидно улыбается Вельзевул. «Everyday — it's a gettin' faster Everyone says go ahead and ask her…» — Нет, — всё всматривался в чужие серые глаза Гавриил. — Мне правда она очень нравится. Демон щёлкнул пальцами в такт. Демон, кажется, ничего не понял. Или только лишь убеждал себя в этом. «Love like yours will surely come my way A hey, a hey hey…» — Но она такая доставучая, — нервно рассмеялся он, — долго бы я её слушать не смог. — А я бы смог вечность, — смотрел на него во все глаза Гавриил. «Everyday seems a little longer Every way — love's a little stronger…» — Мы ведь сейчас… — сглотнул аж Вельзевул от такого пристального взгляда, — о песне, верно? Гавриил чуть поджал губы и отвёл взгляд, слегка себе улыбнувшись. — Конечно же о песне. А о чём же ещё? «Come what may — do you ever long for True love from me.» — Да… ни о чём, — нервно перевёл взгляд на свои руки Вельзевул и поставил на паузу следующий трек. Сердце от чего-то так внезапно по ушам ударило. Чёртов архангел. Бесит его. Всем своим видом бесит. — Поставишь ещё раз? — попросил Гавриил. — Будешь слушать одно и тоже — надоест. — Как это надоест? — А вот так. Когда что-то нравится, а ты этим злоупотребляешь, то бишь много раз используешь, то от него может в какой-то момент начать тошнить. Понимаешь? — поднял на него пробный взгляд Вельзевул. Гавриил задумался. Надолго так. — То есть нам лучше часто не встречаться, чтобы ненадоело? Повелитель Мух нахмурился с чужой логики. — Причём здесь это! Мы и так почти не видимся! — он опешил, нервно оглянул комнату в поисках правильной мысли. — Так наш план никогда не сработает! — Наверное. Не знаю. Раз в неделю это много или мало? — Этого достаточно, чтобы не вызвать подозрений, — сложил руки на груди демон. Для него это было чертовски мало, он, честно говоря, хотел бы каждый день и быть подальше от этого чёртового Ада. Но что он хотел — звучало в его голове не слишком уж адекватно, поэтому Вельзевул эту свою часть никогда особо и не слушал. Она просто была всегда с ним фоном и бесила его. Вельзевул не мог вместить в себя осознание, что безумно нуждался в этом дурацком архангеле. Что он нужен был ему чаще, ближе и в огромных количествах. А вот зачем нужен? Повелитель Мух никогда не позволял ответить себе на этот вопрос правильно. — Пойдём спать, — предложил в какой-то момент Гавриил. Вельзевул аж опешил и сбился со своих собственных мыслей. — В смысле спать? — В прямом. Спать. Это я ещё не пробовал. Научишь? — Спать? — удивлённо вздёрнул брови демон. — А ты что, никогда не пробовал? — Я не до конца понимаю механизм действия, — чуть пожал он плечами, — ты это делаешь с лёгкостью, а я просто не понимаю, как этого достичь. — Что, когда глаза закрываешь на долго, нет ощущения, что сознанка улетает? В этот момент её нужно просто отпустить и всё — будет сон. — А как ты контролируешь, сколько ты спишь? Вельзевул скривился. — Это не контролируется, Гавриил, столько сколько… не знаю, хочет материальное тело. — Но нам ведь не нужно. Спать. — Нет но… это хорошая перезагрузка, когда много мыслей. Помогает вроде как всё по полочкам разложить. Но я не то чтобы часто практикую. Архангел закусил губу. — А о чём надо думать, чтобы уснуть? Как это ощущается? — Да ни о чём. Просто расслабиться. — Почему везде нужно «просто расслабиться»? — скривил рот в улыбке Гавриил. — Ну ты ведь уже вполне себе умеешь, — хмыкнул Вельзевул. — Раз на раз. И в большинстве случаев с твоей помощью. — Ну я не против тебе помочь ещё разочек… расслабиться, — ехидно улыбнулся Князь Ада. У него не было сегодня каких-то грандиозных планов на архангела. Он может только самую малость. Чуточку. Хотел с ним слегка пожамкаться. А больше ему, собственно говоря, и не надо. Потом может как-нибудь, когда-нибудь. Времени у них вагон. Целая вечность. Наверное? Вельзевул сглотнул. Он хотел бы иметь целую вечность в запасе с ним. — Здесь постель мягче, — подметил Гавриил. — Может это чем-то поможет. — Ты проверял? — Я всегда всё здесь проверяю, — сверкнул он своими фиолетовыми глазами. — На всякий случай. — Ну ты и параноик, конечно. — Твоя беспечность нас когда-нибудь угробит, Вельзевул. — Нет-нет, твоя педантичность и въедливость нас когда-нибудь погубит, Гавриил. — Как раз-таки точность к деталям гарантирует неминуемый успех, всё можно просчитать заранее. Видеть на несколько шагов вперёд. И. Контролировать. Демон закатил глаза и встал с кресла, сделал пару шагов в сторону архангела. А затем, опёршись коленом о диван рядом с его бедром, наклонился к самому уху. — Так ты никогда не расслабишься. Ангел. Если будешь всё-всё мать его контролировать. Никогда. Гавриил замешкал, ухо отчего-то у него покраснело, Вельзевул улыбнулся и подумал, что это забавно. — Я могу и расслабляться и контролировать одн… — прервался он, потому что демон запустил свой язык в чужое ухо, и архангел вцепился руками прямо в задницу Вельзевула. — Не можешь. Не можешь, Гавриил, — отстранился демон и заглянул в фиолетовые глаза. — И я тоже не могу. Я тоже. Архангел ощупал округлые формы демона, не разрывая их зрительный контакт. — Думаешь? — Знаю. Повелитель Мух осторожно разгладил пальцами чужие складочки меж бровей, а затем и сами брови. Провёл