Одного полёта птицы

После просьбы-приказа от Двалина прошло больше получаса. Почему до сих пор не вернулся Лёха? Я без слов встала, всматриваясь в чащу. Да, я знаю, что искать тра́вы — дело небыстрое… но сорок минут?! Ещё сыграло то чувство «ментальной связи», или как это там называется. Короче, предчувствие у меня было не очень. — Кира? Всё нормально? — обратился ко мне Фили. Его брат с хоббитом тоже смотрели с настороженностью. — Да Лёши что-то нету. Я пойду поищу. Я настойчиво зашагала в сторону деревьев. Не прошло и пяти секунд, как братья догнали меня, встав по обе стороны. — Мы с тобой! — лучезарно улыбнулся Кили. Бильбо крикнул нам вслед, чтоб не задерживались, на что братья помахали руками, аля «в порядке». — Да, — кивнул мне Фили, — нечего тут одной разгуливать. — Спасибо за заботу, — фыркнула я, качая головой. Они как-то странно переглянулись, но я не обратила на это внимание. Мы уже отошли от нашей полянки на метров двадцать, так что уже можно было и остановиться. Я громко позвала брата, оглядываясь во все стороны. Ответа не было. — Может, он в другую сторону пошёл? — предположил Кили. Я отрицательно покачала головой — если Лёхе не вздумалось обойти по кругу нашу поляну, то он должен быть в этой стороне. Выкрикнула его имя ещё раз, в ответ — тишина. Тут моё шестое чутье подсказало, что нужно идти направо, поэтому я так и сделала. Оставалось надеяться, что моя интуиция не подведёт. И не подвела! Через полминуты упорной ходьбы я увидела брата, сидевшего под деревом. Лёха опустил голову на согнутые колени, а пучок с травами лежал около него. Я без колебаний подскочила к брату, присаживаясь: — Лёха! — потрясла его за плечо, — Лё-еха! Он практически сразу поднял голову, хмурясь и оглядываясь. — Что с тобой? — Не знаю. Сначала нормально всё было, а потом — чем дальше отходил, тем хуже становилось… — Может, что-то с травами? — присел рядом Фили. Лёша замолчал, переводя взгляд на братьев, только сейчас их заметив. Потом поднялся, оглядываясь в сторону нашей полянки. Потом опять посмотрел на меня, снова хмурясь. Я уже знала — когда у него такое выражение лица, то это значит одно — Его Гениальность что-то придумало. — Так, а-ну отойди, — махнул рукой, а братьям кинул: а вы стойте. Я молча повиновалась. Ну а что? Если брат что-то придумал, то протестовать бессмысленно — в 99% случаев я буду неправа! И знаете что? Как только я отдалилась на двадцать шагов, то у меня снова заболела голова — прямо как час назад, у ручья. Игнорируя это, я пошла дальше. Ещё десять шагов — в груди защемило, в висках запульсировало, вдохи давались невероятно тяжело. Это заставило меня остановиться — ещё один шаг, и я потеряю сознание! Хотела об этом сказать, но уже не было сил — только нагнулась, упирая руки в колени. Но через пару секунд всё прояснилось — ко мне подбежали парни. — Ты как? — поинтересовался Фили, кладя мне руку на спину. Всё снова обрело чёткие контуры, и я выпрямилась, несколько раз моргая. — Лёха, паразит, если ты что-то придумал, то говори быстрее! Я второй раз так идти не собираюсь! — Да придумал, придумал! — он поставил руки на пояс — жест уверенности, — не знаю, как это работает, но когда мы отходим от вас, — кивнул гномам, — то самочувствие сразу ухудшается. — У меня всё в порядке с самочувствием, — произнёс Кили. — Да в том-то и дело, что это только у нас. Лучше бы, конечно, ещё несколько раз проверить… — Та щас! — Ну вот! А… — Вы что там делаете?! Мы вчетвером синхронно повернулись к источнику возмущения — вдалеке стоял Торин, при чём не очень довольный. Я б даже сказала — жутко недовольный. — Уже