В сердце храма Убэй

Хуацзуй не знал, почему именно, но Чу Ваньнин менялся. Он стал тише, больше времени проводил в своей комнате, больше медитировал и больше учился. Это не могло не радовать его. Похоже, занятия с Мо Жанем действовали на него очень благотворно, и Хуацзуй был рад, ведь это означало, что его сына больше не тянет наружу. Чу Ваньнин, в свою очередь, был безмерно счастлив. Его учитель, его замечательный, невероятный, удивительный учитель, теперь принадлежал ему и только ему. И нет, это не было его воображением; Мо Жань лично сказал об этом Чу Ваньнину после того особенного урока. Более того, если Мо Жань принадлежал ему, то Чу Ваньнин принадлежал Мо Жаню. И это чувство превосходило все остальные – принадлежать кому-то, выполнять каждую просьбу, а иногда и приказ, делать всё, чтобы угодить учителю и наконец-то услышать заветное «хороший мальчик». Это было всё, о чём он мечтал. Поэтому, о чем бы ни просил Мо Жань, как бы постыдно или порой опасно это ни было, Чу Ваньнин давал ему все. А все началось с простых просьб. Первый раз это случилось после одного из уроков, когда Мо Жань попросил его милые трусики. Чу Ваньнин, немного помедлив, стянул с себя нижнее бельё, в которое Мо Жань вцепился, словно зверь. Затем последовала просьба полностью раздеться, облакотиться на стол, выпятив голый зад , чтобы закончить домашнее задание, пока учитель мастурбировал, глядя на это прекрасное зрелище. Однако со временем просьбы становились все более и более опасными, потому что однажды Мо Жань дал ему свой старый телефон, чтобы тот мог наблюдать за тем, как Чу Ваньнин выполняет его поручения по ночам, трогает ли он себя как следует и как сладко стонет. Это было опасно. Хуацзуй никогда не разрешал ему пользоваться телефоном или другой электроникой, опасаясь, что он подключится к внешнему миру через интернет и попадёт в беду. И всё же, благодаря своему небольшому размеру, телефон удалось успешно спрятать, и он пролежал в тайнике две недели. Однако то, что принес Мо Жань на этот раз, скрыть было гораздо сложнее. «Похоже на гэгэ?» — спросил Мо Жань, увидев, как Чу Ваньнин разглядывает принесённый им резиновый член. Он знал, что тот не такой огромный, как он сам, но всё равно хотел потешить своё эго. «Бесстыдство», — проворчал Чу Ваньнин, но тут же поднял резиновый пенис, словно сравнивая его. «Мой гэгэ гораздо больше...» «Молодец», — похвалил Мо Жань, притягивая мальчика к себе на колени, чтобы поцеловать его. Чу Ваньнин уже привык к этим поцелуям, поэтому прижался к нему всем телом, выпятив ягодицы, чтобы старший мог схватить их, и открыв рот в безмолвном приглашении. Он ожидал, что сегодня всё будет как обычно: они поцелуются, а потом он перейдёт к члену учителя и будет мастурбировать, пока тот ласкает его тело, но, видимо, у Мо Жаня были другие планы. «А-нин, подожди, у нас сегодня другой урок». Такой поворот событий немного расстроил и смутил молодого человека, но он послушно отстранился, доверчиво глядя в глаза Мо Жаня. Увидев этот взгляд, Мо Жань не удержался и поцеловал Чу Ваньнина в щеку. «Гэгэ хочет лишь одного — наконец лишить твою сладкую дырочку девственности», — прошептал старший, сжимая задницу ученика в знак согласия. «Каждый день я засыпаю и просыпаюсь с мыслью о том, как хорошо ты будешь смотреться на моём члене, Баобай. Боже мой, ты, наверное, будешь кричать и стонать так громко, что тебя услышит весь храм». Фантазии и слова Мо Жаня вызвали у него эрекцию, но сегодня он не собирался трогать себя. «Но как ты заметил, я очень большой, а ты всё ещё маленький...» «Я справлюсь», — прервал его Чу Ваньнин, уже мечтая доставить Гэгэ удовольствие, о котором он так мечтал. «Подожди», — Мо Жань поцеловал молодого человека в нос. «Я дам тебе то, чего ты так отчаянно хочешь, но сначала тебе нужно научиться принимать большой член своего учителя, а для этого нам понадобится он». Мо Жань указал на дилдо, которое он принес ранее, и помахал им перед лицом молодого человека. «Мы сделаем это... прямо сейчас?» — спросил Чу Ваньнин, нетерпеливо ёрзая. «Нет, это будет твоим домашним заданием». Это займёт много времени, но ты должен прислать мне видео, как ты справишься, — улыбнулся Мо Жань, медленно стягивая с парня шорты. — «А теперь я научу тебя готовиться к чему-то большему, чем просто пальцы, так что вставай на четвереньки и покажи Гэгэ свою очаровательную дырочку». Чу Ваньнин немедленно подчинился, облокотившись на стол и выпятив ягодицы под голодным взглядом