young dumb

      Эндрю нарочно не хотел идти домой.       Как только он перешагнул территорию дома Кевина, сразу же свернул в противоположную дому сторону, просто бродя между рядами других, похожих зданий.       Он мог бы назло Кевину взять его машину и покататься на ней по городу, сбить раздражение, злость, печаль и пару пожарных гидрантов. Но вещества, все еще плавающие в его крови, обостряли его меланхолию, делая похожим на грустного подростка. Эндрю таким никогда себя не считал, но что имеем, то имеем.       Добредя до парка, он мертвым грузом упал на одну из скамеек.       Поздний вечер понедельника собрал в парке много людей. Подростки кучковались группами на лавочках, смеясь и галдя. Дети, бегающие со своими родителями, смешивались с толпой мимо проходящих людей. Фонарные столбы подозрительно работали, освещая скейт-площадку.       На возвышенности он увидел парня, что двигал ногой, катая скейтборд вперед-назад. Из-под его кепки он заметил знакомые рыжие кудри, и губительные секунды ушли на понимание и осознание, кем именно был этим парнем.       К его же погибели, Нил заметил его раньше.       Эндрю подорвался со скамейки и как можно спокойнее зашагал прочь из парка. Надо было идти домой и кошмарить Кевина, а сейчас он выглядит как тот самый грустный подросток. Убегающий от парня, который ему нравится. — Любитель поздних прогулок? — раздался рядом веселый голос. — Не думал, что ты ходишь по паркам.       Миньярд закатил глаза и продолжил шагать в своем направлении. Шуршание колес об асфальт двигалось в такт его шагов, а наглая рыжая башка не отставала. — Знаешь, если бы ты хотел прогуляться со мной, то мог бы просто спросить, — в голосе Нила послышалась улыбка. Эндрю был уверен, что не хочет слышать его дальнейшие слова. — Я бы не отказал. — Я прогуливался, — все же ответил он ему. — Но вдруг понял, что мне нужно домой. Вот прям сейчас. — Понял, когда заметил меня? — не унимался Джостен.       Миньярд раздражался больше с каждым словом Нила. Отличительной чертой Джостена являлась излишняя разговорная активность, явная социофобия ( ну пожалуйста?) и отсутствие инстинкта самосохранения. Потому Эндрю не удивился, когда Нил вновь решил мило с ним пообщаться. — Я мог бы добросить тебя до дома, — бросил он, методично отталкиваясь ногой от асфальта и двигаясь на своей деревяшке с колесиками. — Между твоей тарантайкой и катафалком я выберу второй вариант.       Нил посмеялся, отщелкивая скейт и ловя его на лету. Не с первого раза, к внутреннему удовлетворению Эндрю, но Нил не унимался и пока не отбил себе все пальцы, ловя скейтборд на лету, не успокоился.       Теперь они хотя бы были в равных условиях, и Джостен не впишется в какой-нибудь столб.       Очень жаль, к слову.       Некоторое время они шли молча. Мимо них проходили подростки, взрослые пары. Пробегали дети с игрушками, а их родители смеялись и снимали их на камеру. Может, они попали на пару кадров, но Эндрю не сильно держал эту мысль в голове.       На выходе из парка они остановились, вглядываясь каждый в свою сторону.       Вывески слепили, скрипели от ветра. Музыка, играющая в кафе через дорогу, приглушалась машинами.       Вечерний город понемногу засыпал, не успевая отойти от рабочего дня. — Итак… выпускной вечер, — сказал Нил.       Миньярд застонал вслух, вдавливая ладони в глаза. — И что ты, черт возьми, хочешь от меня услышать?       Джостен захихикал и сел на свой скейт. — Ну знаешь, — начал он. — Чем вы там занимаетесь, что мне нужно будет делать. Ты же босс, вроде как.       Эндрю усмехнулся и сел на бордюр, вытягивая ноги к асфальтной дорожке. Нил подъехал ближе к нему, упираясь скейтом в бедро Миньярда. — Кевин и другие из нашей компании выпускаются в этом году, и Ваймак захотел, чтобы я… помог в организации прощального вечера. — Как глава студенческого совета? — Как заинтересованное лицо, — сказал Эндрю. — И глава студсовета.       Нил повернулся к нему, подпирая подбородок рукой. — Ты не выглядишь тем, кто будет что-то делать только потому, что тебя попросили. — И я не могу устроить своему другу незабываемый вечер? — все его слова пропахли сарказмом, и Нил это учуял, морща нос от тихого фырка. — Можешь, но так ли это на самом деле? — Ты меня на что-то проверяешь? — Просто хочу знать, как тебя заставили участвовать во всем это мероприятии.       Эндрю усмехнулся, хрюкнув, и прикрыл глаза, вспоминая, каким образом оказался во всем этом безобразии.       Травка, что все еще была в его организме, делала Миньярда веселее, расслабление и разговорчивей, поэтому он пересел поудобнее и взглянул на Нила. — Ваймак бегал за мной с февраля или около того. Думаю, он знал, что я либо откажусь, либо буду игнорировать его, поэтому взял время с запасом. Недели две я бегал от него, но нашел он меня только через неделю после твоего дисциплинарного совета.       Нил вздернул бровь, а Эндрю еще раз усмехнулся. И начал рассказывать.       Забившись в самую дальнюю кабинку, он достал из рюкзака пачку сахарных кренделей в шоколаде.       