Проект: «Новая Заря»

      ________________       Не ждали? А вот вам внеочередная! Работы много, поэтому будет и завтра глава, и в пятницу, если совсем не придавит…       Внимание, могут быть ошибки! Если найдёте, то кидайте в личку/публичную бету.       ________________       Не думал, не гадал, что отцом быть — это вот так! Я как-то к младенцам относился ровно. «Маленький гражданин» — и никаких умилений. Ребёнок и ребёнок. Вспоминаю сейчас себя, да смешно становится…              Мы же тогда, перед Болгарией, поцапались по поводу детей. Много чего наговорили друг другу. Если бы взрыв тот кого-то из нас прибрал, то жить другому было бы очень сложно с долбаным чувством вины. Оставалось только молить, чтобы тебе тоже не откачали.              Нам тогда просто тупо повезло, как везёт утопленнику, которого вытянул пьяный в дупель мужик в самый последний момент, ё-моё! Перед крёстным у меня долг до смерти, который не зарыть ничем. Он и меня спас, и жену, которая ему дочь, так-то.              Страшно представить, каково ему было в тот момент, когда он свою родную дочь несколько часов на операционном столе собирал, стежком за стежком сшивая месиво из плоти назад в мозг.              Как очухались, мы перед другом очень долго извинялись за всё… Только оказалось, что спор-то был бессмысленным. Аргон очень долго хранил в себе эту тайну, но после активации «Коллектива» это стало бессмысленно.              Всё равно бы узнали. Рано или поздно «Коллектив» бы выдал. Но лучше так — сейчас, чем тогда, сразу после взрыва. Тогда бы нас сломало. Спасибо Аргону и Волшебнику, что молчали столько, сколько смогли! А Волшебник знал, по долгу работы просто обязан был.              Узнали мы про это после возвращения из марсианской экспедиции. Как говорится, мало владеть информацией — её надо ещё осознать в полном объёме… Не каждый день узнаёшь, что из-за стечения обстоятельств мы потеряли ещё не рождённого ребёнка, о котором не знали, сука!!!              Мы это пережили, но далось нам тяжело. Узнай тогда, годы назад, после взрыва, — нас бы это уничтожило, а так — больно просто. Если бы чуть раньше… до ссоры, то и не было бы ничего. Что спорить о детях, когда вот он, на подходе! С этим осознанием нам предстояло жить дальше.              Было больно. На то мы и люди. Боль — подскажет, что живой! Постарались просто жить дальше, отдавшись работе, мотаясь по горячим точкам и далёким экспедициям, положившись на время, пока однажды вечером…              Мы только вернулись со спутника Юпитера — Европы. Умники там мудрили что-то с климатической установкой, что должна была растопить лёд. Планету готовили под заселение аквоидами. Как вспомню, как мы успокаивали шарков, так вздрогну. Кто бы рассказал, что акулы, став разумными, станут такими истеричными и застенчивыми при этом, я бы не поверил!              Так вот, сидел я, высушенный и ментально выебаный по самые не могу, неспешно потягивая крепкий, аж в нос било, квас — другого в столовой «Павлова» и не найдёшь, — наслаждаясь тем, что мои мозги остаются девственными и неотягощёнными мыслями.              Медосмотр для меня пролетел в одно мгновение, несмотря на взятие всяких пункций. Боль — фигня по сравнению с разумной акулой, которая изливает тебе душу вот уже третий час подряд! Поэтому я отдыхал, радуясь, что теперь это не моя головная боль, а то нашли крайнего, умники!              Прохлаждаться мне оставалось недолго. Сейчас коновалы закончат с Катей, мы домой, ужин, душ и с утра летим в Италию. Там наконец-то нашли недобитков из мафии!              Собственно, вот. Глаза заметили движение тени, когда дверь открылась, а мозг уже сам перешёл в рабочий режим, выходя из задумчивости.              — Эм… — только и вырвалось у меня, когда я увидел лицо Кати. Больно на нём странное выражение лица было. В эмоциях же вообще был пиздец какой шторм. — Что-то случилось?!              