большими пальцами вдоль висков. Он колебался. Между экстазом, что он может теперь вот так просто подойти к нему и прервать любую фразу архангела таким способом, и между тем, что, кажется, всё-таки безумно хотел Гавриила до самого Основания. Снова вдруг ни с того ни с сего. Будто бы сам отпустил какой-то контроль над собой и мог чувствовать, а не подавлять. Не делать вид, что не жаждет. Что не ощущает этот ненормальный голод по архангелу сейчас. Он пялил ему в глаза и ощущал тошноту от того напряжения, что висело сейчас между ними. Другого напряжения. Не контролирующего, а более сладострастного. Когда хотелось зарыться руками в чужих волосах, целовать до исступления, щупать везде, куда только дотянутся руки и вылизывать, всё что разрешено и всё что под запретом, но если тщательно уговаривать — позволяют. — Ты это чувствуешь? — выдал Гавриил в какой-то момент. — А ты? Архангел посмотрел на него весьма скептически, его сбил чужой вопрос с толку. И Вельзевул, хмыкнув, поцеловал его жадно в губы.

***

Князь Ада плюхнулся на кровать, вцепившись пальцами в чужие плечи, не отрываясь от поцелуя. Гавриил наклонился вслед за ним. — И правда мягче, — пробормотал Вельзевул, отстранившись всего на пару мгновений. — А я говорил, — шепчет архангел возле чужого уха, расстёгивая рубашку пальцами. — Говоришь, что я параноик, а сам мне не веришь до конца. Разве это не про контроль? — Я просто не знаю: что для тебя мягко, ангел. Архангел ему впился в шею — Повелитель Мух аж резко выдохнул, сжав пальцы на чужой одежде. — Ты же не любишь облизываться…м-м-м, — прервался он на фразе, закатив глаза, когда Гавриил добрался до его уха. Было ужасно жарко. — Зато тебе нравится. — Я не заставляю делать тебя то, что тебе не нравится! — возмутился Вельзевул. — Так не работает, что б ты знал! — Может быть, — отвлёкся от уха Гавриил и вернулся к его лицу, широко улыбаясь абсолютно не контролируемой улыбкой. — Но мне так нравится… твоя реакция. Вельзевул аж рот открыл заслышав эти слова, въедливо изучая выражение лица архангела, но оно было настолько сумбурное, странное, ненормальное и с лёгким оттенком безумия, что он, сглотнув, просто притянул его обратно к себе и снова поцеловал. Гавриил расправился с последней пуговицей демона и стащил с его плеч зелёную рубашку, обнажая ключицы. Он снова отстранился от чужих губ и снова с интересом провёл языком ниже шеи до плеч. Вельзевул начал извиваться и мычать в его руках. А архангел наблюдал за каждой чужой реакцией, тщательно, въедливо, со своим поистине ебнутым ангельским педантизмом. Он воспринимал сейчас Вельзевула как поле боя, подбирал наилучшую стратегию, просчитывал дальнейшие ходы. И действительно кайфовал, когда получалось вызвать особенно бурную реакцию демона. Он не знал, что сдвинулось или щёлкнуло в его голове пару минут назад. От чего конкретно слетели тормоза, и куда улетучились все его мысли. Архангел просто не контролировал. Его манил этот ненормальный жгучий интерес, который он уже чувствовал тогда на скамейке в парке, когда они заговорили с Вельзевулом, после неудачного свидания с человеком. И его заносило точно так же. Так же как и тогда. Мыслей как будто бы больше не было, а было только желание. Ненормальное, не контролируемое, пожирающее его изнутри, если он хоть на секунду останавливался и пытался от него избавиться. Применить не по назначению. — Ты как с цепи сорвался, — выдал ему в какой-то момент Вельзевул, пытаясь поспеть за чужой страстью, но, кажется, даже для него это было слишком быстро. Тем более, что он прости господи ещё и запутался в этих дурацких ангельских пуговицах на рубашке. А ведь когда он представлял как их расстёгивает — выглядело намного, намного сексуальнее. — Притормозить? Остановиться? Что сделать? — уточнил Гавриил, отрываясь от чужой шеи. — Ну… — сглотнул Вельзевул. Если они сбавят обороты, скорее всего у них опять ни черта не получится, а демон и не то чтобы чувствует себя некомфортно. Вроде всё хорошо. Приятно. Просто… много? Но это ведь здорово… когда много? Разве не так? — Помоги мне с этими чёртовыми пуговицами, вот что… — задрожали его руки в какой-то момент. — Хорошо, — И Гавриил успешно расстегнул свою рубашку до конца. — Я тоже хочу тебя пооблизывать. Можно? — Можно, — смерил его взглядом архангел. И Вельзевул попытался отвлечься от своих пустых по его мнению тревог. Закопаться в чужих волосах, исчезнуть в поцелуе, потеряться в привкусе его кожи. Он вылизывал ухо Гавриила до тех пор, пока тот наконец-то не застонал в голос. — О… — выдал Повелитель Мух. — Как ты оказывается умеешь. — Ощущение будто бы внутренности все чешутся, — пожаловался архангел. — И внизу всё так сдавило. — Тебе не нравится? — Я просто не знаю, что с этим делают дальше. Обычно. — Берут в руку, Гавриил, — хмыкает демон. — Для начала. Ты ведь всё помнишь. — Я помню сам процесс, а тонкостей слишком много, так и не понимаю, какую в какой момент применять. — Ну тогда. Просто пробуй. По чувству. Гавриил посмотрел на него весьма скептически. — Ладно я буду твоим штурманом, буду рулить процессом, — улыбается демон, и расстёгивает пуговицу на штанах архангела. Он тоже до конца ничего не понимал, но старался