Любовь зла

Им удалось отыскать нужное здание в северной части Филадельфии — частный таунхаус, арендованный братством вне кампуса университета Темпл. Тайлер узнал дом по веранде и выцветшей вывеске. Но днём говорить там было не с кем: большинство членов братства разбрелись по занятиям, а оставшиеся страдали от похмелья. Было решено вернуться позже — во время вечеринки — под видом студентов. Вечером дом гудел, словно улей. Музыка сотрясала стены, окна дрожали от басов, а из дверей и окон вырывался тёплый запах алкоголя, дозодоранта и пота. Толпа студентов стекалась внутрь, смеясь, спотыкаясь и неуклюже размахивая пластиковыми стаканами. Они договорились разделиться, чтобы быстрее найти подозреваемую. Уэнсдей исчезла в потоке гостей, и через минуту он её потерял. Тайлер протиснулся внутрь, машинально отмечая выходы и лица. Толпа дышала жаром и беспечностью. Красные стаканы перемещались из рук в руки, никто не знал, чей какой — и это было частью веселья. Кто-то всучил ему стакан с выпивкой. Тайлер принюхался — дешёвое пиво. Он секунду посмотрел на остатки пены, потом залпом выпил содержимое. Всё-таки последний раз, когда он притрагивался к алкоголю, был ещё до того, как Уэнсдей Аддамс появилась в Джерико. Следующий стакан он взял уже сам — из рук студента, едва державшегося на ногах. Тот не рассердился, лишь пьяно улыбнулся ему. В этом пиве уже чувствовалась примесь чего-то покрепче. Тайлер бродил из комнаты в комнату, впитывая энергию происходящего. В голове приятно шумело, он старался запомнить каждую деталь — каждый звук, каждый запах. Ведь ему вряд ли ещё когда-то светит оказаться на «вечеринке братства». Забредя на кухню, он решил налить себе что-нибудь вроде водбула. Там сидела девушка, никак не отреагировавшая на его появление. Стол и столешница были заставлены бутылками из-под пива и энергетиков. Тайлер пробежался взглядом по хаосу в поисках водки — и наткнулся на фотографию в рамке, окружённую несколькими свечами в стеклянных подсвечниках. Он подошёл ближе и узнал девушку с фото — ту самую, из видения. — Уроды, — произнесла незнакомка, не глядя на него. — Мало того, что устроили вечеринку меньше чем через месяц после смерти Дениз, так ещё и её фотографию спрятали сюда, среди бутылок. — Вы были близки? — спросил он. — Она была моей подругой, — ответила та и наконец посмотрела на Тайлера. Девушка на секунду замерла, оценивая его внешность, и чуть заметно подобралась — в её взгляде мелькнул живой интерес. — Ты тут впервые? Я тебя раньше не видела. Галпин пригляделся. Кажется, именно она была на снимке в телефоне. Из-за полумрака и ударившего в голову алкоголя определить точно было сложно. Его взгляд сместился — и он увидел её. Уэнсдей стояла у лестницы, освещённая мигающими гирляндами. Волосы, обычно заплетённые в косы, свободно спадали на плечи. Лёгкий дымчатый макияж и тёмная помада придавали ей вид королевы теней — от которого даже самые пьяные понимали: лучше не приближаться, если не готов умереть с эстетикой. Но один всё же рискнул. — Извини, — коротко бросил Тайлер собеседнице и направился к самоуверенному идиоту. Уэнсдей заметила его раньше. Её глаза заметно расширились, взгляд потемнел. Девушка, стоявшая рядом с ним на кухне, теперь казалась раздражающе лишней деталью — и первым объектом для выброса ярости. Бедняга, решивший подкатить, даже не понял, что стало причиной. Он произнёс пару фраз, но Уэнсдей уже не слушала — её зрачки расширились, дыхание стало неровным, из груди вырвалось глухое, нечеловеческое рычание. — Чё за… — начал парень, но не успел договорить. — Какие-то проблемы, приятель? — Тайлер встал рядом с Уэнсдей, демонстративно обняв её за талию. Он незаметно ущипнул её, призывая к порядку. — Чел, у твоей девки какие-то нелады с психикой, — буркнул тот, пятясь. — По-моему, тебе уже хватит, — жёстко