Before Tyranny

“Каждый грех исходит из добродетели” Шум. Бесконечный, оглушительный, хаотичный шум - хор из голосов, со всех сторон, хриплых, тихих, тягучих, просьба, мольба, жалость. Непрекращающаяся песня беспомощных и обездоленных, безжалостная, невыносимая какофония. Тело движется от точки к точке, как кукла на нитке, выполняя поручение за поручением, совершенно отстранённо, слепо подчиняясь дюжинам пар рук пытающихся перехватить друг у друга контроль. Шум, шум, шум, сводящий с ума шум, беспросветная стена звука, сдавливающего череп в лепёшку, непереносимый, приковывающий к земле вес долга, и десятки голосов, все, как один: Азур, Азур, Азур, Азур, Азур, Азур, Азур. Пока, наконец-то, всё не заканчивается. Тишина. Ни единого голоса больше не слышно. Холодный северный бриз, давно затихшая деревня, и аромат расцветающих деревьев, смешавшийся с вонью влажной земли. Весна. Тело медленно спускается по несущей стене одного из домов - задница на холодные ступеньки, ботинки в липкую грязь. Выдох. Глаза начинают закрываться — Азур? — ДА СКОЛЬКО УЖЕ МОЖНО?! — юноша вскакивает на ноги, параллельно со всей силы ударяя по деревянной стене. Он успокаивается, когда узнаёт лицо, выглядывающее из дверного проёма. Бледное, аристократичное, совершенно не подходящее этому запущенному месту. Мягкий голос, идеальные манеры последнего дворянина живущего в Плеядах. Забытого, как и всех остальных местных жителей. Повезло же ей оказаться в единственном месте во всём Терратусе, где её статус совершенно ничего не стоит? — Ох, Морна, это ты. Прости, вышел…непростой день. А как ты до двери сама дошла? — У меня довольно тесная комната — девушка неловко улыбнулась, уводя глаза куда-то вниз, и начала ритмично стучать пальцами по дверной раме — В любой точке можно ухватиться за какой-то предмет. Я просто услышала звуки, и решила проверить, что происходит… — Давай-ка я помогу тебе вернуться в кровать — Азур размялся, снял с себя грязные ботинки, и пригласил себя в домик Морны. Здесь было тихо, опрятно. Рядом с кроватью стоял столик для чтения, и освещал комнату серебряный канделябр, из которого давно и крайне грубо выкорчевали все драгоценные камни, исцарапав всю резьбу в нечитаемую кашу. Но свечки на нём всё ещё хорошо держались — Поди-ка сюда — машинально вырвалось из юноши. Он притворился что, не говорил этого, а Морна, как настоящая леди, ему подыграла. Селянин повернул её стул к себе, и очень аккуратно взял девушку за спину в двух местах, медленно поднимая её себе на руки — Ты ведь мог просто подвинуть стул поближе, Азур… — слабо пробормотав протест из приличия, она никак не помешала донести себя до кровати и аккуратно в неё уложить. Когда Морна уже открыла рот, чтобы поблагодарить его, Азур начал её ещё и укрывать, от чего стало совсем невыносимо стыдно, и своё недовольство девушка решила выразить погромче — Азур, не нужно! Я ведь всё-таки не ребёнок. Сама могу себя укрыть — Но разве тебе не будет неудобно тянуться через всю кровать к одеялу? — Остальные люди ведь как-то справляются? Или тебе тоже помогают улечься спать? — последняя фраза очевидно было просто шуткой, но на юношу она навеяла какие-то печальные воспоминания. Он выдавил из себя неискреннюю улыбку, притащил стул поближе к кровати, и упал в него, с удовольствием опираясь на спинку и разминая плечи. Морна аккуратно положила руки на одеяло, сложив их домиком, и молча наблюдала за каждым действием селянина, которому из-за этого стало не по себе. Отчаянно пытаясь найти повод прервать тишину, он потянулся к ближайшей книге на столе, открыл её, и начал пролистывать — Что читаешь? — Азур отчаянно пытался найти в книге хотя бы одно изображение, но везде был лишь текст, текст, текст. Ничего не понятно. Со стороны Морны донёсся заливистый смешок — Ты её дном кверху держишь! Дай мне! — Ну простите меня, ваше величество. В школе по уборке конского навоза грамоте не обучали — с несколько недовольной улыбкой, Азур перевернул книгу, и протянул девушке — Так уж и быть, тебя прощаю — прикрыв рот ладонью, дворянка позволила себе ещё немножко посмеяться, а потом практически незаметно прокашлялась, и принялась зачитывать вслух название — “Рыцари Внутреннего Круга” — Опять они? — с искренней усталостью вышло изо рта юноши, который медленно проводил рукой по лицу, оттягивая вниз глазные веки — А что? Они тебя часто донимают? — Эта фраза Морны была также очевидной шуткой, но кроткая улыбка исчезла с её лица, когда она увидела реакцию Азура — Что-то не так? — Да вот приперлись они сегодня. Меньше суток их знаю, и уже в печёнках сидят. Вот бы они поскорее ушли — со смертельно серьёзным выражением лица, девушка держась за стол подвинула себя как можно ближе к селянину — Азур. Это какая-то шутка? Ты правда встретил имперских рыцарей? Настоящих? Точно не ряженные бандиты? — Ну у них есть этот, меч волшебный. Весь золотой, которой только избранный может вытащить. И дерутся они неплохо. Настоящие, думаю — Ты говоришь про легендарный магистров меч Арнет?! И это не подделка?! — дворянка неловко попыталась повернуться боком всё ещё держась за стол, чтобы точно донести до собеседника насколько она серьёзна — Кто-то из них вытаскивал его из ножен?... — Морна замерла в предвкушении, прекратив даже дышать — Они - нет. Я - да. Вдохни. И моргай почаще, у тебя уже глаза краснеют. Не надо на меня так пристально смотреть, я за день никак не изменился — Что?... — тихо вышло на вдохе — ЧТО-О-О-О-О-О-О?! — громко вышло на выдохе — Да не ори! И так башка трещит. Куда делись твои манеры? — Почему ты так естественно об этом говоришь, как будто каждый день с магическими артефактами дело имеешь! Это ведь меняет ВСЁ! Совершенно всё! Не только наши жизни, но возможно жизни всех на Терратусе! Магистры чаще раза в поколение не выбираются, и последние три колена их не было вообще! Ты понимаешь, что это значит? Ты избранный! — Как я могу быть избранным, если даже не выдвигал свою кандидатуру? И кто за меня голосовал? Меч? — Ты что, не знаешь как это работает?! Его магия определяет достойных! В этом вопросе ни у кого кроме самого меча права голоса нет! — А как он это определяет? — Я…Я не знаю! Я не волшебница! Я об этом только в книгах читала… — А что если это никакая не магия, а просто ловкость рук? И меня этим трюком пытаются затащить на фронт? Да и даже если это всё правда, сдались мне эти принцессы и драконы. Больше волнует как следующую зиму пережить, а сокровищами и благородными дамами не наешься — в конце этой небольшой тирады, Морна крайне неподобающе выпучила глаза и замерла в тишине. До селянина не сразу дошло, что последняя фраза могла прозвучать слегка…двусмысленно — Я к чему клоню. Я уже взрослый мужчина, и с моей ответственностью негоже верить в сказки. И умирать в полусотне локтей от дома ради какой-то империи которую еле мой дед застал я тоже не буду. Один я всё равно ничего не поменяю, что с мечом, что без. У меня родина начинается и заканчивается этой деревней - остальное пусть спасает кто-то другой — Азур, как можно быть таким циником? — А? — О, как это объяснить…Так ограниченно ко всему относится? Существует целый мир вне нашей деревушки, и если ты его не видел, не значит, что его не существует. Существует и магия, и судьба, и драконы — Да не существует драконов. Ты их когда-то видела? А кто-нибудь ещё? В книжке можно всё что угодно написать. Я верю только своим двум глазам. Нету ни драконов, ни карликов, ни великанов. Жизнь - не сказка — А в фей ты тоже не веришь? — Эти твари меня чуть не загрызли десяток лет назад! Конечно существуют! Я никогда не забуду их пухлые, противные рожы, и эти уродливые крылья отблескивающие всеми цветами подряд… — Что? — Да хватит меня путать, не об этом вообще речь! Избранный не избранный, я никаким магистам становится не буду, никуда не уйду, пусть засунут себе свой Арнет куда поглубже — Магистром — Плевать мне какой они там титул изобрели! Думают, что дурака нашли, глубокое село ничего об этом мире не знает. Даже в книжках не бывает, что кто-то всю свою жизнь был говночистом, а потом внезапно стал магистром — Азур, ты совершенно уничтожаешь всю свою естественную харизму когда начинаешь вести себя как чёрствый, старый дед — очевидное разочарование и укоризнина в голосе заставили юношу постыдиться. Даже не удостоив его взгляда в свою сторону на прощанье, Морна хлопнула книгой, поставила её на стол, и задула свечи — Прости?...Прости, да — он медленно поднялся на ноги, с искренним сожалением на лице. Дворянка уже успела перевернуться на другой бок — Спокойной ночи — но Азуру даже на это не ответили. Тихо покинув домик и крепко закрыв за собой дверь, селянин сплюнул и грязно выругался себе под нос — Даже не попрощалась…Я серьёзно влип. И что мне теперь делать?... — печально взявшись за голову, юноша неспешно удалился в сторону кузницы. От навязчивых мыслей спрятаться можно лишь по уши в работе Несмотря на своё изначальное желание, уже через несколько шагов мысль о том что ему сейчас придётся ещё и что-то делать стала невыносимой. Пойдя на сделку с совестью, Азур выбрал самый долгий и неэффективный путь к рабочему месту, несколько раз делая вокруг него круги. В итоге, глаз зацепился за интересность - след из раздавленной травы и отпечаток подошвы в грязи. Он определённо не подходил ботинкам юноши, да и его обувь не оставляла такие чёткие отметины в земле. Селянин проследовал за ними до окраины деревни, поднимаясь на небольшой холмик, и спускаясь к заболотившемуся озерцу, где след обрывался. Азур заметил сидящую на щите Баретес, которая лениво кидала гальку в воду, пытаясь заставить камешки подпрыгнуть как можно больше раз — Зачем воду каламутишь? — Не мешай мне, парень. Дуй обратно в свою драгоценную деревню — Тёть, ты что посреди ночи на озере забыла? Барет показала Азуру круг из указательного и большого пальца - общепринятый на землях бывшей империи знак, означающий "иди в сраку" — Тебе разве не говорили быть повежливее со своим магистром? — Как же быстро ты мнение поменял! Сломанный секстант, во все стороны крутящийся! — А? — Не сыпь соль на рану, деревня. Я уже обманулась. Дай хотя бы умереть достойно — Ты на кой утопиться решила, дурёха? Ещё и в этой луже. Совсем с головой не дружишь? — А что мне прикажешь делать? От родины моей камня на камне не осталось, от ордена даже дюжины людей не выжило. Нашей последней надеждой было найти достойного лидера с помощью Арнета, но судьба сыграла очень злую шутку, подложив нам тебя. Так что остаётся только кончать с собой, чтобы отказать в удовольствии добить нас Воертингерусу или ещё какой-то ордынской пешке — Как для такой дерзкой девицы ты больно рано сдаёшься. Не по-рыцарски как-то это. Неужели без меня и правда так сложно найти в себе силы? — Да кому ты даром сдался, ирруматор? Магистр нам нужен был. Настоящий. Посмотрела бы я как ты против всего мира бы сражался. Сидишь в своей дыре и на собственную мнимую важность до мозолей надрачиваешь. Не зли меня и проваливай — “Мнимую”?! Думаешь, целая деревня стариков и калек без меня хотя бы неделю протянула? И в отличии от тебя, я не сдался как трусливая мелкая лупа. Яиц тебе не хватает, а не магистра. Хотя, чего от бабы ожидать? — Даю тебе последний шанс заткнуться и убраться куда подальше пока я тебя в этом же озере не утопила — Попробуй — Впервые за разговор, рыцарь встала со своего щита, и повернувшись к Азуру хрустнула костяшками пальцев. Брони на ней не было, и щит она поднимать не собиралась. Очевидно, юношу ожидал относительно честный кулачный бой.