притворяться спокойным настолько, насколько мог. Таким заядлым нимфоманом, который делает это всё уже не в первый раз. И знал, что куда вставляется, как вставляется, где щупать, куда давить, чтобы оно наконец заработало. Обычный будничный день. Как рутинная работа в Аду, только тут всё было с предвкушением, наслаждением и каким-то ещё непонятным для Вельзевула щемящем его сердце чувством. Которое он выкинул просто нахуй куда подальше, чтобы оно не мешало и не трогало его сейчас. Не отвлекало от самого процесса. А затем он запустил руку в чужие трусы, от чего архангел резко сморщился и дёрнулся. — Ну чё как? — Странно, но… — Гавриил пытался понять, как получше описать это ощущение. — Не не приятно. — Класс, — сделал глубокий вдох демон, ему тоже, честно говоря, жутко жали штаны. Он облизал губы и подвигал рукой. Архангел вцепился в его плечи руками, чуть морщась. — Расслабься. — Тело как будто бы судорогой сводит, как тут расслабиться? — Должно быть приятно. — Ну раз должно быть, дай я сам тебя тогда потрогаю! — раздраженно бросил ему Гавриил и решительно полез в чужие штаны. Демон снова сбился от количества чужих резких движений, но останавливать не стал, позволил рукам архангела расстегнуть ширинку и залезть в его владения. И вот когда уже его самого взяли в руку, он тоже сморщился почти точь-в-точь как Гавриил. — Ну и как? Вельзевулу захотелось истерически рассмеяться, но он сдержал свой порыв. — Подвигай что ли. — Куда? В какую сторону? Повелитель Мух скривил рожу из разряда «Я блядь тоже не ебу, что с этим делать, но сейчас мы разберёмся» и положил свою руку поверх чужой на своём члене. Потянул вверх — ничего не понял. Потянул вниз — кажется, начал понимать. Потянул в самый низ и снова сморщился. — Так, кажется, надо, но лучше не до самого конца, — выдохнул он весьма озадаченно. — Справишься? — А для чего мы это делаем? План ведь был вообще другой? — Разрабатываем инструмент, надо же разобраться как оно всё работает, как ощущается и чувствуется…. Вельзевул придвинулся чуть ближе к Гавриилу и взял его поудобнее снизу. — Если ты меня не расслабишь, то вообще ничего не будет, а если сам не расслабишься — то тем более. — Я вполне, кажется…ощущаю в себе эту самую расслабленность. — Отлично, а тебе ещё нужно не сбиться с этого самого настроя. Это же дело не пяти минут, хотя, конечно, бывают и скорострелы… — Скорострелы в каком плане? Вельзевул хмыкнул. — В плане скорости достижения оргазма. — А какое время оптимально для достижения оргазма? — Я не знаю, Гавриил. У всех по разному. Вроде как. Надо пробовать. — Ладно. Тебе не жарко? — Есть такое, — поцеловал Вельзевул его в обнажённую грудь просто так. — Разденемся? — Давай, — нещадно билось его сердце по ушам. Демон хотел, чтобы его уже как-нибудь взяли. Без всяких там прелюдий. Он просто хотел забыться ещё больше, раствориться. И почему-то представлял, что именно так всё и будет, когда архангел его отведает. Именно так. Только в голову всё закрадывались сомнения, что у них снова ничерта ничего не получится. И потому Повелитель Мух, хотел поскорее поторопится, чтобы это сомнение не возымело над ним власти окончательно. — Помочь? — Да я справлюсь, — выдохнул Князь Ада. И убрал руку от его члена, после чего стянул рубашку с себя окончательно, а затем штаны с трусами. — На пол же нужно бросить, да? Я видел так люди делают. — Не обязательно. — Сложить? Вельзевул посмотрел на него весьма скептически. — Брось куда-нибудь и иди уже сюда, наконец, — придвинулся к архангелу демон и провёл рукой по его щеке, вглядываясь в чужие фиолетовые глаза. Он хотел бы, чтобы у них всё получилось. Чтобы они наконец-то со всем этим разобрались. Закрыли так сказать гештальт и после, продолжили чилить друг с другом. Бесконечно чилить. И ебаться, когда захотят. Понимал ли хоть и толику того, что хотел Вельзевул от архангела сам Гавриил? — демон не знал. Но он надеялся, что хотя бы самую малость Князь Ада интересен ему чуть больше, чем кофе или травяной чай. Или какао с манго. Больше, чем одноразовая песня. Или… Архангел его поцеловал и взял хорошенько в руку, демон охнул в чужие губы. Демон суетливо взял хорошенько его в ответ. А потом они целовались ещё пару минут. Без Сути и Смысла. Просто так. Тело горело, плавилось. Вельзевул выгибался в такт тому, как небрежно двигал рукой Гавриил у него внизу. Да и архангел, честно говоря, местами морщился, когда Повелитель Мух вёл своей рукой то вверх, то вниз. — Давай попробуем то самое, — отстранился демон, — чтобы хотя бы понимать, как оно работает. — Уже? — А чего тянуть-то? — сложил губы в тонкую линию Вельзевул, — вроде пока получается. Значит, нужно пробовать. — Но для этого нужны те штуки, а ты их оставил… - …на столе, — закончил за него демон и вздохнул. Как они вдвоём увлеклись-то, а? — Щас сбегаю. И он вскочил с кровати, резко, как ужаленный в одно место, впрочем, наверное так и было в случае Князя Ада. — Держи, — кинул он ему смазку и пачку презервативов, — будем сейчас с тобой разбираться. В процессе. — Мне прямо сейчас надевать? — Не, лучше непосредственно перед соитием. А сейчас подготовка. — Пальцы. Я помню, — со знанием дела произнёс Гавриил. Он чувствовал уже себя намного