Вот тут меня подкинуло окончательно, когда она не ответила, а продолжила смотреть каким-то странным взглядом, от которого у меня по спине побежали табуны мурашек. Мозг лихорадочно перебирал варианты, отбрасывая один за другим, включая что что-то случилось с тёщей, пока не остался абсолютный ноль.              Все размышления заняли меньше секунды, пока тело на автомате не подскочило к жене. Приобщался я с акулами! Паника — вещь заразная!!!              Катя, глядя на мой ошалелый вид, произнесла, наклонив голову, то, что изменило мою жизнь навсегда:              — Поздравляю, мальчик Серёжа… Вы — папочка, — произнесла она, открываясь, обрушивая на меня шквал эмоций и образов, да такой, что все присутствующие невольно повернулись на нас, пришибленные силой чувств. — Ну что, папочка… Заделал ребёночка, а теперь глазки пучишь?              Мир почти замер, а зрение потеряло краски. Так быстро и лихорадочно анализировал мозг сказанное, что перешёл в боевой режим!              Тут до меня дошло, и я как понял. Катя, сполна насладившись моими эмоциями, хитро улыбнулась, показала мне язык и с визгом повисла на шее. Я же нежно обнял её, оглушённый этой новостью…              Что потом началось! О-о-о-о!!! Это было что-то с чем-то!              Зинаида Петровна аж дар речи потеряла, застыв как соляной столп на полчаса. Дмитрий Сергеевич… Мне показалось, что товарищ Сеченов просто спятил! Смеялся он и прыгал как ненормальный, перепугав всех, кружась в безумном танце, оправдывая своё прозвище, вальсируя то с женой, то с Катей, то с роботами-охранницами, что пребывали в ступоре. Как-никак они на основе личности Кати собраны.              Только я и Бугай пребывали в подобии медитации, пытаясь осмыслить это всё. Железный брат до сих пор не мог переварить, что крёстный теперь мой свёкор, получается, а тут такой удар по его стальному седалищу. Как я его понимаю, всё же его с меня лепили.              — Ну что ж… поздравляю, папаша! Теперь ты на девять месяцев в жопе! — выдала эта стальная гнида, пуская блики своей зеркальной маской, в которой отражалось моё перекошенное лицо. Вот, сука, такой момент опошлил!              Но, поняв, что заготовка под мангал — права, я технично свалил, на ходу прикидывая план. Сделать действительно надо было много.              Ещё до того, как вызвал флип, накидал проект дома. Социальный рейтинг у меня был 8.8, у Кати — 8.9, позволял хоть виллу в прованском стиле отгрохать, а не типовую избу-пятистенку. За социальными баллами дело даже не стояло. Мы их получали столько, что ещё ни разу лимит не выбрали.              Участок в сорок соток уже был. Мы его давно получили, и там сейчас квартировались крёстный с мамой Кати, живя в разведмодуле.              Жить мы собирались всем кагалом, так что семейный лимит был у нас более чем внушительным. Эх, жить большим семьям — выгодно. Большая, благополучная семья по умолчанию поднимет социальный рейтинг на единицу, что иногда полезно и для карьеры. Общество ценит разносторонние личности.              Дождавшись летального аппарата, я отправился в «Павлов». Нужно было обновить медицинскую базу и докачать парочку новых… Больше я на самотёк ничего не собирался бросать!              Честно, я тогда сбежал, не желая быть просто обузой на этом празднике жизни. Я не представлял, как это — быть отцом. Что я с ребёнком делать буду?!              Но все страхи улетучились тогда, когда через пять месяцев я ощутил его ментальный отклик. Он признал меня! Маленькое солнышко, что ещё не родилось, потянулось ко мне, транслируя простенькие образы из цветов, лучась счастьем!!! Бляяя!!!              Как можно не любить своих детей?! Катя же просто лучилась счастьем. Её связь ведь была ещё сильнее: она же с ним была единым целым! Через неё и нейрополимер он видел мир, ещё не родившись! Просто не передать никак все эти чувства, когда твой ещё нерождённый ребёнок видит тебя и улыбается! Нам рассказывали, но одно дело услышать, другое же — просто ощутить эту связь.              И настал момент… Страшно? Нихуя! Я солдат! Что я, роды у собственной жены не приму?! Я столько раз это отрабатывал на тренажёре, что со счёта сбился! Военврач, или я просто погулять вышел?              