Они стояли по прямой, примерно в десяти шагах друг от друга. В нескольких шагах назад от Барет находилось само озеро, куда она обещала окунуть селянина. Оба сжали кулаки, выставили их перед собой, и медленно начали сближаться, идя друг на друга. Не прошло и десяти секунд, как был успешно нанесён первый удар - к удивлению Азура, девушка вполне легко смогла дотянуться до его подбородка кулаком. Он отшатнулся, и как только смог открыть и сфокусировать глаза, увидел как ему в живот полетел ещё один удар. Юноша полетел на землю, смягчил падение руками, и успел среагировать на попытку придавить его к земле всем весом - схватил девушку за запястья, перевернулся так чтобы на земле оказалась уже она, и ударил лоб о лоб. Барет зарычала, и пока её оппонент убирал голову назад, вцепилась в его нос зубами — ОТПУСТИ! — Юноша нажал коленом на живот рыцаря, потянулся вверх, и освободил свой кровоточащий нос, рефлекторно взявшись за него руками. Это было ошибкой — ХЕР ТЕБЕ ЗА ВОРОТНИК! — Кулаки полетели ему в горло и висок, и пока Азур пытался оклематься, девушка взяла его голову в захват - но не успев полноценно закрепиться, она оказалась переброшена через юношу, который начал колотить её по роже. Они катались по земле как сцепившиеся коты, громко рыча и крича во время обмена атаками. Шума от них было как от пары спаривающихся хорьков, так что слышно их было по всей округе и продолжалось это достаточно долго, чтобы все звери холма и озерца убежали и спрятались в самые закромные места. Никто из них двоих не мог, да и не пытался следить за временем, но к тому времени как пара начала выдыхаться, находившийся на этот раз сверху Азур внезапно замер посередь замаха, и от удивления замерла и Баретес — Что случилось? — Знаешь, при лунном свете ты выглядишь...совсем иначе — Азур... — Да? — Подвинь голову поближе... — нервно сглотнув, юноша сделал так, как ему сказали. Он не мог точно сказать, чего именно ожидал, но то, что она сделала точно его удивило…Баретес плевком отправила огромный сгусток слюны и крови ему прямо в глаз — ЛУПА! — прокричав ругательство, юноша закрыл глаза, поднял туловище вверх, и попытался вытереть лицо. В очередной раз, его уязвимостью воспользовались, швырнув его в озеро - головой вниз — Прошу прощения, господин магистр! Давайте я помогу вам помыться! — улыбаясь от уха до уха, Баретес несколько раз толкнула Азура глубже в воду, больно держа за его волосы на затылке. Тщетно барахтаясь руками в мелководье, селянин на ощупь нашёл воротник рыцаря, и со всей дури потянул за него. Одежда порвалась, и его оппонент также полетел в грязную воду, а сам юноша наконец-то смог выпрямиться и вдохнуть — Ты ненормальная! Реально чуть не убила же! Все бабы с юга такие бешенные, или ты одна такая?! — А все мужики с севера в первый день знакомства уже одежду лезут срывать? — с крайне недовольным видом, Баретес также выпрямилась. Вода была им обоим по бёдра, но они уже хорошенько успели нырнуть и намочить всю свою одежду и подцепить немного зелени с поверхности, а после финта со стороны Азура прикрывать грудь приходилось руками — Надеюсь, что ты один такой — Ладно, повеселились и хватит. Давай я тебе помогу и будем отсюда вылезать. А то так простудиться ненароком можно — медленно и с заметным недоверием, девушка сделала несколько шагов вперёд, убрала с себя руки и сразу же получила шлепок кувшинками по соскам, которые из-за своей естественной липкости и силы удара пристали — Будешь теперь как русалка — издав крайне высокий, еле уловимый человеческим ухом визг, от смеси испуга, боли, и стыда, освободившиеся ладони Барет прилетели Азуру по ушам - и бой продолжился… Бэдивэрос стоял на окраине деревни, всё ещё в своём полном обмундировании, держа одолженное у Эстока копьё. Во второй руке он держал свечу, и плавно поворачивал свою голову по кругу, ища пропавших товарищей. Он конечно слышал шум откуда-то вдали, но бродить ночью по неизвестной местности ему казалось бесполезным. Что-что, а по крайней мере магистр должен суметь доковылять до самой деревни, и Баретес просто так его бы не оставила…Оставалось только ждать. Надежда рыцаря быстро оправдалась - послышались приближающиеся, спокойные шаги, и вскоре из теней выступили желанные “гости”. На плечах у Барет была кожаная куртка Азура, а сам юноша заметно замерзал на ходу, находясь в одной тунике — Что-то случилось? От вас давно не было ничего слышно… — девушка прошла вперёд молча, в то время как селянин легонько махнул рукой, мол, ничего серьёзного. После чего догнал девушку и пальцем показал ей на одно из зданий сохранившее ухоженный и обжитый вид. Они направились туда, в то время как Бедивэр пожал плечами, и собирался потушил свечу, пока юноша не прибежал обратно, молча её забрал, и на этот раз не ушёл точно. Хмыкнув и подумав, что всё хорошо, что хорошо кончается, среброволосый рыцарь позволил себе отправиться на боковую уж наверняка. Пара прошла внутрь здания, и Азур прошёлся по углам широкого помещения, зажигая остальные свечи, освещая небольшую, скромную баню. В центре помещения находилось наполненное водой круглое углубление, которое трубками было соединено с небольшой башенкой в краю комнаты. Приподняв её верхнюю часть, Азур вложил свечу внутрь, перемешал угли, и крепко закрыл — У вас здесь даже горячих источников нет? — А? — Горячей воды — Как это нету? Сейчас нагреем и будет горячая — Нет, я имею в виду сразу горячая — Из под земли и сразу горячая? — Да — юноша снисходительно посмотрел на рыцаря, еле сдерживая смех. Он открыл рот чтобы выпустить очередную колкость, но в лицо полетела его же куртка, которая ударившись о своего владельца зацепилась за его макушку. К тому времени как селянин сбросил её с себя, Баретес уже полностью погрузилась в воду, и дрожала как осиновый лист, но сохраняла совершенно каменное выражение лица — Не холодно? — Сойдёт— с лёгкой улыбкой на лице, Азур сбросил с себя одежду и влез в воду вслед за Барет, выпуская изо рта длинный, уставший выдох, который резко перешёл в булканье, когда юноша опустил часть лица под воду — Обожаю в бане пузырьки делать — Всё-таки стоило утопиться там. И тебя с собой забрать — Да ладно. Расслабься. Я сегодня хорошо поработал, устал, ты тоже внесла свою лепту. Теперь надо восстановить силы, а завтра по новой. Мне ещё пупырки коровам убирать. Вони будет... — Откуда такое спокойствие и уверенность в завтрашнем дне? Ты сегодня помог нам пятерых дружинников убить. Думал на этом всё закончится? — Ну подумаешь через год ещё пять придёт. Тоже убью — Это же не простые бандиты. Воертингерус местный правитель, каждый колосок и каждая голова скота это живительная кровь для его власти. Единственный способ оказаться признанным горделивым северным людом, это не оставить им выбора. Если Воертингерус будет держать все ресурсы региона в своих руках, никто не оспорит его власть. Кроме того, на кону стоит его авторитет. Он просто так этого тебе не подарит. Хочешь ты этого или нет, Азур, но ты уже вступил в эту войну. И раз уж враг у нас один, сражаться надо вместе — Какая ещё война? Кто будет воевать за эти руины? Камней не хватает ему, или паутины? — У вас тут скот и ферма есть. Сейчас такие времена что за одного телёнка зарезать можно, тем более на севере. Тебе придётся платить ему дань, и всё твоё хозяйство заберут. Рабочих рук хватает, а земля на вес золота. Тебя устроит горбиться ради ордынского наместника? Если после сегодняшней выходки тебе даже позволят жить — Помолчи, а? Нагоняешь страху. Я двадцать лет здесь жил, чего только не пережил, и всё без рыцарских орденов и колдовских мечей. И следующие двадцать лет тоже буду справляться — Я тебя предупредила. Если даже будучи по плечи в потопе ты продолжаешь отрицать опасность и прятать голову в песок, то удачи.. Она тебе пригодится — И тебе тоже. Воевать за свою родину и всё такое. Или чем вы там занимаетесь? — Нас, в отличии от тебя, не устраивает что весь континент страдает от тирании заокеанских. Из-за таких самопоглощённых самодуров мы войну и проиграли. Ни роду, ни совести, ни веры. Лишь бы было что жрать, больше ничего не интересует. Скот на двух ножках — Да заткнись ты. Прикрываешься какими-то небылицами чтобы простой люд вроде меня на убой пускать. У нас вся деревня служила в ополчении, из трёх сотен здоровых мужей вернулось тридцать калек. Ну и? Победили? Родину защитили? Честь государя и всю остальная чушь. Сколько вам ещё нужно убить, чтобы вы были довольны? Последний мужчина на весь Принципс, даже за мной пришли. Людоеды в сияющих доспехах — Я услышала достаточно — Баретес встала из бани, накинула на себя одежду, и даже не сушась, вышла, хлопнув дверью. Оставляя Азура одного — Двадцать лет пережил, двадцать лет ещё переживу — медленно поднимаясь из горячей воды, он размял плечи, неспешно и твёрдо поднимаясь на каменную кладку. Сделав глубокий вдох и обмотав руки полотенцем, юноша аккуратно открыл “башенку” и достал свечу, потушив её одним выдохом, перед тем как пройтись по комнате и сделать тоже самое с остальными — Но испортила же настроение, сволочь. Ладно, я знаю, чем себя занять. Мечи на орала… — ведя еле слышный монолог, селянин вытерся, высушился, оделся, и резко выскочил на улицу, сделав небольшой круг по траве. Ощущение прохладной ночи после горячей бани было несравненно приятным. На этот раз, к рабочему месту он направился прямо и уверенно - оно представляло из себя небольшой домик, принадлежавший его отцу и переоборудованный под склад, и скромная кузница под навесом на заднем дворике. Он сложил здесь всё обмундирование павших солдат, кроме ткани. Азур поднял один из щитов, внимательно осматривая его форму - практически идеальный круг из твёрдой древесины, который соединяла и подстраховывала симметричная паутинка из железа. Перед значительно проседал вперёд, но не считая этого, оно выглядит как колесо. Колесо! По лицу невольно расползлась улыбка, и начав разогревать кузню для освещения, юноша принялся за работу. Молот и клещи помогли ему разогнуть металл и придать нужную форму. Лишнюю древесину он выкорчевал, после чего расплавил наконечники копий. Работа с железом ему давалась тяжело, да и надёжно обращаться с ним получалось лишь в очень маленьких масштабах. Ничего больше гвоздей юноша ещё не делал. Но он совершенно не собирался позволять неопытности испортить его текущий проект. Азур полностью сосредоточился на процессе, и хоть работа была крайне долгой и кропотливой, у него вышло создать ровные и крепкие спицы для своего колеса. Мокрый от напряжения, с невольным, нервным хохотом, селянин перешёл к следующему шагу - самое сложное было уже позади. Он взял сиденье от кресла-качалки, и дно от тачки, соединив их порцией новых гвоздей, после чего прикрутил два новых колеса. Судорожно перепроверив конструкцию ещё несколько раз, ремесленник сел в неё сам, и толкая верхнюю часть колёс, попытался сделать круг вокруг кузницы. Хотя к такому способу передвижения стоит ещё привыкнуть, да и сам чудо-стул был довольно тяжёлым, работал он даже лучше, чем сам создатель ожидал! Свалиться с него было сложно даже специально, и учитывая использованные материалы, внедорожье Плеяд тоже не составляло серьёзной проблемы. Осознавая масштаб своего успеха, Азур выпрыгнул на землю, вскинул инструменты вверх, и тихо прокричал - смешок перерос в практически истерический смех, который юноша всеми силами старался подавить, из-за чего хохот быстро перешёл в довольно сильный приступ кашля. К счастью, его нежно и аккуратно похлопали по спинке — Ох, спасибо. Надышался ещё гари, думал сейчас лёгкие вылезут… — Азур улыбнулся уже более искренне, и в середине поворота к своему “спасителю” осознал ситуацию. Так что, вместо благодарности в череп незнакомца полетел тяжёлый кузнечный молот. За мгновение до соприкосновения, незнакомец превратился в столп из бабочек неизвестного юноше цвета, которые разлетелись во все стороны, заставляя атакующего напугано отпрыгнуть назад. Он сунул клещи в фартук, и поудобнее схватился за молот — Шикарный трюк, урод. А теперь давай по-мужски — Какое же у вас варварское отношение к людям, магистр! Я же ничего плохого вам не сделал, а вы уже пытаетесь меня прикончить! Так ещё и таким…нецивилизованным оружием. Я был бы согласен на смерть от копья в сердце, или меча в грудь, но молоток по голове - ну уж нет, это ниже моего достоинства — Азур судорожно искал источник голоса глазами, пока тот не закончив фразу, воплотился казалось бы из воздуха. Это был высокий, тонкий мужчина, в шикарной и чудаковатой одежде яркого, белоснежного цвета, от которого слегка побаливали глаза. В одной руке он держал посох из древесины, который по своей хаотичной