Все началось в лапшичной

      На дорогу ушло почти полтора часа, что, учитывая размеры мегаполиса, было относительно немного. Дело было скорее в том, что Кай выбрал место для своей базы на краю промзоны, и до мест обитания обычных людей туда добираться приходилось подолгу. С другой стороны, большинство его знакомых представления не имело, где живет сероглазый торговец данными, появляющийся то тут, то там на серебристом мотоцикле с кроваво-красными вставками.       Они сбросили скорость, пробираясь по узким переулкам, и остановились в подворотне под розовым неоновым и рядом фиолетовых иероглифов. Кай заглушил двигатель и выставил ноги, стаскивая шлем. В воздухе витали типичные запахи техногенного города: выхлоп, где-то пролитый бензин, запах резины и сырых подворотен, из какой-то забегаловки тянуло дымом. Было уже достаточно темно для того, чтобы вывеска слепила глаза.        — Приехали. Только, думаю, стоит предупредить: Лейла — большой фанат модификаций тела. — Он сунул сигарету в зубы и чиркнул зажигалкой. — Постарайся не орать и не ржать слишком громко, когда ее увидишь.       — Эм… Ладно?       Мотор черного монстра, которым управлял Ян, затих, долговязый прищурился, опуская глаза. Он поправил кожанку и спешился, звякнув цепями на поясе и ничего не ответив, направился вслед за Каем на встречу Лейле.       Им пришлось спуститься по узкой лестнице, освещенной неоновой лентой, снизу громыхала электронная музыка, но не дарксинт, который слушал Серый, а самая натуральная кислота, с простым качающим ритмом и крикливыми электронными сэмплами.       Отодвинув в сторону шторку из осколков дисков и каких-то блестяшек, Кай вошел в помещение тату-салона. Стены здесь расписаны монстрами из клыков и щупалец, роспись светилась от ультрафиолетовых ламп. В помещении резко пахло антисептиками и дешевым парфюмом. Помещение около десяти метров в поперечнике, у входа, преграждая путь, стояла стойка, дальше были столы и медицинское кресло, какие-то светильники, с потолка свисало оборудование.       Морф постучал по стойке.       — Кого там еще принесло? На сегодня нет записи!       Из-за расписной ширмы вышел человек. Вместо рук у него были многофункциональные протезы, часть лица отсутствовала, и нижняя челюсть была заменена золотым хромированным протезом, при этом лицо украшал макияж в стиле драгквин. Лысая голова с несколькими портами, худое высокое тело, пышная грудь под более чем незначительном топом, узкая талия, широкие женственные бедра в очень узких штанишках, настолько узких, что был виден не только спрятанный под ними член, но и то, что он с пирсингом, так же как и соски, топ этого не скрывал.       Лейла широко улыбнулась, показывая зубы цветов побежалости с удлиненными клыками, и развела руки для объятий, цокая высокими каблуками, она пошла вперед быстрее.       — Кай, радость моя! Ну наконец, я уже совсем-совсем отчаялась снова увидеть твое блядское личико!        Серый улыбнулся в ответ и зашел за стойку, позволяя себя обнять.        — Привет, Лэй. Я не один, — он чуть прижал ее за плечи и опустил руки. — Это Ян, он побудет моей группой поддержки.       Глаза из-под густых нарощенных ресниц смерили фигуру долговязого, и внимание задержалось, но не на фигуре и не на лице, а на выглядывающих из рукавов краях татуировки.       — Ну, здравствуй, красавчик, — обниматься она не стала, только протянула руку.       В свете ультрафиолета было видно, что выглядывающие тату еще и святятся, создавая вторичный, контурный узор поверх основных татуировок.       — Привет, я Ян, — на секунду замерший аватар бездны с ахуем на лице, наконец ожил и пожал протянутую руку. Он разглядывал Лейлу с нескрываемым интересом. Если до этого он видел существ, которые по своей природе могли менять пол, то трансов он не видел никогда, тем более с таким количеством имплантов.       — Он не местный, не обращай внимания, — махнул Кай ладонью. — Я уже вижу, что ты хочешь его раздеть, но пойдем сначала дела сделаем.       — Как ты догадался, сладкий? — хихикнула татуировщица. — Ну, пошли за ширму, у меня для тебя все готово уже, а ты, Ян, — она сделала акцент на имени, — там вон диванчик, подожди там, мы ненадолго.       Долговязый кивнул непонятно кому, но кивнул и послушно уселся на диван, решив придержать язык за зубами. Когда двое скрылись за ширмой, он немного расслабился, начав исследовать взглядом неоновые росписи мастерской.       Росписи явно были сделаны той же рукой, что и рисунки на телах, чьи фотографии в изобилии украшали стены, показывая мастерство татуировщика.       — Давай, показывай, что там у тебя, — раздалось из-за ширмы.       — Только умоляю, воздержись от комментариев.       — О, стесняшка, хорошо-хорошо.       Послышался звук расстёгиваемой молнии, и комментариев действительно не последовало.       «О как… Так значит… Оооо» - пронеслось в голове аватара.       Он тихо усмехнулся себе в кулак. Вот почему Кай до последнего ему ничего не говорил. Еще в мыслях пронеслось податливое тело, изгиб спины… Златоглазому пришлось сменить направление мысли во избежание неловких ситуаций, когда доберутся до логова, он точно попросит показать.       Вся процедура заняла всего минут пятнадцать, еще десять Лейла сертифицировала инструменты, прежде чем вернуться к своим гостям. И вот теперь настала очередь Яна.       — Ну что, Красавчик, покажешь, что ты с собой сделал?       — Мм? — Ян оторвался от разглядывания картин, фокусируясь на «здесь и сейчас».       — Погоди минутку… Я проверю Кая. — Он извиняющееся улыбнулся Лейле, проходя мимо. Оказавшись возле ширмы, он осторожно заглянул за нее.       — Ты там как?       — Я в порядке, — Серый был полностью одет и как раз накидывал мотокуртку, рядом лежали комки запятнанной кровью перевязки, хотя крови было всего ничего. — Просто надо было некоторые неудобства устранить.       — Понял… — Ян обернулся к Лейле, попутно стягивая куртку. — Всё, любуйся.       Он улыбнулся ей, вернувшись к дивану, куда сложил кожанку и футболку.       — Собственно, мне только недавно доедали правую руку…       — Кто делал? — уточнила она почти ревниво, разглядывая поближе рисунок. Глаза чуть сощурились, когда скользнули по свежим царапинам на плече, но, судя по всему, там и шрама не останется, и ее не сильно они заинтересовали. Грудь и спина оставались чистыми, а часть рисунка, украшавшая низ живота, удостоилась особого внимания. — Тонкая работа.       — Мэй Мэй из Черного лотоса… Знаешь её? — Он развел руки в стороны, поворачиваясь спиной. Татуировка расползалась от низа живота к пояснице, складываясь высоким, своеобразным поясом.       - Знаю… Хмм… - Лэйла придирчиво его осматривала, даже не обратив внимания на Кая, который вынырнул из-за ширмы и устроился на диване, тут же сунув нос в мини-холодильник рядом. - А не хочешь, может, сделать? Грудь или спину забивать будет лишним, а вот шею…       — Я думал про это… Но у меня нет идей… Будто и так хорошо. — Он неопределенно пожал плечами.       — У меня на ногах более тонкие линии… Если смотреть, то сейчас все сочетается. А если добавить что-то еще, то может быть перегруз.       — А давай мы попробуем, — у татуировщицы в руках щелкнул колпачок тонкого маркера, а за спиной Яна не смог задавить смешок Кай. — Не волнуйся, он смывается. И покажи мне свои ножки.       — Сейчас… — спустя минуту Ян стоял перед Лейлой в одних трусах, без носков, ведь они тоже скрывали часть рисунка.       — М-м-м… Какая прелесть, просто очаровательно, но все же нужен акцент…       На своих каблуках Лэйла все равно недотягивала до Яна ростом, и глаза ее были как раз на уровне шеи. Вооружившись маркером, она начала выводить вокруг на шее долговязого узор, вливающийся в его собственный, но немногим более сложный, формирующий причудливый воротник, обрамляющий кольцом ямочку между ключиц.       — А сюда мы поставим блестяшку, — она нарисовала кружочек и отступила на шаг. — Стой на месте, сейчас, у меня был нужный, — развернулась на пятках и скрылась за дверью.        — Что думаешь? - аватар повернулся к напарнику.       Он покрутился, в том числе критически разглядывая себя в зеркале. Длинные волосы были собраны в пучок. Задумка Лейлы ему нравилась, но он сомневался. А по старой мудрости, если ты сомневаешься в татуировке, её делать не нужно на все сто процентов, но микродермал звучал как хорошая идея.       Всполохи краски с обоих рук заходили на шею и грудь, но не пересекались, поэтому пирсинг бы смотрелся там как раз.       — Ты не у того спрашиваешь, я вообще берегов не знаю, — Серый пожал плечами и показал ухо, в котором сидело восемь сережек. — Видишь?       — Тебе идёт. — Он пожал плечами, глянув на ухо. Ноги прошлепали поближе к зеркалу, он еще больше убедился в правильности своего решения.       Лайла вернулась с микродермалом с кусочком ограненного дымчатого черного кварца и прижала его прямо в прозрачной упаковке к нужному месту.       — Как-то так, правда, эта прелесть стоит три тысячи кредитов.       «Сколько?!»       — Хорошо, — сказал рот. — Оплата сразу или после установки?       Он вернулся к дивану, натянув штаны и похлопав по карманам, убедился, что все на месте. Ноги облачились в берцы. Футболку он не надел, понимая, что она будет мешаться.       — Ты хочешь только цацку или будешь забиваться? Тут не на один сеанс работы, — она выразительно подняла бровь.       — Только пирсинг… Твоя задумка очень хороша, но я не уверен. — Он честно признался.       — Ну не уверен, так не уверен, топай за ширму, сейчас и тебя оприходую, — она улыбнулась и указала туда, где только что работала с Серым.       — Понял. — Он скрылся за ширмой, пытаясь устроится поудобнее на медицинском кресле.       — Смотри, красавчик. Сейчас я тебя продезинфицирую, возьму эту иглу, — она показала на довольно большую иголку, — и сделаю у тебя под кожей гнездо, куда потом установится украшение. Придется немного потерпеть, но ты же у нас большой мальчик?       — Хах, придется им побыть. — посмеялся долговязый.       Все произошло быстро. Лейла была профессионалом своего дела, не смотря на внешность, поэтому установка прошла без проблем. Серый дождался, пока Ян из-за ширмы выйдет сам, смерил взглядом своего нового напарника и улыбнулся, проведя языком по верхним зубам.       — После того как она оттерла с тебя фломастер, действительно смотрится хорошо. Будешь блистать и никогда не застегивать воротничок? — он сморщил нос, радуясь глупой шутке.       — Конечно, ты ведь не достаешь до верхней пуговицы… — долговязый вторил шутке, подойдя достаточно близко, чтобы Лейла, занимающаяся стерилизацией инструментов, их не расслышала. Он оскалился клыкастой улыбкой и показал длинный язык Каю.       Серый широко раззявил рот и вывалил язык так, что коснулся им кончика своего подбородка, потом цокнул и отступил на шаг. В Яна полетела его собственная футболка.       — Одевайся давай, а то облизали тебя со всех сторон, а ты и повелся, — невысокий блондин тут же юркнул в сторону, пока в него самого не полетело что-нибудь потяжелее. — Лэйла! Сколько с нас?       — Двенадцать тысяч и еще три за камушек.       — Щас все будет, — он выудил телефон и в несколько касаний сделал перевод. — Не сильно тебя задержали?       — Нет, но уже близко, сегодня должен был быть мой выходной, между прочим.        Прости, дорогая, тогда мы не смеем больше отнимать твое драгоценное время.       — Я сам захотел... — буркнул черноволосый, натягивая футболку. В словах метаморфа была доля правды, но признавать никто не собирался.       Распрощавшись, парочка покинула студию. Прохлада ночного города вступила в свои права в полной мере. Ян зябко запахнул кожанку и дернул молнию вверх, застегивая, но не до конца. Все же только что установленное украшение давало о себе знать.       — Спасибо, что заплатил за меня… — он сказал это искренне. — Но у меня были отложены деньги на непредвиденное, я могу тебе перевести обратно.       — Я просто выну это из оставшейся части твоей оплаты, делов-то, — Кай дернул плечом. — Погнали обратно в нору или есть желание покататься? Тут есть пара очень красивых мест, чтоб забраться повыше и посмотреть на огоньки с высоты.       — О, а погнали… Красивые места, это мы любим. — Он улыбнулся, забираясь на мотоцикл.       Ночной город радовал глаза неоновым светом рекламных билбордов и магазинных вывесок. В этот час людей на дороге было совсем немного.       — Хорошо, посмотрим, насколько крепкая у тебя задница, — он хмыкнул, глядя, однако, не на самого Яна, а на его байк — дорожный, с гораздо более жесткими амортизаторами, чем у серебристого зверя, которого седлал сам метаморф.       И они поехали, однако, к удивлению долговязого, его невысокий друг повел его в сторону гор, в кольце которых стоял город, и скоро они покинули район высоток, а после и пригород. Гладкий асфальт сменился разбитой бетонкой, а после и дорогой из камня и земли, не особенно ухабистой, но все же и далеко не самой ровной.       Ян стоически переносил каждую кочку. Его черный «Индиан» действительно не был рассчитан на не проложенную дорогу. Поэтому, когда они доехали до вершины, а блондин заглушил мотор, он первым слез с седла и подрыгал ногами, разминая уставшее седалище.       До рассвета оставалось несколько часов, и ночь была в своем пике. Наверху было красноватое зарево — городская засветка застила небо, пряча звезды, однако там, внизу, было настоящее море огней, мерцающих, движущихся.       Кай поставил байк на подножку и закурил, удобно устроившись на сидении боком, ему дорога далась проще — мотоцикл был пригоден для таких покатушек, да и дорога в это место накатана.       