увереннее в сексе, после того как его пару раз потрогали за член. Уже можно сказать был практически гуру секса. Хотя архангел не особо и осознавал, что у него там трогали и как это работало, он даже не очень-то и рассматривал всё это дело. Зато с такой лёгкостью взял в руки тюбик и выдавил пару капель. — Давай вставай как-нибудь поудобнее, чтобы я примерился, — а куда примерился, Гавриил ещё не совсем понимал. Чисто визуально он понимал месторасположение, куда ему следует приложиться, а дальше, так сказать, нужно было сверяться с реальностью. — Так, — встал Повелитель Мух на четвереньки, — давай попробуем так. — Ладно, — изучил новое положение демона для себя Гавриил. Он приблизился к нему и осторожно скользнул рукой по позвоночнику вниз, потрогал за бока, потыкал ягодицы. Демон не выдержал: — Что ты делаешь?! — Изучаю. — У меня так всё Возбуждение пройдёт, пока ты меня тыкаешь! Архангел с искренним изумлением вздёрнул брови. — А оно так быстро… заканчивается? Я думал оно уходит только после соития. Демон закатил глаза. — Да в любой момент может закончиться, стоит сделать хоть что-нибудь неприятное! Архангел поджал губы. — Зачем такой сложный механизм человечеству? Неужели нельзя проще? — У Бога спроси: он придумывал. Гавриил вздохнул и замолчал. Снова выдавил себе на пальцы пару капель и провёл в ложбинке меж чужих ягодиц. Вельзевул замер, закусив губу. Архангел всмотрелся, но не понял ничего, поэтому попытался хотя бы нащупать. — Я не понимаю куда. — Чуть ниже, — терпеливо скоординировал его Князь Ада. — Здесь? — удивлённо вскинул брови Гавриил, нащупав наконец-то что-то, куда можно, по крайней мере, было хоть что-то пихнуть. — Угу, — сглотнул демон. — Только ты это… без резких движений. Архангел попытался всунуть хотя бы один палец в эту узкое непонятное для него отверстие. Демон напрягся. — Расслабься, — явно с издёвкой произнёс Гавриил. — Бля я тебе въебу сейчас, если будешь со мной так разговаривать! — Не сквернословь, — нахмурился он, — а то мне придётся потом хорошенько очистить твой рот от скверны. Вельзевул покачал головой, опустившись лбом на подушку. Звучало вроде как угроза, а вроде и заводило его. Гавриил наконец-то смог расправится с первым пальцем. — Подвигай там что ли ну. — Тут узко, чтоб ты знал! Я вообще не понимаю, как сюда можно впихнуть ещё хоть что-то кроме пальцев! Может у людей есть какая-то особая супер способность, о которой мы не знаем? — Нет там никакой супер способности. Подвигай просто ну. Разработай. Мышцы. И блин, не знаю, ухо мне полижи или полапай, а то я не могу обратно расслабиться. Архангел взял его свободной рукой за член. — Ухо у тебя далековато. — В общем, давай, делай что-нибудь, раз вызвался на роль ведущего, моё дело расслабляться и поддерживать своё Возбуждение. Давай. Ты ведь великий архистратиг, ты справишься. — Такое не входило в мои обязанности, — закусив губу, водил он рукой по члену демона. — Сам вызвался. Прям настаивал. Тогда на скамейке. Я тебя не заставлял, — хмыкнул Вельзевул и закатил глаза, когда его окатила волна нового возбуждения. Повелитель Мух на самом деле рад, что в итоге архангел уломал его быть снизу. Реально не придётся разбираться со всей этой неведомой ему хуйнёй. Пусть Гавриил мучается и думает, как им обоим сделать охуенно и хорошо, а он просто подставится. И если надо, даже потерпит. Такая роль Вельзевулу, честно говоря, намного больше сейчас импонировала. Архангел огладил руками чужие ягодицы и попробовал засунуть очень осторожно два пальца. — Нормально? — Вполне, — держал Вельзевул в голове установку, что при любых обстоятельствах он должен быть сейчас абсолютно расслаблен. Абсолютно. Иначе всё схлопнется ещё и в таком дурацком положении. Он вообще старался сейчас не думать ни о том, как он выглядит со стороны, ни о том, что думает о нём Гавриил. Потому что если бы хоть на секунду Вельзевул пустил эти мысли на первый план, то всё. Хрен в него уже было бы засунуть что. Его бы накрыл дикий всё пожирающий абсолютно неконтролируемый ненормальный стыд. И пока он гонял туда-сюда свои мысли, архангел щедро выдавил смазку на пальцы и хорошенько вставил их до упора в Повелителя Мух. — Ух… — выдохнул демон. — Что? — Вставь и вытащи было… приятно. — Правда? — зажёгся новым интересом Гавриил и вытащил, а затем вставил. Демон содрогнулся, а пальцы у самого основания входа архангела сжало тугим кольцом мышц. — Да, — закатил глаза Вельзевул. — Очень. Подвигай ещё. Пожалуйста. — А что ты. Чувствуешь? Вельзевул закусил губу. — Как будто бы у меня горит всё тело, но… я хочу ещё. Чтобы во мне… подвигались. Странное ощущение… желудок аж сводит, или скручивает. Я не понимаю. В горле аж пересохло. — Могу. Четыре вставить. — Попробуй. И архангел попробовал. Вельзевул поудобнее расставил ноги и ещё больше расслабился от проникновения. Было приятно. Вот так поддаваться. И хотелось двигаться в такт чужим пальцам до одури, но он от чего-то мешкал, частично стеснялся, частично не понимал и половины того, чего ощущал. Хотелось будто всего и сразу одновременно. — Попробуй вставить, — всё же выдавил из себя Князь Ада. — Ещё пальцы? — с недоумением спросил Гавриил. — Да нет же, член свой! — закатил глаза