Прятаться от Ваймака в школе было труднее, чем вне ее. Замки в его доме работали безотказно. Даже если наглый старик рано или поздно найдет его, Эндрю настроен как можно дольше оттягивать этот момент. Он знает, чего хочет директор.       Спокойно жуя крендели, он достал телефон, подключая наушники и включая сериал. Обеденный перерыв Эндрю решил провести в одиночестве, восстанавливая свое душевное спокойствие. (Ваймак уже две недели, словно курица-наседка, дежурил в столовой, высматривая морду Миньярда среди потока учеников. Эндрю считал себя умнее него и прятался в разных углах старшей школы).       Дверь открылась с ключом. В туалет зашли две пары ног. Миньярд закатил глаза и подтянул колени к груди, компактно устраиваясь на закрытом унитазе. Порываясь заткнуть второе ухо наушником, он вдруг замер и прислушался к голосам. — Никого нет, — прошелестел знакомый голос.       В соседнюю кабинку ввалились два тела. Стук чей-то спины о стенку заставил Миньярда прислушаться. Низкое шипение, приглушенный смешок.       Так. — Аккуратнее, твою мать, — прошипел второй знакомый голос. — Поясница до сих пор болит, идиот. — Прости, — тихий шепот и звуки обмена слюной.       Эндрю чувствовал, что его сейчас вывернет его же любимыми кренделями. — У нас… десять минут, — Миньярд уже знал, кому принадлежал этот голос, но следующие слова подтвердили его догадку. — Ваймак все равно пасет Эндрю в столовой, успеем.       Боже, блять, милостивый.       Кевин-Гребаный-Дэй и его неудачный близнец сейчас зажимаются в соседней от него кабинке. Эндрю никогда не ожидал такой подставы от своей жизни, но вот он здесь.       Сидит, как свинья на вертеле, не издавая и предсмертного всхрюка, лишь бы его не было слышно и видно. Он мог бы выразительно покашлять, но хоть его друзья и отвратительные, не тянут на тупых. Сдадут его Ваймаку, и тут уже будет действовать правило из их детства: кто первый нажаловался, тому и поверят.       Сериал внезапно стал неинтересным, а дела в соседней кабинке набирали опасные повороты. Миньярд-удачный никогда не желал держать свечку для своего брата, но вот, блять, он тут.       Какие-то шуршания — почему какие-то, о, он уверен, что знает, чем именно они там занимаются — нарушали тишину туалета, и Эндрю поклялся никогда больше не прятаться в туалете для администрации.       Он будет хорошо учиться, закончит эту гребаную школу экстерном примерно завтра и уедет в Бостон. Нет, в Норвегию, чтобы больше никогда не видеть лиц Аарона и Кевина, потому что он теперь всегда будет вспоминать эти звуки, когда будет смотреть на них.       Неожиданно открылась дверь в туалет, и по всему помещению раздался разъярённый крик Ваймака. — Миньярд, чтоб тебя! Я знаю, что твоя поганая задница здесь, — о, Дэвид, ты даже не представляешь, насколько ты прав.       В соседней кабинке наконец-то стало тихо, а тяжелые шаги директора разносились по плитке. Каждый шаг забивал гвоздь в гроб терпения Эндрю.       Он возрадовался тому, что мать была квалифицированным психотерапевтом. Ему будет о чем с ней поговорить.       Дверь соседней кабинки распахнулась, ударяясь о кабинку Эндрю, и он от неожиданности позорно крикнул. Тишина вновь поселилась в директорском туалете.       Окно.       Маленькое окошечко, прямо под потолком, было его выходом. «Суицид — не выход» — говорил ему голос мамы в голове. «Но как вариант» — ответил ей Эндрю, даже не зная, как будет объясняться, если Ваймак увидит, как он вылезает через узкое квадратное отверстие.       Додумать план побега ему не дали. Дверь вырвали вместе с замком. Эндрю дернулся от этого резкого звука отлетающего замка, задевая провода наушников, и из динамика телефона полился звук. — Я беременна. — Ты беременна ребенком? — Как долго, ты нюхал эти маркеры? Конечно же ребенком!       Миньярд медленно выключил телефон и поднял взгляд на Дэвида. Ваймак смотрел на него потерянно, немного смущенно и разъярённо.       Возможно, у того инсульт, но Эндрю не уверен. — Не тот близнец, — Эндрю не собирается сдаваться так легко. — Расшифруй ДНК и РНК.       Эндрю скуксил лицо, поджимая губы. — В кабинет. Живо, — сказал Ваймак и вывел из туалета тех двоих.       В кабинет так в кабинет. Не самое худшее место в школе.       Туалет администрации теперь занимает первое место в его личном списке позора. У него в целом проблемы с туалетами, как выясняется уже во второй раз.       Нил резко взорвался оглушительным смехом, чуть ли не катаясь по земле. Его плечи тряслись, и в какой-то момент он заглох. Беззвучная истерика сотрясала Нила, и Эндрю сам не мог не улыбнуться.       Действительно, ситуация была комичной, глупой и неловкой.       Успокоившись, Нил вытер слезы, которые катились по его щекам от истерики. Пару выдохов и вдохов. Выдох и вдох. — У меня бы после такого была бы травма, — сказал Джостен. — Или че похуже. — Вот у меня че похуже, — фыркнув, ответил Миньярд. — И ты, получается, не знал, что они вместе? Ну, — Нил вновь посмеялся. — До того момента.       Эндрю отрицательно покачал головой. — Хотя намеки были. До сих пор жалею, что не обратил на это внимание раньше.       Джостен заинтересованно подергал бровями, и Эндрю вновь принялся рассказывать.       