Корпрус

-Нет смысла держать ее на аппарате, — с сожалением сказал лечащий врач Оксаны, изучив показания и последние анализы. -Ваша сестра дышит только благодаря искусственной вентиляции легких, мозг умер. Нам очень жаль. Рита кивнула, совершенно не понимая, что говорит ей этот человек в белом халате. Арс только переглянулся с Максимовым, что поджал губы, опустив голову. В коридоре повисло траурное молчание, все ждали решения Варламовой. Она бы могла оставить ее лежать под всеми этими трубками, но это обрекало бы Оксану на вечные мучения. Она уже ничего не понимает, ее, можно сказать, не существует. Только грудь чуть вздымается благодаря аппарату ИВЛ, на этом все. Девушка рвано вдохнула, смахнув выступившие слезы с ресниц. -Послушайте, Маргарита, — вновь тихо начал доктор, которому уже далеко не первый раз приходится сообщать родственникам отвратительные новости. -Я очень понимаю ваше желание продлить ее жизнь, как человек. Но мы ведь оба специалисты и прекрасно понимаем, что такое смерть мозга. Ваша сестра заслуживает уважения, а сейчас — она не живет, а просто существует благодаря аппаратуре. -Да, — шепнула Рита, снова утерев слезу. -Да, я понимаю. Вскрытие только не нужно никакого проводить, ради всего святого. Не издевайтесь над ней еще больше. -Как пожелаете, — согласился мужчина, закрепляя очки на воротнике своей униформы. -Мои глубочайшие соболезнования. После этих слов врач зашел в палату, прикрыв за собой дверь. Варламова облизнула пересохшие губы, вдыхая полную грудь воздуха, чтобы успокоиться. Она даже не понимала, что именно чувствует. Вину, жалость, скорбь или отчаянную тоску. Может быть, все и сразу. Девушка не первый раз видит смерть, и не впервой сталкивается с кончинами близких. Ее отца убили несколько лет назад, когда очередной конченный выблядок вышел из тюрьмы и принялся мстить следователям, что занимались его делом, а мать уже давно не с ними. А теперь и сестру забрали. Никто из парней не решался сейчас ее трогать, а Арсений только взглянул на вибрирующий телефон. Антон звонил. Не, Тох, извини, не время ты выбрал. Сбросив вызов, Попов кашлянул, привлекая к себе внимание всех собравшихся. -Давайте вы домой поедете, а я останусь, — предложил он, чувствуя, что его женщина сейчас явно не в состоянии заниматься всеми этими ритуальными вопросами. -Макс, будь другом. Никто возражать не стал, и правда не было смысла добивать беднягу. Проводив их до выхода, Арс провел рукой по волосам, запрокинув голову назад. Это и его вина тоже, это его дело, это он его никак не может раскрыть. Раздраженно рыкнув, парень подошел к стойке администрации, уточняя, куда ему теперь обращаться и кто этим занимается у них тут. На улице в это время двое сотрудников сели на лавочку, чтобы просто подышать морозным воздухом и немного прийти в себя. -Соболезную, — коротко произнес Макс. Мужчина сам по себе не особо многословен, а в состоянии стресса так вообще в основном молчит и ничего не говорит. -Она же совсем ребенок, — отозвалась Рита, прикрыв глаза. -Я не представляю, как она страдала. -Оксана всегда сильной была, — кивнул оперативник, сцепив пальцы в замок на коленях. -Как и ты. У вас порода такая, вся семья железная. Варламова безрадостно хмыкнула, в очередной раз смахивая горячую слезу. На самом деле, они все были готовы к такому исходу. Надеялись на лучшее, но готовились, как всегда, к худшему. Истерики уже пережиты, томительное ожидание окончено, теперь только болезненная пустота в душе осталась. Но и чувство, что все закончилось — тоже было, как бы это черство не звучало. Хуже неизбежного может быть только его ожидание. -Когда расскажешь ему? — тихо спросил мужчина, взглянув на Варламову, теребящую запечатанную пачку сигарет. Курить нельзя: ребенок, а очень хочется иногда. -Я боюсь, — честно призналась она. -Ты ведь знаешь, кто у него отец. И знаешь, что он может сделать, если разозлится. -Ты ведь видишь, что ему этот ребенок не нужен, — продолжил он, стараясь особо не нагнетать. -Он мучается, ты мучаешься, я мучаюсь. Могу я рассказать, мне он хотя бы по морде дать может, пар выпустить. И будет прав. -Да перестань, — поморщилась криминалистка. -Я расскажу, обещаю. Просто сейчас не время, сам понимаешь. -Только не заставляй парня растить чужого