Песнь о Красном Ниле. Тепло души

Эвтида с округленными глазами перелистывала свитки, которые им предстояло переписать, а Реймсс с довольной улыбкой наблюдал за ужасом подруги. — Столько много? Да тут ночи не хватит! — Ну, если бы ты начала раньше, то за ночь бы все успела доделать. Мне вот осталось немного, — с победной улыбкой кинул подруге парень. Эва быстро смекнула. — Да, по письму ты явно лучше меня, Рейм, — девушка медленно подошла к другу и провела кончиками пальцев по свободной рубашке на груди, — подашь пример неумелой? — Эва очаровательно улыбнулась. Парень смотрел на попытку подруги перекинуть на него свою работу и весело улыбнулся. — Ну и лиса ты, Эва. Парень тихонько стукнул пальцем по носу девушки и пошел за свитками. Принеся стопку, он сказал: — Помогу тебе переписать часть, если за два часа осилишь половину. — Целую половину?! Давай хотя бы... — Не наглей. Пришлось соглашаться. Половина ведь лучше, чем всё? Молодые люди расселись по местам и стали переписывать текст.  Эва отметила, как быстро и уверено Реймсс орудует пером. «Надо поднажать, обещала ведь господину, что буду усердно учиться». Какое-то время девушка поддерживала хороший темп, пока не задумалась о своей жизни. «Может, Дия права? Может, стоит отойти от черной магии? Наши предки спокойно занимались ей, не боялись быть убитыми, а мы что? Вынуждены прятаться, скрываться. Хочу ли я такой жизни?» Парень заметил, что стопка папирусов у Эвы не очень уменьшилась, поэтому подошёл к ней. — У тебя остался час, а ты даже половину от половины не переписала, в чем дело? Эвтида перевела задумчивый взгляд на друга. — Не знаю, как-то не идёт, не могу сосредоточиться. — Что беспокоит? — Рейм облокотился бедром о стол и сложил руки на груди. — Все переживаешь за маску, что охота нашла во время твоего заказа? Девушка тяжело вздохнула. — Это тоже, не покидает чувство, что эпистату все уже известно, но он играет со мной. Друг кивнул, понимая опасения подруги. — Помимо этого ведь есть что-то еще, что тревожит тебя. Девушка скептически выгнула бровь. — В душе моей хочешь порыться? Бесполезно, там кромешная мгла. Сарказма парень не оценил, поэтому добавил серьезно: — Я уже разгадал тебя, Эва, понял, какая ты. Чем больше тебя что-то беспокоит, тем больше ты пытаешь закрыться, сводя все в шутку, — парень посмотрел в удивлённые глаза девушки. — мы все теперь в одной лодке. Пусть брат и говорит, что каждый черномаг сам за себя, но я не верю, что между такими, как мы не может быть ни уважения, ни любви, ни дружбы. Расскажи мне. Девушка задумалась. «Рейм никогда не говорил подобного, никогда не пытался успокоить или приободрить. Наоборот, всегда нагнетал и сбивал, чтобы стать лучшим по учебе. Сейчас все не так, — Эва прошлась задумчивым взглядом по лицу парня, его волосам, — а ведь он красив, почему я не замечала этого раньше? Может, потому что я видела в нем только соперника, а сейчас же заботливого и внимательного друга?» — Любуешься? — парень прервал мысли девушки и лукаво улыбнулся. — Только твоими волосами, — едко ответила девушка. У парня и правда были роскошные черные, как сама ночь, волосы. Рейм всегда заплетал ее в толстую косу. — Так что? — парень вернул Эву к вопросу. — Только один раз. Парень кивнул. Эва подошла к Реймссу и обняла его за талию. Парень же приобнял подругу за плечи и положил ее голову себе на грудь. — Я устала, — мучительно выдохнула Эва. — Да, знаю, — парень положил подбородок на макушку девушки. — Шарахаться от каждого звука, от недовольного взгляда эпистата и его отряда. Постоянно жить в ожидании, что скоро за тобой придут и потащат на помост. — Тебе тяжело сейчас, но если пройдешь через все это, то в будущем будешь спокойно брать заказы через стенку от жилища охотников. Посмотри на Реммао, он переживает, что мы оступимся, так как только начинаем свой путь. В себе же он уверен, знает, как действовать и полностью спокоен.  — Но если мы не пройдем этот путь? Если где-то споткнемся и выдадим себя? Ты никогда не думал оставить черную магию? Эва почувствовала, что друг напрягся и вскинула голову, продолжая обнимать его. — Я ничего другого не умею, Эва, а всю жизнь сидеть за свитками не для меня. Я - некромант, другим я себя не вижу. Девушка кивнула, ей тоже было трудно представить себя с папирусом и чернилами для письма. Они постояли в тишине какое-то время, и Рейм немного отстранился. — Давай, ты ещё можешь успеть дописать. И тогда я помогу тебе с другой частью. Эва кивнула и нехотя отпустила друга. Тот пошел за новыми чернилами. Разложив перед собой пергамент девушка начала переписывать иероглифы и внимательно вчитываться в текст: «Не всякий возвращается с красных земель. А те, кто по воле богов сумел спастись и вернуться, сказывали о необычном мираже». Эва немного проморгалась. «Сказ этот всегда один: о прекрасном юноше, чье лицо столь привлекательно, сколь речи его сладки, но полны смертельного яду». Глаза слипались, но девушка старалась держать их открытыми. «Душа его истерзана злодеяниями. Заманивает он путников в сети свои, уводит дальше в пески бесконечные, где хоронит всякого, кто поверит ему…». «Заметив красное мерцание в ночи - беги путник, ибо посеет юноша в душе твоей ярость и хаос, которого в нем сполна.» Едва дописав последнюю строчку, Эвтида мертвым сном рухнула на папирус. — Эва? Только не лицом в свежие чернила. Это было последнее, что девушка услышала, прежде чем погрузиться в крепкий сон. Утро следующего дня. Реймсс держал бронзовый круг, служившим зеркалом, и ждал, пока Эвтида отмоет щеку от чернил. — Быстро тебя сморило. — Это все баня. Как распарюсь, так сразу в сон тянет, — Эва потеряла щеку сильнее. — да чтоб тебя! Краска не поддавалась. Вдруг, послышались тяжёлые шаги, и друзья обернулись. На них со всей строгостью смотрел эпистат. — В чем дело? — Амен перевел взгляд на Эву и заметил чёрное пятно на лице девушки, которая та старалась оттереть. Вопросительно выгнул бровь. — Упала в чернила, господин, — она встала из стола и сложила руки на груди. — Лицом? — мужчина двинулся в их сторону. — Она уснула, когда переписывала тексты, — Рейм ответил за подругу и с вызовом посмотрел на эпистата. Амен нахмурился и подошёл к Эвтиде, беря ту за подбородок и проводя большим пальцем по щеке. Краска и правда не поддалась. Девушка, как и Реймсс с удивлением смотрели на охотника. Тот всмотрелся в глаза Эвы: красные, уставшие. Нахмурился сильнее. Эвтида приняла это за недовольство, но на самом деле внутри эпистат гневался на себя, что отдал такое распоряжение. Отступил. — Попроси Тизиана масло от чернил принести, оно сотрет краску — кинув взгляд на свитки, эпистат добавил. — все переписали? И тут Эва запаниковала. Вчера она уснула и не успела переписать даже половины папирусов. Амен подошёл к стопке Рейма и пробежался глазами по проделанной работе. — Твое? — эпистат не смотрел на парня, но тот понял, что вопрос был адресован ему. — Да. — Хорошо, — охотник двинулся к стопке Эвы. «Исфет, только вчера ведь попросил усердно учиться, а я? Уснула. Молодец, Эвтида».  Амен прошёлся глазами по записям и поднял взгляд на девушку. — Молодец, Эвтида, — мужчина повторил мысли девушки. Та ошарашенно уставилась на него. «В смысле? Как молодец? Как это....