Щенок

Леса в этом мире были слишком густыми, слишком тёмными. Деревья, словно чёрные обелиски, упирались в серый, вечно облачный небосвод, а их спутанные ветви поглощали большую часть света. Воздух был плотным, влажным и пахл хвоей и сыростью. Идеальное место для того, чтобы потеряться. Или чтобы тебя потеряли. Dream шёл впереди, его зелёный плащ почти не выделялся в полумраке. Он двигался бесшумно, как тень, его маска, обращённая вперёд, сканировала местность на предмет угроз. Но главная угроза, как он считал, была не впереди, а сзади и чуть левее. Daquavis. Он шёл, нарочито громко хрустя ветками под ногами, то и дело останавливаясь, чтобы потрогать мох на коре или посмотреть на пролетающую летучей мыши. Его болтовня, весёлая и беспечная, резала слух Dream'у, нарушая гнетущую, но привычную тишину их путешествия. — Смотри, Дрим, грибы! Огромные! Можно из них, типа, суп сварить? Или зелье какое? — голос Дакависа звенел, как колокольчик, в этом давящем безмолвии. Dream не обернулся. —Они ядовитые. Иди уже. — Ага, — послышался не обиженный, а скорее довольный ответ. Он догнал Dream'а, сокращая расстояние между ними до минимума. — Просто подумал, может, тебе голодно. Ты же ничего не ел. — Я в порядке. Пауза была короткой, ровно настолько, чтобы Dream успел подумать, что теперь он будет идти молча. — Эй, а что это за звук? Вон там, за холмом? — Daquavis дотронулся до его плеча. Dream замер, его рука мгновенно сжала рукоять меча. Он прислушался. Ничего, кроме шелеста листьев и их собственного дыхания. —Там ничего нет, — сквозь зубы проговорил он, с силой снимая руку Дакависа с своего плаща. — Хватит прикасаться ко мне. — Но там мог быть моб! Я просто хотел предупредить! — в голосе Daquavis прозвучала фальшивая обида, но в его глазах, которые Dream поймал краем глаза, плескалось веселье. Он добился своего — привлёк внимание. Они шли дальше. Dream ускорил шаг, пытаясь оторваться, создать хотя бы метр расстояния. Это было невозможно. Daquavis тут же пристраивался к нему вплотную, его плечо постоянно касалось плеча Dream'а, его пальцы то и дело норовили зацепиться за складки плаща. Ревность. Она скреблась когтями изнутри, чёрная, удушающая. Она поднималась по горлу каждый раз, когда взгляд Daquavis надолго задерживался на чём-то другом. На дереве. На ручье. На крипере, блуждающем вдали. Всё, что не было им, Dream'ом, было врагом, посягательством, воровством. Он крал его внимание, его время, его взгляды. И самое невыносимое было то, что Daquavis, казалось, делал это нарочно. Вот он снова остановился, чтобы помахать рукой скелету-иссушителю, застрявшему в паутине. —Смотри, какой несчастный! — рассмеялся он. Dream развернулся так быстро, что Daquavis едва не потерял равновесие. Длинная, сильная рука в зелёном рукаве врезалась в дерево рядом с головой Дакависа, загораживая ему всё обзор. Вторая рука грубо схватила его за подбородок, заставив поднять голову и смотреть только на него. На маску. На ту самую ухмылку, что сейчас казалась не веселой, а жестокой. — Он тебе интересен? — голос Dream'а был низким, вибрацией, полной угрозы. — Этот кусок гниющих костей? Ты хочешь остаться с ним? Я могу тебя оставить. Навсегда. Глаза Daquavis расширились. Но не от страха. В них вспыхнул азарт, восхищение и та самая, жадно выпрашиваемая внимание. Он обожал, когда Dream выходил из себя. Обожал эту жестоку., ничем не прикрытую собственничность. — Нет, — прошептал он, и его губы растянулись в медленной, довольной улыбке. — Он мне не интересен. — Тогда хватит смотреть по сторонам, — Dream пригнул его голову ещё ниже, его пальцы впились в кожу Дакависа так, что должны были остаться синяки. — Ты смотришь на меня. Понимаешь? Только на меня. Всё, что тебе нужно — это я. Всё, что у тебя есть — это я. — Да, — выдохнул Daquavis, и в этом звуке была почти молитва. Его собственные руки поднялись, чтобы обхватить запястье Dream'а, не чтобы оттолкнуть, а чтобы прижать сильнее, почувствовать эту боль, эту власть. — Всё, что у меня есть, это ты. Dream отпустил его, оттолкнув от дерева. На щеке Дакависа краснели отпечатки пальцев. —Иди. И не отвлекайся. Они продолжили путь. Теперь Daquavis шёл совсем рядом, почти прижимаясь к нему. Его плечо постоянно терлось о руку Dream'а. Он больше не смотрел по сторонам. Его взгляд был прикован к зелёной фигуре впереди. Он улыбался счастливой, довольной улыбкой ребёнка, получившего самую дорогую игрушку. А Dream чувствовал, как тёмное чувство внутри него утихало, удовлетворённое, убаюканное этой покорностью. Он был его солнцем, его луной и его звёздами. Он был всем его миром. И Daquavis должен был видеть только его. Ничего больше. Лес сгущался, темнел, но им уже было не страшно. Они были в своей вселенной, на своих ролях. Собственник и его навязчивое, требовательное сокровище. И это было идеально.