форме меньше напоминал изделие, и больше казался странной и подозрительно удобной веткой, которую кудесник подобрал по дороге. Во второй руке он держал остроконечную шляпу, украшенную такими же неописуемыми цветами, как и бабочки. Хоть головной убор был снят, мужчина держал шляпу так, чтобы его лицо не было видно — Но какая незадача - меча у вас при себе нет. Так что, может быть, просто поговорим? — Не стоило подбираться ко мне со спины! — несмотря на угрожающий тон, юноша не сдвинулся с места, а лишь отвёл правую руку за спину, готовясь к широкому замаху — И я никакой не магистр. Ты обознался, шут — Какая спесь! Какая дерзость! Кровь с молоком, закипающие от одного взгляда…Вы меня завораживаете, магистр. Я нахожу вашу страсть…Заразительной — мужчина подбросил шляпу вверх, и щёлкнув пальцами заставил её исчезнуть, после чего легонько оттянул воротник, показывая себя во всей красе. Его волосы напоминали Азуру овечью шерсть, хоть и по структуре они были довольно близки к человеческим - длинные, пышные локоны, хаотично идущие во все стороны, спадающие на лицо незнакомца. Если бы не его голос, юноша определённо принял бы его за даму — Ты пришёл свататься, или сражаться? — Спокойно! Сражаться я точно не собираюсь, а свататься пока рановато. Может для начала хотя бы чаю выпьем? — Я сделаю из твоего черепа чашу, и буду пить оттуда! — селянин подался вперёд, попытавшись сделать подсечку, но ударился ногой об поразительно толстую древесину посоха. Правой рукой он замахнулся молотом, от удара которым волшебник защитился ножнами Арнета, держа спокойную, невозмутимую улыбку на протяжении всего столкновения — Не ожи… — фразу он не закончил. Ему вщёку прилетел поразительно быстрый и сильный хук левой рукой. Незнакомец выронил меч и попятился назад, еле удерживаясь на ногах благодаря посоху — Откуда такая силища? — Если не заметил пока подглядывал за мной, я левша, урод — Азур поймал меч, и перехватив его за рукоять, внимательно осмотрёл. Настоящий. Из ножен выходит точно так же просто — Будешь говорить что-то в свою защиту, или мне тебя всё-таки убить? — повесив молоток на пояс, юноша достал меч из ножен, направляя его остриём в сторону кудесника — Ты достаточно себя продемонстрировал. Знаешь, я несколько сомневался в решении Арнета, но…вижу, он как всегда не подвёл. О, точно, где же мои манеры! — после очередного щелчка пальцев, шляпа снова появилась, и мужчина надел её исключительно для того чтобы сразу же снять в драматичном поклоне — Мэвдвин, придворный маг Рыцарей Внутреннего Круга, верой служивший нескольким вашим предшественникам, Азур. Несмотря на ваше нестандартное происхождение, поведением вы словно копия старика Кая. Ох, как же я по нему скучаю…Он был мужчиной хоть куда! — Ты мне никто. Я не имею ничего общего со всей этой рыцарской бурдой. И твои сказочки мне тоже не интересны — Господин Азур, это же просто нелепо — Мэвдвин начал играться со своими вычурными манжетами, выражая показное раздражение и разочарование — Арнет избрал вас. Это судьба. От судьбы не сбежишь. Так что пора её просто принять, и приниматься за дело. Империя сама себя не спасёт — В бездну тебя. И твоих рыцарей. И твою империю. И твою судьбу. Никто не смеет мне приказывать — Ой ли? И как же ты собираешься противиться судьбе? — тон колдуна в мгновение изменился. Он поднял глаза на собеседника, и спрятал руки за спину, на этот раз демонстрируя ему очень недобрую улыбку — Это труд дурака. Всё равно что толкать назад приливную волну — Смотри — с серьёзным и невозмутимым выражением лица, Азур подошёл к своей наковальне. Он сделал глубокий вдох, взялся двумя руками за Арнет, и ударил в центр со всей силы, надеясь расколоть лезвие вдребезги. Вместо этого, он протолкнул клинок по рукоять внутрь — Надо же…стоило поверить Баретес. Ты и вправду идиот — улыбка полностью сошла с лица мага, и он вернув себе шляпу, одним движением развернулся к юноше спиной — Желаю тебе долго вариться в заваренном тобой же котле — сделав лишь шаг вперёд, он снова растворился, обратившись в стаю причудливых бабочек — Ну и пошёл ты, евнух — только и пробормотал Азур, перед тем забрать свою коляску, и убраться восвояси. Надо хотя бы часик покумарить перед рассветом… В уставшие веки грубо постучались бледные лучи солнца, заставляя Азура перевернуться на другой бок. Снаружи было ярко, шумно, холодно, не то что в его кровати - тихо, тускло, и так тепло. Единственный звук который слышал юноша - это еле ощутимое, нежное сопение. О нет, опять что-ли? — Моргейн, ты снова залезла ко мне в постель? Ты же уже не маленькая — Мне снова приснился страшный сон… — щенячьи глазки сестры виновато посматривали на селянина, который только начал открывать свои. Кажется, она проснулась намного раньше, и просто наблюдала за тем, как он спит. Это уже даже не раздражало — Тебе каждую ночь страшные сны снятся — с закрытыми глазами и доброй улыбкой, Азур лениво потянулся к её макушке и потрепал за длинные, густые, жирные волосы, которые девушка никогда не давала постричь, а учитывая как сложно отодрать эту гриву до чистоты то и мыла она её крайне нечасто — Про что на этот раз? Опять Луна свалилась с неба? — Нет! У меня уже давно такого не было! — Моргейн было ужасно стыдно вообще признавать, что когда-то она регулярно просыпалась посреди ночи и рыдала от страха, из-за такой глупости — Мы были в каком-то странном саду. И там был злой карлик-альбинос в огромных деревянных доспехах на колёсиках. И тебя там чуть не убили! — Ха-ха-ха, ну и фантазия у тебя. Надо бы найти где валяется лишняя бумага, чтобы ты записывала. Будешь детям сказки на ночь читать — Каким детям? Здесь все уже престарелые, не будет у них детей…А я ещё не готова — с неподдельным интересом, Азур перешёл в полусидячее положение, опирая голову на руку, внимательно слушая куда поведёт свою мысль Моргейн — Что? — С кем это ты детей заводить надумала? — Я не надумала, говорю, не готова ещё! И зачем спрашиваешь, и так всё понятно — из селянина вышел очарованный смешок — Нет, не понятно. Прости, но я понятия не имею, какие механизмы работают у тебя в головушке. Я конечно хорошо читаю твои эмоции и знаю все твои странности, но за твоим полётом мысли не угнаться никому — Ты вчера голову простудил? Как не понятно? Я только одного мужчину в жизни видела, который не годится мне в отцы — Кого же? — Тебя! — Ну? И? — Не буду я это вслух говорить, задира. Потом ещё смеяться надо мной будешь, или даже наругаешь, потому что я на твой вопрос ответила. Ты бываешь ужасно несправедливым — Да ладно… — Азур поднялся с кровати, и начал разминаться, повернувшись к окну. Мозг принялся за работу полноценно, и естественный вывод из этого разговора всё-таки пришёл к нему - это убило последний намёк на хорошее настроение сегодня. Моргейн всегда была странной, и её часто посещали странные мысли. Все ухудшилось после проклятого инцидента с феями, и её приходится чуть ли не дрессировать чтобы она вела себя хоть сколько-то нормально. После смерти родителей, Моргейн стала намного более покладистой, стала почти как шёлковая, видимо, из-за страха. Изменения в её поведение наверняка были мотивированы исключительно желанием не злить обладателя последней кормящей её руки. К сожалению, до этого она успела натворить делов. Азур был готов простить ей всё, но…есть поступки с необратимыми последствиями, и не только для них двоих — Я пойду по делам. Пригляди за домом. Если гостям что-то понадобиться - обслужи. Постарайся чтобы сегодня они меньше меня доставали — Я хочу пойти с тобой — Нет. Потом — Азур — сестра подошла к своему брату поближе, легонько прижимаясь руками к его спине. Тот повернул голову, держа её в поле зрения — Что ты принёс сегодня домой? Зачем нам стул на колёсиках? — Это для Морны — Поэтому я не могу пойти с тобой? — Да — в комнате встала крайне неловкая тишина. Юноша молча начал одеваться, не спуская глаз с Моргейн. Он задел опасную ниточку - кто знает, что она выкинет? — Азур. Я хочу перед ней извиниться — Зачем? Тебе стало её жаль? — Азур со всех сил старался избегать укора и осуждения. Такое давление может только ухудшить ситуацию. К сожалению, время от времени его настоящие чувства проскакивали в языке тела или речи, и Моргейн улавливала их каждый раз — Нет — коротко и честно. Сказано без толики сомнения. Это чистая правда — Тогда зачем? — От этого всем будет лучше.Я считаю свой тогдашний поступок ошибкой. Единственное чего я добилась им, это страданий для нас всех троих. Поэтому я хочу с ней помириться. Чтобы тот случай мог уйти в прошлое — Такое не забудешь и не простишь. Когда напоминание об этом перед лицом, каждый день, целый день — Тогда я хотя бы смягчу боль. И постараюсь доказать, что подобного больше не повториться. Всем станет немножко легче — Логика у тебя железная, не поспоришь. И ты сейчас точно не врёшь…Хорошо, пошли. Одевайся, я буду ждать тебя у порога — Спасибо, Азур — выдержав небольшую паузу, его сестра искренне улыбнулась — Я люблю тебя — А я тебя как люблю — из уст юноши вырвалось неожиданно искреннее и душевное заявление, из-за чего он поспешил спуститься по лестнице дабы скрыть краснеющие от стыда уши. Там он одел куртку и штаны поверх туники, заранее надел фартук и повесил на пояс свои инструменты. Сегодняшний день обещает быть долгим. Открыв дверь ключом и закинув его в карман, юноша взял коляску, открыл дверь, и вышел на улицу. В лицо сразу же ударили тусклые лучи солнца, а по ушам раздалось оживлённая и энергичная речь толпы — Да что на этот раз? Фоморы бы вас подрали… — среди обеспокоенных селян выделялась фигура мужчины в роскошных одеждах, на гнедом коне с тканью спадающей по бокам туловища животного - полотно цвета морского прилива, с красной полосой в конце — Опять они? — с заметным беспокойством сказала Моргейн, выбежавшая на улицу вслед за своим братом. Тот лишь кивнул, закатил рукава, и передал коляску в руки сестре, перед тем как уверенно и быстро направиться к представителю Воертингеруса — Я ещё раз повторяю, моё сообщение будет передано лично главе вашей общины, и никому другому! — голос у посланника был молодой, высокий, в котором слышалось очевидное презрение и высокомерие, смешанное с южным акцентом, что превращало его практически в стереотип самовлюблённого, избалованного мальчика из столицы. Пока он продолжал ругаться с толпой, Азур молча подошёл к нему со спины, схватил за плащ, и потянул на себя - заставив того упасть со своего коня прямо в грязь. К сожалению, лицом вверх. Понимая, что происходит, жители поспешно отошли подальше, хотя продолжили следить за сценой — Ну вы и идиоты. Если пятеро не справились, какой смысл отправлять одного! Да и ещё какую-то размазню… — стиснув зубы, юноша наступил мужчине на шею, и начал давить его горло своим тяжёлым ботинком. Испуганный посол тщетно пытался набрать воздуха в лёгкие, и поняв что просто так он не вырвется, начал шариться по своим карманам, пока не достал оттуда синий флаг, лишённый каких-либо обозначений. С тяжёлым выдохом и очевидным нежеланием, селянин убрал ногу с мужчины, но не помог ему подняться — Согласно древним обычаям севера и юга… — Я прошу и обещаю что за эту встречу не прольется ни одна капля крови — А теперь ближе к делу, южанин — Если вы позволите мне отдышаться… — посол прокашлялся, медленно поднялся на ноги опираясь на свою лошадь, и бросил очевидно презрительный взгляд на Азура, перед тем как продолжить свою вежливую речь с натянутой, фальшивой улыбкой — Я принёс письмо от господина Воертингеруса. Он хочет встретиться с вами завтра на рассвете, и решить сложившийся конфликт мирно. Детали на бумаге — мужчина протянул юноше свёрток бумаги, закрытый печатью изображающей трёхглавого медведя. Со спины к Азуру подошли трое - Баретес, Бедивэрос, и Эсток — ТЫ ЗАСУНУЛ МЕЧ В НАКОВАЛЬНЮ?! — Барет, мы можем поговорить об этом потом… — старший рыцарь аккуратно похлопал соратницу по плечу, стараясь успокоить — Он прав. Сынок, открывай-ка это письмо — Я не твой сын — с неодобрительным тоном в голосе, селянин сломал печать надвое и раскрыл свёрток — Вы держите его вверх-дном, господин — с невероятным удовольствием отметил посол. Баретес молча приложила наконечник своего копья к его горлу. Он моментально замолчал, а Азур с недовольным выражением лица передал письмо стоящим сзади. В итоге, его взял и зачитал Бедивэрос — “Азур из Принципса. Несмотря на ваше прямое нарушение феодального контракта и нападение на сборщиков подати, я верю что оба этих преступления являлись результатом недопонимания. Я планирую прибыть к вам как можно быстрее - скорее всего, не раньше следующего рассвета, с небольшим сопровождением в лице моих верных рыцарей, чтобы мы могли обсудить условия контракта и дальнейшее плодотворное сотрудничество. Я надеюсь что вы проявите благоразумие и примите протянутую оливковую ветвь. С уважением, Воертингер, Король…”, погодите-ка, что это за слово? Впервые его вижу. Как оно вообще читается? — Огглевир. Это значит северянин. Ну, в этом контексте я думаю он подразумевает что он Король Северян, а не Король-северянин — неожиданно в разговор вступила Моргейн, смотря на бумагу из-за плеча Бедивэра — Это наше слово. У нас когда-то был целый свой язык, но…его по большей части перестали использовать. В основном его хорошо знают старики — Спасибо за информацию, госпожа! — мужчина низко поклонился, вызывая у девушки невольный смешок. К ней никогда раньше так не обращались… — Ладно, письмо ты доставил, за синей тряпкой спрятался — Азур решил вклиниться в разговор, обращаясь к послу. Он уже достаточно услышал — Проваливай отсюда, сейчас же. Иначе я заколю твою лошадь и пущу на мясо - на своих двоих ты живым обратно до Валентии не доберёшься — Я и так собирался уходить! Нету необходимости мне угрожать — Барет медленно убрала копьё от шеи гонца, и позволила тому забраться на лошадь. Сделав небольшой круг по площади, наездник поворачивается к входу в деревню, и галопом спешит на юг, покидая границы Принципса в считанные секунды — Надо было всё-таки прирезать его лошадь… — с сожалением в голосе, юноша смачно плюет вслед сбежавшему — Так, народ. Собираемся через час в моём доме, будем обсуждать что делать с этим выродком. Я пока управляться — не дожидаясь ответа ни от своих гостей, ни от других селян, Азур молча вернулся к дому за коляской, и покатил её к домику Морны. Сестра пошла за ним хвостиком, и до своего назначения они добрались довольно быстро. Всё же в Принципсе от одного края до другого шагов не так уж и много, в пределах знакомых селянину чисел. Он громко постучался, после чего принялся разминать плечи — Кто там? — прозвучал тихий голосок Морны из глубины комнаты. Значит, к двери она не приблизилась — Это я — молчание. Представился он достаточно громко, да и его голос ни с кем не спутаешь, но при этом никакого движения, ни единого слова. Будто бы он ничего и не ответил — Морна. Это я. Азур. Я могу войти? — Нет. Я не хочу тебя сейчас видеть, Азур — в ответ на это, юноша сжал кулак, замахнулся чтобы со злости жахнуть по двери со всей силы, но остановил себя. Развернулся, и ушёл в амбар — А мне что с этим делать? — спросила его ошарашенная сестра, предварительно убравшая коляску с дороги брата, как бы тот её не повредил — Что хочешь. Мне плевать В амбаре стоял привычный аромат - телесный запах скота, вонь залежавшегося сена, и ядовитое амбрэ отходов жизнедеятельности. Прибытие хозяина заставило животных встрепенуться. Тот совершенно молча и безэмоционально выполнял свою рутину - чистил стойла, осматривал тела скота, накладывал им еду, пока они в свою очередь энергично тёрлись о него носами и пытались облизать его лицо. Несмотря на своё настроение и нарочитое безразличие, помешать им проявить свою привязанность он не смог. Как и отказать себе в возможности почесать им за ушком, похлопать по спинке, и пробормотать нежности высоким, не свойственным ему тоном голоса. Всё-таки, сейчас Азура никто не видит и не слышит. Прятаться ему было не от кого. В итоге, очередь дошла до коровы с большим, неестественным наростом на левом бедре — Привет, малышка Бронвин. Как ты себя чувствуешь? — жалобно мыча, корова поспешно прижалась головой к груди юноши, прикрывая глаза. Немного почесав её голову, Азур сделал несколько шагов назад, готовя свои инструменты - пару ведёр воды, одно пустое ведро, острое и тонкое железное шило, а также шприц из полых птичьих костей и небольшого тканевого мешочка — Тебе больно, да? Сложно и неприятно с этой огромной пупыркой? — юноша легонько прошёлся по ней рукой. Корова согласно и печально замычала — Я всё исправлю. Сначала будет немножко больно, а потом всё будет замечательно, хорошо? Не дёргайся, пожалуйста… — он аккуратно поставил руку на заднюю часть спины животного, прямо над опухолью, и левой рукой взял в руки шило. Продолжая нянчиться с животным и легонько хлопая его, чтобы успокоить, Азур резко и точно ударил по “пупырке” шилом, тонким надрезом вскрывая её ровно посередине. Корова замычала громче и начала брыкаться, но вскоре успокоилась. Откладывая шило в сторону, юноша нажал на нарост обеими руками, выдавливая в ведро практически тугую струю крови и гноя. Периодически, поток останавливался из-за засохших кусков мёртвой плоти, которые приходилось вытаскивать руками, так что процесс занял довольно много времени. Когда всё содержимое опухоли было успешно выдавлено, наполнив примерно половину пустого ведра, Азур набрал воду в шприц, чтобы промыть больное место изнутри и предотвратить повторение этой ситуации. Покончив с процедурой, юноша встал и крепко обнял корову, нахваливая её за терпение и спокойствие, не брезгуя даже легонько чмокать животное в лоб — Кто моя хорошая малышка? Кто моя умница? Такая сильная, такая храбрая, замечательная, чудесная, маленькая коровонька… — Господин? — Да сколько можно уже! — внезапно услышав голос обратившегося к нему Бедивэра, Азур легонько подпрыгнул и раздражённо повернулся в его сторону. Было видно, что у него было желание покрыть рыцаря ушатом грязи разрывая себе глотку, но кричать при животных ему не хотелось. Поэтому, всё ещё обхватывая голову коровы обеими руками, юноша с осуждающим прищуром сверлил мужчину взглядом — И говорил уже, что без господина — Прошу прощения. Азур, простите что беспокою, просто вы немного опаздываете на заседание. Мне стоило заявить о своём присутствии раньше — Как долго ты тут стоишь? — М-м-м…Полчаса? — с виноватой улыбкой заявил рыцарь, складывая ладони в замочек и слегка наклоняя голову вбок — Меня просто немного заворожила эта картина. К тому же, я ещё никогда не видел чтобы вы улыбались. Ещё и так…искренне — Погоди-ка… — медленно отпустив корову, юноша сделал несколько шагов к мужчине, тыкнув пальцем ему в грудь — На смех меня пустить решил? Я уже твоей подружке задницу надрал, и тебе не побоюсь, дружок, любой час, любой день! — Вы не так поняли! Я совсем не пытался вас оскорбить! Мне правда показалось ваше отношение к животным очаровательным. И мне было сложно оторвать взгляд от вашей улыбки. Да и к тому же, не хотелось портить вам настроение… — Так, я не понял — Азур размял кулаки, и прижался лбом ко лбу Бедивэроса, с очевидной агрессией. Из-за разницы в росте, ему для этого “устрашающего” жеста пришлось встать на цыпочки — Ты со мной драться будешь, или заигрывать? — Я точно не собираюсь с вами драться! — протягивая руки вперёд в примирительном жесте, Бедивэр попятился назад — И…О чём это вы вообще? Го…Азур, может лучше уже направимся на встречу? — Хорошо… — когда чувство уязвлённой гордости сошло, пришло осознание как же глупо выглядела вся эта ситуация, и особенно он сам в ней. Поэтому без лишних слов, он направился обратно в свой дом Пройдя в обеденный зал, Азур сел во главе стола. Справа от него сидел Эсток, слева - Баретес. Рядом с ней присел и Бедивэрос, пока Моргейн судорожно бегала туда-сюда, накрывая на стол прямо посреди собрания. Все молчали. Хозяин дома сложил руки на груди, пока его сестра не поставила рядом с ним деревянный стакан. Он отпил из него. Каждому их сидящих на столе принесли по одному такому, наполненному слегка желтоватой жидкостью, отдающей спиртом — Это что? — с нахальным и неуважительным тоном голоса спросила Барет. Бедивэр грубо толкнул её в плечо — Сидр — Азур сделал ещё один глоток — Не рано ли пить? — Уже полдень — Нет, я имею в виду…Ах, фоморы нас сожри, плевать. Ситуация такая - меньше чем через сутки к нам заявится Воертингерус со своей шайкой ряженых рыцарей. Они все серьёзные противники, у каждого наверняка артефакты и благословения, и магией они тоже умеют пользоваться. Плюс, сам лже-король на короткой ноге с Зимним Двором фей — Так, попридержи коней, давай по очереди. Сколько у него этих рыцарей, кто они? Какая ещё магия и благословения? И… — юноша сжимает кулак до побеления костяшек — Феи…— снова делает глоток сидра — В общем-то, ничего не понятно. И я в магию не верю — с каменным выражением лица, Барет вытягивает руку вперёд, раскрывает ладонь, и в ней появляется небольшой пучок пламени, который активно горит без какого-либо “топлива”, и совершенно не доставляет ей даже малейший дискомфорт. Азур давиться сидром — Ладно, убедила. Давай дальше — Терратус кишит разного рода магическими существами. Они могут давать понравившимся им людям благословения, то есть дары которые делают человека быстрее, сильнее, прочнее, позволяют ему делать то, что не могут другие люди. Люди с дарами очень опасны, особенно потому что пока не встретишься с ними напрямую, фомор его знает какой именно у них дар и что он делает. Мы с Бедивэром обладаем магией, но не дарами, и обмундирование у нас в паршивом состоянии. В честном бою шансы нулевые. Единственный шанс выиграть, это тянуть время и надеяться что Ансель не проигнорирует наш зов о помощи — А это кто ещё такой? — Ансель, наверное, самый способный рыцарь из всех ныне живущих — учтиво объяснил уже Бедивэр — и обмундирование у него в чудесном состоянии. Единственная проблема, он немного сложен характером. Но я верю что он нас в беде не оставит. Так что просто будем тянуть время — Так, подождите. Если Воертингерус идёт сюда чтобы разобраться со мной, причём тут вся эта рыцарская чушь? Причём тут этот Ансель? — Ты глупый что-ли? Это предлог. Воертингерус прочухал, что меч у тебя. Он хочет узурпировать себе титул магистра, вот и сделал себе лже-круг лже рыцарей благодетели. Ему не хватает лишь меча. Не стал бы он ехать на переговоры, так ещё и со всеми своими рыцарями, просто чтобы разобраться с неуплатой налогов крохотной деревеньки — Какой ещё благодетели? Ай, забудь, плевать. Так, если я правильно понял, меч выбрал меня, так? Значит этот дурак его не сможет вытащить. А так как я засунул меч в наковальню, он даже не сможет носить его в ножнах и притворяться, что может его вытащить. Да и как он отсюда наковальню утащит? Пусть берёт себе свой меч и мучается с ним до старческой смерти — Это…это гениально! Азур, вы заранее это всё спланировали? Я в очередной раз вами поражаюсь! — Нет, я просто сделал это назло тому евнуху. Но всё хорошо что хорошо кончается — Ох…Ясно — А, да, благодаря Азуру, Мэвдвин, который мог бы нам помочь, решил умыть руки. Так что вместо пять на девять, будем сражаться вчетвером против девятерых. Отличная работа — Да пошёл он. Как-то без него справлюсь — В любом случае — внезапно подал голос Эсток, который до этого момента молча лакал сидр — Нам нужна тактика. С этим разберусь я. Во-первых, сынок, ты ведь кузнец? Приведи оружие и броню в порядок. Нам нужна древесина на укрепления и лопаты на рвы. Когда Воертингерус поймёт, что он в тупике, то точно не уйдёт восвояси. Так что сражаться придётся так и так. Используем меч как наживку чтобы нанести ему максимальный ущерб и загнать его туда, куда нам надо. А потом как жахнем в тыл! — Я тебе не сын, ещё раз. Но идея хорошая. Думаю пора приниматься за дело. Нужно ещё успеть выспаться - завтра будет много дел. Все согласны? — Да — сказала Баретес, впервые приложившись к стакану сидра — Верно — кивнул Бедивэр — Давайте выпьем за нас, за империю, за смерть Воертингеруса и его пешек! — солдат вскочил на ноги, поднимая свой стакан вверх — За империю! — повторил за ним Бедивэрос, залпом