Аромат смерти

      

***

              Служанки поднимались не так рано как простые джарийе, но я вопреки этому всё равно не выспалась. Сегодня мне предстоял первый «рабочий день» в свите Хасеки. Я облачилась в светло-зеленое платье простого фасона, волосы мне слегка завили и убрали передние пряди назад, закрепив тонкой ниткой с маленькими голубыми камнями.        Эмине калфа быстро забрала меня с собой, и мы буквально побежали в покои Хюррем султан.        — Запомни, в присутствии госпожи веди себя подобающе, не смейся, не чешись и не кашляй! Говорить можно только с позволения, не стой столбом и делай всё, что прикажут, поняла?        — Да! — Я кивнула и бодро зашагала вперед.        Схватив меня за локоть, калфа остановила меня, я обернулась и непонимающе глянула на неё.        — Наша султанша ещё не проснулась, мы ждем. — Объяснила черноволосая и указала на процессию, собравшуюся у дверей.        В коридоре царила тишина, нарушаемая лишь моим частым нервным дыханием. Ничего не могу с собой поделать, руки трясутся, ноги подкашиваются, голова кружится, а в голове я уже рисую себе сцену, где госпожа выгоняет меня, и я снова становлюсь обычной серой массой гарема.        Глубоко вздохнув, я прикрыла глаза и выдохнула. Всё будет хорошо!        — А что мне делать? — Шепотом спросила я.        — Стой рядом со мной, мы зайдем в последнюю очередь.        — Я не буду прислуживать?        — Будешь, но у тебя другая задача, госпожа просила привести тебя на разговор.        Тут моя выдержка рухнула. Мне придется говорить. С ней. Ужас. Кошмар. А что говорить?        — Ты не знаешь, о чем она меня будет спрашивать? — Вспотевшими ладошками я перебирала складки платья.        Калфа посмотрела на меня, как на последнюю дуру, и отрицательно покачала головой.        — Не трясись так, Хюррем султан тебя не съест.        Прошло полчаса, прежде чем я, наконец, вошла в покои султанши. Она уже привычно восседала на своем месте. Сегодня на ней было зеленое платье с золотой вышивкой и небольшая корона. Увидев меня, она улыбнулась и поманила к себе рукой.        От страха я забыла, как ходить, и калфа легонько подтолкнула меня вперед. Сделав пару шагов, я остановилась и сделала глубокий поклон, всё как учили на занятиях дворцового этикета.        — Она так юна, не правда ли, Сюмбюль? — Обратившись к верному аге, Хасеки чуть улыбнулась. — Эта девочка похожа на нераскрывшийся бутон розы, нежный и без наличия в себе шипов.        — Это верно, госпожа, эта хатун напоминает мне вас в молодости.        Напряжение не спадало, а казалось только усиливалось, я молчала и смотрела в пол пока меня обсуждали.        — Подойди. — Приказала султанша, и я тут же подчинилась. — Ещё ближе. Присядь.        Мне пришлось сесть прямо у её ног, она подняла мой подбородок и заглянула глубоко в глаза, будто рассматривала мою душу. От её взгляда у меня внутри всё перевернулось, все мысли из головы разом исчезли. Я слышала только стук своего сердца и ничего более.        — Через пару лет ты будешь красавицей, это видно уже сейчас. Сколько тебе лет?        — Тринадцать, госпожа.        — Чудесно! Послушай, детка, гарем — это безжалостное место, и в нем нужно выжить. Ты умная девочка и пока всё делаешь правильно, не сходи с этого пути и не расстраивай меня. Ошибок я не прощаю. — В её голосе слышались стальные нотки. — Образование крайне важно, не пренебрегай этим! Эмине отведи её на занятие.        Выйдя в коридор, я с облегчение выдохнула, что ж думала будет хуже.        — Вот видишь, наша Хюррем султан - добрая женщина, делай, что она говорит, и окажешься в райском саду.        — У меня чуть сердце не остановилось. — Призналась я, отходя от шока после ещё одной встречи с султаншей. — Надеюсь, я скоро привыкну.        По пути в музыкальный класс нам встретилась Афифе хатун, её трость противно клацала по мраморному полу, а суровый взгляд глубоко посаженных глаз мог напугать кого угодно.        — Куда вы направляетесь? Разве она не прислуживает Хюррем султан?        — Я веду её на занятие, Афифе хатун, госпожа приказала обучить её всему хорошенько.        — Прекрасно, думаю хатун не заблудится, а ты мне сейчас в гареме нужна, идем.        Эмине калфа пожала плечами и, кивнув мне, удалилась вслед за хазнедар. В одиночестве я добралась до нужной мне комнаты, где уже вовсю шло занятие, и слышалось неприятное бренчание.        Тихо заняв место рядом с Аксиньей, я взяла инструмент в руки и начала играть простую мелодию.        — Варя, где ты была? — Шепнула подруга, не отрываясь от выполнения задания.        — У Хюррем султан, мы немного поговорили, и она отпустила меня на урок. Ты знаешь, я так волновалась, думала упаду прямо перед ней!        — Ты стала её служанкой и теперь будешь жить отдельно? — Погрустнев, уточнила славянка.        — Да, я живу в комнате с Назлы хатун и Махфируз. Если честно последняя слишком много о себе думает, делает вид будто она незаменимая.        — Возможно эта девушка видит в тебе соперницу, госпожа чрезмерно добра к тебе. — Аксинья откинула длинную косу за спину.        — Ты про то, что она просто завидует мне?        — Скорее всего дело в этом.        Не успела я оглянуться, как все занятия закончились, и наступил вечер. Отужинав, я пожелала подруге спокойной ночи и удалилась в выделенные покои. Зайдя внутрь, я поняла, что никого нет, и мне выпала возможность спокойно переодеться, избегая злобных взглядов Махфируз.        Новая белоснежная сорочка источала цветочный аромат. Как же всё-таки приятно засыпать в относительной тишине и тепле. В ташлыке было трудно уснуть из-за большого количества девушек. Некоторые перешептывались полночи, да и жесткий матрас никак не благоволил здоровому сну.        В комнату ворвалась неизвестная мне хатун, оглядев помещение, она тяжко вздохнула.        — Ох, ты не видела Махфируз? Она опять куда-то делась!        — Я сама не видела её с самого утра, и здесь мы не встречались. — Ответила я, разглядывая девушку.        Она имела длинные густые темные волосы и серые глаза в обрамлении черных ресниц. На ней было самое обычное белое платье из дешевой ткани. Из этого я сделала вывод, что она служанка.        — Если она вернется, передай, что её искала Шахи.        — А Шахи это кто? — Я совсем растерялась.        — Это я, глупышка. — Шатенка весело улыбнулась и покинула комнату.        Дожидаться появления своевольной Махфируз я не стала и легла спать. Этот день явно прошел лучше, чем я ожидала. Благосклонность госпожи давала мне сил двигаться дальше.       