ребенка при живом отце, — хлопнув ладонями по своим ногам попросил Макс, помогая девушке подняться. На другом конце Москвы, в уютной трехкомнатной квартире, теперь наполненной людьми, Антон глазел на пустой ящик в прикроватной тумбочке. Вообще-то, еще утром там лежали две пачки сигарет и зажигалки. Нахмурившись, Тоша закрыл выдвижной ящичек обратно, оглядев свою комнату. Да, здесь однозначно кто-то был. Это было понятно, например, по вещам, которые больше не валялись на кресле, одиноко притаившемся в углу комнаты, а аккуратно развешены в шкафу. Клавиатура почему-то стояла ровно, хотя он всегда поворачивает ее под углом, чтобы рука удобнее лежала. Наушники висели на мониторе, а должны были лежать рядом с мышью. Даже кровать заправлена. Это уже совсем не по правилам этой хаты. Точно не отец, ему такая ерунда неинтересна, да и в комнату к сыну заходит разве что для того, чтобы позвать на чай. -Лика, черт, — вспомнив про нового обитателя этого дома выдохнул Шастун, проведя рукой по щеке. Кто ее вообще просил лезть к нему в комнату? Семнадцать лет тут прожил как-то без ее вмешательства, что вот началось-то? Тем более забирать сигареты — это уже вообще верх наглости. Она ему кто, чтобы так поступать? -Лика! — позвал Антон, выглянув из комнаты. -Да, Антон? — из кухни вышла его… господи, прости, мачеха, придерживая уже очень большой живот снизу. -Ничего рассказать не хочешь? -Где сигареты? — без всякого стеснения спросил настоящий хозяин этой жилплощади, совершенно не замечая, как у будущей матери глаза округлились. -Что, прости? -Ты забрала у меня сигареты из тумбочки, — терпеливо объяснил школьник, сложив руки на груди. -Где они? -Курить плохо, Антон, — нравоучительно заявила она. -Тебе всего семнадцать, это очень вредно. А если Андрей узнает? Разве он будет рад? Го-осподи, а это прямо становится проблемой, да? Парень курит уже три года и его все устраивает, не ее дело. -Слушай, просто скажи, где сигареты, — максимально спокойно попросил он, не собираясь раздувать из этого конфликт, хотя вполне мог бы. Просто не было желания нервировать глубоко беременного человека, вдруг родит прямо щас. Ему такое не надо. -Я их выбросила, — Лика скорчила максимально осуждающее лицо. -В доме, где живет беременная женщина, никаких сигарет быть не должно. А. Ого. Нихрена себе. Понятно, здорово. А как, извините, запечатанные пачки влияют на беременность, если не секрет? Ребенок увидит — сразу зависимым станет? Прямо там, в утробе? Он же не собирался дымить прямо ей в лицо или в пузо, да он вообще из своей берлоги не выходит. Так какой тогда вообще смысл? -Ладно, — махнул рукой Тоша, у которого терпение превышало все рамки приличия. Любой другой уже бы начал скандалить и объяснять, что нельзя вообще без спроса заходить в чужие комнаты и наводить там свои порядки. И тем более трогать или выбрасывать личные вещи. -А что у тебя с лицом? — нахмурилась женщина, замечая, что у мелкого огромный синяк на весь нос. Он же как Дед Мороз-красный нос ходит. -Не знаю, родился с таким, — буркнул Шастун, прикинувшись идиотом. -Антон. -Лика. Вот и познакомились. Да, отношения у них складываются явно натянутыми, но это и было очевидно с самого начала. Вот к вам сейчас подсели чужого человека, который пытается заставить вас жить по другим, отличным от ваших, правилам. Вряд ли понравится, правда? Ладно, плевать, он обещал Даве посмотреть, что там у них с компьютером в отделе происходит. Их технический специалист сейчас в отпуске, не может дистанционно проблему решить, а мелкий, что проводит за мониторами огромную часть своей жизни, может, и сможет разобраться с проблемой. -А куда ты собираешься? — никак не уставала докапываться Лика, наблюдая за тем, как Тоша забирает свой рюкзак и проходит в прихожую. -У меня дела, — ответили ей тут же. -Ну… вообще-то скоро начнет темнеть, у тебя уроки не сделаны… -Лик, ты не моя мама, — наконец напомнил мальчик, оборачиваясь. -Давай определимся сразу: я не обязан спрашивать у тебя разрешение или мнение, ладно? У папы — да, может быть. У тебя? Нет. Извини, меня люди ждут. Не разгоняя эту тему еще больше, мальчик захлопнул за собой дверь, оставляя все претензии внутри этих стен. Оставшаяся одна в квартире женщина вздохнула, пробормотав нечто вроде «какой сложный