опустошив кружку — За смерть Воертингеруса! — добавила Баретес, сделав также — За моего отца! — закончил Азур, повторяя за всеми остальными. Когда каждый стакан с треском опустился на стол, четвёрка уверенно направилась готовиться к завтрашнему бою — И на кого я кролика варила?... — печально спросила Моргейн, оставшись совсем одна в резко опустевшем доме Вновь разжигая кузницу, Азур косился на лежащий на наковальне нагрудник. После инцидента с мечом сама наковальня превратилась скорее в неудобный стол, но сейчас его волновало не это. Он никогда не работал с доспехами, и хоть опыта с бронзой ему хватало, юноша имел очень слабое представление о том, как ему вообще починить кирасу. Она была вскрыта по центру, от самого низа до верха грудной клетки, и разошедшиеся по бокам “листы” металла стали крайне кривыми. Продолжая раздувать огонь мехами, селянин пялился на доспех как на какое-то мифическое существо, пытаясь понять, как же ему привести его в порядок — У вас не так много опыта с бронёй, я полагаю? — нежным, практически материнским тоном спросил Бедивэр, боясь в очередной раз уязвить эго юноши — Ровно ноль — Попробуй его выпрямить для начала — предложил Эсток, всё ещё медленно тянущий сидр. Неуверенно кивнув, селянин снял с пояса пару клещей и, одной рукой прижимая кирасу к наковальне, второй начал тянуть правый уголок ближе к центру, пытаясь привести металл в изначальное положение. Хоть и рельеф мускулов превратился в кашу, придать металлу нужную форму ему удалось — А теперь возьми его в руки и жахни как следует! — Азур так и сделал. Кираса прогнулась под ударом, оставив огромную вмятину, как будто вместо кулака по нему прошлись двуручным молотом — Проще уже будет переплавить… — печально отметил рыцарь. Юноша подвесил доспех на крючки и опустил его так, чтобы весь повреждённый металл расплавился и утёк внутрь плавильни. — Что же, тогда перейдём к моему мечу? — Давай — в руки юноши передали два осколка. Рукоять, к которой была соединена примерно треть клинка, и оставшиеся две трети соответственно. Слом прошёлся по диагонали — У меня есть идея — положив оба осколка в формочку, Азур пролил чуточку бронзы прямо по разлому и, убедившись, что металл сошёлся, окунул в ведро с водой. Вытаскивая оружие за рукоять, он положил его на край наковальни, и в дело ужё пошел молот. Спустя десяток минут, вышло довольно причудливое, но эффективное решение - оба осколка были накрепко соединены небольшой бронзовой прослойкой — Сойдёт. Только смотри чтобы по этой части снова не “жахнули” — юноша протянул меч Бедивэру, рукояткой вперёд — Благодарю! — А теперь обратно к кирасе… — работа над этим изделием заняла намного больше времени. Селянин работал аккуратно, качественно, но долго. Через два часа кропотливого труда, на наковальне лежал слегка укороченный, но достойно скреплённый нагрудник, хоть от мышечного рельефа остались только мышцы на груди. Тест на “жахнуть” тоже был пройден успешно — Отличная работа! У тебя к этому талант, парень. Тебя в Валентии Минор с руками бы оторвали. Почему ты остался здесь? — Азур раздражённо на него зыркнул, медленно сползая по стенке склада и вытирая густой пот со лба. Он просто молча сверлил его взглядом — Я не думаю что это хорошая тема для разговора, господин Эсток. Не оставите нас вдвоём? Вам стоит заняться рвом. Что там по поводу лопат, кстати? — Уже прицепил пару лезвий от них к оралам. Так что можно выкопать их с помощью скота. Только Моргейн попроси помочь - наши коровы чужих слушать не будут — Чудесная идея. Тогда этим и займусь. А ты пока отдыхай, сынок - отлично справился — похлопав Азура по плечу, Эсток передал ему в руки недопитый стакан с сидром и поспешно удалился в сторону дома. Сам того не заметив, юноша оскалился ему вслед — Азур, всё в порядке? — А? — Просто, мне кажется…что вы не очень хорошо себя чувствуете. Вы очень угрюмы и раздражительны. И мы, кажется, действуем вам на нервы… — Рад, что ты заметил — селянин безучастно и с отвращением на лице вылил сидр на траву и швырнул стакан куда-то вдаль — Я всегда такой — Как это, всегда? — Просто. Как любой другой мужчина. Нет в моём поведении ничего странного, это вы скорее странные — Чувствовать такой гнев постоянно это…определённо не нормально, Азур — Возможно, если бы я родился красавцем при знатном дворе, я бы тоже был вечно спокойным и вежливым. Но, к сожалению, я родился в этой дыре. Здесь даже трава нормально не растёт — Азур, вы… — Бедивэр прикрыл рот, маскируя крохотный смешок — Крайне много обо мне предполагаете. Я тоже родился простолюдином, хоть и в Кардиналосе — Кардиналос - это там, где столица? — рыцарь кивнул, с лёгкой улыбкой — Ну вот тебе и разница — Мы более похожи, чем вы думаете, Азур. В конце концов, я стал рыцарем в эпоху, когда золотая пора для Круга давно прошла. Гонения, опасность, нищета - для меня довольно привычны. Сейчас такое время. Даже патрицианские дома последний хлеб без масла доедают — Помолчи — Почему? — Ты меня раздражаешь. Такой правильный, такой идеальный. Терпеть тебя не могу. Если тебе больше ничего не нужно починить, то проваливай. Дай отдохнуть хоть минуту — Азур… — Что?! — молча закрыв глаза, мужчина снял перчатку со своей левой руки, и аккуратно взял юношу за руку — Что ты делаешь? — Выскажитесь. Прошу вас. Скажите мне обо всём, что вас беспокоит — Да почему ты себя так ведёшь?! — Азур вскочил на ноги, освобождая свою руку и схватив молоток на поясе — Не отстанешь от меня, я тебе личико подправлю! — Если вам от этого станет лучше… — Бедивэр поднялся на ноги, расставляя руки в стороны — То можете меня ударить, Азур — Да ты…ты тупой! Или чокнутый! Точно не нормальный! — отпустив молоток, селянин показал на собеседника пальцем — Больной на голову! — Возможно. Нет, вы правы. Учитывая какие я преследую амбиции…вдохнуть жизнь в давно умершую страну. Чтобы сражаться за такое, нужно правда быть сумасшедшим. Но я верю в то, за что борюсь. И верю в вас. Даже если я умру не пройдя и трети пути, я верю, что сделаю мир хотя бы чуточку лучше. И вас чуточку счастливее. Я верю в вас, Азур — Ты правда готов так распинаться и унижаться из-за какого-то дрянного меча?! — Дело не в мече. Дело в вас. Я видел, как вы подставились под удары тех людей, чтобы защитить свою сестру - даже не задумавшись. Может быть, у вас нету благородного происхождения, вы не знаете этикета и не обучены сражаться, но…сердце, натура у вас рыцарская. Поистине рыцарская. И если вы пока не готовы к титулу магистра, я всё равно буду следовать за вами — Я совершенно не понимаю о чём ты. Ни единое слово не имеет какого-либо смысла… — Азур, как напуганное животное, невольно попятился назад — Позвольте объяснить метафорой. Железная руда не приносит особо какой-то пользы в своей изначальной форме. И не знающий человек вряд-ли сможет определить и отделить железо от каменной породы. Но правильно взращенное, обработанное железо - бесценно. Вы - это железная руда. Теперь яснее? — Я…ты…ты…Отстань от меня! Пытаешься запудрить мне мозги своими красивыми словечками! — показав Бедивэру грубый жест, юноша плюнул на землю и успешно удалился — И не смей идти за мной, а то реально тебя прибью! — практически убегая прокричал он напоследок. Когда он скрылся из виду, рыцарь позволил себе подняться на ноги и тихо просмеяться — Господин Азур просто нечто. Правда, госпожа Моргейн? — из-за угла здания склада внезапно выглянула ошарашенная девушка — Откуда ты знаешь, что я здесь? — У меня хорошая интуиция. Берегите себя и его. Пожалуйста — Естественно… — мужчина положил меч в свои ножны и удалился помогать с обороной. И весь оставшийся день с его лица не сходила теплейшая улыбка… — Давай ещё один ряд! — громко прокричал солдат, в полном обмундировании, осматривающий укрепления вокруг деревни. Два частокола, один ров. Он только успел закончить достраивать второй, как сразу же потребовал у Азура ещё одну партию — Балоровы яйца, у меня уже руки отваливаются! Я не могу больше стругать! — Давай я. А ты пока иди передохни — Баретес без спросу выхватила из дрожащих рук юноши нож и принялась обрабатывать остатки древесины. Не поблагодарив её, он встал и отошёл подальше, дойдя до колодца в центре деревни, и заставляя свои уставшие руки набрать для самого себя воды. Выпил он практически всю тару, так ещё и залпом — Лупа, я ещё хочу…Как же от меня воняет. Все люди Воертингеруса в локте отсюда уже замертво упадут — пока селянин набирал себе ещё воды, то услышал стук колёс. Слишком сосредоточенный на добыче воды, но боявшийся подвоха, юноша нашёл компромисс - он поднял полупустое ведро и начал пить из него, повернувшись на источник звука. Им оказалась Морна — Я тебе не мешаю? — она легонько хихикнула, закрывая рот рукой — Тебе, видимо, очень сильно хочется пить… — Как ты угадала? Прочитала в одной из своих магических книжек? — закончив с питьём, Азур небрежно положил бадью на край колодца — Я думал, ты не хочешь со мной разговаривать — Уже захотелось, как видишь — А вот мне наоборот расхотелось. Вот ведь незадача, да? — Азур… — Морна подъехала к нему слегка поближе и положила свои руки на его туловище. Из-за того, что она фактически сидела, то прикасалась к той части торса, которая уже переходила в бёдра. Это вызывало у юноши смешанные чувства. Она ведь наверняка не специально, так? Заразился от Моргейн странными мыслями — Прости меня пожалуйста. Я была не в себе. Знаешь, я невероятно благодарна тебе за это кресло! Я только мечтать могла, что у меня ещё когда-либо будет возможность перемещаться по деревне самостоятельно. Ты потратил столько сил и ресурсов на меня… — Не надо удивляться и строить из этого какую-то…драму — селянин сделал небольшую паузу, вспоминая умное слово, услышанное от Морны. Почему? Было какое-то подсознательное желание её впечатлить — Будто бы прошлые двадцать лет нашего знакомства мне было на тебя или остальных плевать. Я всегда прилагал все силы, что у меня были, ради вас всех. А похвалы от вас не дождёшься. Знаете же, черти, что я совестливый и всё равно буду всё делать. Никакой благодарности! — Я как раз хотела об этом поговорить! Но, ам, я думаю, простое “спасибо” будет как-то неуместно. Не против зайти в мой домик? Чтобы я могла отблагодарить тебя достойно… — во время разговора, Морна легонько водила ладонями вверх-вниз, наверное пытаясь успокоить, и участила темп, когда недовольный Азур замолчал, скрестив руки на груди. Странные мысли не покидали голову - ему показалось, или она правда как-то выделила слово “отблагодарить”? Нет, чушь всё это - но пока тело не отреагировало само, пришлось прервать контакт. Юноша молча зашёл ей за спину и взял коляску за ручки — О! Ты такой джентльмен! Спасибо тебе ещё раз… — Да ладно уж тебе. Слишком подлизываешься — Морна хихикнула. Ох уж не нравилось ему это её резко игривое настроение. В целом, дорога до домика прошла без инцидентов - Азур закатил её в помещение, закрыл дверь. Дворянка жестом попросила передвинуть себя поближе к кровати - юноша так и сделал. Потом она попросила его присесть и, опираясь на кресло, оттолкнулась обеими руками, чтобы кошкой “прыгнуть” на селянина, прижав того спиной к кровати неожиданным толчком и всем своим весом — Что ты делаешь?! Не честно на меня нападать, ты ведь знаешь, что я тебя в ответ не ударю! — Нападать? Азур, ты такой смешной! Я совершенно не собиралась на тебя нападать, совсем наоборот…ты же догадываешься, да? — Скажи вслух! Я плохо понимаю намёки! — Какой бесстыжий! Требовать такое у дамы - у меня вообще-то есть достоинство и гордость, к твоему сведению — осуждение в голосе Морны на этот раз было ужасно наигранным - она еле сдерживала хохот, медленно растягивая каждое слово и тяжело выдыхая между ними — Я собираюсь показать тебе, насколько я ценю и уважаю твой труд. Просто делай, как я скажу, ладно? И всё будет замечательно — Я не любитель выполнять чужие приказы, ты это знаешь! — игнорируя слова Азура, девушка вытащила шёлковый бант из своих волос, развязала и выпрямила его, после чего завязала им глаза юноши. Делала она это очень медленно, да и в целом ничего не мешало селянину