Аватар закончил с разминкой и наконец обернулся на открывшийся вид. Зрелище захватывало дух, заставляя покрываться мурашками, тишина пронизывала это место, отдаваясь звоном в привычных к шуму ушах.       — Какая красота… — фраза вышла немного хриплой. Парень заворожено застыл на месте, сложив руки в замок на затылке.       — Да… люблю светлячков, — выдохнул метаморф. — Знаешь, это мое самое первое воспоминание — светлячки. Пусть и не настоящие, на самом деле я до сих пор не знаю, что это были за огни, но… но все же. — Он затянулся, выпустил дым изо рта и втянул его носом, а после выдохнул его вместе со словами. — А потом я помню звезды… Ну, через несколько месяцев.       — Не думал, что ты сентиментальный. — В голосе бездны не было осуждения. Он обернулся на курящего. Взгляд стал мягче.       — Звезды — это знак надежды… Многие мало живущие так говорят… Как там было… — Он с секунду помолчал, собираясь с мыслями. — У каждого человека свои звезды. Одним — тем, кто странствует, они указывают путь. Для других это просто огоньки.       Ян вздохнул полной грудью, на губах заиграла мечтательная улыбка.       — Они ничего не указывают, они просто ориентиры, — Кай снова затянулся, — да иди ты. Сентиментальность — это одно, а помнить только хорошее — это совсем другая история. Уверен, что у тебя тоже в голове есть картинки, которые хочется оберегать.       — Это метафора. — Он закатил глаза, но не согласиться с позицией партнера он не мог.       — Конечно есть. Я помню, как рождались миры и рождение моего собственноручно созданного. Это было прекрасным буйством энергии и красок. Я люблю каждую его часть. — Он обернулся на город.       — Но помнить только хорошее и открещиваться от всего другого — это инфантилизм. Без темного хорошее никогда не будет по-настоящему ярким. Вероятно, поэтому я существую. — Он посмеялся, — впрочем, ты и так всё сам понимаешь.       — Я кукухой ебнусь, если не буду помнить только хорошее, — буркнул метаморф и сложил руки на груди, нахохлившись всклокоченным воробушком, — я предпочту быть инфантильным.       — Это вроде бы не так работает. — Он снова вернул все свое внимание Каю. Янтарные глаза тепло отсвечивали в предрассветной темноте. — Извини, пожалуйста, если я тебя задел. Я не хотел.       Подобное рвение Ян обычно испытывал только к девушкам, до ужаса боясь, когда на него сердились или еще чего хуже — кричали. К парням он относился спокойнее, поэтому сам удивился, когда почувствовал это перед метаморфом. Хотя, может быть, слово «метаморф» всё и объясняло.       Кай наморщил нос и показал ему язык, а потом полез в кофр и извлёк оттуда пакет, в котором пряталось три банки газировки и вяленое мясо в вакуумной упаковке.       — Будешь?       — Да, давай. — Ян оживился, незаметно выдохнув. — Кстати, тебе ведь нужно спать? — Он подошёл ближе к блондину и взял одну из протянутых банок. На этикетке было нарисовано что-то фруктовое. Щёлкнул язычок, послышалось шипение.       — Да, периодически, — Серый кивнул и вскрыл свою банку, — но я спал вчера, так что ещё некоторое время буду в сознании, если только не захочется подремать для удовольствия.       — Подремать для удовольствия — это всегда хорошо. — Ян сделал пару глотков, смакуя химозный вкус напитка.       — А что тебе снится обычно?       — Ничего, у меня сны если бывают, то только вещие, но я, как правило, даже сказать не могу, когда они сбудутся, могут буквально в тот же день, а может через полсотни лет. — Серый выкинул окурок и вскрыл зубами упаковку с мясом.       — Интересно. — аватар окончательно присосался к банке, шипучка ему очень понравилась.       Свободная рука аккуратно дотронулась до того места, где был прокол, длинные пальцы надавили, проверяя, сколько ещё осталось до заживления по ощущениям.       — Не трогай, — строго зыркнул на него метаморф.       Короткий взгляд на спутника, и внимание снова оказалось приковано к огням вдали. Кай устроился поудобнее, следя глазами за маленькими живыми звёздочками.       Аватар бездны промолчал, лишь покосился со взглядом, говорившим: «Ты серьёзно?..»       Взгляд вернулся к огонькам. В центре всё светилось ярким белым шаром, а оттуда разлетались маленькие огоньки-миры. Чем дальше от света, тем более обитаемыми они были. Как и в городе. В центре почти никто не живёт, хотя там много всего интересного… и странного. Ближе к окраинам огней становилось меньше, а всё остальное окутывала бездна.