Он полировал своей задницей стул в столовой, методично жуя вареные овощи. Кевин, сидящий рядом, конвоировал каждый кусок морковки, что исчезал во рту Миньярда. — Привет, — стул рядом тихо отодвинулся, и на него села Рене. Поднос с ее едой тихо стукнул о стол, и Эндрю выдохнул. — У меня есть двадцать минут. — Пятнадцать, — отозвался Эндрю.       Дэй закатил глаза и встал со своего места, забирая с собой поднос, тарелки, кружку и душное ворчание. Он проводил друга взглядом, вплоть до выхода из столовой. Около окон ему кивнул Аарон, и, как только к последнему подошел Дэй, оба покинули столовую. Эндрю выдохнул с облегчением, возвращая внимание к Уокер.       Первым делом он поменял свою тарелку с овощами на жирный бургер, стоящий на подносе Рене.       С удовольствием вгрызаясь в него, Эндрю наконец-то успокоился. Уокер ждала пару минут, пока он придет в себя и переварит булку с мясом. — Кажется у Кевина есть… подружка, — тихо сказала Рене, недовольно произнося последнее слово и закидывая в рот маленькую кукурузину. — Чего блять? — он чуть не подавился листом салата, но мужественно сдержался, натужно глотая. — Откуда?       Рене медленно растянула губы в улыбке и сощурила глаза. — Вчера вечером он мне набрал, — начала она, отпивая из своей высокой кружки что-то похожее то ли на газировку, то ли на чай. — Захотел выпустить пар через тренировку.       Эндрю медленно кивнул, укладывая локти на круглом столе.       Уокер с Дэем ходили в спортивный зал, спаррингуясь друг с другом раза два в неделю. Эндрю ходил с ними, но устраивали тренировочные бои они редко. В этом не было ничего удивительного, поэтому Миньярд кивнул, побуждая Рене продолжить. — Было поздно, он заехал за мной, и мы поехали на старое футбольное поле. Ну, то, где Мэтт в начальной школе руку сломал, — Эндрю вновь кивнул, вспоминая парня подруги Рене — Дэн.       Большой парень, со странной прической недо-рокера. В первый раз, когда Бойд пришел с такой прической в старшую школу, Эндрю и Аарон из чистой вредности залили в его шампунь клея и положили в спортивную сумку. С физкультуры он тогда не пришел, если Эндрю не путает этот день с другим. Зато он помнит, как они с Аароном кидали в его волосы куски бумаги на биологии.       Вид засохших от клея волос еще долго пробивал на хихи близнецов.       Потом они заметили, как в коридоре Дэн вычесывала маленькой расческой из его волос засохший клей и убирала листки бумаги. — Он припарковал машину так, чтобы фары светили на нас. Я была уже переодетая, он — нет. Начал он значит снимать футболку, — Рене заговорила так тихо, что если бы Эндрю не напряг слух, то не услышал бы. — А на его груди и животе столько пятен, я подумала — болен чем-то, но нет.       О боже.       Миньярд уже не хочет этого слышать, но сплетня интересная, зараза. — Засосы, — закончила свою мысль девушка и невозмутимо подцепила пластиковой вилкой кусочек сладкого перца.       Кевин Дэй нашел себе подружку.       Эндрю удивился этому, но вида не подал, всасывая с особой силой сладкую газировку через трубочку.       И где он ее подцепил, если все свое время он проводит с ним и Аароном? Иногда с историей, но тогда рядом обязательно был Аарон.       Подозрительный Аарон постоянно крутился рядом с Кевином. Они ездили в школу с Аароном, потому что расписание с Эндрю у них редко совпадало. Аарон всегда знал, где находится Кевин, что он будет делать и что уже сделал. Их частые ночевки напрягали Эндрю, но быстро ему становилось все равно. Они дружат с зародышей, срали на один горшок, в их общении не было ничего сомнительного. Аарон постоянно чатился с Кевином, они делали домашку у Кевина дома. Дэй учил Аарона водить.       Они блять буквально всегда вместе.       Эндрю внезапно разозлился от осознания и сжал стаканчик с газировкой в руках. — Аарон… — тихо прошипел Эндрю. Рене заинтересованно подобралась. — Он постоянно с Кевином.       Уокер медленно поджала губы, с жадностью слушая Эндрю. — Он постоянно с ним. Он должен знать, че за баба у него появилась. Даже не должен — он знает! И мне, собака, не сказал. Я его на британский флаг порву.       Он подскочил и убежал из столовой, снося пару стульев и учеников.       Рене уронила голову на стол и пару раз постукалась лбом о поверхность. — Подожди, Рене? — спросил Нил. — Рене Уокер? — Моя подруга, да, — кивнул Эндрю.       И было бы в этом что-то странное, что-то подозрительное. Эндрю бы обязательно спросил, откуда Нил знал фамилию Рене. Но его расслабленный мозг не увидел в вопросе ничего странного, ведь Нил видел Рене на репетиции, конечно, они были знакомы. В конце концов, именно Рене привела Нила им в помощь.       Эндрю хотел спросить, как они познакомились, но Нил сместил фокус его внимания, и вопрос быстро забылся. — И что ответил Аарон, кстати? — Я тогда долго пытал его, но он не признался. Клялся и божился, что у Кевина нет никакой девушки. — Ну, не соврал, получается, — вставил Нил       Эндрю согласно хохотнул, забавляясь, как все получилось. — Получается, не соврал, — глухо повторил он, доставая из кармана пачку сигарет.       Предложил Нилу, и они закурили в молчании.