ребенок», а потом вернулась к своим выдуманным делам на кухне. Андрей уехал на какое-то собрание, поэтому вернется только поздно ночью. На самом деле, дел у Лики почти не было. Ее огородили от любых нагрузок, все оставалось на мужчинах, хоть она и пыталась с утра помыть полы. В итоге швабру у нее отбирали чуть ли не силой, потому что тонкие пальцы с длинными ногтями вцепились в нее, будто за жизнь хватались. Можно было понять, человек не может делать ничего, кроме как лежать в одном положении и ходить, как пингвинчик. Конечно скучно, но нельзя же с таким пузом в полнометражной трешке полы драить. Антон ни в чем ее не винил, женщина не виновата в том, что полюбила его отца. Они тоже имеют право на счастье и личную жизнь, бесспорно, но то, как все было сделано — просто выводило до трясучки. Абстрагироваться от ситуации получалось только вне квартиры, воткнув наушники в уши и сев в салон машины, на которой за ним приехал Дава. Арсений все еще строго настрого запрещал ездить куда-то самостоятельно, поэтому за ним постоянно кто-то приезжал. Отец, узнав про все происходящее, полностью поддержал решение Арса, так что теперь со школы забирали все, кто вообще мог: Джей, Эд, папа, сам Попов. В общем, окружен телохранителями, только все равно чувства безопасности не было. -Так, чего там с компом? — спросил паренек, убирая один наушник обратно в кейс. -Дурит, — пожал плечами мужчина, выезжая со двора. -Не знаю, честно, я эксперт-криминалист, а не компьютерный гений. Зависает на экране загрузки и все, потом выключается. И так по кругу. Уже второй день нормально работать не могу. -Мать, может, — выдвинул свое первое предположение Тоша. -Или блок питания выдает напряжение с провалами. Разберемся, — завершил он свою мысль, утыкаясь в окно. Наверное, компьютеры — единственное, в чем он разбирается действительно хорошо. Свой собрал полностью самостоятельно, практически с безумной кропотливостью подбирая каждый компонент, сам же его и ремонтировал, если в какой-то момент что-то ломалось. Преисполнился настолько, что вполне спокойно может диагностировать проблему, а затем и решить ее, если такая возможность есть. -У вас есть сигареты? -Давай на ты, — попросил Демидов, откидывая крышку подлокотника и отыскивая там пачку одной рукой. -Ты же уже почти наш коллега. Не думал, кстати, в юридический пойти после школы? У нас нехватка кадров. -Я вообще не знаю, кем хочу быть, — Шастун вытянул сигарету, чуть приоткрыв окно, создавая щелочку, через которую тут же потянуло холодным воздух. -Как будто ничего не умею и ничего не получается. Водитель лишь понимающе кивнул. Наверное, в семнадцать действительно не всем дано понять, с какой именно профессией они готовы связать свою дальнейшую жизнь. Это призвание должно быть или тяга к чему-то, далеко не у всех есть такие вещи. Еще до того, как они подъехали к участку, стало понятно, что там происходит что-то ненормальное. Какие-то люди в форме бегали по всей улице, что-то кричали, один мужик чуть прямо под колеса не выскочил. -Да что за дурка опять у нас, — цыкнул Давид, останавливаясь сразу за шлагбаумом и выглядывая из салона. -Мужики, че за веселые старты? -Койот сбежал! — крикнул кто-то из толпы, тут же помчавшись в другом направлении. -Конечно, как же без этого, — мужчина махнул своему пассажиру, чтобы тот выходил. Выбравшись на улицу, они заметили, как из-за угла здания выскочила огромная овчарка, громыхая металлическим ошейником на шее. Собака неслась, как будто за ней гналась толпа… а, ну да. За ней действительно гналась толпа. -Знакомься, Койот, — почти с гордостью заявил эксперт, указав на бегущее животное. -Служебный пес, развлекается постоянными побегами с тренировок. Умный настолько же, насколько и дурной. Если честно, эта псина была каких-то аномальных размеров. Антон даже не был уверен, что это вообще собака, а не пони. Наверное, очень неприятно, когда такая громада прыгает на тебя, скаля зубы и виснет на руке. В ней же веса больше сорока килограмм точно, еще и скорость, судя по всему, развивает не шуточную. Просвистев пулей мимо крыльца, пес резко затормозил четырьмя лапами сразу, пролетев по инерции еще несколько метров. Шастун только успел все осмыслить, а животное уже резко сменило направление, юркнув за