Вельзевул. Архангел замешкал. — Руки все склизкие, я так пачку не открою. — Вытри, — скомандовал Вельзевул. Гавриил повернулся к простыне и обтёр свои руки, после чего взял из пачки ребристую упаковку и вскрыл. Неудачно вскрыл. — Я, кажется, его порвал. — Возьми следующий, ну же, ангел! Это дело тонкое, тут лучше не прерываться! — Если бы ты сказал раньше, я хотя бы потренировался, — хмуро сообщил Гавриил. — Я тебе не запрещал тренироваться. Ты был предупрежден о всем процессе заранее, мы уже какую встречу блядь пытаемся, ну! Гавриил замешкал и стал шуршать упаковкой, Вельзевул почувствовал спустя минуту, что начинает нервничать. — Ну и чего ты там так долго? — У меня не получается. — Что именно? — Надеть. Повелитель Мух вздохнул. Поднялся из своего удобного положения и развернулся к Гавриилу, который растерянно пытался натянуть резинку на член, который даже у него не стоял. — А я тебе говорил — замешкаешь и всё. Не получится. — Что. Совсем-совсем не получится? Вельзевул вздохнул. Сглотнул. Он не злился на архангела нет, он был точно таким же идиотом в сексе, как и он сам. Два дебила собрались поебаться, почитав статьи и посмотрев пару порнографических роликов, вот и вся история. — Без моей помощи никак, ангел, — прильнул он к его шее и облизал. — Расслабься для начала. Ты снова слишком всё контролируешь. Слишком Гавриил. Отпускай голову. — Я пытаюсь. — Ты можешь лучше, — шептал ему демон. — Ты всегда можешь лучше, — взял он его поудобнее за член, сняв неудачно натянутую резинку и провёл очень нежно рукой, погладив. — Есть только твои ощущения, никаких мыслей, — облизал Вельзевул его ухо и, закусив, залез языком в раковину. Архангел замычал, приобняв демона. Член у него снова начал расти обратно. — Ну видишь. Всё ты можешь, — хмыкнул демон, — просто отпускай себя, Гавриил. Ну а теперь… Князь Ада взял третью по счёту ребристую пачку и, вскрыв её, помог архангелу надеть презерватив правильно, хотя не то чтобы он понимал до конца, как это делать. Но просто действовал, опираясь на то самое шестое чувство. Сердце у него нещадно стучало. Он хотел поцеловать этого дурачка в щёку, потом в губы, потом в бровь и шептать ему о том, что с ним всё в порядке, что у них всё в порядке. Что это просто один такой большой эксперимент и не важно, что получится в конце. Главное, что они попробовали это вместе. — Спасибо, — выдохнул Гавриил с искренним облегчением. Демон не удержался и поцеловал его в краешек губы. — Расслабишь меня обратно? — Ложись, — кивнул Гавриил. Но перед этим зачем-то поцеловал демона в бровь. Абсолютно бессмысленно и нервно. Как будто если бы архангел этого не сделал — Вельзевул растворился или исчез. И Князь Ада устроился обратно, расположившись поудобнее. Гавриил со знанием дела очертил пальцами свои владения. Он наклонился в этот раз к Вельзевулу и, проведя пальцами между ягодиц, вылизал его ухо. Демон застонал, а архангел по какой-то причине закатил глаза от удовольствия, вслушиваясь в чужой голос. — Ты можешь так ещё раз, а? — Приятно мне сделай, и могу хоть во весь голос, — хмыкнул демон. — Я сделаю тебе приятно, — сказал Гавриил таким тоном, что это прозвучало как угроза. — Ну давай я жду. Четыре пальца снова с легкостью входили в Вельзевула. — Попробовать полностью? — Давай. Я готов. — Ладно, — вздохнул Гавриил и поднялся над демоном, пытаясь прицелиться и примериться. И вот наконец-то спустя маленькую вечность, он в него зашёл. Демон задержал дыхание. Это было НАМНОГО больше, чем просто четыре пальца. НАМНОГО. У него аж на глазах выступили слёзы. — По-дож-ди, — выговорил с трудом демон трясущимися губами слово. Гавриил остановился, чуть нахмурившись. Вельзевул кусал губы. — Скажи мне… что-нибудь приятное, а то я… порвусь сейчас по ощущению. — Я могу просто вытащить. — Не-не… я щас. Щас. Щас привыкну, просто… отвлеки меня от этого ощущения. Архангел не понял, но попробовал исполнить чужую просьбу, — у тебя… ноги красивые. — Что? — с недоумением спросил демон. — Ты сказал, сказать тебе, что-то приятное. — Скажи ещё что-нибудь. Гавриил задумался. — У тебя приятная на ощупь кожа, мне нравится тебя щупать. — Правда? — Да. — Пощупай меня. Архангел провёл пальцами по чужим бокам, Вельзевул попытался отвлечься на это ощущение больше, чем на то жгучее внизу и, сглотнув, произнёс: — Попробуй глубже. — Здесь слишком узко, чтобы я вошёл глубже. — Сам то что ты ощущаешь. — Я пока не понял. — Ну… Вытащи и попробуй ещё раз. Архангел вытащил. — Может нужно больше смазки? — А ты её вообще сейчас использовал? — Я не помню. — Гавриил! — Тихо. Я запутался во всех этих действиях. Их много, а я один. Делегировать здесь некому. Демон хмыкнул и покачал головой, Дьявол, ну какого же хрена они здесь творят, а? Гавриил выдавил побольше смазки и пристроился ещё раз. Демон выдохнул — зашло намного легче. Уже наполовину, по крайней мере. — Зачем тебе такой большой член, Гавриил? Ты же ангел и вряд ли когда-либо его стал использовать по назначению. — Откуда мне знать? Я не разбираюсь в человеческих органах. — Но ты ведь такой, каким представляешь себя. Значит ты представляешь себя здоровенным доминирующим мужиком-тираном с большим членом. — Это плохо, если он