Рейм!?», — Эва тут же перевела недоуменный взгляд на парня, тот с улыбкой посмотрел на нее. «Помог...опять», — девушка с благодарностью кивнула. Парень ответил тем же. — Можете пока отдохнуть, в полдень отправляемся на другую сторону Нила. Эпистат развернулся и покинул библиотеку. — Зачем опять помогаешь? — спросила девушка, дождавшись пока мужчина скроется из виду. — Жалко тебя, — нахально ответил Реймсс. — все на неприятности натыкаешься. Решил хоть как-то бедняжке помочь. Эва пихнула друга в бок. — Что будем делать до полудня? — спросил парень. — Пройдемся по рынку? — Хорошо. Они быстро позавтракали заранее привезенной из поселения едой, Эва попросила у Тизиана масло от краски, которое помогло оттереть лицо, и, с разрешения охотника, друзья вышли на улицу. Дойдя до рынка, они слышали, как торговцы глотки драли, старались перекричать другу друга, каждый предлагая свой товар. У Эвтиды заложило уши. — Давай пойдем по-другому ряду, — предложил Рейм, тоже морщась от шума. Он взял Эву за руку и повел за собой. Вдруг, девушка заметила, как какой-то нахальный торговец, размахивая руками, кричал на другую торговку. Через секунду он смел весь товар рукой. — Пошли-ка, — она потянула друга в нужную сторону. — Исфет, Эва, — друг постарался заартачиться, но понимал, что это бесполезно, поэтому просто направился за девушкой. — Господин! Зачем так кричишь, всех мертвых разбудишь ведь? — Эвтида строго посмотрела на невысокого мужчину средних лет и скрестила руки на груди, — а товар чужой разве можно портить? Совсем не боишься гнева Птаха[1]? Мужчина немного сутулился, услышав имя бога - покровителя, но в ту же секунду вскинул подбородок. — А ты чего лезешь, девка? Не знаешь, где дом люб… — мужчина не успел договорить. Сильная и большая рука Реймсса взяла нахала за грудки и хорошенько встряхнула. — А ну последи за своим языком, мужик, а то кара тебя хуже, чем хворь настигнет. Рейм оттолкнул торговца, и тот поспешил скрыться подальше. Эва улыбнулась тому, что друг заступился за нее и перевела взгляд на незнакомку. — Какой гад, все камни твои разбросал! — Эвтида присела и стала помогать торговке собирать товар, парень присоединился. Когда все было собрано, Эва отряхнула руки. — Чем ты его так разгневала? На нее смотрела невысокого роста, но крепкого телосложения симпатичная девушка. «Красивая». — По уху дала. Иначе не понимал, что здесь можно купить только товар, а не торговку вместе с ним. — Надо было ему ещё и по второму уху дать, — нахмурилась Эва. — Надо было, — незнакомка весело улыбнулась. — спасибо, что не прошли мимо и что камни помогли собрать. — Полно, — Эвтида махнула рукой.  — Агния, все нормально? — поинтересовалась другая торговка. — Нормально, — кинула девушка через плечо. — Агния? — удивился Реймсс.       — Агния, из Атики, приехала в Фивы торговать. — Атика? Ты ионийка? — Слышал про мой народ? — Вы войны, каких поискать… Новая знакомая громко засмеялась. — Мне досталось лишь умение торговать и громко ругаться. — С первым я бы поспорил. Агния выгнула бровь. — Я - Эва. — Реймсс. Девушка кивнула и внимательно всмотрелась в лица новых знакомых. — Вы ведь не здешние? Не видела вас раньше. — С охотничьим отрядом из Гермополя приехали, — ответил парень. — как у вас тут с хворью? — Погано, — новая знакомая нахмурилась. — слышала, что лекарства не помогают, и сам главный лекарь пока ничего сделать не может. — Плохо дело, — Эвтида перевела взгляд на товар. — У тебя красивые камни, где собираешь? — В Долине Царей и Цариц, у подножья холмов есть пещеры с редкими ископаемыми. — Долина Царей - это западный берег Нила, главный фиванский некрополь…. Туда не так просто