Глаз бесконечности

VI

В аудитории повисла напряжённая тишина. Только скрип дерева и редкий кашель рушил эту тишину. Морино обвёл взглядом всех присутствующих. Его взгляд остановился на шиноби из Деревни Звука, которые позволили себе насмешливо ухмыляться даже в его присутствии. — Деревня Звука, — его голос прозвучал низко и ровно, словно раскаты грома в горах, — вам кто-нибудь разрешал лезть в драку до начала экзамена? Хотите, чтобы я вас сразу дисквалифицировал? Забинтованный генин, чья половина лица была скрыта, медленно опустил голову. Его слова выходили тихо, почти песенно, растягиваясь так, будто каждую букву он тянул через себя: — Прошу простить… — едва слышно проговорил он, и от этого странного, почти ритуального извинения в аудитории потянуло лёгким холодом. Ибики не подал признаков смягчения, а только насупился ещё больше. — Слушайте внимательно, — продолжил экзаменатор громче, — без разрешения экзаменатора никакие состязания и конфликты не допустимы. Любые действия, которые могут привести к смерти — строго запрещены. Нарушение этого правила приведёт к немедленной дисквалификации участника и всей его команды. Он сделал паузу, позволив своим словам осесть, словно тяжёлым камнем. — Всем ясно? Шиноби осторожно кивали, словно боялись вздохнуть лишний раз. Даже самые дерзкие из новичков не смели встретиться взглядом с Ибики. — Итак, все сдаём свои заявления. В обмен на них вы получите таблички с номерами, — мужчина показал квадратную дощечку с цифрой 1. — И занимайте места в соответствии с номерами. Вам раздадут бланки для письменного экзамена. «Письменный экзамен?» — удивилась я и к горлу подкотил ком страха и сомнения. Я невольно нахмурилась. — Письменный?.. — пробормотал Наруто, словно обращаясь сам к себе, — Бланки?.. — продолжал он, теперь уже всё более растерянно, сопоставляя слова в своей голове. Я сжала пальцы. Теория… я вроде знала её, но к письменному тесту даже не готовилась. Я даже представить не могла, что будет такой базовый формат экзамена. Честно говоря, я терпеть не могла тесты и письменные задания на знание теории. Сердце начало биться быстрее, а мысли путались: «А вдруг там будет то, чего я не знаю? А если я вообще ничего не напишу?..» Когда один из помощников вышел вперёд с огромной стопкой бумаг, лицо Узумаки буквально изменилось на моих глазах. Глаза его расширились до предела, а губы исказились в гримасе ужаса. — ТЕСТ? — вырвалось у него, и в этом крике прозвучала смесь ужаса, шока и полного непонимания. Я слегка опустила взгляд на свои руки, сжимая их в кулаки. «Окей, Юна, ты знаешь теорию. Но… тесты — это не практика. По сути сейчас я знаю больше благодаря опыту в миссиях.» Но это не то чтобы успокаивало.