***

— Ты идиот? — взвизгнул Эндрю, дикими глазами смотря на Нила. — Марла была таким же плодом фантазии главного героя, как и Тайлер.       Джостен закатил глаза и толкнул его в бочину скейтом. Эндрю нахмурился и толкнул его плечом. На этом перепалка закончилась.       Они шли домой вместе, после короткого перекура на бордюре около парка. Поначалу беседа не клеилась, но потом Нил с весьма задумчивым выражением лица сказал, что он — простата Джо. — Фильм — хуйня, — авторитетно заявил Нил. — Я книгу читал, и по книге Тайлер и рассказчик делали мыло из жира матери Марлы.       Эндрю подергал губой в отвращении, но больше ничего не ответил, считая, что разговор окончен.       Пока еще нет. — Дашь мне свой Snapchat? — невинно спросил Нил, протягивая телефон к Эндрю.       Минярд остановился. Рука с протянутым в ней телефоном зависла между ними. — Я тебе даже номер свой не дам, — он взбрыкнулся из чистого упрямства и исключительно для вида.       Взяв телефон Нила, он вбил свой контакт и кинул заявку своему аккаунту. — Все? — спросил он, отдавая телефон владельцу.       Джостен с особым трепетом смотрел на свой мобильник, вчитываясь в контакт Эндрю, и не моргал.       Эндрю уже было стало неловко от такого молчания, как вдруг Нил прижал телефон к груди и закивал. — Да-да, спасибо! — прикрикнул он. — Спасибо. — Добавил Нил с теплотой в голосе.       Его взгляд косил в сторону, а щеки, лоб и нос стали краснеть. Эндрю вопросительно приподнял бровь. — Это всего лишь номер, попрошайка, — заметил Миньярд, но Нил уже с силой сунул телефон в карман и уронил скейт на асфальт.       Колесики тяжело ударились об землю, и Нил тут же запрыгнул на доску. Дека прогнулась от такого давления, но Джостен не обратил на это внимания. С силой оттолкнувшись, он уехал вниз по дороге. Только крикнул: — Я напишу!       И поставил вторую ногу на деку, в полуприседе скатываясь с горки.       Миньярд закатил глаза и пошагал домой.       Звук на телефоне в тот вечер он так и не выключил.

***

— Он дал мне свой номер телефона! — восторженно крикнул Нил, когда зашел в комнату к Элисон.       С Рейнольдс Нил подружился, когда их познакомил Кевин.       Дэй, как и обещал, привел Нила к Элисон. Сначала они знакомились все втроем, а потом Кевин ушел, оставив Джостена и Рейнольдс вдвоем. Они достаточно быстро нашли общий язык, хоть Нил и сомневался в этом с самого начала.       Элисон не выглядела как та, которая сильно нуждается в помощи.       Выглядела она очень аккуратно: прекрасно уложенные волосы, чистое лицо, аккуратные ногти и одежда. Даже в домашних, явно не ей принадлежавших вещах Элисон была на голову выше Нила.       И да, ее разговорчики. — И как тебя угораздило-то? — съязвила она, когда Нил рассказал причину перевода из частной школы. — Элитное учебное заведение теперь всем будет известно слабой охранной системой. Вашими молитвами.       Нил фыркнул от смеха, снимая потрепанную кепку. — Роялти я, конечно, просить не стану. У нас сделка: они не пишут на меня заявление, а я перевожусь куда подальше от них. — Милый мальчик, — ухмыльнулась Элисон, стуча ногтями по бортику кровати. — Ты мне нравишься.       Дверь в комнату открылась, и внутрь зашла высокая девушка, сбрасывая сумочку около входа. — В моем доме, в нашей комнате, — поцокала она, подходя к кровати и выдвигая ящик тумбочки. — Как не стыдно.       Положив в ящик сережки, девушка наклонилась к Элисон и поцеловала ее в губы, попутно заправляя волосы ей за правое ухо.       Тут же за ее ухом появилась большая ромашка. Элисон почувствовала что-то в своих волосах и потянулась убрать это. Вытащив цветок, она смущенно улыбнулась и клюнула девушку в щеку. — Спасибо, — пробормотала она. — Так и… — повернувшись к Нилу, спросила пришедшая. — Кто наш гость? — А, — опомнилась Элисон, запихивая цветок обратно в волосы. — Его Кевин привел. Это Нил. Нил, знакомься, это Рене, — Элисон положила руку на колено Рене. — Рене Уокер. — И это мой дом, — сказала Рене, протягивая руку к Нилу. — Мы живем тут с Элис и с моей мамой. Папы временно нет, он на службе, но на следующей неделе мы его ожидаем.       Нил кивнул Уокер медленным движением головы. Обмозговывая всю информацию, что ему тут понарассказывали, пришел к выводу, что это явно не его дело. — Может, чаю? — спросила Рене, вставая с кровати. — Можно, — улыбнулась Элисон, а Нил лишь кивнул.       С того момента Нил стал заниматься с Элисон, готовя ее к выпускным экзаменам. Девушка заканчивала школу, как и Рене, но лишь у Рейнольдс были проблемы с одним из основных предметов.       И хоть математика была ей не сильно нужна, но выпуститься из школы было бы полезно. Так говорила Элисон.       Что было еще полезнее, чем математика и экзамены, так это гитара Нила. Причем сам Джостен даже не участвовал.       Рейнольдс тогда заметила его гитару, одиноко стоящую в углу комнаты, и внаглую вытащила из чехла. Устроилась с ней на кровати и принялась по-разному крутить. Сама же гитара ни в какую не поддавалась на махинации Элисон. Девушка не соглашалась отступать ни на шаг.       Притирались, в общем. — Большим пальцем упираешься в гриф, кисть у тебя должна быть подвижная, чтобы перебирать аккорды, — объясняет Нил и показывает.       Он аккуратно забирает гитару у Элисон и демонстрирует все то, что сказал. Его пальцы меняют положение на струнах, по очереди перебирая первые пришедшие на ум аккорды. Элисон внимательно следит за ним, отмечая положение кисти.       