большой? Вельзевул рассмеялся. — Да нет. Тут жаловаться только мне, я же принимающий. И его тело, слегка содрогнувшись, пустило архангела до самого упора. С глаз стекло пару капель аж от неожиданности. Вельзевул обтёр всё об подушку. И замер. У него по ощущению как будто произошло расширение сознания. Он не знал, как это описать, но он как будто бы стал чувствовать в десять или даже в двадцать раз сильнее. Гавриил медленно дышал. Было странно, когда чужие мышцы оплетали тебя там. Это было странное удовольствие. Неизмеримое. Он такое нигде ещё и никогда не испытывал. На материальном уровне, по крайней мере. На духовном это было… когда-то давно. Когда запела первая песня Бога и они все взглянули первый раз друг другу в глаза. — Двигаюсь? — М…мед-дленно, пожалуйста, — тихо и с натугом выдал ему Вельзевул. — Понял, — после этого архангел попробовал подвигаться и это тоже было странно. Это било каким-то неясным для него чувством. Чувством эфемерным. Было ощущение, что всего мира вокруг них сейчас не существует, а существует только лишь их соединение. Только одна единственная точка соприкосновения. Которую хотелось щупать, гладить, входить и заходить в неё. Господи боже, как же Гавриила стало раскатывать этим ненормальным чувством экстаза или эйфории, когда чужая задница наконец-то позволила ему ездить как по маслу там внутри. И он облегчённо выдохнул, подмечая как демон ещё больше расслабился. — Как? — Вроде… есть контакт, — тряслись у демона руки. Член нещадно пульсировал, а желание подставляться под ангела ещё больше, росло в его голове в какой-то ненормальной геометрической прогрессии. Было немного больно. Но было и сладко. Хотелось чтобы так с ним продолжили, чтобы просто очень хорошенько уже наконец-то его выебали. Он будто бы всю жизнь только и мечтал, что о таком положении. А почему мечтал — Вельзевул не понимал. Но его заводила собственная боль, ему хотелось, чтобы она только ещё больше усиливалась в нём. Поэтому, когда Гавриил толкнулся в него хорошенько, а из глаз, кажется, всё-таки посыпались искры, Вельзевул почувствовал, как расслабляется ещё больше. И горько-сладкое, становится просто сладким. Ему правда нравилось быть под ним. Осознавать свою роль того, над кем доминируют. Он облизывал свои губы и с таким наслаждением подставлялся под ангельские руки, что в какой-то момент почувствовал такое ненормальное напряжение в самом низу, что снова застонал во весь сука голос. Гавриил вытащил и снова зашёл. Это были сложные для него ощущения, как если бы он одновременно выпил кофе с пятью сиропами. Чувств было слишком много. И приятных и странных, и откуда-то взялась злость. Архангел вздохнул. — Как дойти до конца? — Расслабься и… — демон сжал губы. Сука. Как же ему было сейчас хорошо. — И когда… знаешь… м-м-м…ах! — Что-что? — наклонился Гавриил, он явно не расслышал демона. — Просто сосредоточься на… том как тебе… приятно и… подстройся под… этот темп… Архангел ничего не понял, но попытался. Сосредоточился на точке соприкосновения, погрузился внутрь себя и медленно, но верно стал чувствовать как внутри него что-то разгорается. Вельзевул чуть приподнялся, с глаз снова стекло пару капель. Всего на секунду в его голове мелькнула фраза Асмодея, что торопиться не стоит. Всего на секунду, после чего он выкинул её из головы нахуй. И буквально через пару секунд его скрутило таким немыслимым наслаждением. Вывернуло, казалось, до самого основания. Томилось невыразимым и невыносимым напряжением, которое в мгновение ока просто в какой-то момент взорвалось. И настолько неожиданно для Вельзевула, что он даже не понял, что с ним сейчас произошло. По телу прошлась судорога. Сладкая. Нежная. И эйфория захлестнула его мозг всего на пару секунд. Ангел всё продолжал в нём двигаться и это было приятно, а потом в какой-то момент… Мышцы постепенно сужались, возвращаясь в своё привычное положение, от чего Вельзевул резко занервничал, потому что стало. Больно. — Подожди. Стоп. Вытащи! ПОДОЖДИ! — Выдал он на эмоциях. Гавриил, которого сбили с собственного ритма, и который, кажется, уже почти был близок к ощущению того самого, почувствовал огромное раздражение. — ГАВРИИЛ! На второй предупредительный — архангел через злость всё же отстранился от демона. — Что?! — зло выдал он, сам удивившись своей реакции. — Что-то не так, — выдохнул Вельзевул и ощупал рукой себя снизу, наткнувшись на вязкую липкую жидкость. И вот с этого момента его охватила лёгкая паника. Пока ещё не колотила но, от чего-то полезли не самые лучшие мысли в его голову. — Я кончил. Кажется, — констатировал факт Повелитель Мух. — Понятно, — поджал свои губы архангел. Ему было ни черта не понятно и почему-то ужасно колотило обидой и злостью от того, что его прервали вот так вдруг ни с того, ни с сего. А демон поджал губы. Он подставил их двоих. Надо было помедленнее, а теперь хрен его знает, когда у него встанет обратно. Конкретно сейчас, ему кажется, что больше никогда. Он вообще, не хочет, чтобы его кто-то прямо сейчас трогал. Ещё и сука стыдно, что в итоге из них двоих чёртов скорострел — именно демон. И просить о том, чтобы его как-то разогрели обратно — Повелителю Мух, казалось, каким-то не правильным и неуместным. Он