идём! — выкрикнул Фили, подталкивая нас. — Где вас носило? — спросил Торин, когда мы подошли ближе. — Мы травку собирали, — улыбнулась я, а Лёха поднял руку с пучком. Дубощит посмотрел сначала на нас двоих, а потом на братьев. И опять на нас. — Это по-вашему нормально? — выгнул бровь он. — Да нас Двалин попросил! — объяснил Лёша, поняв, о чём подумал гном. — А вы куда попёрлись? — спросил у Кили с Фили, — ладно, неважно! Бегом обратно, мы уже уходим! — и с этими словами зашагал к остальным. — Как — уходим? — возмутился Кили, нагоняя Торина, — а завтрак? — Завтрак ему подавай! — хохотнул Дубощит (а вот интересно, это у него фамилия такая или кличка?), — не надо было ходить непонятно где. — Ну дядя! — Не надо мне тут, — он махнул на братьев рукой, — по яблоку возьмите и рассаживайтесь на пони. Жесть какая-то! Не поход, а колония строгого режима. Лёха отдал травы Двалину — он одобрил, и мы сделали то, что нам приказал Торин. И вот, жуя второй раз яблоко вместо приёма пищи, мы отправились в путь. Я по очереди рассматривала каждого нашего спутника. Они были очень похожие и разные одновременно, но в голове никак не укладывалось то, что для их мира такой внешний вид — норма. Да у меня в принципе ничего в голове не укладывалось! Мы попали в другой мир? С гномами? С магией? С каким-то, мать вашу, хоббитом?! Всё ждала, когда из кустов выпрыгнет какой-то чувак, скажет «я уже играл в эту игру!», и объяснит, что нам делать. Но, естественно, придётся всё выруливать самим.

***

Нормально поесть удалось только вечером, когда остановились на ночлег. Вообще-то хоббит Бильбо сказал, что обычно они едят три раза в день, но сегодня походу какое-то исключение. На удивление, в качестве перекуса дали уже не яблоко, а целую полоску вяленого мяса! Сейчас я сидела, всей душой ожидая кашу от Бомбура. Лёха пытался выйти на контакт седым гномом — Балином, который показался ему довольно умным, чтобы рассказать что-то интересное и может тоже связанное с какой-нибудь их биологией. А я решила подсесть к Гэндальфу. Ну а чё нет? — Гэндальф, а скажите, у вас есть жена? — с искренним интересом спросила я. Он тихо засмеялся, качая головой. Опять я задаю тупые вопросы? — Нет, Кира, я ведь не обычный человек. Я молчала, но вопрос «а кто?» можно было прочитать пл моему лицу. — Здесь нас называют Истари. И мы прибыли в Средиземье для того, чтобы помогать народам… Оказалось, что таких, как Гэндальф здесь аж пятеро, какие-то Сарумян, Что-то-там-гаст и ещё две синие фигни. Правда про цвет я так и не поняла — ну «Бурый» допустим какой-то негр, «Белый» и «Серый» тоже понятно (хотя у Гэндальфа кожа довольно-таки здорового оттенка), но «Синие»? Они как смурфики, что-ли? Ладно, неважно. Важно то, что роль магов — служить Средиземью, а не гулять по бабам. А, ещё он сказал, что они бессмертные. Это вообще шок! От Гэндальфа пришлось отстать, ведь к нему подошёл поговорить Торин Дубощит о каких-то суперважных и секретных делах. Ну ничего! Я уселась возле Бофура — удивительно, он ни с кем не разговаривал, поэтому я воспользовалась возможностью. — Чего тебе? — с ходу спросил он. Я удивлённо вскинула брови. — Поговорить просто! — Да что-то больно вы разговорчивые, — хмыкнул он, — я всё видел. И с Бильбо, и с Кили и Фили, и с Гэндальфом, а братец твой вон и сейчас Балина допрашивает. — Вас это смущает? — я округлила глаза. — Ну как сказать… Взялись не пойми откуда, расспрашиваете обо всём подряд… К нам подсел гном с куском топора во лбу и произнёс что-то на непонятном мне языке. Бофур кивнул ему, а потом повернулся ко мне и с выражением лица «а