***

Наконец все расселись по своим местам и получили по пустому листу бумаги и канцелярии. Я огляделась — Наруто сидел спепеди меня, но на ряд дальше от моего. Саске вообще где-то с краю аудитории. Взгляд невольно упал на блондинистую макушку. Со спины Наруто выглядел… странно маленьким, будто весь мир вокруг давил на него. Перед ним лежал пустой лист, и руки слегка дрожали на краю стола. «Он боится», — подумала я, наблюдая, как его плечи дёргаются, а пальцы непроизвольно сжимаются. Он ведь никогда не был силён в теории, особенно в письменных заданиях. А сейчас, когда экзамен — тест, а лист перед ним абсолютно пуст, страх становился почти осязаемым. Я сжала карандаш и взглянула на свой собственный пустой лист. Сердце сжалось. Мне тоже страшно. Тесты всегда казались пыткой. Всё это ощущение — давление, ожидание, то, что могут оценивать каждое слово и каждое движение — давило на меня с каждой секундой всё сильнее. Я глубоко вдохнула и медленно выдохнула, успокаивая себя и отгоняя лишние мысли. Справимся как-нибудь. И Наруто обязательно справится. Он не из тех, кто легко сдаётся, это точно. Ибики начал проводить инструктаж, объясняя основные правила экзамена. Первое правило — с разбалловкой — прошло мимо меня почти незаметно. Но когда прозвучало второе, внутренний холод прокатился по спине. — Результат зависит от общего количества баллов всей команды, — произнёс он ровным голосом. Я вновь взглянула впереди сидящего Наруто. В груди всё сжалось. Он умел выкручиваться в бою, действовать вместе с командой, но письменно… это было совсем другое. Я ловила себя на мысли, что если он не справится, последствия ударят по всей команде. Но и не только Наруто может стать тем самым якорем для нашей команды. Этим человеком вполне могу оказаться и я. — Если наблюдатели заметят чьи-либо попытки, приравниваемые к списыванию, за каждое такое действие с нарушителя будет сниматься по два балла, — продолжил Ибики. Но вдруг… «Если заметят…» Эти слова словно имели больший смысл, чем на деле должны иметь. Он ведь ничего не говорил о прямом запрете, лишь предупредил. И в качестве санкции не дисквалификация. Отнимут какие-то жалкие 2 балла. Я прищурилась, а в голове уже прокручивала все возможные варианты списывания. Но даже так… Даже если я или Саске сможем списать, Наруто точно не сможет. Он всегда действует в лоб, и скрытности ему явно не хватает. — Если вы считаете себя шиноби, то поступайте как достойные шиноби. — с полуулыбкой произнёс Ибики. «Достойный шиноби тот, кто останется незамеченным до последнего.» — я мыслинно улыбнулась своему выводу. Мне ещё в академии доводилось списывать тесты. Не часто. Временами меня даже ловили. Но теперь всё иначе. Теперь у меня есть мугенган. Полагаюсь ли я слишком на него? Возможно. Но а иначе для чего он нужен, кроме как не для полного использования. «Мы с Саске определенно напишем тест хорошо, так что даже если у Наруто будет 0 баллов, мы спасём наше будущее.» И тут Морино словно услышал мои мысли и добавил: — Если у кого-то из команды будет 0 баллов, то вся команда считается несдавшей экзамен. Я затаила дыхание. Всё, что только что успокоило меня и придало уверенности — будто растаяло в воздухе. Сердце стучало так громко, что казалось, его слышат все в аудитории. «Н-ну… нет… это невозможно…» — внутри всё сжалось. Внезапно весь план списывания, все хитроумные уловки и даже моё доверие к Саске потеряли часть смысла. Если Наруто провалится… если он даже чуть-чуть ошибётся… не просто его результат, а вся команда рухнет вместе с ним. Я посмотрела на его спину. Его плечи едва заметно дрожали, тело сжалось в какой-то неестественной позе, словно он пытался сжаться сам в себя, спрятаться от экзамена, который ещё даже не начался. Грусть и тревога за друга сжали горло. Я никогда раньше не видела его таким. В бою или в командных заданиях он всегда казался уверенным, дерзким, способным выкрутиться из любой ситуации. А сейчас… сейчас передо мной сидел кто-то совершенно другой — напуганный, почти беззащитный. Как только настенные