служебные машины. -Оставь, он дальше территории никогда не убегает, — пояснил сотрудник, провожая мальчика ко входу. -Ему просто нравится, когда за ним гоняются. Потом сам приходит. День протекал у всех в совершенно разном темпе, но именно у Иры сегодня — праздник жизни какой-то. Только в обратную сторону. Отец капал на мозги с удвоенной силой, пока девушка спокойно складывала свою рабочую форму в сумку, готовясь к выходу на очередную смену. Он снова причитал о том, что все официантки — подзаборные общительные женщины, и нечего его дочери там делать, не для того ее растили, чтобы она прислугой была. Конечно же его уже никто не слушал, это просто обиженный жизнью и вечно недовольный человек. Смысл вообще с такими демагогии разводить? Кузнецова не посвящала его во все подробности своей жизни, и не рассказывала, что сейчас в городе открыт сезон охоты, а просто настойчиво просила отвозить и привозить ее с работы. Тот артачился, но всегда соглашался, пусть и делая при этом огромное одолжение. Ну вот такой он неприятный человек, что поделать, родителей не выбирают. Антон, к ее радости, извинился за свое резкое поведение в школе, сославшись на плохое самочувствие и проблемы в семье, но так и не ответил согласием на ее предложение начать отношения. Сказал лишь, что сейчас не готов к такому и ему не нужен лишний гемор. Давить на парня было совершенно бессмысленно, но и дружить с человеком, который очень сильно тебе нравится — тоже задачка со звездочкой. Даже обидно слегка было, если честно. Ирина всегда считала свою внешность довольно привлекательной, а характер — мягким и покладистым, так что причин, по которым мальчик мог отказать ей, не удавалось найти. Может быть, и правда… да нет, бред. Они же даже какое-то время вместе жили, никаких предпосылок не было, обычный парень, без всякого такого. Но с чего-то же в классе вообще взяли, что он — мальчик нетрадиционных взглядов. Можно было бы об этом задуматься и копнуть глубже, но, если честно, желания никакого не было. В кафе тоже все шло более или менее стабильно. Посадку сложно было назвать полной, да, приходилось побегать, но довольно лайтовый вариант по сравнению с тем, как здесь иногда бывает. Протирая один из столиков после ухода гостей, краем глаза работница заметила, как в заведение зашла небольшая компания из трех девочек. О, это же ее одноклассницы, с которыми она общается и вне учебной сферы. Закончив с уборкой, официантка вытащила ручку из переднего кармана коричневого фартука с логотипом кафе и подошла к ним, мило улыбнувшись. -Ой, у тебя смена сегодня? — спросила одна из компании, помахав ей. -Мы и забыли совсем. Что у вас тут особенно вкусненько? Было время с ними и поболтать, почему нет? Свои столики уже обслужила, пока остальные едят — все равно нечем заняться. Вся компания обсуждала, что они собираются встретиться в квартире Макса, потому что у того родители уезжают в другой город на несколько дней и он хочет устроить «посиделки» для своих. Ира согласилась пойти практически моментально, потому что дома сидеть — невыносимо скучно, а когда батя под боком еще вечно всякую херню несет — так вообще невозможно. -Зови и Антошу своего, — съехидничала Лера, но не со зла, скорее, просто подколов подругу. -Вы же встречаетесь? Вот, приходите вдвоем. -Не думаю, что Антон будет рад этой идее, — вздохнула Ирина, так и не став отрицать тот факт, что они вместе. Да, это немного ложь, но лучше пусть думают так. -Вы же знаете, в каких он отношениях с Максом и его друзьями. Вряд ли и им это тоже понравится. -Да ладно, это же мужики, — отмахнулась Вероника, девушка, с невероятно красивыми голубыми глазами и натуральным блондом. Да некоторые, чтобы такой цвет волос получить — годами страдают. А у нее с рождения. Повезло же, черт. -Ну поссорятся немного, потом вместе выпьют и как лучшие друзья станут. А Шастуну твоему стоило бы озаботиться налаживанием отношений с остальными, а то так и останется на обочине до конца. -Из-за чего вообще над ним издеваются? — все-таки спросила Кузнецова, присаживаясь рядом с подругами, пока менеджер не видит. Да у них менеджер в целом мало что видит, кроме красивого бариста с татуировками. -Да так принято просто, — пожала плечами Лера. -Он же элементарно отпор дать не может, вот наши