я о чём» объяснил: — Бифур тоже считает это подозрительным. У них чё, вообще фантазии на имена нет? — Да вы что! — я подняла руки в примирительном жесте, — понимаете, я на родине выучилась на журналистике. Ну, это вид деятельности, напрямую связанный с общением с разными людьми. Например, расспросить кого-то о чём-то, а потом написать, эм-м, пересказ и выложить его на всеобщее обозрение. — И что это, работа твоя, что-ли? — прищурился гном. — Типа того. Да я и вообще люблю общаться, — широко улыбнулась я, — я ж вас совсем не знаю, конечно, мне всё интересно! — Та мы заметили. Ладно, допустим, я тебе верю. Только кому ты потом пересказы свои показываешь? И почему-то уже не я задавала вопросы, а он! Я рассказала Бофуру и Бифуру (не знаю, понимал ли он меня, но по крайней мере ничего негативного не говорил) о газетах, про которые в их Средиземьи и не слышали. Про интернет я и заикаться не стала. Кстати, а что там с моим телефоном? Наконец-то нас позвали есть, и я встала отряхиваясь. Бофур улыбнулся: — Кстати, красивые камни в ушах. Я не сразу поняла, что это он про проколы с серёжками. — Спасибо! У нас это «пирсинг» называется. Не знаю, было ли это из-за голода, или реально так, но каша получилась просто отпад. Мясо тоже, на удивление, не острое. Я в сердцах поблагодарила Бомбура, используя всё своё красноречие для комплиментов. В этот раз мы с Лёшей уже не сидели отдельно, а присоединились ко всем, разместившись на бревне рядом с Фили и Кили. Гномы не замолкали ни на секунду, постоянно смеясь и что-то рассказывая. Истории у них были интересные, но, правда, местами выглядели немного неправдоподобно. — Сейчас петь начнут, — шепнул мне Фили, кивая в сторону троих раззадоренных гномов (я ещё не запомнила их имена, но это что-то точно заканчивающиеся на «ри»). Они действительно начали петь, но я уже на них не смотрела. Перевела взгляд на Фили, на чьём лице переливался свет от пламени костра. Про себя отметила, что он очень симпатичный даже по меркам нашего мира — светлые вьющиеся волосы, голубые глаза, волевой профиль и приятная улыбка. Косички на усах, конечно, были немного смешные, но вид совсем не портили. Кили от брата тоже недалеко ушёл — мог занять почётное звание краша всех девчонок. Наверное, среди любителей фильмов фанаток у него больше всего. Я посмотрела дальше — Торин, между прочим, тоже ничего такой. Прям сразу видно — настоящий мужик. Внешность впечатляющая, сразу понятно, почему он тут у них главный. Не, Двалин может тоже не урод, но за ним в поход я б не пошла. Не удивлюсь, если Торин тут в принципе какую-то высокую должность занимает. Интересно, а у них тут есть президенты? Надо спросить… От подальшего созерцания меня оторвал Фили, поинтересовавшись, чего это я так всех разглядываю. Спросил он тихо, да и и так вокруг стоял шум и гам, поэтому я честно ответила, не переживая о том, что кто-то ещё услышит: — Составляю список самых красивых мужчин среди вас, — гном в ответ прыснул. — И кто лидирует? Я серьёзно задумалась, как будто от моего мнения зависела чья-то жизнь. — На мой вкус — ты, — он от такого заявления аж поперхнулся, но потом сразу заулыбался, а я продолжила, — потом Кили. Потом Торин. Знаешь, Бильбо тоже хорошенький, — я накрутила прядь волос на палец, раздумывая, — остальные все какие-то одинаковые. И старые, если честно. Фили заржал, на что я возмутилась. — Ну и вкус у тебя! — хохотнул он, — ты только громко это не говори, а то засмеют все! — И кто ж по твоему мнению тут самый красивый? — Точно не Кили! — он пихнул брата локтем в бок, от чего тот чуть не свалился с