здесь развёл архангела на всё это действо и не выдержал градуса, вкидывал идеи, направлял он. И именно демон должен нести ответственность за чужое нереализованное Возбуждение. Кончить должны оба. А то Гавриил с ним точно уже никогда на такое не согласится. А демон бы хотел. Ему вообще-то, честно говоря, понравилось. Вроде бы? Он не способен сейчас оценивать, у него по ощущениям сейчас разболелось сердце или что это там в груди? Демон перевернулся на бок. — Можно таймаут пять минут и продолжим? Если что, я тебя расслаблю как надо, и продолжим. Гавриил глянул на него с недоумением. — Ты не хочешь больше? Вельзевул поджал губы. — Да нет хочу, — солгал он ему наполовину. Наверное. Ведь он хотел, пару минут назад, а вот сейчас как бы не очень хочет, но. Можно ведь притвориться. Как Гавриил. Он же притворяется? Почему и Вельзевул не может притвориться, что у него всё в порядке и его всё устраивает? — Но мне… кажется, — лег Гавриил напротив демона, злость постепенно отходила на дальний план. — Ты всё-таки конкретно сейчас, больше не хочешь. Вельзевул хмыкнул. Почему когда не надо, этот ублюдок был настолько проницателен? Почему? Почему бы и ему не притвориться, что у них вдвоём всё в порядке и не закончить начатое дело до конца? — Ты ведь не любишь, когда дела висят не законченными, так что. Давай завершим, чтобы ты мог спать спокойно. — Но я не нуждаюсь в сне. — Это образное выражение. Ангел. Короче, не парься. Сейчас всё сделаем как надо. Закроем гештальт. Гавриил посмотрел на него с искренним недоумением. Он, честно говоря, и сам уже расхотел. — Я тоже не хочу. Вельзевул закатил глаза. — Мне не сложно, я же сказал, я хочу тебя. — Я так не думаю. Ты мне лжёшь. Вельзевул кусал губы. — В общем. Знаешь что. Забей. Можешь заканчивать, я потерплю, мы же всё-таки договаривались, — нервно улыбнулся он, стараясь держать лицо и не думать сейчас. Даже не чувствовать. Всё тело ужасно трясло. Гавриил слегка нахмурился, пытаясь поймать чужие серые глаза, но они постоянно куда-то нещадно ускользали. — Я не могу. Так. — Я разрешаю, ангел. Всё впорядке, — дрожали у него губы, — я практически настроился обратно. Архангел протянул осторожно руку к чужому лицу, чтобы демон так сильно от него не извивался и не уворачивался, и наконец-то поймал взгляд Князя Ада. — Но тогда это будет… Гавриил замолчал. Кажется на целую вечность. — …изнасилование, Вельзевул, — наконец прошептал он, — а у нас по обоюдному… Архангел снова замолчал и на этот раз отвёл взгляд первым, подбирая наилучшее завершение фразы. -…согласию. Политический союз по обоюдному согласию, — наконец-то договорил Гавриил. Повелитель Мух пялил на него во все глаза, прокручивая чужие слова у себя в голове снова и снова. И опять. А затем резкая улыбка поползла у него по лицу, и он, не сдержавшись, очень громко засмеялся. Так сильно и истерически, что перед глазами как будто бы возникла какая-то пелена, но на самом деле это были просто его слёзы. Пару капель скользнуло резко по лицу вниз, вытекая из одного глаза в другой, переплетаясь и дрожа, потому что Повелитель Мух всё продолжал нещадно смеяться. Внутри было пусто. Просто пусто. Там не было ничего. Ничего из-за чего он мог бы так яростно хохотать, но по какой-то неведомой ему причине Князь Ада всё никак не мог остановиться. Гавриил смотрел на него в каком-то шоке и что-то чувствовал. Что-то жутко болезненное и неприятное. Аж лёгкие сковало изнутри и захотелось от чего-то зарыдать и завыть. В голос. Архангел вдохнул-выдохнул и осторожно провёл рукой от плеча Вельзевула до руки. Тот, видимо прочувствовав вторжение в своё личное пространство — резко содрогнулся и скорчился. А затем, сделав глубокий вдох, перевернулся в противоположную от архангела сторону, зажимая лицо руками. Смеяться у него наконец-то получилось перестать. Но свои блядские слёзы он по какой-то причине всё никак не мог остановить. Они просто зачем-то всё продолжали куда-то стекать вниз теперь уже по другой половине лица. Как и сопли. Сопли тоже текли из его носа дурацким ручьём. Вельзевул сжался и всё никак не мог отдышаться. Лёгкие как будто сдавило на пару секунд или горло, или что ещё это было: он не знал. Болело по ощущению просто везде. От чего Повелителю Мух, казалось, что он просто разучился дышать по-нормальному. Что вот всегда было так, через всхлип, через глоток соплёй в перемешку со слёзами и слюней, что вытекали беспомощно из его рта. Всегда было так: что его ебут, а он всем ещё и терпеливо подставляется. Лишь бы кто чего лишнего ему не наговорил. Потому что, если не соглашаешься, потом ебали вдвойне. Ещё и жёстко. Метафорически конечно и сугубо ментально. Но это не значит, что он нихрена не чувствовал. Это не значит, что каждый раз не было больно. Это вовсе не значит блядь, что он не пытался сопротивляться. Просто в какой-то момент он смирился. Что на него можно всё спихнуть. Спихнуть просто всё. Весь Ад, все свои чёртовы обязанности, отчёты, незавершенные дела, все свои проёбы, отмену Апокалипсиса, финты Кроули, пропажу Люцифера. Просто блядь всё. Нахуй всё. Всё, что только было. Можно блядь спихнуть на него. И он это хавал. Нещадно глотал последние пару тысячелетий, даже когда тянуло