Он останавливается и передает ей гитару, чтобы она повторила то же самое, что он только что показал.       Рейнольдс перехватывает гитару и укладывает ее на своих сложенных ногах. Длинные ногти на левой руке задевают струны, а подушечки пальцев не достают до струн. Девушка рычит и упрямо прогибает пальцы, но ноготь задевает соседнюю струну. — Элисон, — выдыхает Нил. — Если ты хочешь начать играть, то придется укоротить ногти. — Тьфу, блять, — ругается Элисон и кладет гитару на кровать рядом с собой. — Еще одной штуковине не нравятся мои ногти.       Где-то рядом Рене, успевшая прийти в комнату с подносом еды, прыскает от смеха и тут же замолкает, поворачиваясь к Нилу и Элисон. — Ты меня сейчас назвала штуковиной? — с безобидной улыбкой интересуется Рене.       Элисон с улыбкой закатывает глаза и встает, подплывая к своему макияжному столику.       Нил слегка хмурится, переводя взгляд с одной девушки на другую. Они этого не замечают. Уокер продолжает следить за Элисон, пока последняя не садится на кровать, где сидела до этого. В ее руке появляются щипчики, пилочки валяются рядом.       Джостен хмурится на короткие ногти на правой руке Элисон, потом на улыбающуюся Рене и вдруг морщинка между его бровей пропадает. Он догадывается и коротко смеется. — Так вы вместе, — выдает он и откидывается назад на руки.       Элисон приостанавливает свое занятие. Ее потерянный взгляд метается от Рене к Нилу, пока Уокер не пугает Джостена своим смехом. Нил очень доволен своей догадкой, но потерянный взгляд Рейнольдс пододвигает к Джостену противное чувство, будто он залез туда, куда не должен был.       Рене быстро развеивает его неловкость. — Я выиграла, — Уокер протягивает руку ладонью вверх к Элисон.       Рейнольдс закатывает глаза и дотягивается до своего бумажника, вытаскивая пару купюр, которые тут же заграбастывает Рене. Судя по ее довольной морде, с которой она пересчитывает бумажки, все в порядке. На миг она застывает, бросая взгляд Элисон, которая уже вернулась к своему прежнему занятию. Рейнольдс взгляда девушки либо не заметила, либо не захотела отвечать на него.       Рене поджала губы, скрывая смущенную улыбку, и положила купюры в карман. — Мы поспорили, догадаешься ли ты о нас, — поясняет наконец Рене. — Элис поставила на то, что ты не заметишь, даже если мы поцелуемся. — Ты была другого мнения, — продолжил Нил и, получив довольный кивок Рене, хохотнул. — Но когда вы успели? Я часа два у вас пробыл.       Элисон и Рене взглянули друг на друга, кивнув чему-то одновременно.       Объясняться пришлось Элисон. — Когда Кевин набрал меня и сказал, что нашел мне репетитора, я отнеслась к этому скептично, — начала она. — Но решила, почему нет. Учебный год начался, а я так и ничего не сделала со своей успеваемостью. — Я ее уговорила попробовать, — резюмировала Рене. — Да, — громко сказала Элисон. — Короче, мы забились встретиться, и тут Кевин подкинул нам сомнительную идею для спора. Типо, попробуем человека. Говорил еще мол, что мы потеряем.       Нил понимающе кивнул и посмеялся. — Но что получил Кевин? — Получается, что ничего, — пожала плечами Рене.       Джостен поджал губы и покивал.       И вот эта сомнительная дружба продолжается до сих пор.       На каких трех столпах она держится, не понятно до сих пор, но Нил очень хорошо сдружился больше с Элисон, чем с Рене. Заниматься математикой они все же стали, Элисон вполне сносно поддается дрессировке, чему сам Нил был несказанно рад. — Мои поздравления, — лениво отозвалась Элисон.       Девушка лежала на кровати в очень странной позе, ее конечности сложились в весьма непотребный знак, а голова свисала с кровати. Нил разглядел в этом беспорядке и Уокер, но та не выглядела ущемленной или напряженной, держа на плече лодыжку Элисон. — Это прекрасно, Нил, — сказала Рене и отложила телефон в сторону. — И как теперь у вас дела?       Джостен замялся. Поставив скейт в угол комнаты, он подошел и сел на кровать, тут же откидываясь на нее спиной. Где-то снизу заворчала Элисон, но Нил не обратил внимание на ее недовольство. — Не знаю, — он тяжело выдохнул, переворачиваясь на бок и перекидывая ногу через Элисон. — Возможно, я ему не сильно нравлюсь. — Почему ты так думаешь? — Ему никто не нравится, — буркнула Элисон. — Он всем своим видом показывает, что моя компания его напрягает, — игнорируя комментарий Рейнольдс, ответил Нил на вопрос Рене. — Недовольный такой, и смотрит так…       Нил замолк, пытаясь подобрать слова. Тут даже Элисон оторвалась от телефона и поднялась на кровать. Девушки молчали, давая Джостену возможность самому понять, как Эндрю к нему относится.       Однако Нил не смог ничего придумать, это было понятно по мольбе в его взгляде. Рука его, что жестикулировала, упала на кровать. — Смотрит так, будто хочет что-то сказать, но не знает, что? — робко предположила Рене, улыбаясь виноватой улыбкой. Будто родину предавала. — Да! — воскликнул Нил, щелкая пальцами в сторону Рене. — Нет?       Джостен осекся, как только до него в полной мере дошел смысл предположения Уокер. — Да ни в жизни, нет, — Нил помотал головой из стороны в сторону, выгоняя из головы неправильные мысли. — Ты вообще Эндрю видела? Я не думаю, что он тот, кто промолчит, если ему есть что сказать.       Уокер и Элисон переглянулись, пожали плечами, и вновь посмотрели на Нила. — Я просто не хочу его напугать, понимаете? — вновь с мольбой в голосе сказал он. — Я, черт возьми, даже не знаю, как он ко мне относится!