перебил его Галпин, глядя исподлобья. Несмотря на то, что силы хайда в нём больше не было, он излучал угрозу. Уэнсдей почувствовала это — и по её телу прошла дрожь, в которой смешались раздражение… и что-то опасно похожее на удовлетворение. — Теперь ты понимаешь, почему я стараюсь не оставлять тебя одну, — произнёс он, когда горе-пикапер ретировался. — Ты привлекла ненужное внимание. — А сам предпочитаешь развлекаться в обществе девушек с низким болевым порогом? — Не нуди, — буркнул Тайлер, потянув её к выходу. — Ты что, напился ради конспирации? — ядовито уточнила она, учуяв запах алкоголя. — Я обнаружил следующую жертву, — ответил он, делая вид, что не слышал сарказма. Когда они вышли на веранду, воздух обжёг прохладой. — Она выведет нас на убийцу. — Если это твой способ «расследования», не удивлюсь, если следующей жертвой станешь ты. — Тебе очень идёт, — вдруг сказал Тайлер, глядя на её волосы. — Не меняй тему, — отрезала она. — Пообещай мне кое-что, — продолжил он серьёзно. — Когда всё закончится — ты доучишься, поступишь в колледж, будешь ходить на вечеринки и развлекаться за нас обоих. — Я не понимаю. — Ну, мне очевидно, что мне больше не светит побывать на чём-то подобном, — он махнул рукой в сторону гудящего дома. — Буду вместе с Ларчем убирать ваше кладбище. — Ты разве не собирался вступить в «братство хайдов»? — Скажем так, эта дверь передо мной захлопнулась, — усмехнулся он, но в голосе звучала горечь. На этот раз Уэнсдей не ответила сразу. — Мне жаль, — сказала она, без привычной иронии. Тайлер усмехнулся, но без обычного вызова. — Я вообще мог сгнить в Уиллоу Хилл, если бы ты не вмешалась. Так что быть помощником вашего дворецкого — не худшая перспектива… Он не успел договорить — музыка внезапно оборвалась, словно кто-то выдернул штекер из розетки. Оба мгновенно насторожились. Такая тишина на шумной вечеринке никогда не предвещала ничего хорошего. — Прекрати вести себя как истеричка! — донёсся громкий мужской голос из гостиной. Вокруг говорившего уже собралась толпа. — Козёл ты, Маркус! — кричала девушка, побледневшая от злости. — Ей ещё даже надгробие не поставили, а вы уже устроили кутёж! — Она бы хотела, чтобы мы продолжали праздновать жизнь! — выкрикнул парень, размахивая стаканом. — Да ты никогда её не любил! — голос девушки дрожал, но не от слёз, а от ярости. — Её тело ещё не остыло, а ты уже клеишь каких-то левых баб! — Мне кажется, это она про тебя, — вполголоса заметил Тайлер, наклонившись к уху Уэнсдей. — Да ты больная на всю голову! — рявкнул Маркус. — А кто убрал её фотографию из гостиной, а?! — парировала девушка. — Слишком совесть жжёт, да? Парень презрительно фыркнул: — Знаешь что, вали отсюда, зануда. Отныне эти двери для тебя закрыты. — Да я сюда не вернусь, даже если мне заплатят! — выплюнула она и, расталкивая толпу, направилась к выходу. Музыка снова заиграла — громче, чем прежде, будто пытаясь стереть неловкую паузу. — Идём за ней, — коротко сказал Тайлер, толкнув Уэнсдей вперёд. Они едва успели выйти на крыльцо, как услышали визг шин и глухой удар. Серебристая «Хонда» дёрнулась с места, зацепив два припаркованных автомобиля и оставив на дороге россыпь пластика. — Я поведу, — бросила Аддамс, садясь за руль машины. — Ты слишком привязан к жизни, чтобы ехать быстро. Они тронулись следом, держась на расстоянии. Хонда неслась сквозь тёмные улицы, петляя между светофорами и почти не сбавляя скорость. — Кажется ей самой жить надоело, — пробормотал Тайлер. — Она не одна, — ответила Уэнсдей, всматриваясь в задние огни. На заднем сиденье она заметила движение — силуэт. И действительно — когда автомобиль въехал в промышленный район, изнутри донесся приглушённый крик. — Пора выходить на сцену, — заключила Аддамс и дала газу, подрезая «Хонду». Та врезалась бампером в бордюр возле старого склада и заглохла.