уже, откровенно говоря, блевать. Когда уже ужасно трясло. Он всё равно вставал в позу и с мазохистическим удовольствием глотал. На полную. Как будто бы ебаного падения ему было недостаточно, как будто бы Вельзевулу нравился особый сорт психологического насилия. Падение это так. Больше физически. А чтобы совсем кайфово было, надо ещё и ментально. Чтобы ни встать, ни присесть было. Чтобы отказало не только тело, но ещё и мозг, и душа. Чтобы его блядь уже наконец расщепило, потому что он нахуй не вывозит эту ебаную жизнь уже очень и очень много лет. Подтирает за всеми, прибирается, вылизывает. А потом кто-то приходит после и снова всё тоже самое дерьмо. ВОТ ПОЧЕМУ БЛЯДЬ ВСЁ ЭТО ЕГО НЕЩАДНО НАХУЙ ДО НЕВОЗМОЖНОСТИ ЗАЕБАЛО! — Вельзевул, — тихо зовёт его Гавриил и протягивает руку к чужому плечу. Тот лишь дёргается и сжимается молча ещё больше. Тело дрожит. Архангел молчит и снова что-то перемалывает или переламывает в своей голове. По его лицу это сейчас не за что было бы не понять. Внутри него шла невозможная война. Целый мать его Армагеддон происходил сейчас в голове Гавриила. Потому что он знал, что сказать, чтобы демону стало легче, но не мог через себя переступить. Знал, но не мог. Горло сковало, а сердце жгло. Он суетно бегал глазами по чужой искривлённой выгнутой обнаженной спине. Выжигал фиолетовым взглядом каждый позвонок демона и всё не решался. Всё чёрт возьми не решался. Он вообще в своей жизни наверное никогда и ни на что по-нормальному не решался, в отличие от этого чёртового Азирафаэля. Архангел проскрипел зубами. Он ужасно злился сейчас. Действительно ужасно злился. И всё не мог понять на кого. В его голове мелькали образы сотен и сотен лиц, и ни одно из них так сильно не бесило его сейчас, как собственное отражение в окне в Небесном сука офисе, которое он разглядывал сегодня с утра. И в каком-то ненормальном порыве ярости, Гавриил наконец сделал выбор и осторожно придвинулся к самому уху демона. Он разомкнул губы и завис. Слова почему-то не шли. Почему-то совсем не выдавливались из его уст. Глаза аж чёрт возьми защипало от того, насколько ему было сложно сказать пять простых слов. И, задержав, дыхание, одними лишь губами у самого его уха, так чтобы слышал только и только он, Гавриил тихо шепчет: — Я чувствую тоже самое. Вельзевул. Князь Ада на секунду застыл, медленно переваривая чужие слова. Информация до него доходит вязкой и искажённой жижей. Вельзевул не сразу понимает о чём сейчас идёт речь, но когда наконец понимает… Глаза демона шокировано расширяются, и он резко поворачивается к Гавриилу весь перемазанный в соплях и в своих чёртовых слезах. Он пялится беззащитно и весьма зажато своим затравленным взглядом в фиолетовое бесконечное небесное поле. Таким кажется ему сейчас взгляд Гавриила. Демон теряется в этом неземном цвете сейчас. Суетно перебегает от одного глаза к другому. А архангел всё пытается поспеть за демоном, всматриваясь в ответ. Вельзевул открывает рот и что-то говорит. Пробует, по крайней мере, но из уст вырывается только свист. Гавриил всматривается в его губы и пытается прочесть. И раза с пятого наконец различает это скупое, еле выговаримое: «Обними меня» Ещё секунда у него уходит на восприятие информации, а затем, недолго думая, он широким движением рук, молча, притягивает демона к себе. Вельзевул тоже молчит. Так изредка только носом хлюпает, да зубами иногда стучит, когда его местами хорошенько так передёргивает. Это у них такая традиция видимо уже. Заканчивать любую ебанину объятиями. Ну или начинать… Вельзевул не оценивает. Знает только, что вот сейчас вроде как и легчает, а не душит, как у него обычно бывает, когда обращаются слишком нежно, когда оказывается не ебут без спроса. Когда с ним пытаются общаться по-нормальному — демон по какой-то причине каждый раз ломается. Каждый раз просто не понимает как с этим жить и что с этим делать. Ведь Вельзевул уже очень давно не чувствовал как это: когда с тобой по-нормальному. Он вообще понятия не имел, что этот чёртов архангел умеет так. Начиналось ведь всё как обычно. Всё как Князь Ада и любит. Жёстко, без обязательств, без каких-либо нормальный границ. А оказывается его нагло обманули. Это была лишь маска. И на самом деле Повелитель Мух встрял в какой-то другой абсолютно ёбаный пиздец, который подсаживал тебя на совершенно новый уровень наркотиков. Такое Вельзевул в своей жизни ещё не пробовал блядь. Ебанные ангельские безумно тёплые и до невозможности приятные объятия! Понимание! Разговоры по душам! Возможность говорить «нет»! Это тебе не кактусы жрать пару тысяч лет и убирать дерьмо абсолютно за всеми! Повелитель Мух вжался в Гавриила посильнее и с ужасом осознал: Он понятия не имел, как теперь слезть с этой наркоты. Как вообще потом от такого однажды отказываются. Просто блядь как? Он сглотнул и резко зажмурился. «Если однажды не вывезу, — подумал про себя Вельзевул, — просто прыгну в какое-нибудь озеро со святой водой, перед этим красиво послав нахуй весь Ад и Дьявола лично» А Гавриил ни о чём не думал, он прижимал к себе демона как только мог и молчал. Гладил пальцами его по волосам и в какой-то момент просто так. Поцеловал в макушку. Так прошла целая вечность.