старшего. Было так неловко так открыто обнажаться перед другим, но подчиняться этим приказам было еще более возбуждающе. Через несколько секунд он наконец услышал позади себя движение и почувствовал, как учитель положил свои большие руки ему на половинки, раздвигая их так, чтобы обнажить его судорожно сжимающееся отверстие. «Чёрт, А-Нин так идеально подходит для гэгэ. Так и хочется его съесть. Хотя...» Не дожидаясь ответа, Мо Жань прижался губами к розовому бутону, начиная облизывать и посасывать его край. Неожиданно Чу Ваньнин громко застонал и попытался вырваться, но Мо Жань шлепнул его рукой, притянув ближе и продолжая шумно облизывать. «Гэгэ, это так грязно, пожалуйста...» — умолял Чу Ваньнин, умирая от унижения и возбуждения. «Мой А-Нин не может быть грязным», — сказал он, похотливо облизывая губы, словно самый сочный и желанный нектар попал ему в рот. «Ты такой сладкий и восхитительный. Я бы облизывал тебя каждый день, если бы мог, на завтрак, обед и ужин». Услышав это, Чу Ваньнин смутился еще больше, но через мгновение все мысли исчезли из его маленькой головы, когда учитель вставил свой язык и начал облизывать его изнутри. Чу Ваньнин, испытывая небывалое наслаждение, полностью забыл о стыде и начал скулить, бесстыдно насаживаясь на язык партнера и трахая себя им. «Гэгэ, как хорошо», — простонал молодой человек, проводя рукой по волосам другого и прижимая его губы к своей дырочке. «Ещё, ещё чуть-чуть». «Мой А-нин получит всё, что захочет», — улыбнулся Мо Жань, отстраняясь от сладкой дырочки, которая была вся мокрой от его слюны. Хотя Мо Жань не удивился бы, если бы это были соки Чу Ваньнина, который тек словно сучка в течке. «Но ты должна помолчать, иначе твой отец испортит наш «ужин». Ты будешь молчать ради Гэгэ?» Видя, как молодой человек кусает свою руку и качает головой, Мо Жань вознаградил его большим пальцем, начиная растягивать мальчика и тут же вставил туда свой язык. Чу Ваньнин не знал, сколько это продолжалось. Он чувствовал лишь шершавый язык учителя, облизывающий его изнутри, трахающий, а затем вытаскивающий и облизывающий края его дырочки. Однако, когда он пришёл в себя, внутри него уже были три пальца. То, что творилось на глазах Мо Жаня, можно было назвать только чудом. Его малыш выпячивал свою круглую попку, насаживаясь на язык и молил о большем. Если бы Мо Жань мог, он бы немедленно повалил своего ученика на землю и врезался в него, трахая его до тех пор, пока тот не взмолится о пощаде, пока тот не потеряет сознание, а Мо Жань не сможет трахнуть его бессознательное тело еще пару раз, сначала снизу, а затем сверху. Но это было невозможно. По крайней мере, не сейчас. У них оставалось всего 10 минут до конца урока, и всё, что он мог сделать, это... Чу Ваньнин, почувствовав, что Мо Жань остановился, с негодованием взглянул на него. Он был всего в нескольких минутах от оргазма, но увиденное заставило его глаза заблестеть вожделением. Мо Жань приспустил джинсы ровно настолько, чтобы вытащить свой полностью эрегированный член и прижать его к отверстию Чу Ваньнина. Увидев пристальный взгляд младшего, он хрипло рассмеялся и наклонился, чтобы поцеловать мальчика. «Извини, А-Нин, но сегодня Гэгэ только вставит кончик. Ты ещё не готов, а твой отец скоро вернётся». Оторвавшись от сладких губ парня, Мо Жань снова встал позади него и начал осторожно вводить член. Несмотря на то, что он хорошо его растянул, ввести даже кончик было трудно, настолько мальчик был тугим. Это было просто потрясающе. Это было лучшее чувство, которое Мо Жань когда-либо испытывал. Ему пришлось напрячь всю свою силу воли, чтобы не вставить член дальше кончика, но Ваньнину этого оказалось достаточно, чтобы разрыдаться и с громким стоном кончить прямо в руку учителя мужчины. Мо Жань не ушел далеко . Одного лишь ощущения его члена в тугой, горячей дырочке пятнадцатилетнего было достаточно, чтобы он излился внутрь ученика, покрыв внутренности А-Нин своим семенем. Когда он наконец кончил, Мо Жань вытащил член и наблюдал, как сперма начала вытекать из розовой, трахнутой дырочки, собирая ее пальцем и вводя обратно. Надев на младшего мальчика трусики и шорты, Мо Жань снова наклонился к нему и поцеловал Чу Ваньнина, который все еще был ошеломлен, в ухо. «Очень скоро, обещаю, детка», — прошептал он, потирая свой снова возбуждённый член о задницу парня. «Обещаю, я наполню тебя таким количеством спермы, что у тебя не останется другого выбора, кроме как забеременеть моими щенками».