сопротивляться, но по той или иной причине, он решил подыграть. Морна, встав на четвереньки и ползая на кровати одними лишь руками, приблизилась к тумбе, задула свечу, с небывалым азартом звонко хихикая. Возвращаясь обратно, девушка начала дышать ещё тяжелее и от предвкушения, и непривычной физической нагрузки. Нащупав макушку партнёра, она медленно, растягивая удовольствие, впилась пальцами в его волосы, начав тянуть их на себя, пока второй рукой ужасно поспешно пыталась расстегнуть пояс на пижамном халате — Ай! Больно же! За что? — Мне очень хотелось услышать, как ты отреагируешь на резкую боль! Ты ведь просто обожаешь строить из себя такого сильного, невозмутимого мужчину. Прячешь все эмоции, кроме безразличия и раздражения. Но сейчас ты совершенно беззащитен - и я, и только я узнаю тебя настоящего. Услышу все звуки, которые ты издаешь. Даже не смей сдерживать свой голос! — Ого, а ты правда прямо очень…хочешь этого — за всё время их знакомства, Азур знал Морну, как крайне сдержанную и воспитанную девушку. Он даже не подозревал, что она скрывала в себе такой голод. Это определённо пугало, но также ощутимо возбуждало. Мало того, что поведение дворянки было крайне особенным, желание наконец-то заняться с кем-то удовлетворительным сексом прибавляло и ему энтузиазма, хоть к этой ситуации юноша относился с опаской — Ты ещё спрашиваешь?! Я просто не могу терпеть! — всё сильнее хватая любовника за корни волос, она нетерпеливо бросила халат куда подальше, оставаясь только в кружевном нижнем белье и, ухватившись на этот раз за раму кровати, быстро залезла на Азура, плюхнувшись на него всем телом. Умостилась промежностью на лице селянина, а сама, в том числе из-за разницы в росте, держала свою голову примерно на уровне его пупка, наслаждаясь чужим теплом. Пролежав так всего жалких полминуты, Морна с возмущением на лице начала активно ёрзать и тереться о все неровности лица юноши, с ощутимой даже сейчас фрустрацией — Ну же! Прекрати просто дразнить меня своим дыханием, пора пустить в дело твой говорливый рот! И я хочу напрямую, в бездну прелюдии, сними их, отодвинь в сторону, порви…О да, порви их, зубами! Никаких рук…пока что — Г-р-р-р… — Азуру только и оставалось, как недовольно рычать Морне в трусы, заставляя ту хохотать ещё и от щекотки — Прекрати! Я хочу, чтобы ты меня ублажил, а не смешил! — закричала девушка в ответ, тщетно пытаясь побороть улыбку. Протягивая свои руки вперёд, она боязливо нащупала бугорок в грязных льняных штанах, инстинктивно отдернув ладонь от него. Но страх неизведанного был поборот за считанные секунды - девушка снова медленно прикоснулась кистью к длине, аккуратно проводя по ней пальцами, одновременно лаская и пытаясь оценить масштабы предстоящего — О-о-ох, тебя тоже нужно ублажить! Но ты обязан отплатить мне взаимностью! — хватаясь за внутреннюю сторону бёдер юноши, она поспешно поползла ближе к интересующему месту, попутно свалившись тазом возлюбленному на кадык — К-ХА! Полегче, ты меня своей задницей сейчас задушишь! — Какой хам! С тобой согласилась заниматься любовью такая девушка, до свадьбы, до помолвки, даже без кольца, а ты ещё и оскорбляешь меня! — дворянка крайне чётко и корректно выражала своё недовольство, умудряясь при этом снимать с осуждённого штаны — “Заниматься любовью”? Мерзость какая, не говори больше так — Азур на этот раз смог подавить своё удивление от настойчивости и уверенности Морны. Даже он сам так уверенно своим телом не распоряжался. Понимая, что ему тоже пора браться за работу, он небрежно отодвинул бельё девушки в сторону — А-а-а! Я же говорила без рук, они у тебя холоднющие, ещё и грязные небось, ты же весь день древесину стругал! Убери, говорю, пока занозу мне не загнал! — Слушай, раз уж ты всё равно мордой вниз туда сползла, может, рот чем-нибудь полезным займёшь? Зачем было меня сначала с порога тащить сюда, теперь жаловаться, что я не помытый и не наряженный! — пока громко жаловался уже он, дворянка позволила себе не менее небрежно спустить и его трусы, внезапно умолкнув и задышав громче — Нет, я совсем…совсем не против — проглотив слюну, Морна резко упёрлась всем лицом и носом селянину в пах, вдохнула полную грудь чужого аромата, сжимая и раздвигая ноги юноши со всех своих сил и попутно издавая восхищённый писк — М-Морна, ты… — Азур потерял дар речи - то, что он хотел сказать, захлебнулось в тихом заикании, пока не утонуло насовсем. Его давнюю подругу как будто кто-то подменил, так ещё и наделил невообразимым вожделением по отношению к нему! Вопрос о работе уже не стоял, когда на кончиках пальцев находилась возможность утонуть в искренней и взаимной страсти! Особо не задумываясь, селянин отдался инстинктам, закрутил лишнюю ткань вокруг большого пальца, обхватив оголённый орган губами и пустив в ход язык. Всё тело Морны затряслось, дворянка вжалась в любовника ещё сильнее, как будто боялась, что её собьёт с него шквальная волна. Она раз за разом вдыхала его запах, тёрлась и старательно пыталась полностью им пропитаться, проделывая путь от начала лобка до щёлки между мошонкой и стволом - отрываясь только тогда, как буквально начала задыхаться - нехотя отводя голову вверх и закашливаясь — Какой аромат! Какое амбре! Это так восхитительно, так чудесно! И ты всё это время скрывал это от меня?! За такое я готова тебя убить! — голос и поведение девушки заметно изменились. Сначала в голову к Азуру пришло сравнение с сильным опьянением, но нет - нету такого шмурдяка, от которого настолько крыша едет. Скорее, её состояние напоминало лихорадку - дикий поток мыслей и слов, которые принято держать при себе, выстроенный в совершенно непонятную для всех извне логическую цепочку. Морна даже мух жалела прихлопывать, а теперь посреди соития угрожает убить человека. Так ещё и так выделяет это слово, будто бы именно идея этого больше всего сейчас возбуждает — Морна… — Не притворяйся! Будто ты выше этого, будто ты выше меня, будто тебе не доставляет удовольствие моё унижение! Будто бы ты ни разу не мечтал о том, как я пресмыкаюсь перед тобой, как позволяю тебе овладеть мной! — на короткое время повернув голову вбок, чтобы кинуть осуждающий взгляд на Азура, его любовница вернулась на исходную, прижимаясь лбом к длине юноши — Такой твёрдый и горячий, будто вместо крови там кипяток. Даже не подозревала, что у тебя есть ко мне такая похоть…но мужчина есть мужчина, правда? Я не должна этому удивляться. Так голоден - съешь меня целиком, и тебе будет мало. Сразу найдёшь ещё одну счастливицу. Но нет, я этот момент растяну — О чём ты вообще? Заболела чем-то, или тебя вчера днём фомор попутал? Ты как будто бы вообще не ты — ласки прервались. Хоть возбуждение приятным маревом накрывало его, вызывало онемение у критического мышления и вездесущей паранойи, полностью расслабиться и утонуть в этом чувстве Азур себе позволить не мог. Не мог он правда взять и довериться Морне — А ты против? Тебе больше нравится другая Морна? Не ври — с ещё большим осуждением в голосе, метая глазами кинжалы в сторону партнёра, дворянка кошкой тёрлась о член щекой, распуская свои руки на всё, до чего дотягивалась отсюда — Хочешь сказать, что ты бы предпочёл очередной неловкий монолог полный нравоучений тому, как я сейчас буквально поклоняюсь тебе и твоему телу? Не верю, совершенно не верю. Была бы твоя воля, ты бы всегда затыкал мой рот своим членом — Что за…послушай! — юноша, мягко говоря, был крайне шокирован. Это странное совмещение морального глумления с нехарактерной похотью правда вызывало ощущение, что здесь могут быть замешаны какие-то нечистые духи. Но возможности обдумать это как следует ему не дали - девушка резким движением взяла в рот столько чужой длины, сколько смогла, и так уже практически доходя до основания губами, с одержимым рвением попыталась заглотить ещё больше, алчно обсасывая, облизывая, издавая симфонию неприличных и мерзких звуков, буквально давясь самой чувствительной частью тела селянина. Он же, в свою очередь, невольно впился в обеими руками в ближайшую поверхность. Правой Азур схватился за постель, а левой за задницу Морны, заставив её ускорить темп. Возбуждение, как волны, раз за разом сбивало с ног и не давало восстановить какое-либо равновесие. Хоть юноша волновался за свои отношения, её благополучие, жизнь той самой дуры, которая сейчас, кажется, имела все шансы задохнуться. Но как же это бесконечно приятно ощущалось, как же хотелось надавить рукой на её голову, заставить принять всё до мошонки, отыметь без намёка на жалость или волнение, испустить всё, что в нём было, до последней капли, прямиком в ненасытную глотку сумасшедшей. Кажется, чем дольше это продолжалось, тем сильнее ход мыслей селянина совпадал с дворянкой - ему это очень, очень не нравилось. Тщетно сопротивляясь неправильному удовольствию, он в бессилии выкрикивал оскорбления и бил Морну по заднице, неосознанно вплетаясь в этот порочный круг садоимазохизма — Дура! Идиотка! Грязная, бесстыжая потаскуха! — та в ответ согласно мычала и ускорялась, полностью входя в собственную фантазию, с энтузиазмом играя в ней главную роль. Девушка не могла объяснить ни себе, ни кому либо ещё, почему сейчас всё грязное и неправильное приносило такое наслаждение - но сейчас это дело десятое. Она об этом даже не задумывалась. Когда воздух начал кончаться, ее железным обручем схватило и сдавило удушье, ощущение которого было настолько приятным, что не оставляло ни единого шанса инстинкту самосохранения и здравому смыслу. Задыхаться Морне и правда очень, очень, очень нравилось, и саму себя она бы уже никак не остановила бы - от столь желанной участи её спас Азур, грубо дёрнувший за длинные волосы, отрывая любовницу от своих чрёсел, как бешеную псину от дичи — Ха…Ха… — с широко раскрытым ртом, она, подобно собаке, пыталась восстановить дыхание. Сердце бешено колотило, наполняя всю грудь ощущением распространяющегося пожара, лицо и рот были покрыты слоями предэякулята, к которым прилипло множество лобковых волосков. Красная, заплаканная, с адской болью в мышцах челюсти, дворянка лучезарно улыбалась, смотря на Азура, как на свежий кусок мяса после долгого голода — Тебе ведь понравилось, да? Мне…мне очень. Очень понравилось. Но я ещё не удовлетворена, и ты тоже. Так что, пока что мы ещё не закончили —Да ты уже одной ногой в том свете побывала, мало тебе что ли? — немного приходя в себя, юноша аккуратно уложил голову девушки на себя, отпустив её волосы. Ему было стыдно, что он причинил ей боль, но недостаточно, чтобы извиниться вслух — А тебе будто бы не мало? Посмотри, какой красный, опухший, пульсирующий твой меч сейчас! Раз уже начали, значит, нужно дойти до конца. Вдвоём — приподнявшись на локтях, она поспешно расстегнула лифчик, позволяя ему упасть куда-то на кровать и, опёршись ладонями об партнёра, повернулась на сто восемьдесят градусов, пытаясь держать свой таз над его. Обеспокоенный селянин быстро подхватил её, не позволяя упасть, и Морна воспользовалась освободившимися руками, чтобы растянуть свои половые губы — Ты ведь тоже догадываешься, что сейчас будет, да? Прямо сейчас, ты меня попортишь - и больше никто никогда не возьмёт меня в жёны. Вот я, последняя наследница дома Брутус, готовлюсь полностью отдаться сельскому простолюдину…Если бы мои родители ещё были живы, они бы убили себя от стыда — Что ты за человек такой! Ты что, специально пытаешься вывести меня из себя? Хочешь, чтобы я сделал тебе больно? — девушка самодовольно ухмыльнулась, смотря на партнёра сверху-вниз — Только догадался? Я люблю, когда больно. И люблю, когда ты искренний. Так что, если я по-настоящему тебя разозлю, доведу до состояния, где тебе захочется грубо, по-животному отодрать меня, параллельно покрывая ударами и оскорблениями…А-а-ах…Даже представлять себе это так приятно… — Будто бы сама того не замечая, девушка вошла в себя тоненьким средним пальцем, выпячивая таз вперёд и пристально наблюдая за реакцией партнёра — Я ведь знаю, за какие ниточки тянуть, чтобы вывести тебя из себя — Как боль может нравиться? Боль - это плохо, нормальные люди её избегают! — эта