Не знаю, может быть, я часть её боли на себя оттянул, но роды прошли легко. Но скажу не соврав: я лучше ещё раз отбивной от взрыва встану. Теперь, говоря «бывало и хуже», я буду вспоминать именно это!              — Приветствую тебя, новый гражданин! — торжественно прогремел ИИ, фиксируя факт рождения новой жизни, но для меня и Кати это было фоном. Держа на руках этот маленький, сморщенный комочек, что зашёлся первым криком, я ощущал, как вся боль, которую я нёс годы, улетучилась. Все наши усилия оказались не напрасны. Пролитая кровь осталась в прошлом, и нас теперь ждало только будущее.              Это был не изнеженный ребёнок, которого надо сразу же реанимировать после рождения. В нём текла наша кровь — тех, кто смёл старый порядок. Его тело уже было достижением науки и прогресса. Он будет воином, учёным или художником. Любые пути будут открыты для моего сына. Я буду горд, даже если он не пойдёт по моим стопам.              А ещё я понял, что буду в первых рядах тех, кто даст бой любой инопланетной мрази. Я нашпигую её свинцом, сожгу в огне и раздавлю железным кулаком. Раньше я бился за будущее и свою страну, семью, но теперь у меня есть ещё одна причина — вставать раз за разом и идти в бой, пока моё сердце бьётся. И этот же огонь решимости я видел в уставших глазах своей жены…       

***

      — Красиво! — вскрикнул Саша, транслируя образ сравнения нашего Лазурного и древней столицы. Что-то задумался я… Трудно не задуматься, когда всё интересно! Детские эмоции — это что-то с чем-то! Может быть, поэтому в свои шестьдесят я не постарел не только телом, но и душой, как и жена?              Было всего семь часов утра. Только первая смена физкульт-разминки отзанималась и теперь возвращалась по домам, чтобы позавтракать. Надо бы определиться, куда идти, пока вторая не вышла на зарядку. Иначе мы попадём в самое столпотворение. Что поделать, за физкультуру прилично так увеличение лимита дают, особенно если делать её регулярно.              — Кушать или гулять? — спросил я у сына, транслируя варианты.              — Кушать!!! — ответило ожидаемо чадо. Пусть путь занял всего лишь два часа из степей Казахстана до Москвы, и нас успели покормить лёгким завтраком, но что такое бутерброд с маслом да кружка чая растущему организму, с одним варёным яйцом? И то, что я из своего завтрака ему отдал, совсем роли не играет. Помню, как сам хотел вечно есть и уничтожал еду как саранча.              Я уточнил образом, куда хочет сын. Он же, немного подумав, выбрал «Кассиопею». Если мне маразм не изменяет, то у этой сети государственных ресторанов точка должна быть где-то… там!              Мы ушли с перрона, чтобы не мешать разумным загружаться в поезд. Пройдя по проходу с платформы, минув кассы, мы дошли до входа в городское метро. На входе, за терминалом сканера, важно восседал фелинид, немигающим взглядом уставившись в голографический монитор. Казалось бы, разумный кот просто спал с открытыми глазами, но его уши время от времени шевелились. Он просто презирал раздражители и наслаждался чувством собственного величия, важно сидя так, чтобы лучше было виден во всей красе его комбинезон Аспекта Защиты и длинный, пушистый хвост, шерсть которого аж лоснилась от ухода.              Рядом с ним в будке охраны резались в «Верю — не верю» вульфхеднар и человек, тренируя построение мысленных образов через простенькую карточную игру. Другой вульфхеднар, подперев собой одну из рамок сканера, держал ручной сканер на манер дубинки, сверля взглядом обычную собаку.              Дождавшись, когда дама с собачкой поравнялась с ним, он от души гавкнул прямо в ухо болонке.              — Хам! — взвизгнула дама, пытаясь успокоить собаку, но этим и ограничилась. Вульфхеднар как бы был в своём моральном праве, а его ментальный посыл собаке: «Предатель» — был более чем красноречив. Ну не любят разумные собаки их неразумных собратьев, и я отлично понимаю почему. Перечеркнуть века преданности и службы трусостью, отказавшись от разума, испугавшись ужасов космоса… Для тех, кто выбрал долг — пятно позора на весь род из-за большей части своих собратьев.              