Глаз бесконечности

X

— Юна, — услышала я знакомый голос, но не могла понять, кому он принадлежал. Да что там, я даже не поняла, что позвали меня. Это имя отозвалось во мне как что-то чужое и незнакомое. Пару секунд, и я наконец заметила полуоткрытые черные глаза. Они смотрели прямо в мои. — Саске?.. — губы сами сложили имя, хотя я почти не слышала собственного голоса. Он слабо моргнул. Этого было достаточно, чтобы наконец пробить оцепенение. — Что… произошло с Наруто? С тем парнем? — голос Саске прозвучал хрипло, но достаточно отчетливо, чтобы я дернулась. Я замерла, потому что сама не знала ответа. Голова была пустая, будто внутри не осталось ни мыслей, ни сил. Только теперь я подняла взгляд. Наруто стоял рядом с Какаши-сенсеем, спиной к нам. Перед ними, на земле, лежало безжизненное тело. Хаку. Я всмотрелась, и в тот же миг что-то словно хлестнуло меня по вискам. Перед глазами пронеслась вспышка — то самое ощущение, когда тогда, в лесу, рядом с тем травником, я увидела на его месте труп. «Неужели?..» Я предвидела это. Грудь болезненно сжалась. Секунду назад я чувствовала пустоту, но сейчас внутри разливался холод. Тяжело было понять, что пугало меня больше — стать свиделем чьей-то смерти или осознание того, что я предвидела это. Очень странно ощущалось вот так видеть труп того, кто буквально пару минут назад был перед тобой живым. Я не ощущала его чакры. Это пугало. По ту сторону моста стояла толпа. Сначала я решила — бандиты? Но нет… это были люди Гато. Они что-то кричали, перебивая друг друга, и от этого стоял сплошной гул. «Но… где Забуза?» Вдруг бандиты сорвались с места и с яростью рванули в нашу сторону. Но в полуметре перед ними в камень моста вонзилась стрела, расколовшая плиту с треском. Бандиты остановились. Я резко повернула голову — на другом конце моста стояли жители деревни. В руках у них были не мечи, а то, что удалось найти: вилы, мотыги, арбалеты, лопаты… В первых рядах — Инари, с арбалетом, сжимающимся в его маленьких руках почти как игрушка. — Убирайтесь! — крикнул кто-то из жителей. И тут же за ними, словно ответом, появились десятки клонов. Наруто и Какаши одновременно сложили печати, но количество копий Хатаке было во много раз больше. Их было так много, что казалось, мост покрыло живой стеной. Бандиты замешкались. Паника разлетелась по их рядам, и уже через мгновение они прыгали с моста прямо в воду или на корабль, стараясь убежать подальше. Жители закричали, празднуя свою победу. В глазах Инари блестели слезы. Я улыбнулась — едва, из последних сил. Но затем я увидела его. Чуть дальше, на каменных плитах, лежало еще одно тело. Сначала я не поверила своим глазам, но когда присмотрелась — сердце кольнуло. Забуза. Его тело было буквально пронзено клинками. Я застыла. — Юна? Саске? — позвал нас Наруто, его голос дрожал, в глазах блестела влага. Он не мог поверить, что Саске жив, и облегчение разливалось по его лицу искренней улыбкой. Мы поднялись, тяжело, медленно, помогая друг другу. Саске морщился от боли, пока мы вытаскивали иглы из его тела. Ему досталось сильнее меня. В тот момент, когда я потеряла контроль над глазом, он закрывал меня собой. Несмотря на боль старался успокоить и вернуть в реальность. Какаши подошел к Забузе. Я сжала руки, глядя, как он осторожно вынул из его спины оружие и положил рядом с телом Хаку. Два тела — так близко друг к другу, будто они должны были быть рядом даже после смерти. Впервые я увидела в глазах Забузы нежность. Настоящую заботу, в его взгляде к Хаку было что-то, чего я не понимала, но от этого сжималось сердце. «Эти двое… были по-настоящему близки?» Я не знала, какой между ними была связь. Наставник и ученик? Друзья? Что-то большее? Но то, как он смотрел на Хаку — это невозможно было спутать с чем-то другим. Там была боль, там была любовь. Я не смогла сдержаться. Слезы катились по щекам, смешиваясь с снегом. Снег… Он пошел именно в этот момент, будто само небо знало: здесь кончилась еще одна жизнь. — Он… родился в деревне, где всегда идет снег, — пробормотал Наруто сквозь слезы, шмыгая носом. Его голос дрожал, он говорил неровно. Я стояла рядом и чувствовала, как сердце буквально разрывается от чужой боли. Мы только что потеряли врагов, но почему же это ощущалось так… как будто умерли близкие?