фраза совершенно не убедила её. Более того, она прервалась от своего дела, чтобы высокомерно и насмешливо рассмеяться, в голос. Понимая, что логикой не взять, Азур попытался довести всё до абсурда — По-животному хочешь? Чтобы я тебя раком поставил, сверху придавил, зубами впился в холку, чтобы ты не убежала, может ещё помочиться на тебя потом? — А-а-ах, хочешь пометить свою территорию, да? — план не сработал. Наоборот, любовница ещё глубже ушла в свои больные фантазии - просунув в себя второй палец, выражение её лица стало напоминать отупевшую от течки кошку, которая в отчаянной нужде раз за разом тёрлась и билась задницей об каждую поверхность — Совсем с ума сошла! Слушай, я не против секса в принципе, но я не стану делать тебе больно. Давай просто кончи уже и отпусти меня. Я устал — Я тебя ненавижу! — с этими словами Морна высунула из себя пальцы, крепко взялась за торс селянина и, выскальзывая из его рук, с силой насадилась на столь желанный ствол. Загнав длину примерно до середины, она остановилась, закричала, руки начали дрожать, а из вагины начали вытекать тонкие струйки крови. Выражение лица девушки было практически неописуемым - оно одновременно расслабилось от потока эйфории, зубы сжались в попытке подавить крики и стоны боли, а часть мышц лица видимо набухли от гнева — Вечно такой холодный, такой далёкий, не можешь даже сейчас прекратить вести себя, как будто я для тебя просто очередная обуза?! Бессердечный козёл! — Морна! Морна, прекрати, у тебя кровь! — на несколько секунд глаза селянина закрылись, и он практически выпал из реальности от того, как резко и грубо его заставили проникнуть внутрь - и от того, насколько это чувство стало чужим и непривычным за его зрелые годы. А открыв глаза, увидел, как дворянка одновременно плачет, скалится и кровоточит. Последнее волновало его больше всего — Да что с тобой?! — Что со мной?! — хватая её за талию, Азур попытался снять девушку с себя и вылезти, но предательское тело делало это намного более сложной задачей. Хоть сейчас он чувствовал лишь шок и страх, орган при такой стимуляции как назло оставался твёрд как никогда, не говоря уже о том, с какой грубостью Морна хватала и тянула его за запястья, царапала их ногтями и с растущей агрессией насаживалась раз за разом, с алчностью умирающего от голода пытаясь вобрать в себя всё, что влезет, и ещё немножко сверху — А как ты думаешь?! Я полжизни закрыта в этих фоморовых четырёх стенах, вынуждена ждать тебя сутками напролёт, сотни раз перечитывать одни и те же книги! Пока ты наслаждаешься свежим воздухом, дикой природой, идёшь, куда хочешь, когда хочешь, спускаешься по дороге вниз к тому проклятому трактиру! “Соли купить”, да?! Пьёшь, веселишься, развлекаешься с тамошними девицами, пока я гнию заживо! Я знаю, что ты неисправим, НО ХОТЯ БЫ В ЭТОТ РАЗ ДАЙ МНЕ ПОЧУВСТВОВАТЬ СЕБЯ СЧАСТЛИВОЙ! — Морна… — последние услышанные слова выбили землю из-под ног. Окончательно запутавшись в бесконечном лабиринте постоянных выборов между меньшим и большим злом, Азур сдался. Больше не попытался заставить девушку слезть с себя - наоборот, держа её за талию и двигая собственным бёдрами, помогал ей опускаться, грубо и поспешно, как та и хотела, заставляя свою партнёршу выть от страдания и наслаждения. Когда та успешно вобрала в себя всё до основания, то прикусила влажный от собственных выделений палец, аж до крови, издавая оглушительный, нехарактерный для неё и людей в целом, вопль. Подниматься и опускаться самостоятельно она не могла - поэтому всю работу за Морну выполнял юноша - чувствуя себя последним куском говна во всём мире, он попытался отстраниться от этого процесса, как раньше, но ощущение того, как он грубо и нахально скользил внутри стонущей девушки, доставляло ему удовольствие, от которого Азур чувствовал себя ещё большей сволочью. Кровь, предэякулят, редкая и прозрачная вагинальная жидкость, всё смешалось в один коктейль, который, как в маслобойке, взбивался от жестоких движений невольного любовника. То самое марево снова начало застилать зрение и сознание, но на этот раз ему было позволено полностью погрузить юношу в состояние полного безмыслия, запечатывая его в инстинктивном трансе страсти и похоти. Время изменило свой ход - оно больше не высчитывалось в секундах, минутах, днях, стало независимым от положения Солнца. Сейчас время измерялось только в длине текущей фрикции, мучительном ожидании следующей и стремительном приближении долгожданного оргазма. До этого момента, Морна до сих пор инстинктивно сдерживала свой голос, кусала свои губы, пальцы, ладони - но бешеное биение сердца и растущее головокружение заставило её обеими руками опереться о своего партнёра. Сдавленный стон превратился в нарастающее мычание, и, когда дворянка наконец-то смогла достичь пика удовольствия, из её рта вырвался высокий крик. Задыхаясь и крича, девушка начала ритмично дёргаться, ослеплённая и дезориентированная всеобъемлющим чувством. С ноющим, скулящим писком, она бессильно упала на Азура, который тоже был на грани оргазма. Марево возбуждения полностью закрыло окружающий мир, и, раз за разом загоняя свой член в партнёршу до упора, он, сквозь громкую отдышку начал повторять её имя, наполняя любовницу обильной спермой, почти моментально вспенившейся под напором безжалостных толчков. А после совершенно размяк на тяжелом выдохе, пока сердце пропускало удары и отдавалось по всему телу. Помещение наполнила относительная тишина - две минуты громкого дыхания, перед тем как Морна игриво хихикнула — Было так хорошо! Но я так устала, у меня глаза закрываются. А я хочу ещё… — Ты счастлива? — Да! Это было волшебно…и ты так мило бормотал моё имя, пока заканчивал! Слушай, а у тебя остались ещё силы? Хотя бы чуточку? — борясь с тяжёлыми веками, она медленно поползла вверх, заливаясь кокетливым смехом от влажного звука выпадающего размякшего *меча*, непривычного ощущения пустоты внутри и медленно вытекающей чужой телесной жидкости. Подобравшись к лицу Азура, Морна попыталась его поцеловать - но он выставил ладонь перед её губами — Ой! Доминантность проснулась, да? Заставите меня целовать ваши руки, господин? — Я хочу спать. В следующий раз. Но без поцелуев и слова на букву “Л” — убрав руку, он молча развернулся на бок, и попытался уснуть. Его “любовница” пялилась в его спину, рисовала что-то на ней пальцами, пока не уснула где-то через час. Азур же наконец-то смог сомкнуть глаза только с первыми лучами рассветного солнца Проснулся он от резко приближающегося грохота - как-будто беснующееся стадо быков бежало прямо на него. Нехотя открыв слипающиеся глаза, первым делом Азур увидел, как огромный человек пробил собой стену, находящуюся слева от кровати. Любой намёк на сонливость был снят как рукой, и юноша машинально прижал одеяло к голому телу, вглядываясь в фигуру неестественно высокого мужчины. Из его головы росли закрученные бараньи рога, в руках была секира из невиданного материала - окаменевшей древесины, из которой беспрерывно тёк древесный сок ярко-алого цвета - да и само оружие размером было с самого селянина. В остальном голова и туловище незнакомца было вполне человеческим, не считая всё, ниже пояса - кривые козлячьи лапы, покрытые густой бурой шерстью, оканчивающиеся копытами. Морна оттолкнулась от Азура, роняя себя с кровати и залезая под неё, а он сам швырнул ткань прямо в лицо нелюдя, пользуясь парой выигранных секунд, чтобы добраться до кузнечного фартука, накинуть его на себя и перекатиться у сатира между ног, попутно успев хорошенько жахнуть по его промежности молотком - даже не задумываясь, селянин в первую очередь пытался привлечь внимание на себя и отвести чудовище подальше от девушки - дальше видно будет. Азур успешно выбрался на улицу, пока гигант пытался освободиться от одеяла. Оно, к его огромному несчастью насадилось на его рога, покрывая всю верхнюю часть тела тканью, через которую было совершенно ничего не видно, а из-за его постоянных резких движений и быстрого ветра, оно, как направленный ручей воды, постоянно не давалось в руки — Эй, урод! Сюда посмотри! Мало того что кастрат, так ещё и слепой! — МЕЧ! МЕЧ! ОТДАЙ МЕЧ, ЧЕРВЯК! — крича во всё горло, беснующийся монстр вслепую побежал в сторону звука, размахивая оружием во все стороны. Несмотря на своё преимущество, Азур еле избежал участи быть разделённым на две половины или раздавленным в отбивную. Противник был очень быстрый, слишком. В честном бою ему и десяти секунд не выдержать. Кроме того, нанесённый ему удар, кажется, разве что ещё сильнее его разозлил — СКЛОНИСЬ ПЕРЕД РЫЦАРЕМ ПРАВДЫ! СКЛОНИСЬ ПЕРЕД ЭРИКУРОМ! БЕЗРОДНЫЙ ЧЕРВЯК, СКОТ НА УБОЙ! — Рогатый из нас только ты! — быстро это прокричав, селянин побежал дальше, но не прямо, а зигзагами - даже с форой обогнать это существо у него не было никаких шансов. Азур пытался выиграть себе время, либо пока рыцари ему помогут, либо пока он сам что-нибудь придумает — БЕЗРОДНЫЙ ОГГЛЕВИР, БЕЗЫМЯННЫЙ ОГГЛЕВИР! СКОТ НА УБОЙ, МЯСО НА ВЕРТЕЛЕ! МЕЧ! МЕЧ! МЕЧ! — Бешеное животное… — одними губами произнёс селянин, наблюдая за тем, как сатир разрубал и рвал одеяло на своей голове, неоднократно задевая своим гигантским топором и самого себя - но все его раны чудом затягивались, буквально на глазах. Тупое оружие не помогает, режущее тоже. Остаётся только… — УБИРАЙСЯ ПРОЧЬ, ГРЯЗНАЯ ПСИНА ОДОАЦЕРА! — Эсток, ловко орудуя копьём, сражался с юношей примерно возраста Азура, и уверенно его побеждал. Ударом древка по коленям он заставил того сесть, а колющим в лицо покатиться назад, хватаясь за кровоточащую щёку. Селянин громко свистнул, привлекая к себе внимание, и жестом указал на преследующего его противника. Эсток начал приближаться. Осталось выиграть совсем немного времени… — СКОТ НА УБОЙ! МЯСО НА УБОЙ! БЕЗРОДНЫЙ, БЕЗЫМЯННЫЙ! ЧЕРВЯК, ОГГЛЕВИР! МЕЧ! МЕЧ! МЕЧ! — пока Эрикур беспрестанно повторял свою безумную мантру, Азур ощутил, что начинает выбиваться из сил. Дыхание перебито, босые ноги по грубой почве начали стираться в кровь, так ещё и странный зуд на задней стороне шеи не давал покоя…Решив рискнуть, он снова выкрикнул слова оскорбления в сторону врага и начал оббегать его сбоку. Одеяло окончательно разорвалось на лоскуты, но постоянные вопли и непрекращающиеся широкие взмахи такой махиной давали достаточно времени на манёвры - во второй раз пройдя у него между ног, Азур начал водить сатира кругами, стараясь, чтобы центурион не попал в его поле зрения. И когда селянин окончательно выдохся, проскользнул по траве и остановился - прямиком в хребет лже-рыцаря вошло бронзовое копьё, с громким хрустом доходя до кости и раздробив как минимум несколько позвонков — Попался, скотина! — солдат умело вынул оружие, поднял его, и ударил ещё раз, несколько выше - Эрикур припал на колено, продолжая рычать, но несмотря на все атаки Эстока, умудрился резко повернуться на сто восемьдесят градусов влево, нанося мощный, калечащий удар секирой — Это какой-то бред… — дрожащим голосом пробормотал юноша, наблюдающий как его союзника разделило пополам - каменное лезвие прошло через доспехи мгновенно, нисколечки не замедлевшись. Поднявшись на копыта, чудовище начало бешено колотить уже мёртвого солдата, кулаком и секирой, пока его позвоночник и находившаяся над ней плоть в считанные секунды восстановились. Ни царапины — ЧЕРВЬ УМРИ ОГГЛЕВИР УМРИ БЕЗРОДНЫЙ УМРИ БЕЗЫМЯННЫЙ УМРИ, МЕЧ МЕЧ МЕЧ МЕЧ! — поток слов тёк из Эрикура подобно пене на рту бешеного пса. Наполненный страхом Азур быстро поднялся на ноги, пользуясь безумием противника, и залез ему на спину, после чего загнал шило в его сонную артерию - настолько глубоко, что оно утонуло в тугой струе крови и совершенно пропало из виду, падая вглубь тела сатира, который остановил свои удары, чтобы издать оглушающий вопль боли — Сдохни уже наконец! — судорожно роясь в фартуке, разгневанный, загнанный в угол юноша начал вбивать в шею твари гвозди, тянуть их вверх обратной стороной молотка чтобы вскрыть её, параллельно отчаянно долбя ногой затягивающуюся артерию. Этой боли хватило, чтобы хотя бы временно парализовать гиганта и, открыв его