Биохимия наших сердец

Часть 1. Новая лаборантка

«Единственный способ делать великие дела — любить то, что вы делаете».

      Эти слова Стива Джобса всегда мотивировали Лену. Но сейчас, стоя в лаборатории 3D-печати на 11-м этаже, она чувствовала больше усталость, чем любовь. — Здравствуйте, Хэнк, сегодня есть работа для меня? — спросила она у Хэнка Хэндшоу, заведующего лабораторией, крупного чернокожего мужчины с добрым взглядом. — Привет, Лена. Сегодня тебя удивлю. За тобой прицепом будет новенькая лаборантка! Давай вас познакомлю.       Хэнк провёл Лену в переговорную, где у окна стояла девушка. Когда она обернулась, Лена на секунду забыла, как дышать.       Кара Дэнверс была… солнечной. Это было первое слово, которое пришло в голову. Светлые волосы волнами спускались на плечи, голубые глаза сияли энтузиазмом и любопытством, а улыбка была настолько искренней, что Лена почувствовала, как что- то тёплое разливается в груди. — Это Кара Дэнверс, она на втором курсе биоинженерии, но в другом университете, — представил Хэнк. — Кара, это Елена Лютор, наш младший научный сотрудник. Лена, она твоя новая ассистентка. — Приятно познакомиться! — Кара протянула руку для рукопожатия, её голос был тёплым, словно горячий шоколад зимним вечером. Лена пожала её руку, отмечая, насколько тёплой и сильной была ладонь Кары. — Взаимно, — прозвучало суше, чем Лена хотела. — Итак, приступим к теоретическому введению.

Часть 2. Проверка знаний

      Лена начала рассказывать о 3D-печати органов, о аддитивных технологиях и послойном наращивании. Кара слушала внимательно, делая заметки, время от времени задавая вопросы, которые показывали глубину её понимания. — 3D-печать органов позволяет создать копию оригинальной анатомической области с сохранением всех деталей, — объясняла Лена. — С целью создания искусственных органов биоинженеры должны понимать взаимосвязь между всеми органами на химическом уровне.       Она остановилась и повернулась к Кaрe, их взгляды встретились. Лена смотрела прямо в голубые глаза, пытаясь сохранить профессиональную дистанцию. — Кара, какие вторичные трансдукторы клеточной сигнализации тебе известны? — спросила она. — Я видела твоё резюме и знаю, что ты прошла курс биохимии.       Кара не растерялась: — Конечно! Ионы кальция (Ca²⁺), циклический аденозинмонофосфат (цАМФ), инозитолтрифосфат (IP₃), циклический гуанозинмонофосфат (цГМФ)…       Она начала подробно объяснять механизмы клеточной сигнализации, и Лена поймала себя на том, что слушает не только слова, но и мелодию голоса Кары — чуть взволнованную, полную энтузиазма. Она заметила, как Кара жестикулирует руками, когда увлекается темой, как её глаза загораются, когда она находит правильное объяснение. — Впечатляюще, — произнесла Лена, когда Кара закончила. — Ты действительно знаешь материал. Кара улыбнулась, и её щёки слегка порозовели от похвалы. — Спасибо. Я… стараюсь.       В этот момент Лена осознала, что улыбается в ответ. Она быстро отвернулась, пытаясь вернуть профессиональное выражение лица. — Хорошо. Продолжим завтра. Сегодня можешь ознакомиться с лабораторией и оборудованием. Но внутри что-то изменилось. Словно молекула нашла свою пару для связывания.

Часть 3. Алекс и Мэгги: параллельная линия

Тем же вечером. Квартира Алекс.       Алекс сидела за кухонным столом, окружённая распечатками научных статей. Мэгги вошла в комнату с двумя чашками чая. — Опять работа? — мягко спросила она, ставя чашку перед Алекс. — Мне нужно закончить эту главу диссертации, — вздохнула Алекс, снимая очки и потирая переносицу. — Дедлайн через неделю.       Мэгги обошла стол и встала за спиной Алекс, начав массировать её напряжённые плечи. — Ты слишком много работаешь, — прошептала она, наклоняясь и целуя Алекс в макушку. — Тебе нужен перерыв.       Алекс закрыла глаза, наслаждаясь прикосновениями. — Я знаю. Просто… я хочу, чтобы всё было идеально. — Оно уже идеально, — Мэгги повернула кресло Алекс к себе и присела на корточки, глядя снизу вверх в карие глаза. — Ты идеальна. И я люблю тебя не за твою диссертацию. — За что же? — улыбнулась Алекс, проводя пальцами по щеке Мэгги. — За то, что ты Алекс Дэнверс. Умная, целеустремлённая, заботливая… И за то, что ты позволила мне войти в твою жизнь.       Их губы встретились в поцелуе, который был не вопросом и не ответом, а тихим, совершенным утверждением. Он был медленным и сладким, как патока, наполненным теплом, которое разливалось из точки соприкосновения по всему телу Алекс, растворяя узлы напряжения в плечах и спине. Когда необходимость сделать вдох наконец разлучила их, Алекс прижала лоб к лбу Мэгги, их дыхание смешалось в одном ритме. «Спасибо», — прошептала Алекс, и это короткое слово вмещало в себя всё: и за чай, и за массаж, и за это мгновение покоя.       После того как они отдышались.... — Кстати, сегодня я видела, как Лена смотрела на новую лаборантку, — произнесла Алекс с лёгкой улыбкой. — И? — заинтересовалась Мэгги. — И мне кажется, что наша ледяная королева начинает таять. Мэгги рассмеялась. — Ты же знаешь, что это значит? Мы должны помочь им! — Мэгги, нет… — Мэгги, да! — игриво возразила детектив. — Послушай, твоя младшая сестра ведь тоже работает в лаборатории?       Алекс кивнула: — Да, это она и есть. Но я не хочу вмешиваться в её личную жизнь. — Мы не будем вмешиваться. Мы просто… создадим благоприятные условия для химической реакции, — Мэгги подмигнула. — Как в науке.       Алекс рассмеялась и притянула Мэгги к себе на колени. — Ты невозможная. — Но ты меня любишь. — Безумно. «Безумно»       Это слово повисло в воздухе, заряженное обещанием. На этот раз Алекс инициировала поцелуй сама. Он уже не был нежным и осторожным, а стал глубже, увереннее. В нём читалась вся накопившаяся за день усталость и благодарность за то, что её наконец-то понимают без слов. Мэгги ответила с такой же страстью, её пальцы вплелись в волосы Алекс, притягивая её ближе. Мир сузился до стука собственного сердца в ушах, до вкуса чая на губах и тепла тела на коленях. Научные статьи были безнадёжно забыты — по крайней мере, до утра.