***

— Почему ты его защищаешь? — спросил Мэтт, жуя бургер. — Я его не защищаю, мне плевать. — Защищаешь, — протянул Бойд с самодовольным лицом. — Знаешь, как я к нему отношусь? Мне обои в комнате дороже него, — Эндрю вскинул бровь на друга, не особо впечатленный.       Они сидели в круглосуточном кафе, где Бойд недавно виделся с Дэн.       Миньярд же, как только разошелся с Нилом — точнее, как только последний сбежал от него — уже было пошел домой, как вдруг стал понимать, что голоден. Конечно, он знал, что в таком состоянии идти домой и съедать весь холодильник будет очень компрометирующе, поэтому набрал Мэтту.       С Кевином и Аароном у него не было желания видеться.       Может завтра, в обед.       Бойд ответил на звонок, и они узнали, что очень удачно оказались в одном квартале.       И вот сейчас Эндрю, так же жуя очень сытную пиццу, думал: стоило оно того вообще? — Стой-стой, подожди, — с набитым ртом сказал Мэтт, прикладывая салфетку к краешку рта. — Сначала ты говоришь, что к тебе в класс перевели симпатичного новенького мальчика, потом ты роешься в его личном деле, — Бойд разводит руки в стороны. — Дальше ты просто игнорируешь его существование и в своих попытках его избегать даже пару раз приходишь на мои игры. Ты не подумай, я очень рад, но я звал тебя на них, как только стал играть в школьной команде в основном составе. В средней школе.       Эндрю вскидывает бровь, продолжая молча жевать картошку фри. — Ладно, проехали, — Мэтт отмахивается ладонью и продолжает. — Затем ты встречаешься с ним в туалете, заступаешься за него, доносишь до медкабинета, а после снова игнорируешь. И сейчас, когда он помогает вам с выпускным вечером, ты просто… хочешь уронить на него кирпич. Я ничего не упустил? — Я хочу показать Ваймаку записи с камер, как он взламывает замки на школьную крышу, чтобы он до конца школы ходил на свои внеурочные, — добавляет Эндрю.       Бойд молчи пару секунд, осознавая информацию. Когда до него дошло, что именно сказал Эндрю, то глаза его округляются, рот распахивается, и он вскрикивает: — Ты что?       Пару поздних гостей и человек за кассой оборачиваются на них, но Мэтт не обращает на это внимания. Бойд во все глаза смотрит на Эндрю. — Но зачем? — вымученно вопрошает он.       Эндрю сжимает губы в тонкую линию и отводит взгляд к окну.       По стеклу стекают капли, люди за окном бегут с зонтиками, прыгучими шагами обходя лужи. Фонарь, что освещает дорогу, отражается на мокром асфальте, размывая его желтый свет. Миньярд тяжело вздыхает и говорит. — Я не хочу в нем ошибаться, — тихо выдыхает он.       Когда ответа от Мэтта не следует, он поворачивается к нему. Бойд смотрит на него по-щенячьи, склонив голову к плечу. Бровь его вздернута, а взгляд испытующий. — Не хочу оказаться очередной игрушкой. — Но откуда такие… — Он же из золотой молодежи, не видно разве? — немного резче, чем хотел, рявкает Эндрю. Мэтт отодвигает голову назад и хмурится. — Черт, — Эндрю сжимает двумя пальцами переносицу и выдыхает пару раз. — Я для него словно очередной чек-поинт: собрать, получить ачивку и перейти на следующий уровень. — Поменьше бы тебе с Кевином общаться, — вставляет Мэтт, но Эндрю не обижается на это.       Он продолжает с еще большей меланхолией, с какой начинал. — Я более чем уверен, что он и не по пацанам вовсе. Так, попробовать, сравнить и съебнуть, — говорит он. — А мне он понравился, и я не хочу позволять себе ввязываться в это, заранее зная, что для него это что-то типо эксперимента.       Лицо Мэтта становиться грустным, сочувствующим. На губах его появляется маленькая поддерживающая улыбка, когда он протягивает Эндрю салфетку со словами: — У тебя тушь потекла.       Оба тут же начинают гоготать на всю кафешку.       А потом стоят около входа под козырьком, потому что их выгнали. — Знаешь, я думаю, тебе стоит попробовать узнать его. Втяни свои иголки и попробуй, внатуре, — говорит Мэтт, натягивая на голову капюшон. — Я вот за Дэн три года бегал, пока она не поняла, что я не тупой спортсмен. — Поняла ли? — со смешинкой спрашивает Эндрю. — Пошел ты, — в таком же тоне отвечает ему Бойд и уходит.       Эндрю раскуривает сигарету и выпускает облако дыма, обдумывая слова Мэтта.