Фелинид сердито зашипел и, не отрываясь от монитора, махнул лапой, так что был виден механический большой палец, которым они гордились, делая ментальный втык младшему дружиннику, но тоже дежурно. Коты слишком напыщенны для этого, чтобы отрываться по пустякам, с их точки зрения. По мне же, они ленивы, но умело обыгрывают свой недостаток, подавая его как достоинство.              Я хмыкнул, привлекая внимание к себе. Вульфхеднар, что стоял у рамки, мгновенно вытянулся по стойке «смирно», поедая меня преданным взглядом, слегка виляя хвостом, всем своим видом пытаясь выслужиться.              Я ещё раз хмыкнул, легонько подтолкнув в сторону рамки сканера сына, чтобы тот шёл первым. Хвост завилял ещё быстрее. Что поделать, человек для вульфхеднаров — альфа. Человек из Аспекта Защиты — вожак. Всё это усиливается коллективным стыдом, хотя, как по мне, они уже все долги отработали, но на чести у них после всего этого большой такой заскок.              В Союзе просто нет лучших охранников. При внешней расхлябанности пост они покинут только мёртвым, вперёд ногами. Только на склад их запускать нельзя! Не украдут, но понятие аккуратности им не ведомо. Поэтому в отряд их не берут. Вульфхеднар и тихо — не сочетаются от слова «совсем»!              Сашка хмыкнул, увидев, как разумный пёс выглянул из будки, склонив голову набок, отчего его лопоухое ухо забавно свисло, проходя через рамку. У него в садике один из воспитателей был такой же — с детьми они любят играть. Иногда даже непонятно, кто из них большее дитя.              Прохожу за сыном рамку. Фелинид за терминалом вывернул голову, вчитываясь в показания прибора, который показал содержимое моего пространственного рюкзака, проверил моё электронное удостоверение, запросив биометрию, и только потом прикрыл на мгновение глаза, отправив одобрительный образ. Позёр. Будь тут Катя, этот пушистый говнюк целое представление бы устроил.              «Матриархат, однако», — подумал я, мысленно хмыкнув, беря сына снова за руку. Мальчик он большой уже, но Москва побольше Лазурного будет, раза так в четыре.              Выйдя на станцию метро «Прогресс», мы поднялись по эскалатору на поверхность. Пока шли, Сашка считал гермодвери и проекторы энергетических завес. Насчитав по шесть штук каждого вида, сын уважительно кивнул. Бабушка его приучила подмечать мелкие детали, при этом безбожно балуя! Я просто не поверю, что офицер разведки, пусть и в отставке, не может спрятать от ребёнка кулёк с конфетами так, чтобы тот его не нашёл!              Поднявшись, прикинул, как удобнее нам добраться до ближайшей «Кассиопеи». Если метро и «Индийский Вокзал» за нашей спиной, то нам нужно идти… вот туда!              «Мышовка» был новым районом древнего города. Его достроили лишь лет десять назад, и тут жили рабочие ближайших заводов и КБ или останавливались туристы. Ветка подземных транспортных туннелей тут стыковалась с метро и наземными поездами. Жители города не захотели делать новый вокзал в центре города и поэтому всеобщим голосованием определили место ему тут. Заблудиться тут было почти невозможно.              Пойдя по основному проспекту района, названного в честь академика Лебедева, полюбовавшись «пенальными» пятиэтажками-таунхаусами, мы дошли за пять минут до ресторана. Оставалось только перейти через дорогу.              — Пап, а ты бывал в «пеналах»? Правда, что они на каюты космических кораблей похожи? — спросил Саша.              — На разведчиках даже поменьше каюты бывают, чем пенальная квартира, — ответил я. — Эти всё-таки довольно уютные, пусть и маленькие, как все «пеналы». В этой серии даже маленькая кухня и свой санузел у каждой есть, но всё равно до стен достанешь, выставив руки в стороны. Не социальное жильё для «невидимок», а для туристов и молодых специалистов, пока они не поднимут рейтинг и не поменяют на жильё получше. Так что жители тут меняются каждую осень в большинстве своём. Некоторым, наоборот, нравится миниатюрность.              — Круто! — восторженно прошептал сын, вызвав невольную улыбку. Хоть и говорит, что он большой уже, а до сих пор дитё дитём порой. Стоит услышать про космические корабли — так даже любая чушь становится крутой. Что поделать, он рождён для космических просторов. Тесты в школе это наглядно показали. Пошёл он в деда манией к звёздам, а не в мамку с папку. Зато не будет ползать под дождём и по дерьму всякому на брюхе.              Перейдя дорогу, мы зашли в ресторан. Государственный ресторан «Кассиопея» был частью межпланетной сети. Координационный совет выдвинул инициативу о создании таких заведений лет десять назад на всеобщее голосование в рамках проекта «Новая Заря», предложив сразу около сотни вариантов. Даже пришлось проводить два этапа голосования, что заняло аж несколько минут, — а это в современных реалиях очень много! Всё-таки удобно, когда голосуешь через подсознание, не выходя из дома и не отвлекаясь от работы.              Особенностью этой сети было то, что помимо обычного меню предлагалось и национальное, которое менялось раз в три дня. Как было сказано — чтобы никому не было обидно. Получилось удобно: всегда можно поесть привычной еды или заказать что-то экзотическое. Это не венерианский «Колосок». По мне, так там выпечка солоновата — или мне просто кажется…              Войдя, мы застали картину, от которой у меня дёрнулся глаз. В ресторане было полно народу. Столики были почти все заняты, но с краю был практически вакуум. Всему виной был паникующий шарк! Видно, случился какой-то баг прошивки планшета с меню, и он выдал форматирование текста для человеков или фелинидов, а не под этих истеричных рыбин! И сейчас шарк женского пола, судя по торчащим плавникам, тыкала биотехническими руками по планшету да с такой силой, что стекло, сделанное с расчётом на их дурь, скрипело.              Роботы-официанты лишь беспомощно столпились вокруг дамы в беде, в то время как долок, космический пехотинец, каким-то лешим занесённый сюда, лыбился да пыхтел своим дыхалом. Разумным касаткам только дай повод поржать. А если вспомнить, что они пилоты кораблей и пехотинцы на них же… всем будет весело!              Издав скорбный стон, я поднырнул под мечущийся по сторонам толстый хвост и быстро вскарабкался по трансформированной под габариты дамы мебели, под восхищённый взгляд сына. Пара кликов по экрану — и текст стал одним здоровым, монолитным абзацем. Я не знаю почему, но мелкие предметы и тексты у этих существ вызывают приступ иррациональной паники.              Круче их панику вызывают только обилие глаз, но там вместо паники они стремятся ухерачить это многоглазое существо самым кровавым и разрушительным способом, на который способны! На Европе умники так зонд один профукали, а Рух’хе потом очень долго извинялся, как и его родители. Деточка не смогла себя в плавниках удержать и размолотила аппарат, который был в шесть раз больше неё!!!              — Спасибо… — нервно дыша, но успокаиваясь, поблагодарила меня шарк. — Я случайно нажала не туда, а потом всё как в тумане… Если вам когда-нибудь потребуются услуги делопроизводителя, можете обратиться ко мне.              Вот нельзя на них злиться! Милые они, эти разумные акулы.              — Не за что, — ответил даме я. — Это мой долг, гражданочка. Не поможете мне спуститься?              — Оу… Конечно!              Шарк меня спустила, даже не напрягаясь. Сила у них чудовищная! С такой бы танкам «хоботы» завязывать, а нет — насквозь мирные создания, хотя по внешнему виду не скажешь. Из них отличные психологи и чиновники получаются. Однако, если так день начался… Я себя знаю! Жди приключений. Для надёжности, только Пастухова не хватает на горизонте…              — Привет, товарищ командир! — раздался у меня за спиной очень знакомый голос. Накаркал… Его-то на фоне долока я и не увидел!       ________________       Продолжение следует…              Если всё пойдёт хорошо, то первый контакт третьей степени будет на следующей неделе в четверг-пятницу.