парни и развлекаются. Ты будто не знаешь, как они устроены. Если видят слабого — попытаются задавить. А Антон, он… — она помедлила, подбирая правильное слово, которое не обидит подругу. -Ну, он мягкий. Такой, бесхарактерный, ну… ты понимаешь, о чем я. -Да-а, — выдохнула Оля, откидываясь на спинку диванчика. -Вообще не понимаю, что ты в нем нашла. Он же стремный. И бесхребетный. А вот Рус… -Оль! -Что? — развела руками девочка, совершенно не понимая, что она не так сказала. -Лучше расскажи, что за мент на Гелике за ним приезжает, — заговорщицки улыбнулась девушка. -Видела его разок мельком, такой прямо… прямо да. -Да-да-да, — поддержали ее остальные, быстро переключив тему с никому неинтересного Шастуна на красивого полицейского. -Вы знакомы ведь, да? Можешь рассказать о нем что-нибудь? О, ну да, конечно. Арс же весь из себя красавчик, еще и харизмой не обделен. Полный набор человека, который может забрать с собой любую, какую только душа пожелает. И, если честно, складывалось впечатление, что он бы так и делал, если бы не беременная девушка. -Да просто оперативник, ничего такого, — расплывчатый ответ почти устроил всех, потому что ей действительно нечего было больше сказать. -Ну, они с Антоном дружат, он ему как старший брат, типа того. -Так пусть вдвоем приходят! — тут же оживилась Лера, активно жестикулируя. -Тогда и твоего никто обижать не будет, если рядом настоящий мент ошиваться будет. Вообще же круто, а? Ну, в этом действительно был какой-то смысл. Может быть, хотя бы в состоянии опьянения Тоша сможет рассказать все, о чем думает на самом деле и что именно его тревожит. Ему сразу же написали с этим предложением, но пока что сообщение оставалось без ответа. Оно и логично, ведь сейчас тот был занят копанием во внутренностях рабочего компьютера Давида. Дроздов и сам Демидов сидели на диване, жуя попкорн, пока Шастун внимательно осматривал материнскую плату со всех сторон. -Там дофига важных документов, — предупредил эксперт, подкинув попкорн в воздух и поймав его ртом. -Можно как-то так сделать, чтобы они не удалились? -Ну, в целом… — паренек шмыгнул носом, прочищая контакты какой-то тряпочкой, которую ему выделили. -Если дело не в жестком диске, то можно, без проблем. Вот, — он вытащил какую-то серебристую коробочку из корпуса и отложил ее на стол рядом. -Можно вставить в другой комп и посмотреть. Если что — скопировать все, чтобы не волноваться. -Ничего не понимаю, — вздохнул Дава. В таком темпе прошло еще какое-то время, попкорн уже закончился, а Шастун все еще возился с этой старой железякой, иногда переключаясь и на другие устройства, чтобы проверять целостность компонентов. Когда он был почти уверен, что нашел корень всех зол, дверь в кабинет открылась и на пороге появился Арсений, с удивлением оглянув поле боя человека и технического прогресса. Хмыкнув, оперативник поприветствовал всех присутствующих, опускаясь на корточки рядом с мальчиком, пока тот собирал все обратно. -И че, че было? — поинтересовался он, подмечая точные движения. Он бы в жизни не додумался, куда все эти плашки пихать и какой провод за что отвечает. Только Гугл бы и спас, наверное. -Ну, в общем-то, все должно работать, — пожали плечами ему в ответ, переворачивая корпус в его нормальное состояние. -Я думаю, это все-таки биос дурит. Сбросил, но не знаю, если сработает. Никто ничего не понял, но закивали так уверенно, словно им только что очевидные вещи начали объяснять. Пошаманив еще немного, попрыгав с бубном вокруг монитора и вызвав случайно дождь, адскую машину все же удалось запустить. Не без лечебного пинка, но тем не менее. Олег не сдержался, захлопав в ладоши, но тут же был отправлен делать всем кофе. Хоть какая-то польза. Вот и все, вот и починил. Давид первым делом проверил сохранность всех файлов, облегченно выдохнув, когда понял, что все осталось на месте и ничего не приключилось. -Все, вы закончили с эксплуатацией детского труда? — уточнил Попов, незаметно меняя их с капитаном бумажные стаканчики кофе. -Могу забирать? Дроздов с очень говорящим лицом наблюдал за тем, как его подчиненный спокойно отхлебывает свой напиток, даже не поморщившись. Тогда Олег нахмурился, задумчиво отпивая из своего стаканчика. Но тут же скривился, выплюнув соленый до потери пульса