попасть. — Имея хорошие связи, можно добраться туда, кому не всякому дорога открыла, — Агния хитро улыбнулась. «Неразговорчивая». Молодые люди еще какое-то время побеседовали, после чего Эва и Реймсс отправились к храму, откуда отбывал отряд на другую сторону Нила. Покачивание лодки убаюкивало Эву. Пусть ей и удалось поспать в отличии от Реймсса, но тот сидел, как ни в чем не бывало, когда она продолжала клевать носом. Девушка свесилась с лодки и зачерпнула в ладонь воды, умывая лицо и шею. Исман усмехнулся и погладил сестру по спине. — Неужто всю ночь писала и глаз не сомкнула? — Куда уж там, — девушка прилегла на плечо брата и прикрыла глаза. — видел бы ты, сколько я переписала, ты за всю свою жизнь столько свитков не видел. Исман позволил Эве прилечь на него и приобнял за плечи. — Бедняжка. Сидевший рядом Реймсс возмущённо закатил глаза. Приоткрыв глаза, Эва заметила, что эпистат смотрит на усех, покоившийся на шее девушки. Она так и не сняла его, хотя успела сменить наряд на более походный. Ей нравилось украшение, а осознание того, что украшение подарил эпистат приятной дрожью пробегалось по коже. Эва снова закрыла глаза, все еще ощущая взгляд эпистата на своей шее. Через десять минут отряд прибыл в поселение, где уже ожидал главный лекарь. Все собравшиеся столпись в центре поселения и ждали дальнейших указаний. Эва покачивалась от сонливости, но, заметив знакомого мужчину, удивлённо вскинула брови. «Дружок Феонои - главный лекарь? Ну и размах у девочки». Молодой мужчина подошёл к эпистату и поприветствовал его, после чего стал что-то объяснять Амену, а тот хмурясь кивал головой. —  ...списки? — спросил лекарь у охотника. — Готовы. Тизиан, распредели, — главный охотник кивнул в сторону собравшихся. Эва оказалось в группе с Исманом, Тизианом, главным лекарем и парочкой других охотников. Дию и Реймсса определили в другой отряд. Лекарь подошёл к группе и обвел всех отеческим взглядом. — Приветствую всех вас. Я - Ливий Пеллийский, главный лекарь. Сегодня мы с вами поработаем в команде, — мужчина искренне улыбнулся. — хотел бы выразить благодарность за проявленную доброту и храбрость посетить самое сердце черной хвори. Надеюсь, вместе мы одолеем ее. — С чего начнем, господин? — голос подал Исман. — Главный фиванский некрополь, мне есть, что вам показать. — Отлично. — Учишься на лекаря? Вижу, что болеешь своим ремеслом, — Ливий добродушно улыбнулся и посмотрел на парня. — Да, для меня это очень важно, я сам попросился в отряд, — гордо отозвался Исман. — Разве вы не все здесь добровольцы? — Увы, — парень еле скорчился в сторону сестры. Та нахмурила брови. Ливий остановил свой взгляд на Эве и задумался.  «Вспоминает что-то? Не уж-то он меня запомнил во сне? — девушка мысленно замотала головой, — нет, это невозможно». Но все же взгляд лекаря девушке показался странным. Когда все приготовления были закончены, немногочисленный отряд двинулся в путь. Эвтида шла сзади Исмана и Ливия, увлеченно обсуждающие какие-то травы и их лечебные свойства. Девушка знала, что брат очень ждал встречи с главным лекарем и ему хотелось задать пару вопросов, касающихся хвори. Возможность была отличная, так как дорога была не близкой.  