глотку, Азур упёрся коленом в первую рану сатира, со всей силы продолжая тянуть гвозди вверх, пытаясь банально оторвать монстру башку - если отделить её от тела полностью, оно ведь не заживёт?! — Нет, нет, нет, нет… — звериные вопли сменились человеческими стонами боли. Поразительно мягкий голос Эрикура судорожно повторял слова отрицания - кажется, и его рассудок прояснил страх смерти. Он попытался дотянуться до Азура, из-за чего тот начал бегать по широкой спине человечного чудища, не давая нащупать где конкретно находится юноша. С левой стороны шея рыцаря открылась полностью, и его голова начала значительно наклоняться вправо. Звериный оскал селянина превратился в кривую ухмылку. Кровь хлестала ручьём - она замара его стопы, его фартук, его руки и его молоток - из-за чего тот выскользнул из рук Азура, падая на такую далёкую землю. Ухмылка пропала и, обхватив голову двумя руками, юноша продолжал тянуть вверх со всей силы. Однако, это было совершенно бесполезно - рана затягивалась быстрее, чем он её расширял, и хоть разница в скорости была крошечной, соперник сатира уже окончательно выдыхался. Победить в испытании на выносливость у него не было ни единого шанса. Чувствуя, как от паники сердце грозило лопнуть в любую секунду, отчаявшийся Азур освободил левую руку и начал колотить ею по глазу берсерка. Влажный звук и брызги крови давали понять, что урон он наносил значительный, перебороть регенерацию Кровавого Топора было невозможно. Наконец-то, безумная игра в кошки-мышки закончилась - Эрикур схватил Азура за руку и потянул - сразу же юноша почувствовал, как несколько костей вышли из положенного места в его ведущей руке, пока он с невероятной скоростью летел в багровую лужу останков Эстока. К своему счастью, селянин не успел понять, насколько близок он был к смерти, пока его не спасли. Яркий и жгучий огненный шар ударил в грудь и лицо гиганта, пока запястье той руки, которой он держал Азура, несколько раз пробило железное копьё Баретес. Она прыгнула, схватила его в свои руки и, оттолкнувшись от загоревшегося чудовища, приземлилась на землю. После чего резко столкнула его с себя и, взяв копьё в обе руки, продолжила атаковать фальшивого рыцаря. К Азуру прикоснулась его сестра — Азур, нам нужно уходить! Нам не победить этого монстра! Ему всё нипочём! — Нет, я не брошу…эту лупу… — перебарывая боль от вывихов, он перешёл в сидячее положение, внимательно наблюдая за схваткой. Весь нанесённый им ущерб уже давно пропал, но ожоги и удары через повреждённые огнём участки тела оставались. К сожалению, пришедший в себя Кровавый Топор не позволял Барет ударить его в слабое или уязвимое место - пока что она ловко уклонялась и атаковала гиганта, но выносливость у неё рано или поздно закончилась бы, да и нанесённые девушкой ранения были как пчелиные укусы - таких нужно было сотни, чтобы правда убить. Нужно было что-то делать. У Азура созрел план — Разогрей жаровню в бане, Моргейн — Что?! — НЕ ЧТО, А ДЕЛАЙ! СЕЙЧАС ЖЕ! — невольно вспылив от страха и стресса, селянин впервые за всю жизнь повысил голос на сестру. Однако места на стыд не было ни в сердце, ни на уме сейчас. Она дёрнулась и послушно побежала исполнять приказ, пока её брат медленно встал на ноги — ЭЙ, ВЫРОДОК! СЮДА ПОСМОТРИ! ТОЛЬКО С БАБАМИ ТЯГАТЬСЯ И МОЖЕШЬ, ДА?! — Это баба в сотню раз сильнее тебя, деревенщина! — с азартной улыбкой, Эрикур продолжал сражение против Баретес, даже не повернув взгляд в сторону Азура — Прости, но больше такие простые обманки на меня не подействуют. Лучше и правда беги, пока можешь — Чтоб тебя Балор отодрал…Барет! Отступаем! — на этот раз его слова полностью проигнорировали. Набрав воздуха в лёгкие, Азур закричал — ЭТО ПРИКАЗ! — замешкавшись лишь на секунду, она выпустила ещё один огненный шар в рожу берсерка, раздробила его колени одним ударом копья и уверенно побежала назад, без проблем умудрившись схватить магистра и закинуть его себе на плечо - даже с таким грузом, бежала она быстрее юноши, да и выносливости у неё было побольше — Неужели, ты созрел? А какого фомора ты голый? — Не спрашивай! План такой - займи его, пока Моргейн выронит на него жаровню, полную горящих углей — повернув голову назад, прошептал свой план Азур. Барет лишь кивнула. Выпрямившись, Азур увидел вновь бегущего за ними сатира. Он замедлился с прошлого раза. Решив проверить, насколько лучше противник стал сопротивляться насмешкам. Показывая Кровавому Топору непристойные жесты, юноша параллельно покрывал его вербальной грязью — А яйца у тебя тоже отросли, или твоей мамочке не ждать внучат? Хотя, так даже лучше для неё. Ей и так приходиться жить с сожалением, что однажды она согрешила с козликом, и на свет явился ты — Не смей даже упоминать мою семью, тварь! — О да, Азур определённо задел его за живое. Глаза сузились, всё лицо сморщилось, костяшки пальцев побелели - Эрикур был на грани конвульсий от гнева — Передавай привет старой бляди, когда я отправлю тебя к ней! — сказал юноша сразу же перед тем, как Барет забежала в баню. Дальше всё случилось мгновенно - с её помощью селянин прыгнул на висящую под крышей балку, забираясь на неё здоровой рукой. Сконцентрировавшийся на нём сатир согнул колени, готовясь прыгнуть и нанести удар, но спрятавшаяся в углу рыцарь снова пригвоздила его к земле. Сразу же после этого на израненное лицо и грудь воина посыпалась гора раскалённых углей, вылетевших из жаровни, пока Моргейн прижалась к полу и закрыла голову руками. Падая в небольшую лужицу воды, Эрикур снова перешёл на животный рык, вслепую атакуя секирой во все стороны и пытаясь руками отодрать от себя угли. Пользуясь моментом, Азур спустился на землю и, скрывшись с сестрой за тонкой пеленой тумана, оба выбежали из узкого помещения — Барет добьёт его…фомор, а что с остальной восьмёркой?! — смотря на горизонт, Азур ужаснулся - все их укрепления и примерно треть деревни пылала. Огонь распространялся по сухим деревьям, траве и деревянным домам крайне быстро. Каким бы ни был сильным Бедивэр, в одиночку он точно всех не удержит - а что, если он уже мёртв? Но долго размышлять юноша не смог - несущая стена бани была снесена, из неё вылетела Баретес - в помятой, треснувшей броне, без своего копья и с вылетевшими коленями. Из пара и пыли от разваливающегося здания вышел Эрикур — Простите меня, ребята… — Если бы ты просто отдал меч мирно, всего бы можно было избежать…но мне уже плевать. Я уничтожу всё что у тебя есть, а потом убью тебя и заберу Арнет — Хочешь мой меч - сразись со мной, как мужчина, а не нападай на спящего! — Думаешь, я настолько тупой, что позволю тебе вооружиться?! — Я думаю, что ты такой ничтожный кусок козьего дерьма, что ни с кем, кто может тебе дать сдачи, никогда не сразишься. Убежишь, как маленькая девочка — Ха-ха-ха…Пусть будет по-твоему, “магистр”. Я начну с тебя — Мой меч - там — юноша указал на кузницу, а второй рукой приказал Моргейн позаботиться о Барет — Если у тебя уже заросли ножки - вперёд. Удостою тебя смерти от святого меча — Какой гордец… — проводя копытами по земле и выпуская из носа разгоряченное дыхание, берсерк пустился в последнюю погоню. Азур уже даже не оборачивался. Победить было уже невозможно - нужно было проиграть с минимальными потерями. Сзади уже ничего нет. Последний шанс подарить Воертингерусу победу хуже поражения - Арнет. Добравшись до кузни с крупной форой, юноша поспешно начал разжигать кузню. Тяжело дыша, косясь на Эрикура. За пару секунд до столкновения, тёмное, тусклое и облачное утро посетил свет плавленного металла. Бросок к наковальне - Арнет выходит просто, как из ножен, взгляд на Кровавого Топора - и меч летит прямиком в сердце плавильни — НЕТ! ИДИОТ! — Переключившись, берсерк прыгает, толкает меч ударом кулака, невольно наклоняясь к кузне, и пользуясь моментом - Азур снова запрыгивает на него, обрушивает вниз содержимое верхней полки - формы, слитки, руду - и, дёргая за верёвку, выливает остатки раскалённого металла из ковша - и всё прямиком на Эрикура. Он падает внутрь кузницы грудью, начинает визжать, срывает себе голос. Юноша слышит, как он загорается, как закипает и начинает вариться его подкожный жир. Пройдясь по его спине, он достаёт два кузнечных клеща и хватается за обрывки кожи на лице в продырявленных Баретес местах. Начинает тянуть - снимает её — БОЛЬНО! КАК БОЛЬНО! МАГИСТР, ДИНЬ КИХТ, КТО-НИБУДЬ! ПОМОГИТЕ! МАМА! — Отдай мне своё лицо! — тихо и грозно прошипел Азур, окончательно срывая с него последние куски кожи и опуская голову лже-рыцаря “правды” в плавильню, перед тем как спрыгнуть с него. Он возвращает инструменты на место, бросает взгляд на лежащую неподалёку секиру - и, сделав несколько шагов - берёт в руки Арнет. За спиной доносятся шаги. Большая группа людей - больше пяти. Все вооружены. Из толпы доносится высокий, женский голос — Эрикур! — к плавящемуся телу подбегает женщина в длинной робе, с совой на плече. Она падает на колени, прикасаясь к отвисшей руке и, взяв её в две свои, начинает плакать — О нет! Господин Эрикур! — к трупу подбегает тот самый молодой парень - светловолосый, загорелый, в лёгких доспехах и синей накидке, с аккуратной дыркой в правой щеке — И надо было тебе рваться вперёд, старина… — с сожалением произносит грубый мужской голос. Но остаётся на месте — Как же это всё ужасно бессмысленно… — доноситься очередной женский. В ответ ей слышится странное трение камней — Верно. Всего этого можно было избежать — А виновник торжества… — Грубоватый, низкий, но крайне спокойный голос мужчины средних лет. Он указывает пальцем на Азура - солнце окончательно закрыли чёрные тучи. За яркой кузницей весь круг Воертингеруса выглядит, как группа нечётких силуэтов, танцующих и искривляющихся в такт огню. Медленно обходя кузницу, к Азуру подходит лишь один - высокий, крупный мужчина. С сатиром ему в массе не сравниться - но из людей вряд-ли найдётся кто-то больше него. Это взрослый мужчина, с лёгкой сединой в волосах - всё его туловище покрывает шкура медведя. Две головы служат ему наплечниками, а третья - шлемом, который он откидывает назад, открывая лучший вид на своё лицо. Он кладёт на землю своё оружие - двуручный молот из чёрного металла, с сияющим ядром неизвестного цвета. Похожий на тех бабочек Мэвдвина, но…намного более тёмный и насыщенный. Пояс идентичен печати - тот же стилизованный трёх-главый медведь. И при этом, совершенно обычные ламеллярные поножи и походные ботинки — Воертингерус — тихо сходит с уст Азура — Азур — отвечает он, с нотками интереса в голосе — Бедный, безродный, совершенно нагой - но несмотря на это, более чем достойный воин. Тебя не интересует титул Рыцаря Правды? Совсем недавно освободилась позиция, видишь ли… — Сначала поцелуй меня в зад. Может быть потом подумаю — Воертингерус заливается хохотом - в контраст с абсолютной безэмоциональностью Азура. У него уже банально кончились силы чувствовать — Я догадывался, что предлагать сотрудничество после этого побоища будет бессмысленно. Но я должен был попробовать. А теперь - отдай мне меч. Он тебе ни к чему — Да подавись ты им. Мне уже плевать. Надеюсь, этот кусок позолоченного дерьма заберёт у тебя всё, что забрал у меня — снова смеясь, Воертингерус наблюдает как, Азур перехватывает меч лезвием на себя и рукоятью вперёд. Он медленно подходит, начинает его протягивать…и в последнюю секунду подбрасывает, ловит обратным хватом, и засовывает прямо в живот королю. По саму рукоять — Ты…кровожадный тупица…ты умрёшь — Зато я заберу тебя с собой — из-за темноты, круг Воертингеруса только сейчас понимает всю опасность ситуации и подбегает к ним обоим. В Азура летят клинки, снаряды, заряды магии - а он даже не пытается уклониться. Ему уже плевать. Он своего добился. Но за секунду до соприкосновения - его обвивает острые, иссохшие корни - заставляя его отпустить рукоять Арнета, но также защищая от атак рыцарей. Нечто на задней стороне шеи начинает жечь и светиться - кроме криков ошарашенных врагов, слышны тихие слова незнакомой женщины. Тернии обхватывают Азура с ног до головы - и тащат его вниз. Глубоко, глубоко вниз - в другой мир. В осенний двор фей