кофе на пол. Идиот. Просмеявшись, Арсений все-таки увел юного компьютерщика под крики и угрозы Дрозда. Койот, видимо, тоже уже устал и просто вернулся обратно, поэтому на улице больше никто не бегал, да и вообще вечер обещал был тихим-спокойным. Только в машине Арс зажмурился, с силой протирая глаза пальцами. -Оксана умерла, — коротко сообщил он, огорошив ничего не подозревающего школьника, у которого чуть глаза не выпали от ужаса. Они только-только сели в машину, где никто их не слышал. Ему просто нужно было поделиться внутренними переживаниями, которые он держал в себе уже очень длительное время, хоть с кем-нибудь. -Я не знаю, что делать, — честно признался брюнет, запрокидывая голову назад и накрывая лицо ладонями. Он держался. Долго, по-честному держался, чтобы не показать слабость перед Ритой и остальными, дать ей ту опору, которая так сильно ей нужна. Но он тоже человек, у него тоже есть чувства, эмоции и душа. И иногда она болит. Только узнают об этом далеко не все. -Хрусталь, я понятия не имею, что делать, — повторил Арсений через гулкий выдох. Антон тоже не знал, как себя вести в этой ситуации. Он не знал Оксану, да и Риту очень плохо знал. Но, будучи человеком ранимым и эмпатичным, все равно стало больно за них. Даже очень. Изливание души продолжалось еще какое-то время, оперативник тихо рассказывал о том, что он чувствует себя загнанным в угол, как бы он не старался, чтобы не делал — ублюдок оказывается на шаг впереди, не получается ничего. Потеря довольно близкого человека еще больше пошатнула его состояние, и теперь Попов не знал, как начинать все сначала. Тоша молчал, просто выслушивая все его проблемы, профессионально задвинув свои на задний план. -Ты не виноват, — единственное, что смог выдавить мальчик, мягко дотронувшись до плеча своего друга. -Правда, ты ведь делаешь все, что можешь. Может быть, тебе стоит немного разгрузиться? -Может, — согласился разбито сотрудник, хоть обычно он и не дает себе таких вольностей. -Ладно. Рассказывай давай, что у тебя с мордашкой произошло, — быстро сменил он тему, наконец заводя машину. Прогревать ее не пришлось — только что приехал, поэтому сразу двинулись к выезду с территории. -Да бежал, бежал, а там стена, — отмахнулся мальчик, совершенно не собираясь наваливать на него еще и свои трудности в школе. -Вот так и встретились. -Врешь, — тут же со слабой усмешкой сообщил Арс. -Да, — кивнул уверенно пассажир. Этот рентген не обмануть, но попытаться можно было, в целом. Арсений не стал устраивать допрос, захочет — сам расскажет, он же не подозреваемый, в конце концов, чтобы клещами из него информацию тянуть. Дорога до дома не заняла много времени, потому что в один момент Попов просто устал тыкаться по пробкам, воткнул синюю мигалку на плоскую крышу своей Коробки и вполне спокойно объехал медленный поток. Так, конечно, нельзя, но можно, если очень хочется. Шастун не спешил покидать салон, а его и не подгоняли. -А нас Ира позвала на какую-то встречу, — выдал Тоша, изучая все непрочитанные сообщения за то время, пока он копался в компьютере. -Нас? — переспросил брюнет, тоже копаясь в своей мобиле. -Нас, — подтвердил паренек. -Меня и тебя. Говорит, что-то вроде вписки для своих будет на квартире у моего одноклассника. -Слушай, я бы с радостью, — вздохнул оперативник, но сразу же неоднозначно пожал плечами. -Но ты ведь знаешь, что у меня сейчас происходит. Похороны, Рита, чертова гора висяков. Мне правда некогда, хрусталь. -Да я не особо-то и хотел, — почти честно признался Антон, уже стирая согласие. Может, оно и к лучшему. Почти все и без того уверены, что он немножко не за ту команду играет, а если припрется туда вместе с Арсом — только хуже будет. Хотя, он даже никогда не был на таких тусовках. Хотелось бы хоть раз в жизни там оказаться. Хотя бы просто посмотреть, может быть, выпить или чем они там занимаются… -Если ты передумаешь — попроси Джея или Эда пойти, они тоже своего рода менты, — слабо улыбнулся сотрудник, легонько пихнув своего пассажира локтем в бок. -Не кисни, все образуется. Наверное. Он и сам не был уверен в этих словах, у него тоже все шло под откос. Когда договорили, Шастун открыл дверь, собираясь уже уйти в квартиру, где его ждет… Лика. Эта малознакомая женщина. Совсем не