часы показали половину четвертого, Ибики громко объявил о начале экзамена. Нам тут же раздали бланки с заданиями и я услышала ото всех сторон чирканья карандашей по бумаге. Я опустила взгляд на бланк и быстро прошлась по заданиям. Ну да. Конечно. «Я не знаю ответа ни на один из них.» Я отреагировала спокойнее, чем предполагалось. Не то чтобы я ожидала таких сложных вопросов, но чем дальше я читала условия других задач, тем более ясно становилась суть экзамена. «Они и вправду добиваются того, что мы будем списывать. Значит, где-то в этой аудитории должны быть ответы или… хотя бы человек, который их знает. И он среди нас — участников экзамена.» У меня есть козырь в рукаве — мугенган, а вот что касается Наруто… «Ладно сначала разберусь со своими ответами, потом подумаю о том, как помочь ему. Надо, чтобы он набрал хотя бы 1 балл.» Я слегка опустила голову, позволяя волосам закрыть правый глаз. Под ним мугенган уже мягко активировался, но движение было почти незаметным: никакого моргания, никаких резких жестов — всего лишь тихое, едва уловимое искривление пространства перед глазами. Сердце бешено колотилось. Всего одна ошибка — и меня могут заметить. Я старалась оставаться максимально неподвижной, опираясь на свои тренировки с бабушкой, где училась контролировать чакру и пространство, не выдавая своих действий. Внутри всё сжималось от страха — не от экзамена как такового, а от мысли, что один неверный шаг может разрушить весь мой план, и в первую очередь поставить под угрозу Наруто и Саске. Недалеко от меня сидел Киба, который до этого почти не двигался. Он резко и уверенно начал писать — я услышала шуршанье и чирканье карандаша по бумаге. «Вот оно…» Поймав его чакру на фоне остальных, я, даже не поднимая взгляд, увидела через мугенган его бумагу, словно сквозь тонкий слой искажённого воздуха. Инузука писал быстро, что ясно дало понять — он точно знал, у кого списывал. Я медленно и аккуратно начала переносить ответы на свой листок, делая вид, будто размышляю над решением. Каждый штрих, каждое число точно повторяло движение Кибы, но для окружающих всё выглядело так, будто я сама соображаю. Киба вдруг замер. Рука с карандашом зависла над бумагой, шуршание прекратилось. Я сразу поняла: дальше он сам не знает ответов. Значит, придётся искать кого-то другого. Не поднимая головы, я прошлась «пространственным взглядом» по всей аудитории, словно выискивая нити энергии, которые тянулись от ручек к бумагам. Пространство перед глазами слегка искривилось, и каждая мелкая волна движения, каждая точка внимания — всё это было видимым. И тут я заметила её. Девушка в середине кабинета, с аккуратно расправленным листом, глаза полны сосредоточенности. Чакра от её письма — ровная, уверенная, каждая линия на бумаге — как будто след от чьей-то уверенной руки. Я сравнила ответы, которые уже списала у Кибы, с тем, что писала она. Всё совпадало. Значит, это она. Остаток заданий — именно то, что мне нужно. Я вновь начала всё медленно переписывать. Но и она не смогла дописать всё. На листе остались лишь 3 задания — 3-е, 8-е и 9-е. Всего 3 вопроса… И вновь начались поиски необходимой информации. «Не то… не то… снова не то…» — мысленно повторяла я, видя ответы, но они не совпадали с тем, что мне нужно. И вдруг — знакомое движение руки, уверенное и спокойное. Неджи. Его бумага содержала одно из нужных заданий. «Есть!» — пронеслось у меня в голове. Пока я переносила ответы на листок, глаз начал неприятно пульсировать, отдавая лёгкую боль в виски. На мгновение всё вокруг словно потемнело, и я почувствовала, что будто ныряю в пустоту — тело стало тяжёлым, а мысли медленно теряли ясность. Сердце стучало учащённо, и мне показалось, что я вот-вот потеряю равновесие. Это было странное ощущение, как будто кто-то тихо тянул меня вниз во сне, оставляя сознание дрейфовать в тишине. Я вздрогнула, но вскоре всё вернулось на свои места, оставив только лёгкую слабость, дрожь и покалывание в висках. Дописав последнюю строчку, я наконец деактивировала додзюцу. «То есть на