***

— Я думаю, что тебе стоит показать себя настоящим, — примирительно говорит Рене. — Любой человек, особенно Эндрю, ценит искренность. Если ты будешь строить из себя того, кем не являешься, он почувствует твою ложь. Будь собой.       Элисон с серьезным видом кивает, когда Нил переводит взгляд на нее.       Обещая подумать над этим, Джостен уходит, оставляя девушек наедине.       Встав с кровати, Рене подходит к двери, и до Элисон тут же доносится щелчок замка. Повернувшись к девушке, Рейнольдс тут же ловит хитрый взгляд Уокер.       С намеками у Элисон все в порядке, и она встает с кровати, чтобы подойти к Рене. — Быть собой, значит? — заинтересованно спрашивает Рейнольдс, гладящими движениями заправляя ее волосы за ухо. — И в чем я была не права? — прижимаясь к руке девушки, отвечает Уокер. — Мне просто интересно, сколько они так еще будут ходить около друг друга.       Элисон на мгновение останавливается, задумчиво покусывая нижнюю губу. — Они как собаки: прежде чем подружиться, им нужно друг на друга поскалиться, а потом принюхаться.       Рене легким шлепком бьет Элисон по плечу, тихо посмеиваясь. — Ты сравнила моего друга с собакой, — замечает она. — И своего, — отвечает ей Рейнольдс.       Больше они не говорят, лишь смотрят друг на друга.       Когда расстояние между ними кажется обеим пропастью, Элисон первая касается губ своей девушки.       Маленькими шагами они отходят к кровати, пока Рейнольдс не чувствует задней поверхностью бедер матрас. Останавливаются.       Стоя напротив кровати, Рене ласково гладила талию Элисон и медленно касалась ее губ своими губами. Остановившись на мгновение, чтобы взглянуть в глаза блондинки, Рене почувствовала легкий укус в районе брови, который тут же заменили легким чмоком. — У кого-то сегодня хорошее настроение? — тихо спросила Рене, укладывая ладони на ее поясницу. — Как знать, — задумчиво протянула Элисон, отодвигаясь назад, игриво уходя от нового поцелуя.       Рене не обиделась, только медленно стала опускаться на колени. Когда ее колени коснулись пола, она положила ладони на заднюю часть бедер Элисон, сжимая их через домашние пижамные штаны.       Элисон улыбнулась, уложив ладони на тонкие плечи, большими пальцами поглаживая выступающие ключицы. Рене, глянув на Рейнольдс снизу вверх, потянула штаны вниз, вместе с нижним бельем, не забывая покусывать и тут же зацеловывать открывающиеся участки кожи. Уокер внимательно оглаживала ее ноги, щекой нежно ластясь к обнаженным бедрам своей девушки.       Элисон же, переступив через спущенную одежду, осталась в одной майке и стала понемногу смущаться. Рене не дала такому случиться и сжала своей рукой ее таз, толкая назад. Другой рукой она проделала путь от задней поверхности бедра до сгиба колена, подталкивая его вверх. Элисон поняла намек и опустилась на кровать, закидывая ногу Рене на плечо.       Рене облизала губы, наблюдая, как двинулась грудь Рейнольдс под майкой, а к торчащим соскам обещала вернуться позже. Сейчас же она, поймав взгляд Элисон, начала целовать внутреннюю поверхность ее бедер, что так удобно оказалась около лица. Рука Уокер, что сжимала таз, опустилась ниже по телу, не желая отрываться от мягкости девичьей кожи. Раздвинув ее ноги шире, Рене, наконец, поднялась вверх и подула на ее клитор. Элисон дернулась от контраста температур, ощущая пульсацию у себя между ног, и предательски раздвинула ноги шире, пуская Уокер глубже в свое пространство.       Уокер улыбнулась и высунула язык, чтобы коснуться его кончиком влажного входа. — А меня тут ждут, — еще шире улыбнулась Рене, смакуя вкус своей девушки.       Элисон хмыкнула и тут же резко выдохнула, когда Уокер вновь повторила свое движение. Языком прошлась от входа до клитора, тут же обхватывая его губами и легкими, всасывающими движениями массируя горячую точку.       Не зная, куда себя деть, Элисон в усиливающимся беспамятстве приподняла таз, ища нужного трения, которого почему-то не хватало.       Обижено захныкав, она спустила руку вниз по своему телу и расставила указательный и средний пальцы в стороны, отодвигая свои большие половые губы.       Рене немного отодвинулась, смотря на картину, что развернулась — в буквальном смысле — перед ее лицом. Ухмыльнулась, на этот раз авантюрней, она вернулась к своему занятию. Услышав, как Элисон глухо вскрикнула от желаемой стимуляции, Уокер усилила напор.       Когда Элисон стала прерывисто хныкать и прогибаться, Рене аккуратно ввела в нее два пальца, поступательными движениями толкая пальцы вверх. Элисон захрипела громче и замерла. Рене улыбнулась, когда стала ощущать легкие спазмы вокруг своих пальцев.       Проводя Элисон через оргазм еще пару секунд, она отстранилась.       Пару минут Рейнольдс лежала на кровати, с ленивой улыбкой, наслаждаясь поглаживаниями, которые ей дарила Уокер.       Отойдя от своего оргазма, она протянула Рене руку, прижимая ее к кровати своим телом. В перерывах между поцелуями, они обе разделись до конца, сталкиваясь друг с другом плечами и руками.       