хотелось туда двигаться, если честно, но вариантов, как таковых, и не было. -Хрустальный, — остановил его голос Арсения. -Спасибо. Антон кивнул, понимания, что тот имел ввиду. Иногда бывает очень сложно открыться кому-то и, наверное, не ему одному. Антон проснулся от металлического звука и каких-то странных стуков. Приподнявшись на локтях, он увидел, как на другом конце комнаты происходит что-то странное. Его отец сидел на кресле, монотонно перекладывая какие-то инструменты, а в дверях стояла Лика. А, ну вы прямо на полном серьезе вот это вот сделали? Зеленые глаза с нескрываемой усталостью и удивлением осматривали свою комнату. Во-первых, разбудили. Во-вторых, вашу-то мать, а над ним принято издеваться вообще везде, да? Он снова перевел взгляд на отца, убирающего инструменты обратно в ящик, потом на женщину, любующуюся «произведением искусства». Нет, простите, но это уже просто какой-то сюр сейчас происходит. -Пап, а почему у меня в комнате? — поинтересовался хриплым голосом мальчик, пока что спокойно, совершенно не нарываясь на конфликт. Может, это все затянувшийся на долгие годы кошмарный сон? -Антон, у нас в комнате ее негде ставить, — отозвался мужчина, защелкивая замки. -Пока здесь постоит, потом найдем место, куда переставить. Блядская детская кроватка вкорячилась прямо туда, куда вообще не должна была. Шастун не был против детей, они ему были просто безразличны, но не в его же, сука, комнате! И не в шесть утра же! Ну что это такое?! Он уснул всего три часа назад, какие к черту сборки кроваток у него под ухом?! -Поставьте в большой комнате, почему у меня-то? — начал потихоньку брыкаться школьник, совершенно не желая терпеть вот этот лишний предмет мебели в своем личном пространстве. Походу, не сон. -Тебе сложно? Стоит, не мешает. Потом уберем, — настаивал на своем Андрей. Ему, видимо, этот момент был принципиален. -Да у нас комната свободная, там только диван, стол и шкаф, почему у меня?! -Антон. Раздраженно рыкнув, мальчик упал обратно на подушки, стараясь не взбеситься раньше времени. Просто стоит. Потом уберут. Обязательно уберут. Не оставят же они ребенка с ним жить, правильно? Просто бесит, почему именно у него в комнате нужно было все это делать? Почему именно рано с утра, пока он спит? Места, что ли, на восьмидесяти квадратах не хватает людям? -Мне кажется, он не очень рад, — шепнула Лика, когда они с главой семейства покинули обитель депрессии. -Может, плохая была идея вот так… адаптировать его к Егору? -Ничего страшного, Антон просто не привык, — заверил ее Андрей, запихивая ящик с инструментами обратно на верхнюю полку в прихожей. -Побесится и успокоится, не переживай. -Знаешь, мне все-таки кажется, что я ему не нравлюсь, — шепнула женщина, чтобы подросток не услышал. -Он со мной совсем не разговаривает, только «Доброе утро» и «я ушел». Ничего не рассказывает, вчера пришел со школы и сразу ушел к себе, даже не поздоровался, а потом уехал по каким-то своим делам, даже не сказал, куда и надолго ли. -У него непростой характер, — согласились с ней тут же. -Все в порядке, просто дай ему время. А Тоше нужно было не время, а чертово спокойствие, и чтобы над ним прекратили измываться. Хорошо, он затерпел эту Лику. Затерпел обман отца. Затерпел даже то, что новая избранница его папы оказалась беременной. Но вот это, вот эти пробуждения в шесть утра — он не готов терпеть. К счастью, в его двери был предусмотрен замок, который раньше он не считал нужным использовать. А зачем? К нему никогда никто не совался, а скрывать ему нечего было. Но сейчас — другое дело. Сейчас его натурально вытесняют из собственной квартиры, и это злило больше всего. Паренек в итоге умудрился накрутить себя в мыслях настолько, что кроватка эта несчастная была выкинута в большую комнату лично его руками. Тяжелая зараза. Не могут сами убрать — пожалуйста, сделает за них. Доиграв в грузчика, он удовлетворенно оглядел свою работу и кивнул, собираясь возвратиться к себе и доспать хотя бы полчасика. -Антон, ну и что это? — мачеха явно не ожидала, что старший ребенок будет бунтовать не только словами, но и действиями. -Ваша кроватка, — безразлично буркнул Шастун, скрываясь за дверью. Лика попыталась пройти за ним, но замок щелкнул еще до того, как она нажала на ручку. Вот и