тренировках я могу использовать его весь день без проблем… а как только начинается что-то важное — вот тебе и сюрприз», — подумала я, ощущая ту же самую усталось, что приследует меня уже как 3 месяца, — «Просто класс». Я подняла голову и с тяжёлым вздохом откинулась на спинку стула. Но спокойствие прервал резкий свист — сюрикен вонзился в дерево, заставив всех вздрогнуть. Парень, сидевший впереди, медленно поднялся, трясясь от страха. — Э-это… что такое?.. — его голос дрогнул и сорвался на крик. — Пятый раз попался, — один из наблюдателей усмехнулся, явно наслаждаясь моментом. — Ты дисквалифицирован. И двое, что с тобой в команде, тоже. Вон отсюда. Я нервно сглотнула, ощущая, как в горле пересохло. Двое его товарищей поднялись почти равнодушно, будто были к этому готовы, и спокойно направились к выходу. Не успели все успокоиться, как последовала новая дисквалификация. Но на этот раз один из шиноби не выдержал. — Как вы докажете, что я списывал?! — выкрикнул он, голосом полным злости и отчаяния. Ответом ему стал резкий удар: наблюдатель прижал его к стене одной рукой, словно тряпку, заставив замолчать. Но уже через мгновение всё вернулось в привычное русло. Те, кого выгнали, будто перестали существовать — аудитория проглотила их отсутствие и снова погрузилась в напряжённую тишину. Лишь шелест бумаг и чирканье карандашей напоминал, что экзамен продолжается. Чем дольше он шёл, тем больше людей поднималось со своих мест, дисквалифицированные один за другим покидали аудиторию. Чуть передохнув, я снова была готова использовать мугенган. Сделала глубокий вдох, выдох. «Надо помочь Наруто.» Я сделала крошечный «разрез пространства» между своей и его партой. На поверхности его стола проступили тонкие светящиеся символы — цифры, будто выцарапанные иголкой. Только он мог их видеть. Пришлось пустить свою чакру по моему же листку с ответами, чтобы создать её проекцию. Я почувствовала, как он резко дёрнулся, а потом уставился на них с расширенными глазами. — Что за…? — его губы беззвучно шевельнулись. «Пиши, пока можешь», — мысленно отметила я. Одновременно я оторвала часть внимания на экзаменаторов. Мугенган позволял скользить взглядом по их полям зрения. Где кто смотрит, когда поворачивает голову, даже момент, когда один из них лениво моргнул, — всё это я чувствовала, будто карты и стрелки двигались в голове. Как только чьи-то глаза соскальзывали в сторону Наруто, я тут же «поджигала» его кожу лёгким теплом на запястье. Он вздрагивал и прятал лист, делая вид, что просто пишет. Так прошло несколько минут. Он списывал — неловко, торопливо, но аккуратно. Я незаметно стирала пространственные метки, оставляя их видимыми только для него. Ни один экзаменатор не заметил. Когда я наконец деактивировала мугенган, сердце стучало в ушах, а руки слегка дрожали от напряжения. Я склонилась над своим листом, делая вид, что просто сосредоточена. Наруто же не удержался и оглянулся через плечо. Его лицо озаряла та самая дурацкая, но искренняя улыбка. Я сжала кулак под столом, чтобы не рассмеяться. «Вот балбес… ещё чуть-чуть, и нас бы точно спалили». Но вдруг… Что-то странное. Будто на секунду я отвлеклась, провалилась в пустоту, а когда снова «очнулась» — время уже ушло вперёд. «Стоп… я же только что смотрела на 3-ий вопрос… почему теперь у меня взгляд на 6-м? Я ведь не перелистывала…» Я моргнула несколько раз, но в голове осталась тяжёлая мутность, словно я на миг задремала с открытыми глазами. Это было как будто… ощущение чужого присутствия, которое оставило лёгкое эхо и странную дрожь по всему телу. Я вздрогнула, но тут же отогнала эти мысли. «Глупости. Просто перенервничала. Всё в порядке. Всё под контролем.» Сердце неприятно кольнуло, но я заставила себя не зацикливаться. Вокруг никто ничего не заметил. Все по-прежнему были заняты своими листами. Я быстро активировала мугенган, даже не подозревая, что только что стала жертвой чужой техники. А где-то в стороне тихо задержался взгляд — один из наблюдателей внимательно следил за мной, но так ничего и не записал.