***

На следующее утро мы покинули деревню, направляясь обратно в Страну Огня. Жители вышли нас проводить — благодарственные поклоны, тихие слова напутствия, робкие улыбки, в которых смешивались облегчение и скорбь. Мы ответили им кивками, но ни у кого не находилось сил для лишних слов. Когда деревня скрылась за спиной, дорога стала тихой и пустой. Лишь шелест травы и скрип гравия под ногами сопровождали нас. Никто не нарушал молчания. У каждого на душе лежал тяжелый камень — в мыслях все еще стояли Забуза и Хаку, их странная, жестокая и в то же время трогательная судьба. — Какаши-сенсей, — разрушила я эту угнетающую тишину, — В чем заключается истинная суть ниндзя? Он не сразу ответил. Лишь поднял голову, глядя вперед. Его один глаз под повязкой оставался скрытым, второй — усталый, но в то же время внимательный — скользнул по каждому из нас. — Суть ниндзя… — тихо повторил он, — Шиноби не следует устанавливать свои собственные причины существования. Очень важно существовать как простой инструмент, — он замолчал, и ветер донес до нас тихий шелест листвы, — То же самое и в нашей деревне. Слова Какаши-сенсея больно задели меня. Я ведь только недавно надела повязку и вступила на этот путь. Только учусь быть ниндзя, только пробую силы… а уже вижу, чем все может закончиться. Забуза и Хаку стояли перед глазами слишком ясно. Хотелось возразить, крикнуть, что так не должно быть. Но что я могла сказать, если внутри сидел страх, что сенсей прав? Тишину прорезал голос Наруто. Громкий, упрямый: — Мне это нисколько не нравится! — он говорил так, будто спорил не с Какаши, а с самой судьбой. — Я пойду своим собственным путем! И он будет таким, что я никогда ни о чем не пожалею! Мы обернулись. Его глаза горели, и в этот момент он выглядел… сильнее. Сильнее, чем кто-либо из нас. Саске едва заметно усмехнулся, Какаши-сенсей под маской тоже, кажется, позволил себе легкую улыбку. И я… тоже не удержалась. Наруто говорил так уверенно, будто просто не верил, что может быть иначе. — А давайте по возвращении в деревню все вместе пойдем и съедим рамен! — внезапно оживился Наруто, словно его слова о собственном пути придали ему сил. — И я обязательно расскажу Конохамару, что мы справились с заданием! Пусть знает, что его старший братец настоящий герой! Я улыбнулась его энтузиазму, но тут же вздохнула: — А я… жду не дождусь, когда смогу купить краску для волос и закрасить глупую седину. — С-седину?.. — переспросил Наруто, округлив глаза. Даже Саске оторвался от своих мыслей и бросил на меня внимательный взгляд, а Какаши-сенсей поднял бровь так, будто впервые слышал от меня что-то подобное. — Ну да, — я пожала плечами, распустила волосы и наклонилась вперед, пытаясь найти привычные три-четыре белых волосинки. — Вот здесь. Я ее заметила вчера утром. До этого ее не было, клянусь. И вдруг Наруто, заглянув ближе, отшатнулся с громким: — Чегоооо?! Ничего себе у тебя седина! Я непонимающе заморгала, нахмурилась и быстро достала из сумки маленькое карманное зеркальце. Поднесла к волосам… секунда, две — и я закричала от удивления. Там, где раньше было всего несколько белых волосков, теперь тянулась целая прядь серебристо-белого цвета. Она резко выделялась на фоне остальных темных прядей, будто кто-то нарочно ее окрасил. — Ч-что за… — выдохнула я, не веря своим глазам. К горлу подступил холодок. Почему она появилась именно сейчас?.. — Хм, — Какаши-сенсей сделал пару шагов ко мне и присмотрелся внимательнее. Его единственный видимый глаз прищурился, изучая волосы. Он молчал дольше, чем обычно, будто что-то сопоставлял в голове. Наконец он произнес негромко, почти себе под нос: — Седина так не выглядит. — Что?.. — я подняла на него глаза. — Уже выросшие пряди не могут внезапно стать седыми. Они уже вырастают такими. Тем более тебе еще слишком рано для этого. — он протянул руку, осторожно отделил белые волосы от остальных и слегка потянул вниз. — Твои волосы словно… просто покрасили белой краской. — К-краской?.. Но я же ничего не делала! — поспешно оправдалась я. — Мы же только что обсуждали, что ты хотела ее закрасить, — усмехнулся Наруто, но в его голосе звучала неуверенность. Саске, нахмурившись, смотрел так, будто пытался пробить меня взглядом насквозь. А я… я чувствовала, как внутри начинает подниматься знакомое беспокойство. Тот сон, голос, чакра, мугенган… Все это вдруг сложилось в неприятный узор. Я крепче сжала зеркало в руках. «Если даже волосы реагируют… что же тогда происходит со мной?»

***

Седзи с шумом распахнулась. — Госпожа Ёшико! — мужчина в зеленом бронежилете поспешно склонился в поклоне, но голос его дрожал. — Мы нашли подтверждение! Ёшико оторвала взгляд от свитка и вскинула глаза на вошедшего. — Говори. Он протянул ей тонкую папку, и хрупкие листы внутри зашелестели. Женщина взяла документы, пробежала глазами первые строки — и ее лицо окаменело. «Эри Цугано. Медицинская история. Осмотр у целителя… осложнения… выкидыш». Внутри комнаты повисла тяжелая тишина. Даже пламя лампы словно застыло. Ёшико резко сложила папку, будто боялась прожечь ее взглядом. — Значит… все это время… — ее голос был тих, но каждая буква звенела, словно сталь. Мужчина не смел поднять глаз. Не сказав больше ни слова, Ёшико поднялась. Тяжелые складки ее кимоно зашуршали, когда она шагнула к двери. Мужчина хотел было что-то спросить, но взгляд главы остановил его на месте. Ёшико сама направится к дому Эри. И с каждым ее шагом по коридору тишина становилась гуще — как перед бурей.