Через какое-то время Ливий сбавил шаг и поравнялся с девушкой. Та удивленно посмотрела на него. — А тебе мне как звать, молчунья? — Эвтида. — Эвтида, — мужчина повторил имя. — Что, будешь подвиги мои записывать? — А что такие имеются? — девушка скептически выгнула бровь, а потом засмеялась, заметив недовольное лицо мужчины. Через какое-то время Ливий поинтересовался: — Мы не виделись раньше? — Если только в твоих самых прекрасных снах, господин? — Эва хотела пошутить, но заметила, как мужчина задумался снова. «Что с твоим языком не так, глупая ты ду…». Вдруг, Тизиан резко остановился. — Всем стоять. Зелень шевельнулась. Весь отряд по команде остановился и прислушался. «А если это крокодил? Я слышала, что у них отменная реакция. Исфет», — Эва начала медленно пятиться назад, но наступила на подол своего платья и чуть было не упала. Теплая мужская рука уберегла девушку от падения. — Ох… — Тише, Эвтида, — Ливий настороженно смотрел в сторону, куда направили охотники свои копья. Девушка шустро шмыгнула за спину лекаря и выглянула из его плеча. — Эй, не прячься за меня! — Ливий нахмурился. — какая смелая. — Я не кичусь смелостью, господин. А вот ты можешь меня от зверя дикого защитить, вот и припишем тебе первый подвиг. Мужчина закатил глаза, но прогонять Эву не стал. Тизиан копьем отодвинул высокую траву, и оттуда вывалилась человеческая окровавленная рука. «Незримый!» — Эва дёрнулась от ужаса. Ливий, как наученный лекарь, сразу бросился к пострадавшему и вместе с охотниками вытащил его из травы. Кровь смешалась в вперемешку с грязью и засыхала на коже незнакомца. — П-помогите, — тихий, хриплый и слабый голос раненого мужчины. На его теле были ужасные раны, которые… были не совместимы с жизнью. Это понимала даже Эвтида. «Бедный, что с ним произошло?». — Если есть, что спросить у него, то спрашивайте скорее, пока он… — Эме! — брат строго посмотрел на девушку. — Что с тобой произошло? — задал вопрос Тизиан, пока Ливий вместе с Исманом оказывали пострадавшему первую помощь. — Я… служитель места…истины. Совершал утренний...обход, к-когда, — мужчина скривился от боли, из уголка его губ потекла струйка крови. — когда заметил, что гробницу эп-пистата Яхмоса вскрыли. Эва посмотрела на Тизиана и заметила в его глазах… предвкушение. Культ смерти был единственной вещью, которая по своей важности могла сравниться только с культом Амона-Ра. Местные не просто почитали ее, они трепетали перед могуществом смерти. Вскрыть захоронение, разрушить покой блуждающей Ка человека, его души, обитающей в гробнице — немыслимое безумие. — Я сразу б-б-бросился в поселение, чтобы… д-доложить, но меня оглушили и бросили в воду, — запинаясь рассказывал мужчина. — Давно ты здесь лежишь? — поинтересовался Исман. — Н-наверное несколько часов. — Отведи Исмана и этого человека в поселение, — Ливий обратился ко второму охотнику. — Исман, помоги отнести его. А мы посетим в гробницу господина Яхмоса. Парень и пара других охотников взяли раненого мужчину под руки и понесли в сторону Сет-Маата. — Пойдемте, — голос подал Тизиан. — Мы не дождемся остальных? — Эва вопросительно посмотрела на охотника, когда их было больше, то девушка чувствовала себя немного спокойней. — Я достаточно опытен, чтобы изучить осквернённую землю самостоятельно, — ответил Ливий. — Но как связано вскрытая гробница и изучение хвори? Рядом устало вздохнул Тизиан и ответил: — Сразу видно, что ты с проклятыми черномагами никогда дело не имела. «Ну да, куда уж мне». Чтобы создать проклятие, нужна плоть мертвого. И не абы какого, а похороненного с почестями.  — Серьезно? Охотник кивнул. — Если кто-то вскрыл гробницу и действительно осквернил мумию, это скажет нам о том, что мы на верном пути. И за хворью стоят черномаги. — последнее слово охотник словно выплюнул. «Исфет. Неужели и правда проклятье?» — Эва всегда считала, что охотники необоснованно винят шезму во всех бедах, посмеивалась над ними. Но выходит, что она сама могла ошибаться? И если это так, то хотела бы Эва быть на стороне черномагов? [1] Птах - бог ремесла и искусства.