бревна. — Эй! — Радуйся, братец, тебя в списке красавчиков на второе место поставили! — В смысле?! А на первом кто?! — Ну, я, — Фили улыбнулся во все тридцать два. — Что за бред! — возмутился Кили. — Да, я тоже думаю, что тебя всё-таки можно были пониже опустить! — Ты обалдел?! — Так, закройтесь оба! — остановила их я. — Что вас так удивляет? — Да то что не тем ты смотришь, — ответил Фили, — бесспорно, Торин среди всех самый красивый — и борода, и мужественность, и осанка, и статус. Но я б на второе место поставил Глоина. — Глоина?! И это ты мне говоришь про вкус?! Оба гнома просто молча смерили меня взглядом. — Понятно, — я махнула рукой, — слишком разные у нас критерии. — Нет, ну засунуть Фили на первое место, это надо уметь, — покачал головой его брат. — Я, конечно, польщён, — снова хохотнул гном, на что я закатила глаза. — Беру все свои слова обратно. Бильбо — на первом месте! И по поведению тоже. Я повернулась к Лёхе, пододвигаясь ближе. Он смотрел в одну точку, явно о чём-то задумавшись. Естественно, я поинтересовалась, о чём. Брат мельком глянул на меня, кинув «потом». Ага. Что-то сверхсекретное, значит. «Потом» наступило достаточно быстро — гномы уже начали расходиться на боковую, да и мы с братом, если честно, уже устали. Как и вчера, нашли себе место относительно подальше от всех и расстелили худи Лёши. Перед тем, как лечь, я показала средний палец до сих пор улыбающемуся Фили, но он этот жест, кажется, не понял. — Я вот что думаю, — прошептал Лёха, когда мы легли, — если мы не можем отойти далеко от Отряда, то как мы останемся в Ривенделле? Вместо ответа протяжно вздохнула. — Думаешь, эльфы там нам помогут? - спросил он. — Там эльфы? — Ну да. А ты что, думала, тут одни гномы живут? — Да я вообще ничего не думала! У меня не настолько много времени, чтоб у всех всё расспрашивать. — Ладно, неважно, — он закатил глаза, — Балин сказал, что хоть они эльфов и не любят, но лично он не отрицает, что в Ривенделле они довольно умные. — Мне сказали, что эльфы — тупые мерзкие сволочи. Теперь настала очередь брата протяжно вдыхать. Кажется, гномы — не самый надёжный источник информации. — Ну мне, правда, ещё сказали, что Глоин тут самый красивый, поэтому даже не знаю, чему можно верить. — Ага, — хмыкнул Лёша, — ладно. До Ривенделла ещё дойти надо. — Слушай. Может, мы из-за меток к ним привязаны? Когда только тут оказались, нормально же всё было, а гномов рядом и в помине не было. А сегодня эти хрени появились, и началось. — Хм… — Лёха задумчиво потер подбородок, — интересная мысль. Как связь через артефакты, только у нас это, эм-м, знак на теле? — Типа того. Слушай! - мои глаза загорелись, - А может мы вообще тут по заданию высших сил? — Ага, ещё скажи — избранные! - фыркнул он. — Ну а почему нет? — Потому что это звучит как клише из дешёвого фэнтези. — Так мы, может, в таком и оказались! Оба рассмеялись, но потом замолчали. Слишком уж много было странного за последние сутки. А впереди — неизвестность. Я на мгновение прикрыла глаза, вдыхая ночной воздух. Где-то вдалеке гномы уже посапывали. Над лагерем тянулся мягкий запах каши, дыма и трав. Всё казалось почти уютным… если забыть, что мы не у себя дома. — Лёш. — М-м? — А если мы домой не вернёмся? Он повернул голову, посмотрев на меня. — Вернёмся, — сказал брат твёрдо. — Найдём способ. В любом мире есть выход. Хотелось надеяться. — Знаешь, — прошептала я через несколько минут, переворачиваясь на спину и устремляя взгляд в звёздное небо, — поход это, ведь действительно, не так уж и плохо… Утром начался проливной дождь. В своих словах я уже начала сомневаться.