***

              В воскресенье я уже чуть лучше ориентировалась в покоях Хасеки и помогала ей с утренним туалетом. Госпожа проснулась не в самом лучшем расположении духа из-за того, что почти не спала. Шехзаде Джихангир снова капризничал и никак не хотел засыпать.        Он не болен, но тем не менее очень плаксив, его многочисленные няни уже в прямом смысле и сами бились в истерике, не зная, чем угомонить младшего сына Хюррем султан.        — Султанша, желаю вам доброго утра! — Улыбнувшись, я забрала использованное полотенце и принялась открывать шторы, пропуская лучи яркого летнего солнца внутрь комнаты.        Рыжеволосая тем временем поднялась и остановилась у зеркала во весь рост, рассматривая себя. Что-то в собственном отражении ей не понравилось и она отвернулась, с неприязнью глядя на служанок.        — Где вы желаете завтракать сегодня? — Пересилив себя и свой страх, я приблизилась к угрюмой женщине.        — В покоях пусть накрывают.        Я поклонилась и вышла за дверь передать слугам с кухни распоряжение госпожи. Вернувшись обратно, я застала Махфируз, она вовсю щебетала о чем-то несущественном с Хасеки, и это заставило её улыбаться.        Да как она это делает?        Успех соперницы не мог не раздражать меня. Мне ничего не оставалось, как встать у дверей и ждать приказаний, ловя победоносные взгляды албанской рабыни. В покои прошла Хатидже султан, без всякого стеснения она подошла к султанше. Хозяйка комнаты велела всем нам удалиться.        О чем они говорили и так понятно. Новая наложница повелителя. Хюррем думает, что это Настя. Пусть и дальше верит в эту легенду. Влиять на историю с Фирузе я не хотела. Сами разберутся.        Завтракать султанша изволила вместе с сестрой султана и Михримах султан. Я стояла в стороне и наблюдала за происходящим.        — Чуть позже я хочу навестить своего племянника. — Оповестила Хатидже.        — Как только он проснется, вам доложат. — Рыжеволосая смотрела на родственницу супруга с подозрением. Иного я и не ждала, всем известно, что они давно враждуют.        — Я слышала на этаж фавориток перевели одну девушку, её зовут Настя, кажется. — Госпожа не могла не надавить на больную точку Хасеки и с улыбкой добавила. — Она буквально очаровала повелителя, как и ты когда-то Хюррем.        Лицо Роксоланы помрачнело.        — Эта наложница лишь временная забава, такая же как и Нигяр хатун. — Женщина ответила золовке тем же.        — Не обольщайся, Хюррем! — Голос изящной султанши приобрел более строгий тон. — Настю не советую трогать, иначе будешь иметь дело со мной!        На это заявление смеющаяся госпожа только рассмеялась. В покои вошла Михримах султан в сопровождении истинной фаворитки султана — Фирузе хатун.        — Мама, тетушка. — Девочка поклонилась.        — Милая моя, садись с нами. — Улыбка расцвела на лице Хатидже султан, и она дождавшись, когда племянница присядет, приобняла её одной рукой. — Как твои дела, сокровище моё?        — У меня всё хорошо, госпожа. — Вежливо ответила дочь султана. — А как вы?        — У меня тоже всё прекрасно, может прогуляемся как-нибудь вместе?        — Непременно, тетя.        Сестра султана вышла из покоев Хасеки, та после ухода золовки вздохнула свободнее. Я же мельком поглядывала на стоящую в стороне Фирузе. Та уже успела подобраться к Михримах султан. После завтрака проснулся маленький шехзаде.        Мальчик выбежал из смежных покоев, совершенно не слушая возгласы идущей за ним Эсмы хатун. На его спине и правда не было даже намека на горб, а сам наследник счастливо улыбался, падая в объятья матери.        — Мама!        — Сыночек. — Хюррем султан нежно поцеловала сына в макушку и погладила по спинке. — Доброе утро.        — Простите, госпожа. Я не смогла помешать ему.        — Всё в порядке, иди, Эсма. — Отослав няню шехзаде, султанша посадила Джихангира рядом с собой. — Дорогой, нужно покушать. — Мягко напомнила она сыну.        Маленькое личико наследника перекосило. Он вмиг покраснел и выпятил нижнюю губу.        — Не буду! — Он ловко спрыгнул с диванчика и немного, не рассчитав, упал мне под ноги.        Сама судьба кричит мне брать это дело в свои руки, пока эта персидская шпионка не приблизилась к Хюррем султан ещё больше.        — Шехзаде, будьте аккуратнее! — Улыбнувшись, я подняла мальчика на ноги, а он, как завороженный, смотрел на меня не отрываясь.        — Мама, у неё волосы как у тебя. — Заметил малыш и обернулся на Хасеки. — Она мне нравится.        Вот так. Если бывает любовь с первого взгляда, то это определенно она.        — Джихангир, если эта служанка тебе понравилась, то пусть она сегодня присмотрит за тобой. Не спускай с него глаз, Варвара.        — Как прикажет моя султанша! — Я поклонилась и взяла мальчика за руку. — Ну что малыш, может покушаешь? — Он отрицательно замотал головой. — Нет? А если я покормлю?        Мне всё-таки удалось убедить капризного наследника в необходимости приема пищи, и он хоть немного, но поел. Фирузе ушла вместе с Михримах султан. Путь в эти покои ей заказан.        — Ты нашла подход к моему сыну, проси чего хочешь. — Благодарно отозвалась Хюррем султан.        — Мне достаточно вашей улыбки, госпожа.        — Джихангир уже несколько часов не капризничает и не плачет — это твоя заслуга. Не лишай моего сына своей заботы.        — Я очень понравилась нашему шехзаде, я буду присматривать за ним в свободное от учебы время.        — Замечательно, Варя, думаю, на сегодня ты свободна.        Иногда подчиниться своей судьбе единственный правильный выбор.