Поменявшись местами, Элисон схватила Рене за задницу и потянула на свое лицо, сжимая мягкие половинки. Рене, дрожа в ногах, навалилась вперед, умещая себя прямо над лицом белокурой соблазнительницы. Руки ее вцепились в кроватные бортики, а Элисон своими руками держала рассыпающуюся Уокер. — Ну же, опустись ниже, хорошая, — прошептала Рейнольдс, целуя свою девушку в сгиб ноги, правее горячего лона.       Рене двинулась тазом вправо, ища мокрый жар языка, но лизнул ее лишь сквозняк с открытого балкона. — Ты… тебе… — начала мямлить Рене. — Дыша-а-ать!       От неожиданности прикрикнула Рене, тут же зажимая себе рот ладонью. Элисон, устав ждать, сама опустила Рене на свое лицо. От такого напора ноги Уокер раздвинулись, скомкав под собой простынь. Длинные пальцы Элисон впивались в ее бедра, поскрёбывая ногтями кожу.       А язык Рейнольдс таки добился своего, упираясь прямо в чувствительное место между клитором и малой половой губой.       Рене резко вздохнула, чувствуя, как слабеют ноги. Элисон, сотворяя до ужаса приятные движения своим языком, вдруг прервалась. Уокер медленно открыла глаза и села, аккурат упираясь в мягкую грудь Рейнольдс.       Вопросительно сдвинув брови, Рене для надежности поерзала, с долей стыда чувствуя, как с нее капает. Прямо на ключицы Элисон. На красивые ключицы Элисон. — Обопрись руками на меня сзади, — не обращая внимания на смазку на своей груди, сказала Элисон.       Ее рука мягко взяла локоть Рене, буквально отрывая от бортика и направляя назад. — Ну же, упрись в мой живот, — замурлыкала она.       Рене так и сделала, устав терпеть натяжение между ног. Тем более, когда помимо напряжения там еще и Элисон.       Откинувшись назад, она уперлась ладонями в живот своей девушки, чувствуя ее крепкие мышцы пресса. Рейнольдс же вовлеклась в процесс с новой порцией сил, ведь теперь, под таким углом, у нее было больше доступа ко всей площади.       Прикосновение языка к чувствительному месту разогнало кровь в ее теле, щеки вспыхнули. Рене ощутила слишком сильное скольжение и мельком взглянула вниз. Элисон, заметив ее взгляд, оторвалась и облизнулась. С ее губ капала слюна, а когда она высунула язык, то сочная капля упала на ее шею. Уокер сглотнула и ощутила новую волну жара, когда поняла, насколько сильно ее девушка хочет ее.       Между ее ног было слишком мокро, но, когда новая порция естественной смазки вытекла из нее, Элисон сделала невозможное. Смогла смутить Уокер.       Элисон убрала руку с бедра Рене, облизнула два пальца и коснулась ими чувствительного, мокрого входа. Возбужденная, расслабленная Рене не почувствовала проникновения, когда Элисон вошла в нее двумя пальцами, не глубже одной костяшки в глубину. Развела пальцы в сторону, чтобы увидеть, как тягучая естественная смазка начала вытекать мягкой струей. Голодно облизнувшись, Элисон заворожено смотрела на то, что сама, между прочим, и сделала. Чему являлась виной. И благословением.       Не вынимая пальцев, Рейнольдс дотянулась большим пальцем до ее клитора, надавливая и поглаживая его круговыми движениями. Рене прогнулась в пояснице, ее соски покрылись мурашками, она почувствовала в них игривое покалывание, как вдруг услышала хриплый голос Элисон. — Когда мы поженимся, то сделаем брачный контракт только для одного пункта, — не отводя взгляда от своих пальцев, сказала она.       Найдя в себе разум, чтобы осознать вопрос, и силы, чтобы ответить, Рене спросила: — Какого? — Ты была бы обязана сидеть на мне каждый день, — прошептала она, сжалившись и вынимая пальцы.       Но только для того, чтобы заменить их своим ртом и языком.

***

      Эндрю вернулся домой в начале одиннадцатого вечера, стараясь не сильно шуметь.       Когда он утолил свой нечеловеческий голод, Эндрю стало полегче, но он на всякий случай зашел на кухню, чтобы взять бутылку воды из холодильника.       Кевин, что спал где попало — в этот раз прямо около лестницы, — проснулся от его прихода и теперь молча ходил за ним, пока Эндрю не оставил его за порогом своей спальни, закрыв перед его мордой дверь.       Видимо, он и правда был грустным, меланхоличным подростком.       Переодевшись перед сном, он забрался на кровать и открыл телефон, лениво листая ленту и так же лениво отвечая на сообщения, что успели прийти за то время, что он не проверял телефон.       Устав от яркого света маленького экранчика, он выключил телефон и положил его рядом с подушкой, решаясь лечь пораньше, как вдруг он завибрировал. Звук нового сообщения Эндрю распознал как тот, чьего контакта у него не было.       Вновь взяв телефон в руки, Миньярд пару секунд смотрел на узкую полоску внизу экрана. Josten: Привет, это Нил :)       Тут же пришло еще одно сообщение от него. Я иногда играю в парке, может, хочешь прийти послушать?       Эндрю выключил телефон и перевернулся на спину.       Положив руку на лицо, он не смог сдержать довольной улыбки.