все, поговорили. Раздражает, невыносимо раздражает. Его, вообще-то, никто не спрашивал. Еще и правила свои диктуют. Совсем наглости обожрались, честное слово. На этом утренняя эпопея, к сожалению, не закончилась. Когда пришло официальное время вставать и собираться на учебу, Антон выполз в коридор, сразу же исчезая в ванной. Даже в зеркало не посмотрелся, что он там не видел? Просто умылся и быстро принял душ, не задержавшись там и на десять минут. Он уже не знал, где ему спрятаться. Раньше хоть дом считал безопасным местом, в котором его не будут трогать. Но теперь и здесь, видите ли, налаживается все. Интересно, у кого? Не у него, это точно. -Да я просто не понимаю, — рыкнул в итоге паренек, шибанув крышкой холодильника с такой силой, что беременная бедняжка аж на стуле подпрыгнула. -Я просто не понимаю, что здесь происходит, — абсолютно честно заявил он, снова распахнув серберистую дверцу. Внутри, на полках, мирно покоились какие-то контейнеры, овощи, дебильное молоко специальное, которое никто и никогда не пьет, а на полках в магазинах оно стоит только для вида. Его любимой сырокопченой колбасы нигде не было. Только подобие сыра, а уж про кетчуп и говорить нечего — такого вообще тут не было. -И вот это, — уже не выдерживая, Тоша открыл шкафчик, в котором валялся идиотский черный хлеб с мерзкими семечками внутри, а не его привычный нарезной батон белого. -Это полезное питание, тебе тоже, кстати, будет как раз, — тут же заявила Лика мягким, примирительным голосом. -Хочешь, я сделаю тебе вкусные бутерброды с хлебцами? У Антона изо рта чуть не вырвалась «с хуебцами». Он сдержался из последних сил, стиснув челюсти до боли. Не хочет он никаких «хлебцов». Он хочет свой законный бутерброд с колбасой, сыром и кетчупом, разогретый в микроволновке. Но, видимо, не судьба. -Нет, спасибо, — пророкотал Шастун, стараясь не повышать голос и не трястись от злости. -Я слегка не голоден. Господи, хоть бы кофе был. Хоть бы кофе из этого дома никуда не испарился. На шум вышел Андрей, спросив, что у них опять произошло. Тоша учтиво промолчал, агрессивно постукивая ложкой по стенкам кружки, размешивая свой утренний напиток. Слава богу, кофе, все-таки, не тронули. Лика же в очень мягкой форме сообщила о том, что Тошенька не особый приверженец такого рациона и его, если совсем мягко, слегка не радует новое наполнение холодильника. -Антон, послушай, — через глубокий вдох полный терпеливости, начал отец, присаживаясь за стол. -Лике врач прописал определенную диету. Человеку очень тяжело соблюдать правильный рацион, когда все остальные в семье едят то, что ему нельзя. Понимаешь? Это ненадолго, как только родит… -Пап, ну это ее рацион, — максимально подавив в себе агрессию произнес его сын, не оборачиваясь. -Почему я должен есть то, что не хочу? -Это же не отрава, Антош, — попыталась сгладить углы Лика. -Там есть продукты, которые и тебе, наверняка, понравятся. Ты же даже не пробовал… -Да не буду я это пробовать, — как можно спокойней отозвался подросток, но грохот ложки говорил о его эмоциональном состоянии лучше любых криков. -Не потому что мне не нравится, а потому что я элементарно не хочу. Имею я право не хотеть? -Антон. Сбавь обороты, не кричи на нее. -Пап, су… — он цыкнул, с силой отпихнув от себя кружку. Скоро материть их начнет. Уже все, предел. -Сука, — закончил он свою мысль одними губами, не произнеся ни звука и закатив глаза. Нужно успокоиться. Ему тут жить, нужно просто принять все это и относиться спокойней. Прикрыв глаза и выдохнув весь воздух из легких, Антон уже спокойней подтянул свой кофе обратно. В школе поест, ничего страшного. Появилось адское желание швырнуть эту кружку долбаную в стену и просто уйти отсюда, даже глаз дернулся, но паренек ничего не сделал, только кашлянул, отпивая немного. Горький, как вся его жизнь. Самое то. Единственный вариант не возвращаться сюда сразу после школы — согласиться на эту тусовку. Без Арса, конечно, так себе, но ведь есть Эд с Джеем. Кого-то из них точно можно с собой затащить, они молодые, общий язык со всеми найдут. Не было уверенности, что туда вообще стоит идти, с его-то положением в обществе. Но дома тоже уже не хотелось долго находиться. Черт, смешно даже, только, почему-то, плакать хочется, а не смеяться.